Пёсик.

Мороз, вокруг поднялась метель, погода разбушивалась. Руслана несут на руках, резко животный страх окутал тело. Он начинает брыкаться, он ударил прямо в скулу и выпрыгнул с Дани. Рыжий ашолел, он держался за удар. Иза погоды не было видно, ветер сносил всё что видел, снег залиплял всё что есть. Даня начинает бежать за Русланом, шатен бежит, он прячется. Забегая в лес, он пытаеттся скрыться за деревьями. Боже что с Нилом? Что с ним стало? Почему он его изнасиловал? Почему хочет похотить… Стоя за деревом, Руслану сложно, он дышит очень часто, приступы овладели им, он упал на снег ранеными коленями, холод пробил тело, адреналин знатно сыграл роль, ведь сейчас ощущения стали чувствоваться. Слух потихоньку возращался, он слышал как Даня бегает, орёт. Шатен не мог шевелиться, он упал полностью на снег, из-за рта пошла кровь, он кашлял ей, резкое отвращение появилось, он согнулся, привстал, его вырвало. Хотя он не ел не чего? Боже, месиво из крови, таблеток и чего-то ещё. Руки уже не чувствовались, ноги начали неметь. Страшно, жизнь ему ещё дорога, он из-за всех сил всиал, держался за дерево, метель угоманилась, руки были фиолетовыми, в ранах и крови. Он осмотрелся, стало тихо, лишь скрип снега слашался, где-то в далеке. Он облакатился спиной, надо было думать, мозг не размышлял. Он начал думать, а что он теряет? Что такого в его прошлой жизни. Но из мыслей его вырвало рычание, страх, волки где-то? Он оглянулся, резкий вой послышался. Он подскачил и побежал, он взвесил все за и против. Он решился. — ДАНЯ БЛЯТЬ! Он сдался, он лучше сдастся, хотя может его убьёт и там? Но может обойдётся. — ДАНЬ! кх. ах. Дань! Да блять. сукин ты сын. кха! Мх. Тело болело, он сбавил шаг, он остановился, смотрел по сторонам, было темно, вокруг лишь тьма. Он упал на колени, опять вырвало, кровь лилась из его рта. Он последний раз прокричал. — да блять. кха! Скка. шш. блять ДАНЯ! я знаю ты слышишь… Но не кто не приходил, он один, его бросили, хотя он же сам сбегал. Голова уже не слушалась, он заплакал, он кричал и звал Даню, а после, глаза стали закрываться, ног он не чувствовал, руки тоже уже на стадии отмерзания. Неужели это его конец? Такая собачья смерть его ждёт? Но он в последний раз прошептал Даня, его резко схватили. Рывком подняли на руки. Он взглянул, увидел Даню, он был в ярости, Руслан улыбнулся, протянул руку к его лицу. Даня не ожидал, он замер. — Даня… ты.т. ты. пришёл. Всхлип, он распоакался, прижался сильнее к шее, нет, он не хотел умирать, хотя бы не один, хотя бы не так. Кашин стоит в шоке, гнев куда-то ушёл, он дышит резко, сжимает тело в руках, он смотрит на парря, как плачет, как придимаеться, он трясёться. Холодно. Руслану. Его мальчику холодно. Он развернулся и поплёлся в сторону леса. Там вдалеке есть заброшка, там можно переночивать. Днём уже найдёт дом. Идти сложно, хотя Руслан лёгкий, даже очень, холод пробирал до костей, неся Тушенцова, он разглядел его. Крочь, очень много, хотя Даня не успел его ударить. Что с ним? Почему Даня вообще его не избил, почему успокоился Руслан? Вопросов очень много.

***

Руслан открыл глаза, он лежал на матрасе, было тепло. Но почему? Он открыл глаза, но испугался, на него пристально смотрел Даня, хмурился и разглядывал. Рыжий его обнимал, прижимал к себе, шатен попытался выбраться, но его сжали сильнее и шикнули, он успокоился. Смотрел в эти голубые глаза, да они всегда привлекали его, но сейчас. они были мерзкими. Резко памяць всё вернула. Те ощущения, ту боль, ту мерзость. Как он попытался бежать, но потом сдался. Где он вообще. Даня смотрел, он был зол, видно как венки дёргаются. Очень страшно. Он осмотрелся, какая-то заброшка, сбоку окно, оно заколоченно, сами они лежат на матрасе, сверху куртки, а ещё, шатен в кофте Дани. Даня сам дрожит, жмёттся ближе. Руслан думает, он много думает. Наверное что бы не умереть и не замёрзнуть, лучшее решение это прильнуть в обьятия. Обхватил шею Дани, прижался ближе и вдохнул запах, порфюм отдавал мятой и лесом, почему-то становилосл холоднее от этого запах. Но тёплые руки обвили талию и спину. Нил облегчённо вздохнул, он прижался, сам дрожал, но почувствовав тепло, он раслабился. Закинув ногу, шатен старался полностью закрыть парня. На улице бушевала метель, опять холод, окно стучало, страшно. Руслан перебирал волосы Дани, было ужасно холодно, руки мёрзли. Руслан подумал об одноц вещи, но стыдно было её вооплатить, а как сказать Дане? Но он хотел согреть его. — Дань. Шёпатом, на что Рыжий мыкнул, полняв глаза. — тебе очень холодно?.. Голос дрожал. Рыжий кивнул, нахмурился от тупости вопроса. — я кое что сделаю, ты только не шевелись, закрой глаза. Даня удивился, но сделал как всё просили. Руслан поднял две кофты в верх, он привстал, и хотел спрятать так Даню. Он читал что если мало пространства между тканью, то тепла больше. Даня резко раскрыл глаза, увидев как шатен разко смутился и опустился обратно. Руслан отвёл взгляд. Но Даня понял, он улыбался, он подполз, засунул руки под кофты и майку, холодные руки ощупывали тёплые рёбра, грелись. Шатен покрылся мурашками, стало холодно, но потом тепло, этот контраст был странным, но приятным. После Нил залез с головой в внутарь. Спрятался, он был на уровне груди, горячие дыхание ополяло соски. Руслан прижался к нему. Ногу он закинул одну ему за спину, прижался как можно ближе, им нужно было тепло. Но всё равно мало, слишком холодно. Тушенцов стал думать ещё спосабы, но на ум приходили лишь самые отчайные, те что не хотелось вооплащать. Он закрыл глаза и прошептал Дане. — знаешь, мне стыдно говорить, но. когда мы возбужденны, то наше тело горит ии. ну. Рыжий расмеялся, он приподнялся и поцеловал в сосок. Румлан сразу дёрнулся, но понимал, что они могут просто сдохнуть, поэтому он прижался обратно, засунув руки в волосы. Он промычал, в знак согласия. Даня стал тереться об ногу шатена, что бы возбудиться, сам выцеловывал грудь, что бы возбудить парня. Уже через пять минут, оба были с налитыми кровью органами. Жарко стало, это помгло, но что делать если возбуждение трёттся в тесных штанах. Терпеть, но Даня не умеет. Засунув руку в внутарь штанов, достал орган, начал быстро мастурбирвать. Он стонал, сжимал бёдра шатена, кусал его грудь, после с протяжным стонам кончил в кулак, вытерев об край матраса. Руслану было стыдно, он бы не хотел дрочить при Дане, плбс ему ещё противен он, он же его изнасиловал. Но возбуждение крыло голову, он взял Даню за голову, притянул и поцеловал. Кашин в шоке, он сразу сделал всё по своему, надвис над парнем, вылизыал его рот, шею кусал, тёрся об его пах бедром, довести до разрядки его оказалось сложнее. Руслан пьёт припораты, которые влияют на его мастурбацию, тоесть до разрядки его довести сложно. Рыжий спустился вниз, выцеловывая пах, припустил джинсы и облиза член. Звёздочки появились перед глазами, Руслан стонал, когда тесное горло принимало орган в себя, когда спина выгиналась от возбуждения. Но Даня уже заебался, уж очень долго сосёт, 15 минут, а до разрядки нехуя. Даня выпустил орган из-за рта, он отдышался, смотрел на красного шатена, вид был ахуенным. Нил опустился обратно, но теперь смочил пальцы, он резко вошёл внутрь, он взял в рот, но надрачивал пальцами в нутри. Он количества ощущений, шатен начал стонать громче. Вся эта комбинация выводила. Все ощущения были яркими. Когда Нил начал масиррвать простату, спина выгиблась и хрустела. Протяжные стоны отбивались от стен. Резко Руслан вскрикнул, кончил прямо в рот. Даня проглатил всё, он поднялся и улыбнулся как хищник. Да, Даня поистине ужасен, мерзок и противен. Но им деваться не куда. Оба выруьилсиь спать, правда Нил ещё пару раз дррчил им, что бы разогреться, но оба вырубились. Что их ждёт утром? ≪ мне страшно. ≫