Предотвратить трагедию

Он проснулся поздно ночью в холодном поту. Открыв алые глаза и сфокусировав их на собственной комнате, мальчик со светлыми, колючими волосами приподнялся на кровати. Его дыхание было учащённое и быстрое, а в глазах всё ещё был намёк на страх. "Снова. Снова этот проклятый сон!" — Истерично подумал Бакуго, проводя рукой по своим лохматым волосам. Этот сон преследует его уже несколько месяцев. Он, стоящий на крыше своей средней школы, и беспричудный задрот Деку, тоже находящийся на крыше, но уже на её краю. Бакуго не успевает и слова сказать, как кудрявый мальчик срывается с крыши и падает на землю, сильно ударяясь головой об бетон. Его хлипкое тело трётся в судорогах, когда последние вздохи волнуют грудную клетку ребёнка, и Изуку умирает, лёжа в луже собственной крови. Подросток сидит на кровати, не в силах стереть из головы картину кошмара, в котором погибает его бывший лучший друг. Встав на деревянный пол, он направился на кухню, чтобы выпить воды, игнорируя бешеное сердцебиение, которое и не думает успокаиваться. Только когда Бакуго утолил жажду, его сердце стало приобретать спокойный ритм. Вернувшись в постель, парень стал старательно анализировать свой сон, пытаясь понять, почему он снится ему каждую чёртову ночь. Этой ночью он так и не уснул, боясь увидеть снова труп мальчика с зелёными кудрями и веснушчатым лицом. Изуку сидел за своей партой, снова чиркая в тетрадке очередного героя и анализ его костюма. Неожиданно чья-то рука выхватывает тетрадь. Конечно, это Бакуго Катсуки, его лучший друг. — Эй, задрот, опять хернёй страдаешь? — Насмешливо произнёс блондин, его алые глаза сканировали очередную зарисовку недавно появившегося героя. Усмешка появилась на губах подростка, когда он, воспользовавшись своей причудой, поджёг тетрадь. Изуку бросился к своему другу, крича, но сильный удар ногой в живот отправляет его на пол. Мальчик сдавленно проскулил, смотря на насмешливое выражение лица своего одноклассника. Бакуго откидывает тетрадь в сторону и наклоняется к Мидории, хватая его за волосы. — Эй, хочешь показаться умнее, рисуя это уродство? Яд в голосе Катсуки заставил мальчика вздрогнуть и попытаться отодвинуться. Блондин встряхнул голову Изуку, оттянув её за зелёные кудри, от чего тот всхлипнул, а на глазах появились слёзы. — Н-нет, Каччан... — Жалобно прошептал подросток, вызывая садисткое ликование в алых глазах напротив. — Конечно, рассказывай... Ты считаешь себя умнее меня? Ты —беспричудный задрот по кличке Деку, которому не суждено стать героем. Бакуго разразился издевательским смехом, занося руку для удара, но замирает, его зрачки сужаются, когда перед глазами мелькает картина изуродованного тела мальчика, испачканого в кровь. Он отшатывается, словно от удара, отпустив волосы Изуку. Прийдя в себя, Катсуки посмотрел на парня шокированным взглядом, после чего прошептал "чёрт". Этой ночью сон для Бакуго выдался особенно беспокойным. Он корчился в кровати, видя перед глазами ужасные кадры смерти Изуку Мидории. Температура его тела стала слишком высокой, по нему рекой стекал пот, намочив футболку с принтом всемогущего. Алые глаза резко распахнулись, мальчик подскочил на кровати, хватая ртом воздух. Прийдя в себя, Катсуки не долго думая бросился к шкафу, хватая первую попавшуюся одежду. Одевшись, он выбежал из дома и ринулся в сторону школы. Добежав до територии общеобразовательной организации, подросток судорожно отдышивался, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Зачем он сюда пришёл? Он не понимал. Но плохое предчувствие, нависшее над ним с того самого дня, когда кошмар приснился ему впервые, стало настолько сильным, что ему легче было бы проверить, что всё в порядке, чем оставаться дома. Перелезши через забор, он проник в школу, поднимаясь на крышу. Кругом была тишина, небо было не таким тёмным, намёк на рассвет появлялся на горизонте. Вдохнув прохладный, свежий воздух, Катсуки расслабил плечи, на его губах появилась небольшая, облегчённая улыбка. В ту же секунду его взгляд поймал силуэт невысокого мальчика с зелёными кудрями, стоящего на краю крыши... Улыбка моментально исчезла с его лица, заменяясь выражением чистого ужаса. Он медленно двинулся в сторону силуэта, позвав охрипшим голосом: — Изуку... Мальчик оглянулся, его зелёные глаза встретились с красными. — А, Каччан... — устало улыбнулся парнишка, затем сделал шаг ближе к краю крыши. Катсуки вздрогнул, повторив движение Изуку. — Блять, Деку... Что ты задумал?.. — Спросил он, мысленно молясь всем богам, чтобы Деку не сделал ничего плохого. Мидория опустил взгляд, сглатывая. — Ничего, Каччан, мне просто захотелось посмотреть на рассвет... Но дрожь в руках подростка выдала его ложь. Тем временем Бакуго медленно продвигался ближе, его шаги были осторожными, словно он подкрадывался к раненому животному. — Деку, не лги мне... — Я... Я... Изуку судорожно выдохнул, пытаясь подавить слёзы, но не смог, и они потекли по его веснушчатым щекам. — Каччан, я собираюсь прыгнуть... — Признался он сиплым голоском, — я сделаю это, потому что... — Заткнись! — Рявкнул Бакуго, делая ещё один шаг в сторону отчаявшегося мальчика, — Ты не можешь так просто сдохнуть! Не из-за меня! Алые глаза были широкими от страха, его сердце сжалось от ужаса от мысли о том, что этот ребёнок умрёт, совершит самоубийство по его вине. — Каччан, я делаю это не из-за тебя... Так будет лучше... Я всё равно бесполезен, я ведь Деку... Прошептал он, его хлипкое тело дрожало то ли от прохлады, то ли от слёз, что текли по его щёкам. — Изуку... — Произнёс Катсуки, его дыхание спёрло, и он замер, — Я знаю тебя с детства, и блять, ты самый добрый человек, которого я встречал. Да, задрот, но задрот, который несмотря на страх, несмотря на боль, готов помочь... По щеке блондина скатилась одинокая слеза. — Я не прощу себя, если ты сделаешь это... Прошу, не надо... — Его голос стих, а по щекам потекли слезы. Изуку рвано выдохнул, смаргивая слёзы. Затем он громко расплакался, его тело содрагалось в рыданиях, опускаясь на колени. В мгновение Бакуго оказался рядом с зеленоволосым, обнимая его как можно крепче и плача. — Дурак... Ты меня напугал до смерти... — судорожно шептал блондин, прижимая к себе более мелкое тело кучерявого мальчика, что плакал навзрыд.