Игра на послушание.

После ухода Ин-Хо Ки-Хун ещё какое-то время просверливал дырку взглядом в потолке, задумываясь о своем положении и том, что он почему-то не действует. Изначально его план был прост: убить ведущего и остановить игры. Сейчас же это в прошлом, как и то, что он до этого был игроком. Эту роль он играет уже долго, 3 года прошло. Раньше он был милым, доверчивым, с дурацкой улыбкой и пышной прической мужичком, которому лишь нужны были деньги на лечение матери. Он слепо верил в людей и их добросердечность, но об него жестоко вытерли ноги на этих играх, растоптав веру в людей. Потеря близкого друга и почти ставшей ему как дочь молодой девушки была крайне болезненной. Ощущалась она так же, как ещё живого человека пытали сразу несколькими самыми изощрёнными и жестокими пытками. Потеря Сэ Бек была похожа на казнь на электрическом стуле, а потеря Санг Ву -сдирание кожи. Полностью подавленный и ничего не понимающий он вернулся в свой родной дом. Дом, который встретил его холодной тишиной. Дом, который больше не казался чем-то родным и уютным. Комфорт покинул Ки-Хуна так же быстро, как покинуло желание жить дальше. Его мать лежала мертвая на холодном полу. Мужчина не хотел верить в это, он не верил, пытался разбудить женщину, тряс ее за плечи, делился радостью, что теперь у них наконец есть деньги, но результат не увенчался успехом. Женщина оставалась неподвижной, лишь с каждой минутой становилась все холоднее, а кожа приобретала синеватый оттенок. Не успел. Неудача за неудачей. Потеря за потерей. Больно. Эта боль не сравнима ни с какой-либо физической. Тогда, когда он вернулся с игр с 45,6 миллиардами, Ки-Хун никогда не был так несчастен. Победа его погубила. Целый год скитаний по местным барам. Литры выпитого алкоголя и десятки пачек выкуренных сигарет намекали Ки-Хуну, что с ним далеко не все в порядке, а нетронутые деньги лишь усугубляли ситуацию. Хотелось их выбросить, расдать каждому прохожему по десять миллионов, отдать деньги в хорошие руки, например в приюты или детям в детские дома, но Ки-Хун решил иначе. Спустя год отшельнической жизни мужчина все же берется за голову. Освеженный, покрашенный в красный цвет, в деловом костюме и с чемоданом в руках, Ки-Хун решается начать жизнь с чистого листа: улететь к дочери в Америку, задарить ее подарками и обязательно быть с ней рядом, но у судьбы определенно были совершенно другие планы на его жизнь. Вербовщик появился в том самом аэропорту как гром среди ясного неба. Мужчина явно не ожидал увидеть столь знакомого человека, которого не видел целый год. Я же решил начать с чистого листа, так почему же мои ноги меня не слушают? Почему прямо сейчас я смотрю на этого человека и не иду дальше на посадку? Купленный билет так и остаётся неиспользованным лежать в кармане пиджака. Вырванная из рук какого-то парня визитка навевала неприятные воспоминания о друзьях, которых мужчина потерял на трижды проклятых играх. Набрав нужный номер раздались гудки. —Сон Ки-Хун. 31 октября 1974 год. -звучало так серьезно, знакомо, чувство дежавю сразу заставило снова пробудиться воспоминаниям, которые открывали более-менее зажившие раны и сыпали на них соль. Отвратительно. Долгое молчание в трубку немного смущало, но все же спустя время наконец раздался ненавистный голос ведущего. —Вам стоило сесть в самолёт. *** Дальнейшие два года Ки-Хун тратит на поиски вербовщика, нанимая для этого бандитов, обещая им хорошо заплатить. Изначально поиски не венчались успехом, а вся былая уверенность понемногу стала сходить на нет, а обещанные 500 миллионов уже не казались такой серьезной суммой. Нанятые бандиты стали подозревать Ки-Хуна во лжи. Бреду, который он придумал из-за своего больного разума. И не успели они об этом подумать, как звуки ударяющихся друг об друга ттакджи уверяет их в обратном. Вот он, красивый высокий мужчина в сером костюме и серым чемоданчиком хлестает пощёчины какому-то парню за проигрыш в детской игре. Объект был найден, осталось лишь его поймать. Игра в камень-ножницы-бумага было самым ужасным событием в жизни бедного парня, на глазах которого убили его босса и близкого друга из-за проигрыша. Этот самый искомый мужчина оказался самым настоящим психом, который любил поиграть со своей жизнью и жизнью других людей. Он доигрался почти сразу после этой маленькой игры. Русская рулетка с победителем игр 21 года для него оказалась последней. Трагичная кончина, убийство, самоубийство или же..глубокий смысл? К черту. Он был психом, который в душе ненавидел себя и считал мусором, но чтобы доказать свою значимость, мусором были все вокруг него. Каждая проходящая мимо шавка была лишь пустышкой, о которой стыдно даже думать. Так и закончилась история Вербовщика игр, который сам вырыл эту яму и закопал сам себя. *** История Хвана Чжун Хо была очень важной для Ки-Хуна и его личного расследования и дела по кончине игр, но что-то явно было не так. Полицейский точно что-то на договаривал, но вот что? Его пропавший брат, который победил на играх ещё в далёком 2015 году пропал, предполагаемо именно на том самом острове. Вот только Ки-Хун даже подумать не мог о том, что этот самый пропавший брат окажется никем иным, как ведущим игр. *** Убийство Чжон Бэ и предательство некогда известного Ён-Иля было окончательным добивающим элементом. Теперь, когда единственный лучший друг умер на твоих глазах, а тот, кому ты доверился за столь короткое время, тот, кого ты считал родственной душой раскрыл все маски после инсценировки собственной смерти. Ки-Хун ненавидел Ин-Хо за все. За то, что он ведущий игр. За то, что следил за ним все эти 3 года. За то, что убил Чжон бэ. За то, что оставил его в живых. А главное за то, что заставил быть одной из вращающихся шестерёнок в сложнейшем механизме работы смертельных игр. Его хотелось пытать, душить, колоть ножом и вешать на виселице, но что-то внутри заставляло сердце Ки-Хуна в иной раз перестать биться, а мозг передумать желать ему скорейшей смерти. Но вот что? —О Ён-Иль. Легко запомнить. Ен это ноль, а Иль-единица. ..... Ён-Иль. Милый, добрый, замечательный Ён-Иль. Тот, которого Ки-Хун любил и желал видеть каждый день. Тот, кто в конечном итоге оказался тем, кто разрушает жизнь Ки-Хуна уже 3 года. Вся поддержка, защита, помощь и ночные разговоры..все это было ложью? В это верилось с трудом, и если говорить честно, Сон в это не верил. Как бы он не костерил Ин-Хо за его существование, он слепо верит в то, что где-то глубоко в нем живёт его ненаглядный и любимый Ён-Иль. Он был уверен, что ведущий не мог так легко и правдоподобно сыграть радость за прошедших испытания, не мог сыграть речь, которую толкал людям на голосованиях. 001 номер стал триггером, на который Ки-Хун, кажется, будет попадаться вечно. Иль нам, а теперь Ин-Хо. И как он мог не догадаться? А ведь если бы он прикинул, правильно подумал о том, может ли 001 игрок в этой игре быть какой-то шишкой, он бы не подвергал опасности столь большое количество людей. Из-за него не погибли бы игроки на играх, не погибли бы люди на их небольшом неудавшемся бунте, а самое главное..не погиб бы Чжон бэ. А ведь Ён-Иль был подозрительным. Кто в здравом уме пойдет на заранее провальную миссию? Кто в здравом уме будет поддерживать и давать советы по свержению ведущего, понимая что идёт на верную смерть? Теперь Ки-Хун понимает значение всех этих странных и темных взглядов, которые всегда были устремлены только на него. Все эти ночные разговоры, расспросы о жизни бывалой и планы на будущее. Все неловкие и мимолётные прикосновения теперь не кажутся случайными. Как он мог не понять этого раньше? Как он мог поверить в то, что он нашел в таком месте родственную душу? Такие схожие истории и такие разные судьбы после. Им суждено быть вместе или... Мысленные терзания Ки-Хуна были бесцеремонно прерваны звуками поднимающегося лифта. Мужчина не был уверен в том, что это Ин-Хо решил вернуться, внутреннее плохое предчувствие твердило ему срочно хотя бы надеть маску, помимо того, чтобы бежать и закрываться в ближайшей комнате, сделав вид, что никого на месте нет. Но уже бежать некуда, открывшиеся двери лифта заставили сидеть на месте, а вошедшие в апартаменты трое мужчин с золотыми масками и вовсе вздрогнуть всем телом. Второй ведущий не ожидал увидеть ВИПов так рано. Он явно не был готов к разговору с ними, особенно когда рядом нет Ин-Хо. А ведь он даже с ним связаться не может! Интересно, знал ли он вообще о внеплановом приезде толстосумов? В прочем, сейчас интересно и важно, так это причина их такого срочного появления. По их виду Ки-Хун мог заметить явное возбуждение, к счастью не в сексуальном плане. Хотя, по некоторым рассказам Ин-Хо, такое тоже могло быть. Взяв себя в руки, Ки-Хун все же решил встретить гостей, провести их в специальное помещение и повелеть принести выпивку с закусками. —Здравствуйте, господа. Что же привело вас сюда так внезапно? -раздался искаженный маской голос Ки-Хуна, личность которого не узнал бы никто, кроме самого Ин-Хо. ВИПы лишь усмехнулись, проходя глубже в здание. Они по-царски сели на диван рукой приказывая Ки-Хуну принести им выпить. К счастью для самого Сона, он мог лично принести им выпить, по пути где-нибудь выцепив Ин-Хо себе на помощь. Ему очень не хотелось быть съеденным этими людьми, которых было тяжело так называть. Откланявшись пару раз, Ки-Хун удаляется из помещения, направляясь в комнату охраны. Там, к его невероятному сожалению, Ин-Хо он не находит, видя перед собой лишь фигуру офицера. —Где первый Ведущий? -с некой злобой и строгостью спросил офицера Сон, но если бы тут был Хван, он бы точно уловил далёкие нотки надежды в голосе Ки-Хуна. Ин-Хо в принципе много чего замечал в Соне, чего не замечал в себе он сам. Это было странно, но от чего-то так лично. Будто это касалось только их двоих, будто они были в маленьком мирке, созданном только для них. Это грело душу, но в то же время серьезно отталкивало, когда Сон вспоминал о том, кто он и с чьей помощью Ки-Хун сейчас стоит здесь и надеется найти выход из ситуации с внезапно приехавшими ВИПами. Конечно, вполне возможно, что Ин-Хо обо всем знал и специально ничего не говорил Ки-Хуну для проверки. Сможет ли он сам провести переговоры с ВИПами и прийти какому-нибудь заключению. Сука, нервы Сона не стальные, лучше Ин-Хо появиться на месте, иначе он точно сойдёт с ума. —Господин покинул остров совсем недавно по срочным делам. -отозвался офицер, не сильно обращая внимание на Ки-Хуна и его серьезный тон. Уехал значит. Бросил его одного в день приезда ВИПов на произвол судьбы. Как он мог?! С одной стороны Ки-Хун кипел от ярости, с другой стороны ему нужно успокоиться, иначе толстосумы точно съедят его. И он вовсе не удивиться, если это произойдет в прямом смысле. Подниматься к ним сейчас в таком настроении было нельзя, но и выпивать с ними для расслабления Ки-Хун не собирался, иначе он явно проснется на утро в постели одного из ВИПов. Конечно же, это если судить по рассказам Ин-Хо, которые были..мягко говоря ужасными. А если говорить откровенно, то это был пиздец полный. Ки-Хун с выпученными глазами глядел на серьезное лицо Хвана, пока тот ведал про спонсоров и их "развлечения". Осознавать это было безумно противно, особенно с учётом того, что они могут так "развлекаться" и с ним. И Сон знал, что они не могут, они этого хотят. И хотят —Настолько сильно, что как только про даже твой номер речь заходит, -слышится в голове серьезный и одновременно мягкий голос Ин-Хо, —я каждый раз замечаю у них стояки, а когда они произносят твое имя, то со сладкими стонами начинают обсуждать, как же им хочется тебя вытрахать до потери пульса. Мерзость. Единственное слово, которое мелькало в его голове. Возможно Ки-Хуну они не нравились даже больше чем Ин-Хо, который, скорее всего как и противные ВИПы только об этом и думал, вспоминая его слова про расплату телом. Конечно возможно, что Сон это лишь выдумывает, хотя, возможно, добить последние надежды на его нормальную жизнь ему хотелось куда больше. Сон Ки Хун, конечно, был человеком, который плохо определял атмосферу диалога или же настроение у человека в принципе, но совсем придурком он всё таки не был. За некоторое время, проведённое с Ин-Хо, он стал немного понимать, когда он злится, когда что-то не договаривает или же скрывает, когда он радуется..хотя радостью это было тяжело назвать. Скорее мерзко ехидничает с неудач Ки-Хуна или же его отвратного положения дел. Поразмыслив ещё какое-то время о том, в какой же уёбищной ситуации он сейчас находится, Ки-Хун взял алкоголь, и, пересилив себя несколькими короткими выдохами, выпил рюмку первого попавшегося спиртного пол руки, а затем пошёл на своеобразный "расстрел". Хотя, может было бы лучше, если бы это был расстрел. Всё таки ВИПов нельзя заставлять ждать. А они уже ждали довольно долго задумчивого ведущего в белой маске. Мужчина с опаской и неприязнью со скрипом открывал дверь, которая как назло мучительно, вплоть до мурашек, проскрипела, проходя в ушах и останавливаясь где-то в сердце, которое уже наровило вырваться при первой же возможности. —Так все же, господа, может вы мне поведуете причину, по которой вы решили почтить нас, в частности меня, своим визитом? Ехидные улыбочки торчали из-под их масок, когда они переглянулись друг на друга, и один из них заговорил. —Дорогой мой, мы бы хотели предложить тебе выгодную сделку. Сделку? Не лучше все сделки обговаривать с Ин-Хо что-ли? Я так то вообще только учусь..Зачем я им вообще нужен. Неужели они узнали, что под маской второго ведущего номер 456 и теперь они хотят воплотить свои мерзкие желание в жизнь? Хотя это было невозможно. Руки Ки-Хуна всё равно стали предательски дрожать из-за чего он сразу же поспешил убрать их за спину, дабы не показывать свой страх перед "хищниками". —Не лучше будет обсудить это сразу и с первым ведущем? Его пока нет, но думаю.. —Он нас не интересует. И знать об этом разговоре ему не обязательно.-Сказал другой вип с грозным тоном, заставив лицо младшего ведущего быстро, но из-за маски незаметно, побледнеть. Ёбаный пиздец. Мелькало в голове у бедного Ки-Хуна. Мне пизда. —И, что же вы хотели обсудить именно со мной? —Дорогой, понимаешь..Твой драгоценный коллега нам крайне наскучил. Не хотел бы ты убрать его и стать единственным и неповторимым ведущим этих прекрасных игр? Лучше бы принудили к чему-то. Ведущим? Я? Да нахуй надо. Ки-Хун, конечно, ненавидел эти игры, ВИПов, Ин-Хо и в принципе все воспоминания, что связаны с играми, но остаться единственным ведущем..Наедине с толстосумами..Смотреть как умирает куча людей, а в живых остаётся только один..Нет. Ни за что. Ки-Хун ненавидел Ин-Хо всем сердцем, но понимал, что если раскроется его личность, то единственный кто сможет помочь ему это лишь он. Если конечно не добьёт раньше..Да и тем более. Сейчас, пока он учится, Ки-Хун мог хотя бы немного, но узнавать нужную информацию и в случай чего попытаться остановить это всё ещё раз. А когда ты единственный ведущий.. шаг влево, шаг вправо и ты убит либо армией охранников, либо любезными спонсорами. —Извините, но я не совсем понимаю..Я же сейчас только учусь и вряд-ли смогу выполнять свою работу так же хорошо, как первый ведущий. -хоть голос Сона и дрожал, искажение маски не дало ВИПам этого слышать. И слава богу. —Не страшно, милый. Ты можешь доучиться и мы любезно поможем стать тебе номером один. -с неким энтузиазмом и придыханием сообщил ВИП в маске льва. Как говорил Ин-Хо, он достаточно умен, а так же способен на многое, что явно многим не придет по душе. Одно лишь его слово, и вся страна склонится у его ног. Опасная шишка. —А..И как же..то есть, куда же подевается первый ведущий? Я чего-то не знаю? Он собрался уходить? -Ки-Хуну было интересно. Вернее было сказать..Сону необходимо было знать эту информацию. Ему было глубоко плевать на Ин-Хо, но он просто не мог поверить в то, что его хотят так легко заменить новичком. Бред. —Нет, нет, нет..Мы его просто убьём. В нём же больше нет надобности, верно? Есть ты..Так сказать свежее мясо. -усмешка. Противный звук разнёсся по всей комнате, наполняя ее максимально противной атмосферой. Спонсор в маске оленя заставил Сона раскрыть широко глаза, его сознание помутилось, а лицо невольно скривилось в неприязни. Я мясо? Убить Ин-Хо? Боже, блять, правый. С каждой секундой размышлений Ки-Хуну становилось только хуже и он решил не задумываться об этом..сейчас. —Можно поинтересоваться? -Ки-Хуна все же терзали мысли об Ин-Хо и его кончине. Ну не может он оставить это так просто. Ему нужно что-то делать, явно что-то предпринять, но что..мыслей никаких не было, но Сон уже пообещал себе вернуться к этому позже. Сейчас нужно выведать как можно больше информации у довольно, на удивление, разговорчивых спонсоров. —Конечно спрашивай, милый. Всё что угодно для нашего уважаемого, ха-ха, господина ведущего. -снова усмешка, только уже от ВИПа с маской змеи. Какие же они все мерзкие. —Что не так стало с основным? -нужный вопрос. Наверное даже один из главных сейчас. Что такого совершил Хван, что его хотят убить и сделать это как можно скорее? У Ки-Хуна в голове не укладывалось, как такой с виду покладистый и ответственный по делам игр Ин-Хо в чем-то..провалился. Такого просто. Не. Может. Быть. —Ох, дорогой, он нас так достал. -со вздохом ответил олень. —Скорее наскучил. -дополнила змея. —Я бы сказал, извините, конечно, ахуел. -закончил лев. —Хахаха, как точно! -раздался смех двух других толстосумов, из-за которого невольно покрываешься табуном мурашек. И нет, это далеко не приятные ощущения. Тебя будто облили ледяной водой, оставляя стоять на морозе ниже 40°. —В общем. -прервал резкий приступ смеха товарищей лев, продолжая свою речь про Ин-Хо. —Со смертью Иль Нама, он стал очень много себе позволять. Пререкаться, высказывать своё ненужное нам мнение, дерзить нам, представляешь? -закончил толстосум на обиженной нотке, будто заглядывая Сону в душу. Страшно. —Даже добавление тебя в наше "шоу" он с нами никак не обсудил. -дополнил льва олень, выпив очередной стакан дорогого виски. —Ясно, я понимаю. Но вы же не можете просто напросто резко избавиться от него. -с некой надеждой на смену решения отозвался Ки-Хун, замечая более развязанный вид ВИПов из-за количества выпитого алкоголя. Это был шанс заставить их одуматься. —Конечно можем, дорогой! Вопрос только в сумме..мы можем заплатить вашим рабочим, которые, знаешь, носят такие забавные и милые розовые костюмчики. -говорила змея, извиваясь в кресле как настоящая. По опасности этот человек и в правду был не отличии от вида самой ядовитой змеи на планете-тайпаны, чей укус беспощадно убивал бы Сона медленно, наслаждаясь болью. —Конечно, было бы прекрасно, если бы это сделал ты. Но мы подумали и решили, что ты у нас ещё слишком неопытный, чтобы лезть на него. Поэтому решили быть благосклонными и с радостью помочь тебе. -радость в голосе была слышна даже за километр. Спасибо и на этом, но уж лучше бы это и в правду сделал Сон, ведь мог бы гарантировать Ин-Хо спасение. А ведь это звучит как план! —Но.. —Хах, ты похоже всё таки не понял. У тебя нет выбора. -бесцеремонно оборвал ещё в начале протеста олень. Он выглядел непринужденно, хоть и толковал очень серьезную речь. —Становиться ведущим номер один или нет..Последнее слово будет за нами. В любом случае. —...Ясно, извините. -принял поражение Ки-Хун...а может лишь выбрал тактическое отступление, начиная в голове обдумывать план. Вроде все легко: обговорить все это в Ин-Хо, придумать вместе план, по которому будут действовать так, чтобы Хвана не пришлось реально убивать. Как никак они уже довольно долго живут под одной крышей, разделяя обязанности на двоих. Осталось лишь его дождаться. —Ты пока неопытный, но это не страшно, дорогой! Всему научишься. ВИП напоследок мило улыбнулся и, поднявшись с двумя другими спонсорами, попрощался с ведущим и направился обратно в самолёт, который уже ждал их. Ки-Хун как в тумане прошёл в комнату отдыха, где обычно спал Ин-Хо и стал покорно ждать там. Он старался думать про всевозможные варианты событий, которые произойдут после их небольшого обмана. На ум лишь приходили страшные сценарии, где Ин-Хо убивают в самый неожиданный момент, пока он, например, мылся в душе уже после "побега" с этого острова. Что же это получается? ВИПы могут отследить, найти и все равно убить Хвана? Такое нельзя допустить. И нет, это вовсе не потому, что Ки-Хун к нему привязался или вовсе подружился. Он просто..не хотел оставаться здесь одному, да. Он бы не справился со смертельными играми, которые ему бы пришлось проводить одному, когда он так яро пытался все уничтожить. Все именно так...ну, или это просто Ки-Хун себя успокаивает. Тяжело вздохнув, Сон, только что сидящий на краю кровати, лёг на спину и продолжил думать, что же ему всё-таки делать, но думал он недолго, так как глаза предательски стали слипаться и в конечном итоге закрылись вовсе, помогая мозговому штурму в его голове успокоиться, а самому бедному Ки-Хуну уснуть. Прямо перед погружением в царство Морфея, сознание Сона воспроизвело голос Ин-Хо, такой мягкий, но в то же время серьезный: —Не доверяй ВИПам в масках оленя, льва и змеи.