Часть 20.
23 мая 2025 г., 22:47
***
Мерцающий экран освещал маленькую комнату, отбрасывая пляшущие тени на стены. Сумеречный Лес, молодой человек двадцати трех лет с выразительными чертами лица, сидел, сгорбившись над своим игровым аппаратом. Его черные волосы, коротко подстриженные, обрамляли лицо, которое обычно было бесстрастной маской. Однако сегодня на его губах играла редкая улыбка. Стоявшая рядом с ним Амелия, чьи яркие глаза искрились озорством, была в равной степени поглощена разворачивающейся перед ними игрой в жанре ужасов. На нем был длинный развевающийся плащ, разделенный на две половины, каждая из которых была украшена тщательно нарисованными звездами и созвездиями. Длинные рукава скрывали бинты, которыми были обмотаны его руки, - постоянное напоминание о прошлом, которое он отчаянно пытался похоронить. Ты видела, как Сумерки испугался скримера? - Амелия взвизгнула от смеха, указывая на экран, где гротескный монстр только что набросился на их героиню. Сумерки издал низкий, рокочущий звук, который редко можно было услышать. Предсказуемо - невозмутимо ответил он, хотя веселье в его глазах было несомненным. Они записывали прохождение для YouTube-канала Сумеречного, небольшого уголка Интернета, где он мог быть кем-то другим, кроме "Скрытой тени", печально известного убийцы, о котором шептались в самых темных уголках мира. В том мире он был призраком, не оставлявшим после себя никаких следов, кроме холодных, безжизненных тел своих жертв, убитых копьем или ножом, его методы были столь же точными, сколь и жестокими. Никто не подозревал, что этот тихий, непритязательный молодой человек был также самым могущественным существом во всех вселенных.***
Пока они играли, Сумерки невольно погрузился в воспоминания, которые он с таким трудом пытался подавить. Перед ним промелькнул образ его матери с расширенными от ужаса глазами. Он увидел жестокое лицо своего отца, источник стольких страданий. Избиения, эксперименты, бесконечные мучения, которые он терпел от рук Фонда… это был перечень ужасов, эхом отдававшихся в тишине его сознания.***
Он вспомнил своего брата, которого потерял, а затем ненадолго вернул, только для того, чтобы его снова забрали. Он вспомнил свою девушку, чей смех навсегда умолк. Горе, предательство, постоянный страх… все это разрушило его, оставив его эмоционально бесчувственным, превратив в оболочку того человека, которым он когда-то был.***
Экран снова замерцал, и смех Амелии вернул его в настоящее. Он заставил себя улыбнуться, загоняя тьму обратно в глубины своего сознания. Он не мог позволить этому поглотить его, не тогда, когда у него была Амелия. Амелия была его якорем, его спасательным кругом. Он знал, что это нездорово, эта отчаянная потребность в общении, этот страх быть покинутым. Он цеплялся за нее, как утопающий за кусок плавучего дерева, боясь, что она ускользнет от него. Он знал, что его проблемы с привязанностью были вызваны бесчисленными предательствами, от которых он страдал, постоянным отвержением, которое превратило его в замкнутого, неуверенного в себе человека, каким он и был.***
Он помнил приступы паники, самобичевание, отчаянные извинения, которые он произносил, даже когда не был виноват. Он падал на колени, умоляя о прощении за кажущееся пренебрежение, в ужасе от того, что каким-то образом кого-то прогнал. Он взглянул на свою левую руку, спрятанную под длинным рукавом плаща. Проклятие, наползающая тьма, которая начиналась на кончиках пальцев и поднималась к локтю, была постоянным напоминанием о его первой смерти. Черные ногти, похожие на когти, были гротескной пародией на человеческие руки. Он знал, что если потеряет контроль, если позволит гневу поглотить его, проклятие распространится, погрузив половину его лица в чернильную тьму.***
Он глубоко вздохнул, сосредоточившись на смехе Амелии, на тепле ее присутствия рядом с ним. Он должен был оставаться на земле, должен был держать себя в руках. Хорошо, Лес, твоя очередь идти первым - сказала Амелия, игриво подталкивая его локтем. - Давай посмотрим, сможешь ли ты справиться со следующей частью. Он кивнул, его сердце бешено колотилось в груди. Он знал, что сможет справиться с игрой, но страх потерпеть неудачу, страх разочаровать Амелию, был постоянным грузом на его плечах. Путешествуя по виртуальному миру, он снова погрузился в размышления. Он подумал о своем собственном мире, темном, безмолвном лесу, населенном только кошками. Это было отражением его собственного внутреннего ландшафта, места теней и одиночества. Он мог превращаться в крупного черного мейн-куна, и его кошачьи глаза были единственным признаком его истинной натуры. Он мог ходить по воздуху, летать на своих массивных черных крыльях, телепортироваться на огромные расстояния и открывать порталы в другие миры. Он был богом, существом огромной силы, и все же чувствовал себя совершенно беспомощным.***
В Сети он был известен как "Сумеречный лес", и это имя отражало его двойственную натуру: свет и тьму, которые боролись внутри него. Он выкладывал видео своих игровых сессий, надеясь найти общий язык с другими, найти некое подобие принадлежности. Он даже выложил кое-что из своей музыки, острые, меланхоличные песни своей группы "Deep Dark". Тексты были грубыми и честными, отражающими его боль и борьбу. Такие песни, как "edgy", "i deserve this", "i'm tired of this", "freshman boyfriend", "pretty suicide girl", "project x", "bfm", "i'm so crazy for you", нашли отклик у большой, преданной аудитории. Фанатская база.***
Он закончил игру, его руки слегка дрожали. Амелия подбадривала его, хлопая по спине. Ты отлично справился, Сумерки. Это было потрясающе! Он выдавил слабую улыбку. Спасибо, Амелия. Эй, ты в порядке? - спросила она, озабоченно нахмурив брови. - Ты кажешься немного... отстраненным. Обычно ты ебанутый до усрачки Он колебался, не зная, что ответить. Он не хотел обременять ее своими проблемами, но и лгать ей тоже не мог. Я просто... устал - сказал он наконец. - Я плохо спал прошлой ночью. Амелия кивнула, ее глаза все еще были полны беспокойства. Что ж, может быть, тебе стоит сделать перерыв. Мы можем закончить монтаж видео позже. - потом отвернулась и сказала - не надейся, что я тебя не заставлю монтировать видео Да хорошо, хорошо. Шуруй уже, бабка подзаборная - фыркнул он, усмехнувшись. Ему нужно было побыть одному, чтобы обработать воспоминания, которые всплыли на поверхность.***
Когда Амелия вышла из комнаты, Сумерки откинулся на спинку стула, не отрывая взгляда от мерцающего экрана. Темнота сгущалась, угрожая поглотить его. Он потянулся к бинтам на руке, проводя пальцами по шрамам под ними. Он ненавидел себя, ненавидел свою слабость, ненавидел свою неспособность контролировать собственные эмоции.***
Он знал, что нуждается в помощи, но боялся попросить о ней. Он боялся, что его осудят, отвергнут, что ему снова причинят боль. Он был пойман в ловушку боли и саморазрушения и не знал, как вырваться на свободу.***
Он закрыл глаза, представляя свой темный лес, молчаливые деревья, настороженных кошек. Это было убежище, место, где он мог побыть наедине со своими мыслями. Он глубоко вздохнул и, моргнув, исчез, оставив после себя лишь слабый запах звездной пыли и отголоски своей боли. Он телепортировался в свой мир, где мог побыть один. Он шел по лесу, а кошки молча следовали за ним. Он сел под большим древним деревом и закрыл глаза. Он был дома, но даже здесь, в своем собственном мире, он не мог избавиться от тьмы, которая преследовала его. Он был Сумеречным Лесом, Скрытой Тенью, Архонтом Тьмы, и он был совершенно, безнадежно одинок. Он был самым могущественным существом во Вселенной, но все же был бессилен спасти себя.
