Необдуманные поступки гарантируют наилучший результат

Когда-нибудь его внутренний голос станет достаточно громким, чтобы Стив прислушался к нему и перестал творить херню. Но в данный момент его недостаточно, чтобы остановить от необдуманных поступков, а потому Стив бесстрашно ныряет в чужую машину, не особо обращая внимание на откровенно пожирающий взгляд её владельца. Не то чтобы от него так просто можно было бы избавиться или принудить к чему-либо, а этот соблазнительный незнакомец выглядит на миллион баллов. Даже, можно сказать, во много раз лучше, ну, по крайней мере, на вкус Стива. Уверенность сквозит в каждом движении, будто выверенном наперед, в каждом взгляде серо-голубых глаз, без мельчайшего намёка на сомнение или тревогу. Он завораживает, приковывает взгляд, и Стив ведется, как зачарованный. Пухлые алые губы изгибаются в плотоядной улыбке, но он не видит в этом опасности. Или просто не хочет ее видеть, притянутый на яркий свет, как мотылек, даже зная, что может не выдержать этого столкновения. На первый взгляд в глазах незнакомца лишь чистая невинность, но где-то в глубине пляшут пока ещё смирные огоньки, создавая невероятный контраст. Абсолютно взрывная смесь. Стив не понимает, как это возможно, но тянется навстречу, признавая, что этот мужчина, пожалуй, самый привлекательный из всех людей, кого Стив видел за свою жизнь. И, без сомнения, самый горячий. Так что в его машину Стив запрыгивает абсолютно добровольно и с радостью. Ему просто до чертиков надоело быть оплотом нравственности и морали. Надоело притворяться, что его интересуют милые дамы в неприлично узких юбках и выверено расстегнутых блузках, домики за белыми заборчиками и что там еще могли придумать, описывая официально одобренные мечты самого Капитана Америка. Надоело прятать себя настоящего. Так что он, наконец, позволил себе сорваться и, не скрываясь, просто пошел в гей-бар, где зацепил первого попавшегося красивого мужика, который ему приглянулся и ответил взаимным жарким взглядом. Понимая, что ничего кроме лишних проблем не найдет в тех известных и популярных заведениях, где каждый второй охотится за толстым кошельком, а каждый третий — завсегдатай в скандальных новостях, Стив забрался в самый тихий район, в самый непримечательный бар, который смог найти. И не прогадал. — Кажется, сегодня я сорвал джекпот, — незнакомец ухмыляется и заводит машину, как только Стив оказывается на соседнем сидении. — Как тебя зовут, красавчик? — Стив, — он не видит даже намёка на ставшее уже привычным узнавание своей персоны и это удивляет, но вместе с тем побыть инкогнито, даже если собеседник просто притворяется, все равно приятно. Приятно побыть просто Стивом, без навязанной ему роли. На душе сразу становится легче и это будто то, чего он ждал уже долгое время. — Баки, — мужчина протягивает руку и касается ладонью шеи Стива, свободно продолжая вести машину одной рукой. — Выглядишь сладко. Так бы и сожрал. Баки за рулём выглядит потрясающе — цвет его глаз будто переливается, от синего к голубому, а затем перетекает в ртутно-серый, и, вполне вероятно, это игра света, но Стив видит в этом некую магию. Небольшая щетина на скулах и подбородке так и манит, так что руки почти физически чешутся прикоснуться и ощутить приятную колкость. Приходится держать себя в руках и один бог знает, чего Стиву это стоит. Губы, алые, будто измазаны кровью, поблескивают в свете уличных фонарей, а прохладные пальцы все еще удерживают шею, посылая стаю мурашек прямиком в вырез футболки. Это и правда выглядит как колдовство, но даже если так, то Стив с разгону плюхается в эту трясину и может лишь чувствовать, как все глубже его засасывает. — Возможно, я даже буду не против, — Стив пожимает плечами и не выдерживает пожирающего взгляда, под которым все его тело горит так, будто ему снова пятнадцать и возбуждение вызывает любое прикосновение. Взгляд сам собой опускается ниже, но это становится сегодня очередной ошибкой — жар разрастается лишь сильнее от вида того, как плотно тонкая футболка обтягивает грудные мышцы, подчёркивая напряжённые соски, задирается на бицепсе той руки, которая все еще касается Стива, будто заражая неведомым вирусом. Баки смеется и смотрит снова на дорогу, позволяя выдохнуть. Стив не заметил, как задержал дыхание, но сейчас с удовольствием вдыхает на полную, заполняя легкие свежим запахом моря, который оседает солью на языке, будто они и правда находятся на каком-нибудь пляже, а не в машине в неблагополучном районе Вашингтона. — Ловлю тебя на слове, Стиви-и, — тянет последний звук Баки, вызывая очередную волну мурашек. — Не видел тебя здесь раньше. Что же привело тебя в эту часть города? Ты слишком хорош для того, кто ходит в подобные места. Баки вновь окидывает Стива оценивающим взглядом, оставаясь явно довольным увиденным. Стив внезапно ощущает смущение, но не может сдержать смешок от настолько далекого от правды замечания. — Я родился в похожем месте, так что, думаю, ничего удивительного, что меня тянет обратно, — с улыбкой отвечает он и откидывает остатки приличий, укладывая ладонь на бедро Баки. Тот облизывает губы быстрым движением и Стиву кажется, что за ними прячутся длинные клыки, но списывает все на воображение. Хотя после всего, что он уже видел, смириться с существованием вампиров, кажется, будет не так уж сложно. Только вряд ли это возможно, даже в таком месте. Он понятия не имеет, куда они направляются, отдавшись моменту и доверившись Баки. Спустя несколько минут машина останавливается у неприметного отеля, вывеска которого ярко горит ядовито-зелёным неоном, и Баки, заглушив мотор, поворачивается к Стиву уже целиком. — У тебя последний шанс, красавчик, пока моя сила воли ещё достаточно крепка, чтобы сжать яйца в кулак и отпустить такой лакомый кусочек, как ты, — с каждым словом он придвигается ближе, противореча своим словам. Будто заколдованный, Стив тянется навстречу, позволяя запаху Баки окутать его, поддаваясь этой неуловимой нити, что натягивается между ними. Кажется, что время замедляется, и они замирают в этом моменте, как в капельке янтаря, дышат одним воздухом, раскаленным, обжигающим. Пока их губы не соприкасаются, сначала даже невинно, а потом чужой язык нагло протискивается между губ Стива, толкается в рот, чем вызывает неконтролируемый стон. Стив уже и забыл, что это может быть вот так. Остро. Ярко. Желанно. Когда ведут его, а не он, и можно забыть, что о тебе подумают люди, когда очередная счастливица поделится деталями своего «тайного» свидания со Стивом Роджерсом. Сейчас все, что было «до», кажется паршивой пародией на настоящее притяжение между людьми, потому что Стив ничего не знает о Баки, а чувствует себя так, будто только с ним может дышать. Даже если сейчас это выходит с трудом, потому что мягкие губы сводят с ума, язык вылизывает изнанку рта, и хлюпающие звуки наполняют тишину салона. У Стива не случалось таких развязных, жарких поцелуев, и сейчас он чувствует себя девственником, не искушенным в сексе. Баки отстраняется от него, смотрит долгим взглядом и его глаза снова меняют оттенок, так явно наливаясь неестественной голубизной, что это должно пугать. Но страха нет. Только опьяняющее желание находиться ближе, не отрываясь ни на миг. Баки прихватывает волосы на затылке Стива той рукой, что не меняла своего положения всю дорогу, будто он убеждал себя, что так Стив никуда не убежит. Оттягивает пряди, заставляя откинуть голову, и широким мазком проводит языком по шее к мочке уха, пробуя на вкус. Прикусывает кожу, и у Стива темнеет в глазах, а затем быстро отстраняется с хитрой улыбкой на губах. — Ты сладкий. Но не хочу пробовать тебя в машине. Не хочу, чтобы нам кто-то помешал. Баки снова прижимается к губам в поцелуе, будто обещая все, что только Стив может себе представить, и выходит из машины. Интуиция вопит о неправильности происходящего, но не хочется даже на мгновение отвлекаться от того огня, что клубится внутри, так что он только отмахивается. Что бы не ждало его в комнате неизвестного отеля на краю города, Баки стоит всего. Стив тянется за ним, будто вся сила притяжения сейчас завязана на Баки, и вскоре они оказываются в старом лифте. Их словно ждали, потому что сидящий на ресепшене парень без вопросов протягивает Баки ключ от номера, но и это не сильно удивляет. Если Баки направился в бар с определенной целью, он в любом случае вернулся бы не один, так что забронированный наперед номер не вызывает удивления. Просто в этот раз Стиву повезло, что выбрали его. Дверь номера закрывается с громким хлопком и Стив тут же ощущает спиной ее твердость, когда Баки нетерпеливо вжимается в него всем телом. Его дыхание опаляет шею, язык не медлит, вырисовывая круги, кажется, кожу цепляет что-то острое, но Стив не успевает сосредоточиться, когда Баки присасывается, оставляя след. Он чувствует себя пьяным, в голове собирается туман, и все это ощущается так, будто он сейчас умрет, если не почувствует в себе член. — Боже, Бак. Мне нужно… Сними это с себя, — Стив дергает футболку вверх и Баки с тихим смешком поднимает руки, позволяя раздевать себя, и, в свою очередь, не оставляет без внимания одежду Стива. Так что до кровати они добираются наполовину раздетыми, и это беспокоит обоих настолько, что они умудряются, почти не разлепляясь, избавится от остального в считанные секунды. Стив не отказывает себе в наслаждении осмотреть тело Баки, и остается более чем довольным. Одежда скрывала не так много, но твердые коричневые соски определенно лучше смотряться без преград, а ровный возбужденный член вызывает неконтролируемый поток слюны. Стиву сейчас так хочется попробовать его на вкус, что его почти не останавливает мысль о том, что они даже не были в душе. Но у Баки, кажется, другие планы, потому что он толкает Стива на спину и нависает сверху, облизывает пухлые губы, дразня, потому что они выглядят так, будто уже побывали на члене. Его глаза действительно светятся в сумерках, как у огромного кота, и теперь уже это не кажется нормальным, но думать об этом поздно, да и не хочется. — Ты красивый. Черт, это точно джек-пот. Скорее бы тебя попробовать, — Баки обхватывает член Стива рукой и жадно ловит его реакцию, хищно ухмыляясь, когда тот с коротким стоном толкается бедрами вверх и широко разводит ноги, приглашая. Не теряя времени Баки спускается рукой ниже, обхватывает яйца ладонью и тут же отпускает, ведёт дальше, чтобы изумлённо распахнуть свои невероятные глаза и толкнуться внутрь сразу двумя пальцами. — Блядь. Ты готовился. Стив только кивает и притягивает Баки к себе, чтобы поцеловать, вновь ощущая это пьянящее чувство. Баки оказался наркотиком и Стив сходу подсел на него. Это странно, но он не чувствовал раньше такой потребности в сексе с определенным человеком. Да и вообще, если уж на то пошло, даже после сыворотки и всплеска гормонов у Стива в принципе не возникало такого сильного желания. Баки вводит три пальца, уже даже не пытаясь быть осторожным, и с напором целует, толкаясь языком в совершенно безумном ритме. Это не позволяет сосредоточиться, Стива разрывает ощущениями, а внутри него все еще только пальцы. Он с намеком тянется рукой к члену Баки, обхватывая, и ощущает, как поцелуй меняется. На его нижней губе смыкаются зубы, причём достаточно сильно, чтобы выступила кровь. Слышится тихое рычание и Баки слизывает выступившие рубиновые капли, прежде чем приподняться и взглянуть в глаза Стива. Те огоньки, что сначала плясали где-то в глубине, вышли наружу, и теперь танцуют уже вокруг зрачка, делая взгляд безумным. Это притягивает. — Не тяни. Хочу тебя почувствовать, — Стив знает, что покраснел. До сих пор не может спокойно говорить такое, хоть и чувствует уверенность в том, что делает. Баки, кажется, нравится его румянец, потому что он улыбается и, придерживая рукой член, плавно толкается вперед. Стив не помнит в этот момент ни про презервативы, ни про смазку, и чувствует лишь короткий всплеск даже не боли, а скорее дискомфорта. Видимо, Баки удаётся себя контролировать, потому что проникновение скользкое, а неприятное ощущение исчезает практически сразу. Пара аккуратных толчков и Стива накрывает удовольствием, он толкается навстречу быстрым движениям, впиваясь ногтями в плечи Баки. По телу распространяется жар, быстро расходясь до самых кончиков пальцев, туман в голове становится все плотнее и Стив уже не может собраться с мыслями, не может их контролировать. Все, что он знает, это то, что ему до безумия хорошо сейчас, и это лучшее, что случалось с ним когда-либо. Стив откидывает голову, обнажая шею, и вновь чувствует кожей что-то острое, как и у двери. Ему не хочется думать, да и Баки не оставляет ему на это ни шанса. Он толкается резче и шепчет Стиву на ухо про сладость и желание. А потом мир взрывается, потому что острые зубы впиваются в шею, и, кажется, Стив даже кричит. Оргазм накрывает резко, его выламывает, но все, что он может, это обхватить Баки руками и прижимать к себе, чувствуя, как тот пьет его кровь. Он не понимает кто он, не знает, где он. Но знает, что это удовольствие, что почти разрывает его на куски сейчас — это все Баки. Хочется остановиться здесь, в этом удовольствии, раствориться в чужих губах, и больше никогда не чувствовать ничего, кроме этого опьяняющего наслаждения. Он теряется во времени, голова становится совершенно пустой, и в ней только одно имя, алым огнем выжигает все ненужное и неважное. Он будто плывет в невесомости, и это так хорошо, что когда сознание начинает возвращаться, Стив борется, чтобы остаться в этом ощущении навсегда. — Тебе настолько наскучил наш мир, сладкий, что ты решил умереть у меня на члене? — голос Баки насмешливый, но спокойный, даже довольный. Стив открывает глаза и видит, как тот облизывается, убирая следы крови с губ. Его член действительно все еще ощущается внутри, но уже мягкий, так что Баки выходит, заставляя Стива поморщиться. — Ты ждал только ради того, чтобы задать этот вопрос? — Стив снова закрывает глаза, чувствуя негу и одновременно невероятную легкость в теле. По ощущениям он сейчас вполне способен взлететь. Баки смеется и падает рядом. — Нет, просто хотел побыть в тебе подольше, детка. Не смог отказать себе в таком удовольствии. А сейчас планирую его повторить, — Баки прижимается к шее Стива в коротком поцелуе, вызывая волну мурашек. Мысли лениво крутятся вокруг того, что Баки действительно вампир и мир совершенно точно сходит с ума, но в данный момент так плевать, что Стив встряхивает головой и поворачивается, чтобы поймать чужие губы своими. Он чувствует привкус крови в поцелуе, что добавляет новых ощущений и пробуждает возбуждение с новой силой. Стив тоже не просто слабый человек, а потому уже сам опрокидывает Баки на спину, нависнув сверху. Тот ухмыляется и лишь укладывает ладони на задницу Стива, притягивая ближе, так что их члены трутся, пока еще вялые. Что, впрочем, остается недолго. Стив склоняется к шее Баки, прижимаясь губами в поцелуе, и также прикусывает, зализывая след. Его укус не сравнится с вампирским, но Баки гортанно стонет, вознаграждая за инициативу, так что Стив продолжает, оставляет россыпь укусов на шее и восторженно впитывает звуки чужого удовольствия, что только подпитывают его собственное. Наконец-то он может добраться до того, что привлекло внимание еще в машине — обхватывает губами коричневый сосок и всасывает, прислушиваясь к мягкому возбуждающему рычанию. Опьянение вновь растекается по венам, кажется, от одного лишь прикосновения к Баки, и Стив не желает терять время. Обхватывает уже готовый член ладонью и, приноровившись, направляет в себя, насаживаясь до основания. Из горла вырывается стон, он откидывает голову и чувствует, как хватка на ягодицах усиливается, а чужой голос присоединяется, задевая что-то внутри Стива. Что-то такое, от чего у него срывает любые тормоза, которые еще могли быть до этого. Стив приподнимается, оперевшись руками о плечи Баки, и набирает сходу быстрый ритм, почти прыгая на члене. Чужие горячие руки помогают, поддерживая, раздвигают ягодицы и Баки сам толкается бедрами вверх. Пошлые шлепки разносятся по комнате, заставляя ненужное смущение проявляться румянцем на щеках, но Стива это лишь сильнее заводит, так что движения не прекращаются ни на миг. В этот раз он держится дольше — возможно потому, что в такой позе Баки довольно сложно его укусить. Стив пытается поймать чужой взгляд, хоть перед глазами картинка немного плывет, и его ошпаривает огнем, который плещется в расширенных зрачках. Он наклоняется ближе, подставляя шею, и замедляется. Хочется почувствовать это снова, раствориться, так, чтобы ничего в этом мире больше не имело значения. Баки пользуется приглашением, и Стив, прежде чем закрыть глаза, успевает увидеть как удлиняются его клыки, готовые в одно прикосновение с лёгкостью вспороть кожу. Ощущений слишком много и теперь, когда он был готов, Стив чувствует все еще ярче, чем в первый раз. По венам будто растекается холодный огонь: контрастно и возбуждающе, замораживая и выжигая. Под веками вспыхивают голубые огни, цвета глаз Баки, а внизу живота вспыхивает удовольствие такой силы, что сбивает с ног. И если бы Баки всё ещё его не придерживал, то он просто рухнул бы на пол. Но у того хватает сил, чтобы приподнять Стива, ещё раз резко толкнуться и излиться внутрь. Стив чувствует это и сжимается на члене, отчаянно стараясь остаться в сознании, потому что ощущения вновь такие, будто он парит, и ему это нравится. Баки зализывает след от зубов и откидывается на подушки, пока Стив пытается отдышаться и слезть с него. Кажется, он никогда не чувствовал себя настолько легко, без лишних мыслей и груза ответственности. — А ты быстро восстанавливаешься, — хмыкает Баки, позволяя устроиться на своей руке. — Сочту это за комплимент, — Стив вяло улыбается, чувствуя, как его утягивает в сон. Потеря крови сказывается не лучшим образом, но он уверен, что через пару часов будет как новенький. Это и происходит, но, когда Стив просыпается, рядом уже никого нет. Баки не оставил ни следа, и, наверное, это к лучшему, даже несмотря на то, как неприятно сжалось в груди, сворачиваясь скользкими щупальцами, привычное чувство потери. Он возвращается в обычный мир, туда, где все его знают и где каждую минуту он должен творить добро, но мысли о Баки не покидают. Разве мог Стив еще неделю назад подумать о том, что в мире — будто всего остального мало — существуют вампиры, и что он сам будет скучать по одному из них? Но вот он, роется в базе данных, выискивая человека с, разумеется, ненастоящим именем Баки, чтобы встретить его еще раз. Стив ловит след в другом районе, богатом, в противовес тому, где сам встретился с вампиром, и только качает головой, влезая в классический костюм, чтобы слиться с потоком дорого одетых людей. Он видит Баки почти сразу — или тот не прячется, или у Стива настроился какой-то внутренний компас, указывающий на того, кто не покидал мыслей даже тогда, когда Стив спал. Жаркие сны стали еще одним откровением, и это было невозможно игнорировать. Он подходит со спины Баки, когда тот, не подозревая, угощает вином дамочку в шикарном черном платье с неприлично большим декольте, и та, очарованная, уже готова последовать за ним куда угодно. Стив не может ее винить, смотря на эту шикарную спину и не менее привлекательную задницу. Он улыбается, не выпуская наружу своего зверя-собственника, и подходит ближе. — Простите, но тут уже занято. Он видит мелькнувшую ярость в глазах дамочки, но та, видимо, предпочитает с ним не связываться, потому что уходит без слов. Баки разворачивается и быстро прячет удивление за ухмылкой. — А ты быстро нашел меня, детка. Шпионаж? — он хмыкает, но, видимо, действительно снова не узнает Капитана Америка, что все еще странно, но все также нравится Стиву. — Можно и так сказать. У меня есть свои секретные методы, — Баки выгибает бровь и это выглядит так сексуально, что Стив готов его тут же и раздеть. Приходится держаться из последних сил. — А теперь нам нужен ближайший отель, потому что я скоро сойду с ума, если твой член не окажется у меня во рту. Вот теперь Стив узнает голод во взгляде голубых глаз, и это отзывается дрожью предвкушения по всему телу. Что ж, куда бы это их не привело - но отпускать Баки он больше не намерен. Даже если у самого Баки были другие планы на его счет.

***

Стив выходит из кабинета Фьюри с улыбкой на лице, пугая своим хорошим настроением сотрудников ЩИТа. Не часто им приходится видеть радость на лицах людей после встреч с директором, но Стив в последнее время бьет все рекорды. Фьюри рвал и метал, но подписал указ о долгосрочном отпуске, обязавшись вызывать Стива только в случае глобальной угрозы миру. После последней миссии Баки остался недоволен, ведь, как выяснилось, ему не нравился запах чужой крови на Стиве. А теперь с его мнением считались все, не желая нарываться на проблемы с Капитаном. Все таки быть суперсолдатом оказалось полезно. Особенно в их с Баки спальне.