1 глава. И они называли это "счастье"?
4 марта 2025 г., 05:54
***
Гип поднялся на 3 этаж и сел на нижние ступеньки лестницы в подъездной клетке. Он достал пачку сигарет. Чирк зажигалкой и подъезд наполнился лёгким запахом сигаретного дыма. Мало кому нравится этот запах, поэтому Гип подошёл к окну и, приоткрыв его, встал рядом.***
С освобождения монстров прошло довольно много времени, несколько лет, люди уже немного привыкли к монстрам и перестали их бояться, наоборот, они поняли свою силу, поняли что у них огромная власть над монстрами и они стали издеваться над ними.***
Окурок сигареты падает в пепельницу, любезно оставленную соседкой. Гип продолжал стоять возле окна. Серые тучи закрыли небо ещё утром. Город суетился, прохожие спешили домой, натягивая капюшоны и накрываясь зонтами. Шум дождя был, словно музыкант, его капли звучали разными нотами, отскакивая, они стучали по по крышам домов, козырькам подъездов, подоконникам и в завершении падали на асфальт, образуя лужи. Свет окон и фонарей отражался на мокрой дороге. Шуршала ещё не опавшая листва деревьев, окрашенная в яркие оттенки жёлтого и красного. В окнах загорался тусклый свет. Гип считал, что есть в осенних дождливых вечерах нечто загадочное. Действительно, в таких вечерах есть своя романтика и умиротворение. Небольшой город под дождём - это маленький мир, с застывшим временем, где душа находит свое отражение. К сожалению Гипа, он не может стоять так вечно, погружаясь в мечты, иногда стоит вернуться в реальность, иначе утонешь в мечтах. Тяжело вздохнув, скелет поднялся по лестнице и подошёл к грязной исписанной двери. Там были фразы вроде "Умрите", "Уроды", "Лохи", "Вы будете долго жить.. к сожалению(". Гип сначала пытался стирать эти надписи, но он появлялись вновь, изо дня в день, он устал что-либо делать с ними, поэтому надписи больше никто не пытался стереть. Достав слегка кривой ключ из внутреннего кармана куртки, он попытался открыть дверь своей квартиры. Рука скелете дрожала, он не хотел заходить в квартиру, всё его тело сопротивлялось. Закрыв глаза и тяжело выдохнув, Гип сглотнул ком в горле и наконец-то вставил ключ в обшарпанную замочную скважину, провернув его до характерного щелчка. Оглянувшись назад, Санс всё же потянул скрипящую дверь и скрылся во тьме мрачной прихожей. На вешалке был только одинокий шарф, вскоре к нему присоединилась мятая, грязная куртка темно-зелёного цвета с охристо-коричневым мехом на капюшоне и значком на плече. Санс осторожно высвободил ноги из чёрных берцев с напрочь убитыми носами, стараясь не задеть ноющие ступни в бинтах. Закончив, он прошёл на кухню, ступая босыми стопами по прохладному полу и неся с собой охристо-зелёную сумку цвета хаки, словно военный подсумок с патронами, но нет, в ней лежали отнюдь не патроны. Поставив её на стол, он принялся разгребать содержимое. Хрупкое тельце замелькало, заносилось среди кухни, замелькало меж стола и полок, ловко перебирая фрукты, овощи и прочую провизию. Затем, словно боясь кого-то, он проскользнул в ванную, как тень, чтобы не нарушить тишину коридора. Он пытался спрятать медикаменты в ванной, словно оберегая их от посторонних глаз. Разложив припасы, скелет тихо и быстро прошмыгнул в свою комнату сквозь гостиную, скрываясь во мраке. Дверь за ним закрылась, издав тихий щелчок, что растворил стоящую в комнате тишину.***
Чего же боялось дитя подземелья?
Кого же оно не хотело встречать?
Зачем уж кралось оно в мраке вечернем,
Пытаясь безмолвно пройти и пропасть?
***
Было слышно тяжёлое дыхание. Наш герой уже давно убил свои несуществующие лёгкие табачным дымом и никотином. Он сполз по двери на пол, его ноги больше не могли удержать туловище и стали ватными. Он больше не мог сдерживаться, из его глазниц выпало пару кристальных капель, сверкающих при солннечных лучах отражённых от луны(лунном свете). Слезы считались слабостью, Гип долго держал их в себе, это была его боль, его душевные тернии, и даже сейчас, в ночном мраке, он не мог дать волю чувствам и эмоциям. Он не боялся осуждения, нет, он боялся причины своих слез, точнее, что она будет думать, если увидит его таким. Причина не давала ему выпустить всё, что накопилось внутри, на волю.***
Но как причина может ограничивать свободу чувств, свободу их выражения? Так, когда причина душевных терний идёт от самого родного и близкого человека, от единственного кто у тебя остался.. Младший брат - вот в чем причина страданий Санса. Проблема, естественно, не в брате, в его состоянии. Его болезнь, вот действительная проблема мучений. Эуст уже давно был слаб до такой степени, что не мог выходить из квартиры. Арбона работала над лекарством, но пока смогла лишь облегчить и замедлить прогрессирование болезни на какое-то время.***
Лёгким движением руки бинты оказались на полу подле ног, спав с хрупких белых костей. Они были словно фарфор, чуть тронешь и они падут на землю, разлетевшись на мелкие осколки. Всё ноги Гипа, его косточки были в трещинах. Скелеты и люди различаются, поэтому ему бессмысленно было резаться, вместо этого он колупал трещинки в костях, замедляя их заживление. Он не любил боль, но это всё, что ему помогало хоть немного отвлечься от клубка своих темных мыслей. Он не хотел жить, его глазницы видели слишком много, он не хотел страдать.. Но нет! Пока жив его братец, наш герой будет гореть для него!***
До выхода из подземелья все было не столь плохо. Магия среды питала монстров, эпидемия заболевания не так сильно губила монстров, но их ослепило появление человека за столь давний срок. Монстры давно лишились надежды выбраться, они отказались от этой мечты, но человеческое дитя освободило их, лишив подпитки в виде магии и выпустив в жестокий мир.***
Эуст совсем ослаб, магия больше не поддерживала его. "А ведь всё было хорошо.. И это они называли это "Счастьем "? Глупцы, ослепленные надеждой и мечтой."- прохрипел прискорбно Гип.
