Умер

на небе ни одной звезды и некому меня вести  да и слова в стихи мне не сплести  глаза давно пора закрыть  меня встречает смерть-сестрица  радушная, с теплой улыбкой  ещё вчера с тобой мы виделись  когда я резал тех утырков  ты только погоди, родная  зажми же рану дай хрену старому минуток с пару  мне только… только попрощаться  и смерть-сестрица мне кивает  послушно рану зажимает видать, служил я ей на славу  хороший из меня палач  ты смотришь на меня сейчас?  всегда смотрел, скажи, ведь так? я слишком много не сумел сказать ты уж прости, я не силён в речах  ну что, мудила, смог построить рай?  и смог же, смог и всех нас спас  а в людях не нашлось и благодарности  что ж пусть хоть будет память  а кто-то помнит тебя человеком? ни королем, ни богом, просто смертным  тем юношей, что ругал меня за сигареты  и с одного бокала вискаря хмелел кто видел скромного мужчину? до раздражения умного, слегка пугливого  смущенного, что удивлялся миру  жаль, только друга ты не смог найти и, кажется, никто, кроме меня  последние деньки с тобой не коротал у озера болтая без конца  и все казалось мне таким понятным  вечным, нерушимым  тьфу, дурак, сам все себе внушил  знал же, что помрешь, скотина  лучше б сам тебя убил  эх, ну и кому мне тут пиздеть? руки бы на тебя не поднял, нет  не потому что ты король и нет тебя сильней  да просто дорог ты мне стал, мой человек  распить бы ром с тобой в последний раз  и сигаретку прикурить, и погулять  а к зареву вести тебя домой бухущим в хлам  все не могу понять, на кой всегда было ходить по кабакам  любил же ты свободу, о, любил жаль заперт был, совсем один  и лишь кошмары гладили тебя в ночи а бремя туже зажимало в медные тиски  за тобой я тороплюсь  сестрица-смерть, убери-ка с раны руку  ты только подожди меня, мой друг  и налей чего покрепче, все таки домой иду