Никогда не поздно?

Приятного чтения!!

***

Неделя за работой ускользнула незаметно. Ги Хун ударил по дисплею телефона кулаком, шагая с серьёзным видом вдоль вечерней улицы. Этой развалюхе уже более пяти лет точно. То, что навигатор, пусть с переменным успехом, но работал, уже было большим успехом. Зачем вообще напросился вновь увидеться с Сан Ву. Кто же знал, что он сегодня в другом здании. Спасибо, что оно не на другом конце, как казалось бесконечного, Сеула. Вскоре цель была найдена. Сон натянул на голову капюшон кофты, пряча замерзшие руки в карманы дубленки, и начал высматривать друга. И к чему эта анонимность? Даже как-то обидно, что приходится скрываться, будто они кинозвезды, которые состоят в тайных отношениях. А на самом деле Сан Ву идиот, для которого положение в обществе важнее всего. — Наверное месяца...полтора назад, — мужчины наконец-то встретились и медленно брели в сторону парковки. Разговор зашёл в самую не любимую сторону. Обсуждение его дочери, — Я плохой отец и даже не хочу пытаться себя выбелить. Ги Хун в очередной раз рассказал о том, как любит дочь, но не может позволить себе часто видеться с ней. Сейчас она живёт в хорошей квартире, окружена людьми, которые могут о ней позаботиться. А рядом с ним...рядом с ним в её глазах виднеется лишь жалость и глубокое сожаление. Возможно лучше максимально отдалиться, чтобы не травить душу ребенку. — Правильно, нафиг ей ты сдался, — ответил на всё Сан Ву, удивляя этим самым Сона, который ожидал совершенно иного ответа, — Намного же лучше, чтобы она полностью забыла о таком непутёвом отце. — Ну если уж и ты согласен...— неуверенно пробормотал, а после резко зажмурился, получив тяжелой рукой по затылку. — Идиот, — недовольно поморщился, встречаясь с в двойне шокирующим лицом, — Каким бы отстоем ты не был, она в любом случае твоя дочь и заслуживает внимания. Пусть и жалкого. Ги Хун почесал место удара, не зная осудить или поблагодарить за прямоту. Он и сам разрывался от желания быть в её жизни или же наоборот исчезнуть бесследно. — Ну и должна же она видеть пример того, как жить не надо, — добавил в конце Сан Ву, открывая дверцу машины. Вот ведь гаденыш, не упускает момента по глумиться. Сон уже было хотел залезть в чужую тачку и начать пылко ворчать, но заметил на пустующей парковке новую душу. Знакомый силуэт. — Не стану показывать тебе плохой пример, бывай, — быстро попрощался с другом и побежал, боясь, не успеть. Снова упустить. Чёрная машина завелась, но к счастью, не успела тронуться с места. Ги Хун раскрыл дверь и молча залез внутрь, шумно дыша, от усталости. Пора завязывать со спонтанными пробежками. Владелец с непониманием уставился на незваного гостя , но не сказал ни слова, зачем-то дожидаясь, пока он начнет первым. — Почему вы не приходите? Ин Хо вскинул брови, будто пытаясь в чужих глазах разглядеть суть вопроса или сразу ответ. Ги Хун стянул с себя капюшон и закатил глаза. Раздражало чужое спокойствие и тишина: — Вы сказали, чтобы я вас не разочаровывал, а сами уже какой день не приходите на съёмки, — да, он бросил Сан Ву только ради этого вопроса. Возможно глупо, но это и вправду его волновало. Ин Хо отвернулся к лобовому стеклу, опустив руки на руль. На мгновение его холодное выражение лица переменилось и стало будто...теплее? Тишина длилась, казалось, вечность. —...Я изначально не должен был приходить, — наконец-то послышался слабый голос мужчины, — Раз уж вы уже здесь, то может прокатимся? И это весь ответ? Ги Хун был в недоумении. Не успел переваривать крупицы первой информации, как уже свалили на него новую. И отказываться совершенно не хотелось, в чужом безэмоциональном профиле, будто бы читалась просьба. Или же это иллюзия, из-за того, что он и сам на самом деле был не против. Возможно это шанс еще что-нибудь разузнать, спросить. Сон ничего не ответил, но пристегнулся, таким образом, показывая своё согласие. Машина тронулась с места и поехала в неизвестном направлении. Возможно именно так и пропадают люди, а потом светятся в новостных лентах, как найденные где-нибудь мёртвыми. Зачем Ги Хун прожил более сорока лет, если наивнее некоторых детей. — Я не знал, что вы здесь работаете, это не ложь, — проговорил, решив, что самое время прояснить все недосказанности, — Но на самом деле...я немного обрадовался, увидев именно вас, — Хватило бы и первой фразы, но нет ведь, язык бесстыдно понёсся вдаль. А тишина в ответ лишь усугубляла ситуацию. Ги Хун уже просто хотел выкрикнуть: "Ну скажите хоть что-нибудь!", но не успел совершить очередную глупость. — Назовите ваш адрес, я подвезу. Такой простой ответ на тот двусмысленный бред. Именно это пугало и одновременно интересовало в Ин Хо. Он казался пазлом, состоящим из множества частиц, на которые смотришь и не можешь даже представить итога. Но постепенно, собирая фрагмент за фрагментом, должна вырисовываться общая картина. Сон назвал адрес, но не свой. Не хотелось, чтобы Хван доезжал до самого дома и видел этот отстой. Достаточно выйти неподалёку, а дальше дойти пешком. — На самом деле я никогда не посещаю съёмки, в этом просто нет необходимости, — Ин Хо нарушил вновь во царившую тишину, боковым зрением, наблюдая за чужой реакцией, — А в прошлый раз...я наверное хотел увидеть вас. Ги Хун ощутил не что странное. Неожиданно в горле пересохло и стало как-то неуютно. Каким образом на такое вообще нужно реагировать? — И не стало смешно от увиденного? — тихо спросил, не сумев скрыть внутренних переживаний, из-за новой для себя работы, — Держусь ей-богу на честном слове. Из меня никудышная модель. И вновь молчание, но в этот раз уже не такое неловкое. До Ги Хуна, будто дошло, что это лишь стиль общения. Хоть кто-то в отличие от него с начала думает, а потом говорит. — Вы объективно симпатичный мужчина, но вам не хватает опыта и уверенности в себе. Или же он ошибся и все-таки Ин Хо тоже ни черта не думает? Иначе, как можно выдать такое и еще так легко?? Наверное подобный комплимент от мужчины он получает впервые. И это на удивление не неприятно. — Боюсь это всё же не объективное оценивание, вы ведь пропустили все съёмки, — с упрëком ответил Ги Хун, — Приходите в следующий раз, — на этом моменте он удивился самому себе, так как в словах прослеживались легкие нотки флирта. Не заметить это было невозможно. К сожалению, внятного ответа не последовало, но это не омрачило разговор, поставив его в тупик. Всё было нормально. Почему-то Ги Хун уже не чувствовал себя как-то неуютно, наоборот ещё более раскрепостился, начиная рассуждать обо всём на свете. О том, как тяжело работать в сфере развлечений, про конкуренцию. Далее ускакал к более личным темам, затрагивая не давнюю потерю работы, долги и даже болезни своей матери. На душе накопилось многое и вот так высказаться малознакомому человеку было приятно. Ведь он герой совершенно другого мира, максимально отдаленного мира. А судить того, чьей судьбы не знаешь, почти невозможно. Время пролетело незаметно. Машина остановилась на углу узенькой улочки, с лениво мигающим, тусклым фонарём. Ин Хо нажал на кнопку, освобождая себя от ремня безопасности и чуть наклонился к соседнему сиденью, потянувшись рукой к плечу, чтобы иметь опору. Ги Хун слегка вздрогнул, посмотрев на мужчину с явным немым вопросом. Но этого знака тот не смог бы уловить, так как его взгляд был устремлён вниз. Будто бы на... — Замри! — как ошпаренный выпалил Сон, откинув в сторону остатки вежливости и шустро вылез из машины, закрывая за собой дверь. Рука судорожно полезла в карман в поисках любимого успокоения. Несколько секунд и сигарета оказалась во рту. Ги Хун медленно опустился на корточки, одной рукой сжав волосы на затылке, на которых до сих пор ощущался лак для фиксации причёски. Много времени для раздумий не понадобилось, буквально две затяжки и медленно тлеющая сигарета полетела на землю, и была раздавлена ботинком. Ещё через считанные секунды он вновь очутился в машине. Только теперь Ин Хо смотрел на него, как на призрака, сидя на месте. — И долго мне ждать? — Сон вскинул брови, схватился за воротник чужого пальто и одним движением притянул мужчину ближе к себе. Их губы в мгновение столкнулись с такой силой, что казалось, будто мир вокруг содрогнулся. Горячий воздух клубился в салоне автомобиля, словно пылающий туман. В такой момент не нашлось места для нежности. Поцелуй был грубым, настойчивым, жарким. Он ощущался так, будто время у них двоих было на исходе. Рука Ин Хо опустилась на шею Ги Хуна, его касания были ненавязчивыми, но жгучими, заставляя кожу покрываться мурашками. Губы сжимались, мялись между собой, словно шла нешуточная борьба. Лёгкая щетина неприятно тревожила подбородок, но даже в этом было своё очарование, что-то совершенно новое и неизведанное. Казалось вот-вот и Сон буквально растворится в своём сиденье от того, как сильно на него навалилось крепкое мужское тело. Но неожиданно образовалась пустота между ними. Ин Хо отпрянул и оторвал взгляд от припухших после поцелуя губ. Слова не нужны. И без них в его горящих глазах читалось желание. Ги Хун понимал его, на удивление себе понимал, но всё равно отвернулся, обхватив пальцами ручку двери: — Мне нужен был независимый слушатель и ты оказал мне услугу, — проговорил с хрипом в голосе и слабо улыбнулся, — Может в другой раз я послушаю тебя? Вопрос, который не подразумевал ответа. Всё равно независимо от согласия или отказа между ними ничего не изменится. Ги Хун вышел из машины и последовал в сторону дома. Он чувствовал себя странно из-за того, что так легко принял все обстоятельства и не просто принял, а поддался им, прыгнул в них с головой и без стеснения. Раньше возможно бы душу кошки царапали, а сейчас будто и всё равно. Ну да, мужчина. Стыд и срам. Грех. Но, что не тверди, никакого отвращения не ощущалось, а врать себе желания не было. Из-за этой работы Ги Хун не редко возвращался домой поздно, ему едва ли удавалось иногда поговорить с мамой или поужинать с ней как раньше. Она не жаловалась, молчала. Громко молчала, так как лицо у неё и без слов было красноречивым. Получить бы быстрее свои деньги, чтобы отправить маму на лечение, она пусть старательно пыталась ходить, как обычно, но полностью скрыть свою хромую походку не могла. Из-за этого сердце кровью обливалось. Она дома одна страдает, а он с парнями сосётся...только в этот момент Ги Хун смог ощутить свою вину.

***

Ин Хо днями, месяцами и годами утопал в работе. Пусть он и управлял компанией, но всё равно не мог избавиться от ощущения связанных рук. Отец болел, был слаб, но неустанно наблюдал, знал буквально всё. В этом плане он однозначно монстр. Так и мимо него не прошёл недавний поступок Хвана. А если быть точнее череда поступков. С начала одобрил модель без опыта, что уже являлось риском. А после бросил основные дела и два дня подряд тратил на то, чтобы лично увидеть начало съёмок. Это просто немыслимо. Дочерних компаний уйма и везде свои кастинги, показы, съёмки, телешоу. Хочешь, не хочешь, но невозможно лично присутствовать, в этом и нет необходимости. Отец у Ин Хо далеко не дурак, быстро сложил два плюс два и понял, что дело в конкретном человеке. В новом интересе. Пусть это ему не нравилось, но Иль Нам знал, что его сын гей. И даже не был противником, до тех пор, пока это не мешало работе. Но именно эти ошибки послужили причиной недавней вспышки агрессии. Иль Нам создал и вложил каждую частичку своей жизни в эту компанию, буквально горел этим делом. Теперь Ин Хо обязан отдать всё и без остатка. Он обещал, дал своё слово. И не важно, что это было давно, и также не важно, что тогда он был в отчаянии. Чужая невидимая рука до сих пор продолжает дергать за ниточки и сильнее сжимает руки на шее, перекрывая кислород. Правда ли будет хуже, если иногда поступать по своей воле?

***

Ги Хун за неделю кое-как, но освоился на работе. Теперь это большое здание не казалось таким угрожающим. С коллегами он особо не общался, слишком уж разными они были. Зато нашёл язык с молодой девушкой, которая работала в кафетерии. Но наверное так думал только он сам, потому что она вечно закатывала глаза, когда видела его на горизонте. Но даже не смотря на такую явную равнодушность, она единственная, кто здесь слушал его рассказы. Хоть по ней и не скажешь. Внешность же у нее была необычная, вне кафетерия увидишь и не поверишь, что не модель. И вопросов к ней море было. Ведь, что не день, то снова ее смена и так с утра до позднего вечера. Зачем такой молодой так убиваться на работе? Да и не спросишь прямо, это уже её личное дело. Если уж только когда-нибудь... Ги Хун не мог быть равнодушным к незнакомке, так как невольно вспоминал свою дочь, ей бы он не пожелал так растрачивать свою молодость, силы и здоровье. Кан Сэ Бек, так звали эту девушку, пусть она и была не дружелюбна, но без каких-либо просьб готовила для Ги Хуна бесплатный кофе по утрам. Это ценно. Видимо все-таки его болтовня кое-как, но повлияла на неё. Со стаканом кофе мужчина зашёл в кабину лифта и поднялся уже на привычный ему этаж. Запутанные коридоры и множество дверей уже не казались такими жуткими. Странно, что буквально недавно он работал в небольшом магазинчике своего друга Чон Бэ, и носил старую грязную рабочую куртку, а теперь на него натягивают брендовые шмотки. К слову о Чон Бэ, давно они не виделись, с того самого вечера. Возможно он чувствует свою вину за произошедшее и старается пока что не показываться на глаза. Нужно будет встретиться и ещё раз сказать, что не держит на него зла. Дверь открылась, Ги Хун зашёл на съёмочную площадку. Его внимание сразу же завоевал стоящий около фотографа Ин Хо. Дурак, действительно пришёл. Теперь невозможно было избавиться от чувства неловкости, Сон ведь ляпнул, не подумав, когда настойчиво его звал сюда. А еще и после того поцелуя...вдвойне неловко. Рука опустилась на переносицу носа, устало её помассировав. Сплошная головная боль с этими жизненными переменами.

***

Если вдруг возникают вопросы, то можете задавать их в комментариях 💫