Какой может быть боль?

Боль, – понятие субъективное. Для кого-то, это что-то через чур серьёзное, а для кого-то боль, нечто не вызывающее особых тревог и забот. Через любую боль, пройдут все. Просто кому-то повезёт и она пройдёт быстро и незаметно, а кто-то будет долгое время мучаться в адских агониях, после которых ещё долго будет восстанавливать себя и своё ментальное (а может и физическое) здоровье.

Какой тип Лололошка?

Что сейчас он ощущает? На нём не одной царапины за эти пару дней, его тело искалечено лишь старыми, затянувшимися шрамами, новых выявлено не было.

Так почему настолько херово?

Ему больно, не так как обычно, он совсем не понимает откуда исходит это колющее чувство в груди. И это тревожит. Сколько раз он не ходил в медпункт внутри бункера, всегда говорилось что с ним всё в норме. Но что-то явно не так. Где-то внутри, будто что-то скребётся, оставляя омерзительный осадок в внутри его разума. Даже до самых затаëнных уголочков памяти, эта боль добралась. Но внешних факторов получения ран нет. Может у него завелись паразиты? Где-то в области вспышки или искры, или как говорят учёные, ОМП. Впрочем, уже не так важно, если он умрёт от них. Главное чтоб как можно быстрее... Это чувство внутри сводит его с ума, по правде говоря. Ему постоянно... Больно. И эта тревога, поводу собственного состояния, начала во всю красу проявлять себя. Дышать стало трудно, лёгкие будто сжимались, не давая полностью наполнить их кислородом, а голова всегда казалось тяжёлой, будто он уже одной ногой под землёй. Но он ещё жив. В руках, недавно найденная книга. Она была одной из немногих, что не поглотила радиация, а нашёл он её в видимо больнице, он так и не понял что это за здание. «Какой бывает боль?», книга написанная неизвестным для Лололошки автором, да и обложка не очень интересная. Если бы не его самочувствие, он бы даже не обратил внимание на неё. Но по благосклонности судьбы она была замечена. Садясь за свой столик, перед этим поставив скафандр на зарядку, парень осторожно протирает книгу какой-то тряпкой, которую он планировал выбросить. Всё же, вдруг на книге достаточно большое количество радиации, а он голыми руками трогать будет? Теперь, когда меры предосторожности выполнены, можно приниматься читать, и первым разделом идёт: «Какие бывают виды боли?» Кратковременная, хроническая, острая, поверхностная, глубокая, вис-... Висцеральная, какое трудное название, точно нет. Ни одно из описаний не подходит, в этой ситуации. Ещё. Перелистывая страницу, судорожно дëргая ногой, он наконец-то находит то, что подходит ему больше всего. То что сходится. «Психогенная боль — это боль, связанная с появлением эмоционального конфликта или психологических проблем. Иногда, такая боль связана с душевными терзаниями.» – читает он и мотает головой. Он ничего не помнит! Какие у него могут быть проблемы? Да...? Вот именно что нет, последнего приключения вполне хватило, чтобы полностью расшатать его психику, как же он сам этого не понимает... А Лололошка, тем временем, старательно ищет страницы с тем как от этого избавиться. Иначе, скоро он точно сойдёт с ума. Но и мысли насчёт этого возникают, ведь, странное чувство в груди появилось ещё при приключении с Джоном, когда он узнал, о первых, о своей дружбе с Эграссой... Именно тогда, в его сердце появились первые зачатки боли. Он начал вспоминать. Вспоминать всё что было однажды и как светло было то время. Время с родителями, чьи лица смазаны в его голове, но редкие проскальзывающие в голове воспоминания, оставляют тёплый осадок. Дни проведённые с Эграсселем, за созданием масок, его воодушевляющие возгласы о том насколько это красиво и их личный календарь, где был отмечен каждый день. Первых, он мало помнит, возможно, они не вызвали такого эмоционального потока как смерть Сына, но в любом случае, это слово, незапятнанное и чистое, и приятно отзвучивает в отголосках разума. «Причины возникновения психогенной боли могут быть разные, от ужасного детства и насилия в нём, до стихийных бедствий. Так же...- » Это не то, но вот менее распространенная причина, которую он нашёл в самом конце быстрого чтения, подходит к его недугу. Но, самый главный вопрос, он что, сходит с ума? «Потребность в сочувствии и внимании со стороны окружающих людей» Именно это и стало причиной его самочувствия. Одиночество. Глаза будто бы открылись, а розовые (в его случае чëрные) очки спали с очей, открывая уже трезвый взор на всю ситуацию. Именно когда он остался один и с мëртвым другом, без возможности хоть с кем-то контактировать, без возможности чтобы ему заменили Эграсселя, к которому его тянуло подсознание, все его приключения, он начал сходить с ума. Сходить с ума, с пониманием, что теперь, у него больше нету места, что зовётся домом. Воспоминания как влитые, сразу вставшие как надо, бегали в его голове, разрушая всё то что он когда-то знал, хотел знать и будет знать. Всё это время, начиная с первых приключений, после ухода с Архея и потери друга, он тянулся к нему, ни к людям, ни к другим существам, а к нему. Он жаждал его увидеть и каждый раз, когда заканчивал приключение вспоминал, оказывался у запечатанного архея , и его вновь уносило в пустоту, где он забывал. Но всегда возвращался и всё повторялось по кругу. Его приключение в реальности Джона, привело его домой, поэтому он чувствовал себя там безгранично хорошо, но вот незадача, после возвращения домой, он собственноручно убил того, ради кого и хотел вернуться. И теперь, когда он вновь не дома, он сходит с ума во первых, от того что рядом нет никого, кто мог бы, хотя бы на долю процента напомнить ему Эграсселя, ведь он совершенно один, во вторых, от понимания, что теперь, то место куда его тянула искра, куда его тянули приключения, больше никогда не будет таким родным каким было. Он всё понял и вспомнил то нахождение в пустоте, пытаясь пробраться в Архей, место, где его всегда ждут... Ему нужно срочно избавляться от этих блядских чувств, иначе ему крышка, он не выживет здесь, ведь... То место где он оказался, может и похоже на Архей, а может иметь и является, но явно это не то место, что он когда-то любил. Но как заставить эту боль замолкнуть? Он ищет, старательно ищет способ, который можно сотворить в его реалиях. Ведь, таблетки он явно найдёт, психолога и подавно! Но других способов, нет, не указано...       – Блядь! – ударяет он по столу, захлопывая книгу и бросая в сторону. Что это он... Лололошка встаёт со стула, уходя в край комнаты, и бегая из угла в угол, шепча себе что-то под нос. Не уж то его приключение окончится здесь? Теперь, лишь безмятежность, никакой агрессии, а зажатый в углу комок, дрожащий и плачущий в собственные колени. Он сам завёл себя в это положение, сам завёл себя капкан из которого не под силу вырваться в одиночку.       – Лололошка, – голос звонящий в ушах, оставляющий приятные ощущения и родной. Он зовёт его. – встань. Сын, стоит в дальнем углу комнаты, заботливо, по матерински улыбаясь, зовёт его. Его. Он понимает, это всего лишь галлюцинация, не более. Его разум или подсознание, желает вытащить его из травмирующей ситуации, но сейчас... Он рад ему больше чем Джону и рад, что галлюцинация... Вообще пришла.       – Лололошка, я верю в тебя, вставай.