В поисках себя

***

      Мин Юнги расположился за одним из столиков вип-зоны и уже минут сорок наблюдал за пареньком, который сидел в одиночестве за барной стойкой и методично напивался. На вид тому было года двадцать два — двадцать три, не больше. И в голове бизнесмена созрел план в отношении этого молодого человека.       Юнги потягивал свой безалкогольный коктейль и смотрел вокруг холодно и безэмоционально. У него все было с приставкой без. Жизнь — безрадостна и безвкусна, взгляд — абсолютно безжизненный, бизнес — совершенно безнравственный, а сам он — безжалостен ко всем, даже к своему ближайшему окружению. У него не было души. Она сгорела, пока Мин карабкался наверх с самых низов. Карабкался, чтоб обрести материальное благополучие и статус. И он это все получил. Но потерял душу. Нет, здесь нет никакой мистики, он ее не продал, не заложил ее дьяволу в обмен на богатство. Все было в миллион раз проще. Хотя как сказать, может, и в миллион раз сложней. Его душа была выжжена болью, предательством, необходимостью совершать поступки, которые изначальная версия Юнги осуждала.       И вот теперь, купаясь в деньгах, он не чувствовал ничего. Ни боли, ни сопереживания, ни каких-либо похожих эмоций. Иногда его это бесило и напрягало, иногда он был этому рад.       Мин Юнги был владельцем полулегального ночного клуба. Все было, в общем-то, законно и красиво, кроме комнат вип-отдыха, которые Юнги не афишировал, и штата сотрудниц, которые принимали в этих комнатах желающих приятно провести время. Для незнающих — это было место для парочек, которые хотели уединиться. Для тех, кто нашел друг друга на танцполе или в баре за выпивкой. Ну а для людей, владеющих информацией, это был мини-бордель, где можно снять девочку на час или на ночь.       С недавнего времени у Юнги в голове засела мысль, что неплохо было бы штат сотрудниц и услуг расширить. И разнообразить. Ему нужен был мальчик, потому что девочки его клиентам уже приелись, да и появились гости, которые в сторону девочек вообще не смотрели. Они просто развлекались в клубе, а Юнги терял доход.       И вот сейчас, глядя на молодого человека, Юнги осознал, что это тот самый парень, который ему нужен, и который принесет ему кучу бабла.       Юнги не был жадным, поэтому силой ему никого уговаривать не приходилось. Но в этот раз Мин был готов на все. Он достал телефон и написал кому-то сообщение. Звонить в таком шуме было бесполезно.       Минут через пять к его столику подошёл крупный, стройный мужчина в кожаных брюках и белой футболке и уселся рядом с Юнги на диван.       — Что за спешка, Юнги? — спросил подошедший, вальяжно откидываясь на удобную спинку дивана и вынуждая Мина развернуться к нему.       — Ты наглеешь дальше-больше, Чонгуки.       — Не заметил, что я такого сделал? — выпучил большие черные глаза на Юнги Гук. — Это ты меня позвал, я тебе зачем-то понадобился. Так что лучше говори по делу.       Чонгук принципиально не звал Юнги хеном и общался с ним на равных. Он считал, что дело, которым они занимаются, уравнивает всех и уважать тут некого и не за что.       — Ладно, об этом потом поговорим, некогда сейчас. — Мин поставил свой бокал с безалкогольным коктейлем, который так и не допил, на стол и указал рукой в сторону барной стойки.       — Видишь того парня? Он нам подходит, вот чувствую, что это на самом деле то, что надо.       — Не понял. Подходит нам для чего? — чуть свёл к переносице свои густые брови Чонгук.       — Я давно хочу разнообразить услуги вип-комнат, ты же знаешь, — намекнул Юнги.       — Ааа, — протянул Гук. — Мальчика-проститутку выбрал? Ну ок, и что от меня хочешь?       — Сделай так, чтоб он тут остался, как угодно, уговори, пообещай кучу денег, запугай. Мне все равно каким образом, но этот пацан должен работать на меня.       — Охренеть, Мин, ты прогрессируешь. К тебе в клуб становится опасно ходить простым смертным. Одна ночь отдыха и оп, — Гук щёлкнул пальцами, — человечек уже трудится проституткой.       — Перестань язвить, Гуки, лучше попробуй. Я не предлагаю тебе приставить парню нож к горлу. Попробуй для начала заинтересовать.       — Тут ключевое слово «для начала», как я понимаю, — хмыкнул Гук.       — Чонгук…       — Да понял я, все, все, — поднял руки вверх молодой человек. — Только вот насколько я вижу и чувствую, он ни разу не гей. Ты видел, скольких парней он отшил?       — Столько же, сколько и девчонок. Парень явно не в настроении, у него что-то случилось.       — Не самое удачное время.       — Как сказать… может, ему помощь нужна. Порази его, ты можешь, Гуки, давай.       — Ладно, шеф, сделаю.       Юнги щёлкнул языком и покачал головой. Его несносный тонсен упорно не называл его хеном. Юнги понимал, почему так происходит, но в глубине души, иссохшей и измученной, хотел услышать это слово.       Чонгук был младшим братом погибшего в бандитских разборках друга Юнги. Это случилось давно, ещё в то время, когда друзья пробивали себе место под солнцем. Такое случалось сплошь и рядом в том мире, где они вращались, и могло случиться с любым. Случилось с другом. И с тех пор Юнги взял всю ответственность за мелкого на себя. Кормил, поил, одевал, оберегал. Заставил закончить школу и курсы автомехаников. Но Гук уже был подростком и многое понимал. И потихоньку втянулся в дела Юнги, хоть и относился ко всему происходящему с лёгким налетом иронии и отвращения. Но и оставить одного этого безбашенного парня не мог. Так и жили. И не братья, и не друзья, и не любовники. И не хен с тонсеном. Некий симбиоз зависящих друг от друга людей.

***

      Тэхен приканчивал уже четвертый коктейль, когда рядом, на соседний стул, в очередной раз приземлилось какое-то тело. У Тэхена заканчивался запас вежливых слов, чтоб отшивать всех, кто пытался подкатить к нему в этот вечер, алкоголь, как назло, не брал, а мысли, от которых он хотел хоть на время избавиться, упорно не покидали голову.       — По какому поводу пьянка? — вдруг раздался справа приятный низкий голос с хрипотцой, и что особенно удивило Кима, голос этот принадлежал трезвому человеку. Хамить почему-то расхотелось, в словах незнакомца подкат не распознавался.       — Да так, есть желание выпасть из реальности. А желательно и из жизни. — Ким ещё немного отпил, поставил бокал на барную стойку и повернул голову к незнакомцу.       — А по какому поводу, собственно, вопросы? — успел произнести Тэхен, прежде чем его полупьяный мозг трансформировал и осознал картинку, которую увидели и передали ему глаза. И в этот момент Ким завис. Мужчина, сидящий рядом, был идеален. Тонкая талия, широкие плечи, подкачанное тело. И татуировка на всю руку. Яркая такая, разноцветная. Ким разглядывал человека, не соображая, что ведёт себя по меньшей мере странно, а вообще — неприлично. Он рассматривал резкие черты лица, которые смягчали добрые выразительные и необычно большие для корейца темные глаза, ему сразу понравились черные как смоль вьющиеся, довольно длинные для парня волосы. В общем-то, весь парень Тэхену понравился, и он вдруг внутренне охренел сам от себя. «Значит, все-таки, я гей», — пронеслось в голове у Тэхена, он схватил бокал, залпом допил его содержимое и сделал знак бармену повторить. Ким не заметил, как незнакомец жестом отменил его заказ.       Все это время Чонгук смотрел на парня и любовался им. Таких красивых людей ему ещё не приходилось видеть. Он про себя согласился с Мином, который сразу же оценил парня и понял, что этот бриллиант принесет клубу миллионы вон. Кроме того, Чонгуку было приятно внимание незнакомца, нравилось считывать во взгляде немой восторг. И миссия, возложенная на него шефом, уже не казалась такой невыполнимой.       — Мне не нравится твой настрой. Ты слишком красивый, чтоб добровольно выпилиться из жизни, — снова заговорил Чонгук, когда молчание затянулось.       — Я не собираюсь выпиливаться. Я лишь хочу, чтоб эта реальность от меня отстала, — качнул головой Тэхен.       — Хочешь поговорить об этом?       — А смысл? Все равно ничего не изменится. — Тэхен больше не смотрел на парня, он опустил голову и уставился в столешницу барной стойки.       — С чего ты взял? Откуда такие выводы?       — Жизнь — боль. И все проблемы любят наваливаться одновременно. Видимо, по одной им скучно. А так… И самим неодиноко, и над человеком поугорать можно.       — Интересные у тебя рассуждения, — расхохотался Чонгук. — Тебя как зовут?       — Тэхен, — ответил парень.       — Я Чонгук, рад знакомству.       — Ну… да… вот и познакомились… Ничего и страшного, — тихо пробурчал себе под нос Тэхен, но Чонгук его услышал.       — Это ты о чем? — решил уточнить Чонгук.       — Да так, о своем, не бери в голову, — махнул рукой Тэхен и снова отвернулся.       — Я так понимаю, ты здесь один. Может, пойдем, прогуляемся?       — Не нравится мне все это, ты какой-то странный, — вдруг заупрямился Тэхен.       — Странный? Что во мне странного? — вытянулось лицо Чонгука.       — Не знаю. Что-то не сходится… А что, понять не могу. — Тэхен нахмурился и усиленно думал, блуждая взглядом по собеседнику. Наконец он заулыбался и засиял. А Чонгук от его улыбки ослеп и чуть не откинулся. Было необыкновенно ощущать рядом с собой настолько ясного человека, с такой обезоруживающей улыбкой.       — Я понял! — почти закричал Тэхен. — Понял, что не сходится! Ты трезвый, вот, — ткнул он указательным пальцем в крепкую грудь Чонгука, обтянутую белой футболкой. — Клуб, вечер в разгаре, вернее ночь, а ты трезв как стёклышко. Так не бывает, Чонгук, и это кажется мне странным.       — А если я объясню тебе, почему так произошло, ты пойдешь со мной гулять?       — Пойду, если объяснение покажется мне правдоподобным, — кивнул Тэхен.       — Ну хорошо. Я здесь на работе. Такое объяснение тебя устроит?       — На работе? — вытаращил глаза Тэхен, и чуть подумав, сощурил глаза и добавил:       — И как ты тогда уйдешь гулять, если на работе?       — Очень просто. Я совладелец этого клуба. Захочу и уйду. Тем более, что второй совладелец этого весьма приятного заведения сейчас тоже тут. Клуб в надёжных руках.       — Обалдеть, — снова пробурчал Тэхен. — Сам владелец… капец…       — Пойдем, — Чонгук сделал вид, что не услышал бубнеж Тэхена, потому что смысл этих реплик был ему не ясен, он достал свою куртку, которую в начале вечера оставил у бармена, подал руку сидящему на высоком стуле Тэхену, парень аккуратно спрыгнул, и молодые люди направились прочь из клуба.       Чонгук ничего не понимал. По его ощущениям, Тэхен был натуралом и все поползновения в свою сторону должен пресекать на корню. Однако, этого не происходило, и Чонгук был в замешательстве. Он уже стал думать, что парень настолько наивен, что не понимает всех этих скрытых подкатов. Но Тэхен снова удивил. Они шли вдоль тротуара по безлюдной улице, когда тот заговорил:       — Мы правда погуляем, или ты меня сразу к себе на хату поведешь?       — Зачем на хату? — озадаченно спросил Чонгук и остановился.       — Ну не знаю, зачем на хату обычно водят, — пожал плечами Тэхен. — Трахать, наверное.       — Чего? — настала очередь Чонгука выпучивать глаза.       — А что ты делаешь удивленный вид? Ты зачем ко мне подкатил? Я же до сих пор не знаю…       — Тэхен, давай сядем, поговорим, — указал на лавочку, стоящую невдалеке, Чонгук.       — Ну давай, давай поговорим, — согласился Тэхен и направился к скамейке. Чон проследовал за ним.       Конечно, Чонгук не собирался говорить парню всю правду о том, с какой целью он подошёл к нему в клубе. Он вообще не знал теперь, скажет ли ему об этом, уж больно необычным был этот Тэхен. И слишком комфортно Чонгуку было рядом с этим незнакомым парнем. Поэтому Чон на ходу придумал совершенно другую причину, по которой он оказался рядом с Тэхеном у барной стойки и заговорил с парнем.       — Видишь ли, я, правда, совладелец этого клуба, — начал разговор Чонгук, когда они уселись на лавочку. — И наша основная задача, кроме веселья гостей, их комфорт и безопасность. Я давно заметил тебя и видел, сколько человек к тебе откровенно клеились и скольких ты отшил. Сделать вывод о том, что ты не желаешь более тесного общения, было просто. Но ты явно напивался, и это становилось опасно. Отвергнутые поклонники бывают страшны в своей мести, особенно когда тоже напьются.       — Чего-о? — протяжно спросил Тэхен.       — Того-о, — повторил интонацию Тэхена Чонгук. — Уволокли бы тебя куда-нибудь в бессознательном состоянии, и ищи-свищи.       — Так, все, не пугай меня, — взмахнул руками в защитном жесте Тэхен. — И… спасибо, что подошёл.       — Я не закончил, — перебил Тэхена Чонгук и усмехнулся, увидев, как тот удивлённо вскинул брови. — Ко всему сказанному должен добавить, что, пока я приглядывал за тобой, ты мне понравился.       Чонгук пошел ва-банк, ему хотелось поскорее выяснить, что думает этот красивый парень по поводу отношений между мужчинами. По классике жанра он должен был сейчас получить кулаком в нос, и Гук напрягся, чтоб не пропустить удар. Но его не последовало. Тэхен будто сдулся, опустил голову и сложил руки на коленях в замок.       — Должен тебе признаться, что все не совсем так, — заговорил Тэхен, выдержав приличную паузу. — Я пришел в клуб именно с целью найти более тесное общение, но… все были какие-то… не знаю, стремные.       — Поясни, — не понял последнюю реплику Гук.       — Мне кажется, я гей, — еле слышно прошелестел Тэхен.       — С чего такие выводы?       — Я уже говорил, что проблемы любят наваливаться все скопом. Так вот, одна из них — моя девушка, вернее, теперь уже бывшая девушка. Она бросила меня вчера, сказав, что я эмоциональный калека, бесчувственное полено, и кто-то там ещё.       — Не думаю, что стоит переживать, не все в этой жизни зависит от нас. Ну, не сложилось, значит, она не твой человек, — попытался поддержать Тэхена Гук. Ему на самом деле было обидно за парня.       — Это не первые мои отношения, а итог у всех один. И претензии всегда одинаковые, хоть и выражены разными словами.       — Ну а ты сам, как сам оцениваешь все, наверняка же думал, анализировал, — поинтересовался Чонгук.       — Возможно, они правы, и я не способен на сильные чувства. Все всегда было хорошо, но как-то… тускло, что ли. Я никогда не испытывал таких чувств, о которых пишут книги и слагают стихи.       — И ты решил…       — Попробовать с парнем. Но мне никто не нравился, и я решил напиться, уверенный в том, что я реально эмоционально неполноценен. А потом подошёл ты, — Тэхен ещё ниже опустил голову и стал говорить совсем тихо.       — И? — допытывался Чонгук.       — И ты мне понравился…       — Поэтому ты и пошел со мной?       — Да.       — И даже готов пойти ко мне домой?       — Зачем?       — Как зачем, сам же сказал — трахаться.       Тэхен окончательно смутился, залился румянцем и замолчал. А потом все же поднял глаза на Чонгука, кивнул и хоть и тихо, но уверенно подтвердил:       — Да. Готов.

***

      Они зашли в квартиру, и Чонгук ненавязчиво приобнял Тэхена за талию, решив приучать парня к более тесному контакту. Тот сжался, но не отпрянул. Чонгук улыбнулся.              — Снимай куртку, проходи, будь как дома. Гостиная прямо, спальня направо, ванная и туалет рядом. Я сейчас приду, возьму нам выпить.       — Наверное, не стоит, — робко попытался отказаться Тэхен.       — Стоит, — не согласился Чонгук, — тебе надо расслабиться, те коктейли уже выветрились, пока мы гуляли.       — Хорошо, как скажешь, — перестал сопротивляться парень.       Тэхен прошел в гостиную. Комната, как и вся квартира, по крайней мере, то, что он видел, говорила о том, что у хозяина были вкус и деньги. Подробно рассмотреть все Тэхен не успел, Гук пришел довольно быстро. Парень принес бутылку виски и два рокса, быстро налил немного напитка в каждый и подал один Тэхену.       — Ну, давай, за знакомство, что ли, — улыбнулся Чонгук.       — Ага, — согласился Тэхен и нервно, одним махом, выпил весь шот.       Тэхен волновался. Волновался так, что не понял, в какой момент они переместились в спальню, не заметил, как оказался без одежды и без белья, абсолютно голый, рядом с таким же обнаженным Чонгуком. Он помнил прохладу чистых простыней, которых коснулась его спина, помнил непередаваемый восторг от ласк, которые дарил ему Чонгук, абсолютное отсутствие стыда, так для него нехарактерное. Он лежал и наслаждался всем, что творил с его телом Чонгук, а тот, как виртуозный музыкант, извлекал из стройного, изумительно красивого тела под собой невероятные волшебные звуки. Чонгук был нежен и терпелив. Он бережно раскрывал для себя девственное и сокровенное, что волею случая было подарено ему. Чонгук любовался тем, что видел, наслаждался тем, что чувствовал и что ощущал физически. И понимал одно. Он не отдаст этого парня Юнги. Не позволит сделать с ним то, что Мин задумал. Он даже близко не подпустит Тэхена к клубу и кого-то другого к Тэхену. Даже если придется пойти на ссору с Юнги. Но это будет потом. А сейчас, лёжа на боку позади Тэхена, медленными, спокойными движениями Чонгук массировал незнакомое еще с такими ласками нутро Тэхена. Возбуждённый член парня просто лежал на бедре, Тэхен отвлекся и не трогал его, потому что почувствовал вдруг нечто невообразимое сзади и внутри, там, где как поршень двигался туда-сюда крупный член Чонгука и задевал какие-то волшебные точки, даря умопомрачительное наслаждение. Чонгук был искушен в сексуальных утехах, Тэхен понимал это, как понимал и то, что выглядел в глазах парня обыкновенной шлюхой, в лучшем случае — любопытным натуралом-экспериментатором. Но сейчас Тэхену казалось, что его не трахают, не бездушно берут, а любят и наслаждаются близостью с ним. Так же, как наслаждался в этот момент он сам. Тем, что отдается мужчине. Тем, что его задница, еще днем абсолютно девственная, сейчас была растянута и жадно принимала в себя большой и твердый член.       Чонгук крепко держал Тэхена, обнимая руками и прижимая спиной к своей груди. Руки блуждали, оглаживая пресс и торс парня, задерживаясь на сосках, играя с ними. Губы без остановки выцеловывали линию челюсти, шею и плечи Тэхена. Чонгук целовал везде, куда мог добраться из такого положения А член внизу безостановочно брал. Присваивал. Метил собой, своим присутствием глубоко внутри.       Тэхен опустил руку вниз и провел ладонью по животу, чуть задержавшись в самом низу. Он не понимал, как можно возбудиться еще сильнее, но возбудился и чуть не кончил, когда ощутил под ладонью вбивающийся в него сзади член. Тэхен закинул голову на плечо Гука и застонал прерывисто и громко, а тот, заметив, что парень на грани, и не желая заканчивать все так быстро, просто вытянул руку и сжал Тэхена у основания, охладив его пыл и отсрочив оргазм.       Тэхен переживал свой первый полноценный сексуальный контакт с мужчиной. Поэтому был полностью поглощен своими ощущениями. Чонгук не злился. Он понимал. И старался дать как можно больше, доставить как можно больше удовольствия. Чтоб Тэхену понравилось. Чтоб он остался с ним. Чтоб он принял такой секс.       Чонгук осторожно уложил парня на живот, и тот лягушкой распластался на постели, инстинктивно подставляя задницу, призывая партнёра продолжить приятное занятие. Чон улыбнулся и поспешил исполнить желание Тэхена. Он двигался размеренно, сдержанно, растягивая удовольствие, погружая обоих в томную негу, но когда почувствовал, что парень под ним начал подмахивать, прося другой темп, сорвался и взял Тэхена так, как хотел с самого начала, смачно, глубоко, с оттяжкой. Тэхен под ним заскулил, но оттопыренная задница говорила о том, что тому все нравится, Тэхён не уходил от контакта, наоборот, стремился навстречу таранящему его члену, двигал бедрами, прося продолжения. Тэхена выкидывало из реальности от наслаждения и необычности переживаемых ощущений. Это было чистое удовольствие. Его затрясло и он кончил, мощно, бурно, так, как ни разу не кончал за всю свою жизнь. Это был чистый восторг, буйство чувственности и физическое откровение. Ощущая такую сильную реакцию тела Тэхена и глядя на неописуемое удовольствие, которое получил с его помощью партнёр, наслаждение накрыло волной самого Чонгука, и он кончил вслед за Тэхеном, и, не выходя из того, обессиленно опустился на спину лежащего под ним парня.       — Фух, это было потрясающе, — заявил Чонгук, когда отдышался и, скатившись с Тэхена, растянулся на постели.       — Я все-таки гей, — сокрушенно подвёл итог Тэхен и осторожно перевернулся на спину.       — Получается, так, — подтвердил Чон. — И что, ты расстроился, что ли? Ну, если тебя это успокоит, то знай, твоя попка создана принимать, поверь, мне ни с кем еще не было так хорошо, как с тобой, как в тебе, — разглагольствовал Чонгук, повернувшись к парню и улыбаясь.       — Хватит такое говорить, ты смущаешь меня, — закрыл лицо ладонями Тэхен.       — Ой, какой стесняшка, — весело рассмеялся Чонгук. — А когда задницей подмахивал, вообще не стеснялся.       — Чонгу-ук! — возмутился Тэхен.       — Ну все, все, не буду, — извиняющимся тоном уверил парня Гук, пододвинулся и притянул Тэхена ближе, уложив того себе на грудь.       — Гуки, наверное, нам надо в душ, — спросил Тэхен, а сам обнял парня поперек талии, прижался и облегченно вздохнул.       — Да, сейчас сходим. Только давай немного полежим вот так. Я правду сказал, мне никогда не было так хорошо, ни с кем.       — И мне, — подтвердил очевидное Тэхен.       Тэхен просто подставил свою задницу малознакомому мужчине и позволил трахнуть себя. Действительно, просто так, для эксперимента. А получилось, что нашел свою истинную сущность, которая, наконец, раскрылась, подарив Тэхену возможность испытывать необыкновенное наслаждение в постели, нашел человека, который в скором времени станет самым необходимым в жизни.

***

      Чонгук открыл глаза и не сразу понял, что происходит. Впервые за долгое время он спал крепко и спокойно. Такого не было с тех времён, как Чон потерял брата. Когда это произошло, у него земля ушла из-под ног, пропала опора, за которую он держался и к которой мог прислониться. И никто из друзей и партнёров дать ему эту опору не смог. Его сон всегда был беспокойным, поэтому молодой человек старался спать меньше, вставал сразу, как просыпался, не желая ни валяться, ни снова впадать в полудрему. Потому что там его очень часто поджидали кошмары. Чонгук всегда спал чутко, слышал сквозь сон каждый случайный шорох или звук на улице. А сегодня он не слышал ничего. Тэхен оплел его руками и ногами, будто закрывая от всего зла этого мира, и от всех духов, обитающих в царстве Морфея. Парень умиротворенно сопел на ухо Чонгуку, убаюкивая и заменяя этим сопением все остальные звуки, которые могли потревожить Чона.       Чонгук осторожно выбрался из постели, накинул на себя домашний халат, лежащий на кресле, и вышел на балкон. Начинался новый день, готовый наполниться тем, что дадут ему люди. Кто-то будет делиться с ним добром, кто-то злом, а кто-то, как Гук, вновь поплывет по течению… Чонгук нахмурился, ему не понравилось то, что он сейчас про себя подумал. Но как ни говори, это было правдой. А восход тем временем был прекрасен. Пробивающиеся лучи восходящего солнца окрашивали небо в потрясающий розовый и дарили надежду на светлое будущее. Чонгук понял, что должен что-то сделать, вот только не понял, что именно. Поэтому он развернулся, зашёл в квартиру и, вопреки собственным установкам, скинул халат и нырнул обратно в постель, к Тэхену, туда, где ему было так хорошо ночью.       Второй раз Чонгук проснулся довольно поздно и обнаружил, что в постели он один. Его накрыл настоящий животный ужас от осознания того, что Тэхен ушел. Чонгук закрыл глаза и болезненно простонал. У него не было ни адреса, ни телефона этого потрясающего парня. Гук так и лежал, боясь пошевелиться, пока до его слуха не донеслось звяканье посуды. Он в один миг вскочил и почти бегом направился на кухню, преодолев расстояние за пару секунд, и лишь там облегченно выдохнул и прислонился к косяку двери.       — Гуки, что с тобой? — проворковал Тэхен, разворачиваясь от плиты к парню. — Боже, ты бы хоть прикрылся, — заалел щеками тот, откладывая деревянную лопаточку, которой что-то перемешивал в сковороде.       — Мне было некогда, — отлепился от стены абсолютно голый Чонгук и направился к парню. Тот взвизгнул, когда большие теплые руки Гука забрались под его же халат, что был накинут на Тэхене, и стали по-хозяйски шарить там и оглаживать мягкие линии совершенной фигуры, сминать ягодицы и прижимать к себе.       — Гуки, омлет сгорит, отпусти меня, — запыхтел Тэхен.       — Ну и пусть, — ответил Чонгук, продолжая лапать Кима.       — Какое ну и пусть, Гуки, нет, отпусти меня, Гуки, я есть хочу! — пытался оттолкнуть от себя парня Тэхен, стараясь вывернуться из крепких рук.       Морить голодом Гук никого не собирался, поэтому после этих слов выпустил поваренка и направился в душ, пригрозив, что после Тэхен за это заплатит.       И Тэхен с радостью заплатил, и не один раз. Все выходные парни провели в квартире Чонгука, наслаждаясь обществом друг друга, просто друг другом, даря нежность, ласку и страсть друг другу. Но к вечеру воскресенья Тэхен вдруг погрустнел и стал задумчивым.       — Что с тобой? — поинтересовался Чонгук. — Я что-то сделал не так? У тебя где-то болит? Мы перестарались?       — Нет-нет, не в этом дело, все хорошо, правда, не волнуйся, Гуки.       — Говори, Тэ, я же вижу, что ты скис.       — Я не скис. Просто пока мы тут веселились, проблемы-то никуда не делись. И их придется решать.       — Мне кажется, с одной мы разобрались, и весьма успешно, разве нет? — Тэхен улыбнулся и кивнул. — Давай следующую, — решительно заявил готовый ринуться в бой Чонгук.       — Видишь ли, я в данный момент безработный. Я встречался с дочерью своего шефа, и он выкинул меня, как только она ему пожаловалась, — решил все же поделиться своими переживаниями Тэхен.       — Вот мудак, — скрипнул зубами Чонгук. — А где ты работал?       — В IT- компании, я разработчик программного обеспечения.       — Ого, — вытянулось лицо Чонгука. — Ничего себе, ты у нас крутой спец, оказывается.       — Крутой, да безработный, — вздохнул Тэхен.       — С такой специальностью ты без проблем найдешь работу, айтишники везде нужны.       — Да, я надеюсь, — согласился парень.       — Ты не торопись, подбирай то, что тебе действительно понравится, — рассуждал Гук, сидя на диване и обнимая Тэхена.       — И все-таки ты странный, Гуки, мне жить на что-то надо. У меня, конечно, есть накопления, но не хотелось бы спустить их в ноль.       — Ты можешь жить у меня, — выдал Чонгук, честно глядя в глаза Тэхена.       — Интересно, в качестве кого? — нахмурился тот.       — В качестве моего парня, кого ещё. Ведь партнера тебе теперь тоже надо искать, так?       — Ну да, похоже на то.       — Так зачем искать, вот он я, уже нашелся, — развел руками Чонгук и заулыбался, изучая выражение лица Тэхена, сидящего рядом.       — Гуки, хватит шутить, я тебе о серьезных вещах говорю…       — Так и я серьезно, Тэ. Ты мне правда очень нравишься, давай попробуем, вдруг у нас получится что-то стоящее? Я понимаю, начали мы немного не с того, но мы же просто проверяли. А теперь проверили и можем действовать более уверенно. Будем ходить на свидания, дарить подарки, целоваться украдкой на заднем ряду в кинотеатре. Ну, что скажешь? — Чонгук смотрел с надеждой, ему очень хотелось, чтоб Тэхен согласился, и тот это видел и чувствовал.       — Хорошо, Гуки, давай попробуем, — кивнул Тэхен. — Ты мне тоже нравишься.

***

      Чонгук был счастлив. Но мысли о том, что он что-то делает не так, прочно засели в его голове. И в те моменты, когда рядом не было Тэхена, он думал. Представлял разные варианты своей дальнейшей жизни. И все сводилось к одному. Ему не нравился клуб и то, что там происходит. Будучи совладельцем, он получал хороший доход от функционирования этого заведения, но мерзкий осадочек на душе все равно всегда был. К тому же сейчас появилась опасность подставить и потерять Тэхена, парня, который разбудил душу Чонгука, одним своим присутствием заставил думать и чувствовать.       У него хватало денег на счету, кроме того, Чонгук владел двумя автомастерскими, которые сам открыл и развивал с нуля. Поэтому решение, которое он принял, казалось ему вполне логичным и обоснованным. Он решил отказаться от своей доли в бизнесе Юнги.       Утром в понедельник, за завтраком, он озвучил свое решение Тэхену, немного переживая, что без своих сверхдоходов будет тому не интересен. Чонгук объяснил свои мотивы и с опасением смотрел на Тэхена, ожидая его реакцию.       — Гуки, ты волен делать со своей собственностью все, что пожелаешь, — Тэхен отпил кофе и поставил чашку на стол. — Мне интересен ты, а не твои деньги, и я тебя в любом случае поддержу. Но если тебе интересно мое мнение, думаю, ты правильно поступаешь. Если тебе чем-то неприятно это занятие, лучше избавиться от него.       Камень свалился с плеч Чонгука, и в этот же день он забрал документы из сейфа и направился в клуб.       Разговор с Юнги получился сложным. Тот воспринял все, что произошло, как предательство. Еще одно. И снова — от самого близкого человека.       — Это не предательство, Юнги, – убеждал старшего Чонгук. — Я, правда, не могу больше здесь находиться. Эта обстановка давит на меня. Да и ты, прости, но… ты становишься с каждым годом все циничнее и расчетливее. – Чонгук замолчал. Молчал и Юнги.       — Прости еще раз, — все же продолжил Чон. — Я так не могу, я помню другого Юнги, который ценил людей, заботился обо мне.       — Я и сейчас забочусь о тебе, Гук, — глухо произнес Мин.       — Не спорю, и благодарен тебе за все. Только вот к клубу и к тому, что здесь происходит, больше отношения иметь не хочу.       — Это из-за него? — вдруг спросил Юнги и поднял холодный взгляд на Чона.       — Отчасти. Я понял, что никогда не отдам его тебе и не отпущу в эту грязь. Он светлый, ясный. И он мой. Рядом с ним я чувствую себя живым, настоящим, понимаешь? Мне хочется горы свернуть, добиться…       — Ага, знаю, достать звезду с неба… ну-ну, плавали — знаем, — ухмыльнулся Юнги. — Что ж, поздравляю, ты все-таки влюбился… А что он?       — Мы теперь вместе.       — Даже так? — изогнул бровь в удивлении Юнги.       — Даже так. Он согласился быть моим парнем.       — Ясно, — хмыкнул Юнги, помолчал, а потом протянул руку. — Давай документы, мой юрист все подготовит, когда позвоню — приедешь, подпишешь.       — Договорились, — кивнул Чонгук, встал и, еще раз внимательно взглянув на Юнги, вышел из кабинета.

***

      Юнги позвонил в пятницу утром и сообщил, что документы готовы и можно их подписать. Чонгука очень удивила просьба Мина прийти с Тэхеном.       — Что ты задумал, Юнги? — напрягся Чонгук. — Хочешь силой принудить его работать в клубе?       — Гуки, неужели ты так и не понял, что я никогда не причиню вред тебе и человеку, который тебе дорог? — раздалось из динамика возмущенное.       — Я уже не знаю, что и думать, глядя на то, каким ты стал, Юнги-я, — тихо, почти шепотом произнес Гук.       — Никогда не бойся меня, Гуки, — так же тихо прошелестел голос Мина в телефоне. — Я просто хочу познакомиться с тем, кто забрал себе сердце моего тонсена.       — Хорошо, Юнги, мы придем, — ответил Чонгук и завершил разговор.       Непонятно почему, но ему хотелось плакать в этот момент. Он будто прощался с Юнги. С человеком, к которому так давно не обращался простым, но таким добрым словом «хен».       Чонгук и Тэхен появились в клубе после обеда, когда там шла подготовка к вечернему шоу, но посетителей не было. Чонгук, несмотря на заверения Юнги, все же опасался подвоха, поэтому крепко держал своего парня за руку и поглядывал по сторонам. Но все было спокойно. Юнги ждал их в кабинете и молодые люди поднялись наверх. Чонгук поприветствовал Мина и познакомил того с Тэхеном. Общения как такового в этот раз не получилось, парни лишь обменялись дежурными рукопожатиями и улыбками. Подписание документов тоже прошло быстро, сухо и по-деловому.       Юнги долго сидел в своем кресле, потягивал из рокса виски, уставившись, казалось, на дверь, а на самом деле взгляд его был направлен намного дальше. Туда, куда ушел его тонсен вместе со своим любимым человеком. Тот выбрал любовь и наплевал на деньги. Выбрал жизнь. Жизнь, которая и так скоротечна, а если тратить ее на темные дела, может закончиться в любой момент. Юнги решительно поставил рокс на стол и потянулся к телефону. Он набрал чей-то номер и стал ждать. Трубка выдавала только длинные гудки. Ему не отвечали, но он не сдавался. Наконец, звонок приняли.       — Я скучаю по тебе, Элена, — произнес Юнги. — По твоему голосу, по твоим рукам. Я хочу увидеть тебя, давай встретимся, пожалуйста.       — Ты же знаешь, я тоже скучаю без тебя, но…       — Я продаю клуб и выхожу из дела, — поспешил добавить Юнги, чтобы она не успела отказаться.       — Хорошо, я подумаю, — произнесла женщина после долгого молчания. — Я рада, что ты, наконец, решился изменить свою жизнь.       Она сбросила звонок, а на суровом лице Юнги впервые за долгие годы появилась лёгкая улыбка, и взгляд перестал быть пустым и безэмоциональным. Возможно, теперь из его жизни пропадет, наконец, эта приставка без. По крайней мере, он на это надеялся, когда сделал первый шаг к исцелению своей души.

***

Месяц спустя       Чонгук и Тэхен сидели на диване в одной из автомастерских, принадлежащих Гуку, и мило беседовали, попутно обнимая и лаская друг друга. Вдруг на телефон Чонгука пришло уведомление, он на секунду отвлекся от своего парня, взяв в руку телефон, и шокировано уставился на экран. Это было смс от банка, и оповещало оно о том, что на счёт Чонгука переведена огромная сумма денег. Чонгук открыл сообщение. Перевод был сделан Мин Юнги.       — Что это значит, Юнги, что ты опять задумал? — набрал номер Мина Чонгук и перешёл сразу к главному.       — Я продал клуб и вышел из дела. Я больше не хочу этим всем заниматься, Гуки.       — Ты шутишь? — округлил глаза Чонгук и посмотрел на Тэхена.       — Вовсе нет, и это твоя доля от продажи клуба.       — Тогда понятно… — сказал первое, что пришло в голову, Чонгук. — Что будешь делать?       — Пока ещё не решил, хотим для начала съездить куда-нибудь с Эленой.       — Вы помирились? — обрадовался за Юнги Чонгук.       — Думаю да, Гуки, — голос в трубке звучал уверенно и расслабленно.       — Я так рад за тебя, хен! — вырвалось у Гука восторженное.       — Мы же будем общаться, Гуки?       — Конечно, хен, неужели ты сомневался? Неужели думал, что я смогу бросить тебя и забыть?       — Спасибо, тебе, Чонгук, твой поступок… он заставил меня задуматься о своей жизни и… если бы не ты и твой Тэхен…       — Это тебе спасибо, хен, за все, что сделал для меня, за то, что не бросил в детстве и за то, что понял сейчас.       Они ещё немного поговорили и закончили разговор на позитивной ноте, договорившись в ближайшее время встретиться вчетвером. А потом, уже после того, как звонок был сброшен, где-то в своей роскошной квартире счастливо улыбался один Мин Юнги. Он услышал наконец то, что так хотел услышать от своего тонсена, это короткое, но такое ёмкое и теплое слово — хен.