А приличные люди торчат..

Молвин всегда был человеком, который умел ладить с любыми людьми. Выросший в строгой семье, он привык соответствовать ожиданиям родителей, всегда был примерным ребёнком, послушным, воспитанным, старательным. Его детство прошло в окружении строгих правил: чёткий распорядок дня, контроль успеваемости, ограничение общения с теми, кого родители считали неподходящей компанией. Они желали ему лучшего, строили для него идеальное будущее, где не было места ошибкам, слабостям и неосмотрительным решениям. Но университет изменил всё. Он оказался миром, который жил по иным законам. Здесь были не только отличники, амбициозные студенты с чётко намеченными целями, но и те, кого его родители наверняка назвали бы «неблагополучными». Вначале Молвин держался в стороне, боялся выйти за границы привычного, но однажды случайно оказался в компании, чьи взгляды на жизнь отличались от его собственного мировоззрения. Клайд был шумным, энергичным, всегда полным идей, пусть и не самых разумных. Он смеялся громче всех, любил устраивать авантюры и всегда тянул друзей за собой. Клеш, напротив, казался холодным, рассудительным и серьёзным, но в его словах чувствовалась забота. Обси — человек, у которого на любое слово находился колкий комментарий, но за саркастичной оболочкой скрывалась искренность. И был ещё Блс. Рыжеволосый, живой, взбалмошный, но с такой неподдельной искренностью, что устоять перед его обаянием было невозможно. Молвин сначала просто слушал их разговоры, не вмешиваясь, наблюдал, изучал. Они не стеснялись быть собой, не пытались кому-то угодить. Он завидовал им, хотя и не признавался в этом даже самому себе. Постепенно он втянулся. Он по-прежнему не пил, не курил, не пробовал ничего запрещённого, но больше не чувствовал себя чужим. Эти люди не требовали от него ничего, не заставляли меняться. С ними он мог быть собой. Когда он начал встречаться с Блсом, то понял, что теперь скрывать свою компанию от родителей станет сложнее. Они всё чаще спрашивали, с кем он проводит время. Он улыбался и спокойно говорил: — С хорошими людьми. — Надёжные? — уточняли родители, сверля его подозрительным взглядом. — Конечно, — уверенно отвечал Молвин, сдерживая смешок. Ведь в их мире все приличные люди торчали. Блс, сидя рядом, только ухмылялся, слыша этот разговор, и шептал: — Ох, малыш, если бы они знали… Вечерами они часто поднимались на крышу старого общежития. Там, в тишине, под тёплым светом уличных фонарей, было место, где можно было говорить обо всём или просто молчать. Ветер гнал по небу редкие облака, внизу слышался приглушённый шум города, а вдали вспыхивали огни квартир. Молвин любил эти моменты. Здесь он не был студентом престижного факультета, не был сыном строгих родителей — просто человеком, который искал своё место в этом мире. — О чём задумался? — спрашивал Блс, затягиваясь сигаретой и выпуская дым в ночное небо. — О будущем, — признавался Молвин. — У тебя оно точно будет. Только реши, каким хочешь его видеть. Молвин не знал, чего он хочет, но одно было ясно — он больше не чувствовал себя чужим в этом мире. Даже если этот мир был далёк от идеала его родителей.