восемь классов с отличием

      Восемь классов с отличием.       Это словосочетание не вызывает в вас и тени тревоги, да?       Тогда позвольте задать вам несколько вопросов.       Вы не страдаете излишним перфекционизмом, неправда ли?       Лозунги похожие на «сильнее, выше, быстрее» не вызывают у вас тревоги и желания забиться в тёмный угол?       У вас никогда не случалось истерик из-за четвёрки в школе?       Вы не думали о том, что умрёте в канаве, если не поступите в хороший университет?       И, наконец. Вы не слышали словосочетание «синдром отличника» в свой адрес?       Если ответ на все вопросы отрицательный — поздравляю! Вы с успехом миновали одно из препятствий этой жизни и не приобрели психического расстройства на нервной почве. Хотя, я, конечно, не психиатр, чтобы говорить об этом со стопроцентной уверенностью, а школа полна многими другими причинами, которые могут негативно сказаться на вашей психике.       Но это моя история и мои проблемы. Читать её или нет — решать вам.       А я уже не плачу из-за троек за тесты. Мне даже… Плевать?       Смешно и грустно. А вам же тоже плевать на то, что я чувствую? Вы ждёте кульминации и эпичной развязки, я знаю.       Это и правильно, такие, как я, не должны вызывать сочувствия или жалости. О нас всегда вытирают ноги все кому не лень: учителя, для которых всё всегда написано и сделано слишком плохо, одноклассники, которых бесят «заучки», родители, которые хотят для тебе всего самого лучшего, а делают только хуже…       Мы всегда «недостаточно хороши». Мы всегда «мало стараемся». Мы всегда «можем лучше».       Я где-то увидела цитату одной спортсменки: «мой самый главный соперник — я сама». А моим самым главным соперником был…       Я даже не знаю кто. Он или она. Но один факт про этого человека мне известен точно. Он ботает.       А я нет.       Скоро приступим к основному действию, не пугайтесь. Сейчас только поясню немного за терминологию и сразу же.       Ботать — это учиться. От слова «бот». «Ботаник» — туда же. Так понятнее? Ботают и в школе тоже, но обычно для олимпиад. Может, вы не знаете, но для того, чтобы хорошо выступить на приличной олимпиаде нужно очень много дополнительных знаний и практики, в разы и десятки раз больше информации — и умения ею пользоваться, конечно — чем вам даёт в школе даже самый строгий и требовательный учитель. Поэтому олимпиадники ботают. И огромная часть успеха — самостоятельный бот. Когда ты сам решаешь задачки по физике или пишешь эссе по английскому. Практикуешься сам. Как на самой настоящей олимпиаде. И чем больше человек ботает, чем больше он ботает самостоятельно, тем лучше и лучше с каждым разом он пишет олимпиады.       Я вас не утомила? Лирическое отступление уже закончилось, мы переходим к десерту.       Я окончила восемь классов с отличием. До девятого класса нет особо серьёзных олимпиад, но на тех, что были, я выступала довольно успешно. Так в чём же проблема, спросите вы?       В ловушке талантливого ребёнка.       Даже в спорте — с ним будет много аналогий, потому что олимпиады это тот же спорт — тренера говорят, что лучше взять среднячка, чем гениального спортсмена, потому что среднячок будет стремиться и усердно работать, в то время как гениальный спортсмен и так будет считать себя лучше всех. И в конечном итоге среднячок его обойдёт.       Я в своё время была не то, чтобы гениальным, но вполне себе талантливым ребёнком. Мне не приходилось тратить много усилий на тех олимпиадах, в которых я раньше участвовала. Мне не приходилось ботать. А в девятом классе я впервые столкнулась с серьёзной конкуренцией. Мне впервые пришлось начать ботать. И мне, очевидно, не понравилось. Даже не так.       Я не смогла.       У меня не получилось перестроиться. Начать новую жизнь в ускоренном ритме.       Я начала сдавать позиции.       Я проиграла. И кому только — самой себе!       Всё покатилось по наклонной, когда я не взяла всеросс. Это самая важная олимпиада — из названия видно, что всероссийская. Вот так — всю жизнь живёшь в убеждении, что играючи получишь диплом, а когда реальность расходится с ожиданиями, мозг клинит. А ведь я готовилась. Могла бы усерднее, но в какой-то момент всё так достало… Учёба покатилась в тартарары из-за подготовки, учителя и родители начали заевшую пластинку о том, что я скатилась… Я потратила кучу сил и времени — хотя, конечно, могла бы больше — на непринёсшее никакого результата действие. Я начала готовиться ещё лучше. Забросила учёбу, забыла про хобби, уходила в ночь с задачками и просыпалась с кругами под глазами. Переругалась к чертям с друзьями и окончательно возненавидевшими меня одноклассниками. И не взяла.       Ни в десятом, ни в одиннадцатом классах я так и не взяла всеросс. Никакого бви — поступления «без вступительных испытаний», почёта и уважения, цель всей жизни — коту под хвост. Смешно, не правда ли?       Мне не было. По крайней мере, в девятом классе. А теперь мне плевать. Всю жизнь я жила с выдроченным перфекционизмом, а потом что-то сломалось, будто под гидравлическим прессом. Родители думали, что я наконец успокоилась и взялась за ум. Прекратились истерики по причине «я тупая» и «ничего не добьюсь в этой жизни». Главное же вовремя подняться и продолжать путь — верно?       Никто не знал, что у меня не получилось. Ну живут же люди без всеросса как-то!..Для меня всегда — «как-то». Пусть счастливо, пусть богато, пусть во взрослой жизни этот всеросс никому не сдался… И я жила. Писала перечневые олимпиады — олимпиады второго и третьего порядков, тоже какой-никакой шанс получить бви, но… Не то это, понимаете?       И все вокруг твердят, как заведённые — это не повод сдаваться, это открывает перед тобой новые дороги… «Смерть — это лишь начало пути» — или как там Гендальф говорил?       А меня будто в мясорубке переебашило. Одиннадцатый класс был последней возможностью взять всеросс, получить заветное поступление без вступительных испытаний. А я — не взяла.       Поэтому сегодня сижу в чужой школе, склонившись над листочком с заданиями, и к горлу подкатывает слабая истерика. Я уже решила три из пяти задач, а до конца олимпиады остаётся почти два часа из четырёх. А мне хуёво. Я пытаюсь заставить себя записать решения, в голове выстраивается связная цепочка рассуждений, но получается только пялиться на пустой лист бумаги.       Буквально силой приходится заставить себя взять в руки ручку и начать. «Докажем вспомогательную лемму» и сходим нахуй, как же меня это заебало. Мысли нечёткие, но я пытаюсь собрать их. «Предположим противное, тогда…» — всё решится твари ебаные, с Богом по принципу ебучего Дирихле. К глазам подкатывает слёзы и становится тяжело дышать.       Как же меня заебали эти Ани и Бори с их странным подобием шахмат, чётность и нечётность, равнобедренные треугольники и стрёмные неравенства. Заебали слишком простые задачи, которые лень решать, и слишком сложные, которые я решить не могу. Заебали рыцари с лжецами, заебала теория чисел и комбинаторная геометрия. Всё заебало. Заебало так сильно, что хочется выть. За-е-ба-ло.       Заебали сто одиннадцать точек на плоскости, заебали мальчики и девочки, которые водят хороводы, заебали города и дороги с односторонним движением, заебали графы, равные отрезки и рассмотрение случаев.       Я тупо смотрю на последние две задачи и выдавливаю на листке каки-то витиеватые рассуждение, абсолютно точно не приводящие к ответу. Просто на олимпиаде нужно записать все свои мысли и — если повезёт — за них дадут частичные баллы, и диплом будет получше…       Я смотрю на кривой почерк и съехавшие цифры, и меня отчего-то снова пробирает. До конца олимпиады ещё больше часа, но я просто не могу. Я торопливо доедаю горькую шоколадку, и меня чуть не выворачивает. Бессмысленно смотрю на пронумерованные листы и снова чувствую себя до невозможного мерзко. Хочется проблеваться.       Я не хочу получать бви так. Я хочу быть победителем и абсолютом. Я хочу взять все олимпиады, а не учиться на платке или на бюджете в задрипанном университете, в который берут по результатам ЕГЭ. Идите нахуй.       Я долго над этим думала, но накатило только сейчас. Мои прекратившиеся истерики не прекратились, а лишь улеглись где-то в глубине души. Снова поднимается мысль о том, что я должна быть либо всем, либо ничем. Мне почти смешно, а истерика — тихая и бесслёзная — захватывает с головой. Я сдаю работу и подписываюсь в бланке. Организаторша ставит прочерк на последнем листе и складывает всё в стопку, отпуская меня.       В рюкзаке помимо выключенного телефона и часов лежит лезвие. Я тихо выхожу из кабинета, прикрыв за собой дверь. Спрашиваю у волонтёров, где тут находится туалет.       Мои любимые МБОУ СОШ. Разъёбанные в хлам парты, убитые туалеты и полы. Я закрываюсь в кабинке, не выпуская рюкзак из рук.       Нахуй эту жизнь.       Нахуй. Нахуй, нахуй.       Я достаю нож из рюкзака и ставлю рюкзак на пол. Руки немного дрожат, но уверенность никуда не исчезает, а становится только сильнее. У меня были свои попытки и целых два вторых шанса, но я проебалась. Я хотела ещё в первый раз, но меня остановила мысль о том, что я ещё смогу всё исправить. Не смогла. Ну и хуй с ним.       На руках белые шрамы ещё тех лет — родителям я говорила, что падала с качелей или резалась бумагой. Потом перешла на ноги и вопросы прекратились. Неосторожные падения — тоже.       Я не хочу ни о чём думать, только покрепче сжимаю нож в руке. Когда-то, когда я впервые попробовала селфхарм — дебильно и опасно, прямо в классе, при учителе, это учитель сказал мне: «Надо не так. Надо полную ванну и лепестки роз…». Тогда я подумала, что смерь это некрасиво. Что нехуй это романтизировать.       Кто бы тогда подумал, что я сдохну также отвратительно, как и жила — в кабинке незнакомой задрипанной школы, застывшим в горле болезненным криком и улыбкой на лице.       Похуй.       Я наношу несколько ударов в районе шеи. Резкая боль, перед глазами прыгают чёрные точки и цветные пятна, по лицу текут слёзы, из ослабевших рук вываливается нож.       Нет. Смерть — это отвратительно.