Контроль/Control

Комиссия по общественной безопасности героев Засекреченный доклад Отдел внутренней координации Заседание Совета Комиссии Дата: Конфиденциально Статус: Совершенно секретно Глава заседания: Президент Комиссии Сумире Тачибана Присутствуют: Руководители отделов вербовки, подготовки и стратегического анализа В просторном, но минималистичном зале заседаний, скрытом глубоко в штаб-квартире Комиссии, царила полная тишина. В центре длинного стола из тёмного дерева сидела Сумире Тачибана, её ровный, безупречно выверенный взгляд медленно перемещался с одного лица на другое. Присутствовали только те, кто имел высший допуск к информации. Каждый из них — специалист в своей области, ответственный за ключевые аспекты работы Комиссии. Наоки Фушимото, начальник отдела стратегического анализа, откинулся назад в кресле, скрестив руки на груди. Его лицо оставалось непроницаемым, но взгляд выдавал напряжённую сосредоточенность. Рядом сидела Юрика Мацуо, руководительница отдела подготовки, женщина средних лет с резкими чертами лица, известная своей методичной жесткостью в обучении новых агентов. Наконец, справа от неё разместился Кейдзиро Суда, руководитель отдела вербовки — человек с безупречной осанкой и хищным прищуром, который, казалось, всегда находился в состоянии аналитического расчёта. Тачибана сцепила пальцы и, выждав несколько секунд для создания нужной атмосферы, заговорила: — Программа Кейго Таками продемонстрировала свою эффективность. Его подготовка прошла успешно, он стал активом, на который мы можем рассчитывать. Это подтверждает необходимость расширения аналогичной модели. Она развернула перед собой тонкую папку и аккуратно постучала ногтем по верхней странице. — Отдел вербовки получает новый приоритетный приказ. Нам нужны кандидаты. Возрастной диапазон: от шести до девяти лет. Критерии остаются неизменными: высокий потенциал причуды, способность к адаптации и обучению, минимальные социальные привязки. Фушимото, до этого молча наблюдавший за ней, слегка приподнял голову. — Президент Тачибана, уточните, ожидается ли корректировка критериев в сторону увеличения диапазона? Ранняя вербовка эффективна, но восемь-девять лет — это уже осознанный возраст, в отличие от шести. Это может вызвать сопротивление. Суда усмехнулся. — Именно поэтому мы и существуем. Мы найдём кандидатов, даже если они окажутся не столь удобными, как хотелось бы. Юрика Мацуо нахмурилась и положила руки на стол. — Наша главная задача — подготовка. Важно не просто взять ребёнка, но и правильно направить его. Успех Кейго — это не только его талант, но и корректное управление им. Без грамотного контроля все усилия могут быть сведены к нулю. Суда лишь пожал плечами. — Проблемы подготовки — это ваша зона ответственности. Наш отдел займётся поиском. Тачибана подняла руку, останавливая возможный спор. Её голос оставался ровным, но в нём прозвучала едва уловимая строгость: — Вы оба правы. Поэтому этот процесс требует предельной осторожности. Я не хочу ни несформированных агентов, ни потерь на стадии адаптации. Отбор будет тщательным. Фушимото склонил голову в знак согласия. Кейдзиро Суда положил перед собой небольшой планшет и заговорил, уже переходя к практическому обсуждению: — Учитывая поставленные условия, наиболее перспективные объекты находятся среди семей с героическим наследием или среди незарегистрированных детей с необычными способностями. Мы будем действовать с предельной точностью. — А что делать, если родители начнут возражать? — неожиданно подала голос Юрика. Наступила короткая пауза. Все знали, что этот вопрос был критически важен, особенно когда речь шла о семьях с определённым влиянием. Тачибана медленно перевела взгляд на Суду. Тот чуть улыбнулся и откинулся в кресле. — Мы будем вести переговоры, разумеется. В крайнем случае… обратимся к вам, госпожа Президент. В зале воцарилась тишина. Все поняли, что это не обсуждается. Тачибана закрыла папку и уверенно сказала: — У вас есть семь дней. Мне нужен список имён. Собрание было окончено. Название документа: Операция "Вербовка кандидата 017" Ответственные агенты: — Кейдзиро Суда – глава отдела вербовки, методичный, рассудительный и терпеливый, умеющий находить общий язык даже с самыми сложными кандидатами. — Рюсей Тодо – доброжелательный, энергичный агент, обладающий природным даром располагать к себе людей. Густая листва деревьев колыхалась от лёгкого ветра, пока автомобиль медленно продвигался по длинной, идеально вымощенной дороге. Высокие ворота с гербом рода Яойорозу бесшумно открылись, когда машина остановилась перед величественным особняком. Два человека вышли из автомобиля: высокий мужчина в очках с папкой в руках и молодой человек с мягкой улыбкой и уверенной походкой. На пороге их уже ждал дворецкий – пожилой, седовласый мужчина с безупречной осанкой. Его руки были аккуратно сложены за спиной, а выражение лица не выдавало ни капли эмоций. — Господин Суда, господин Тодо, — спокойно произнёс он. — Господин и госпожа Яойорозу ожидают вас в гостиной. Позвольте мне проводить вас. Интерьер особняка отражал его владельцев – роскошный, но не кричащий, каждая деталь подобрана с точностью. Прохладный воздух, запах дорогого дерева, приглушённый свет от подвесной люстры. Они прошли по длинному коридору, пока не оказались в просторной гостиной, где их уже ждали хозяева дома. Масару Яойорозу сидел в кресле у камина, держа в руках бокал вина. Его поза была расслабленной, но взгляд – холодным. Аяка Яойорозу находилась рядом, сохраняя безупречную осанку, её руки спокойно лежали на коленях, а выражение лица было непроницаемым. — Господа Суда и Тодо, — ровным голосом произнёс Масару. — Чем обязан такому визиту? Кейдзиро сел первым, аккуратно раскрыл папку и выложил на стол несколько фотографий: современные тренировочные залы, просторные классы, хорошо оборудованные помещения. — Ведётся новый этап программы. Мы заинтересованы в перспективных кадрах, — сказал он, указывая на изображения. — Разумеется, мы понимаем важность семьи и социальной адаптации, поэтому предусмотрен гибкий график. Пять дней в учреждении, два дня дома, если будет желание. Аяка перевела взгляд на изображения. — Образование? — Полный курс. По завершении средней школы – аттестат государственного образца. Академическая программа разработана в соответствии с лучшими стандартами, — ответил Кейдзиро. Масару, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел на агентов. — Каков режим дня? — Пятиразовое питание, строгий, но гибкий график. Подготовка включает как физическое развитие, так и интеллектуальную нагрузку. Индивидуальный подход, работа с профильными специалистами. Программа рассчитана на раскрытие потенциала кандидатов, — пояснил Суда. — Вопрос безопасности, — сухо уточнила Аяка. — Какое обеспечение? Рюсей наклонился немного вперёд, его улыбка смягчила атмосферу. — Контролируемая среда. Медицинское сопровождение, защита. Каждый кандидат получает персонального наставника. Мы заинтересованы в их развитии, а не в истощении. Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Тоума. Он молча посмотрел на взрослых, затем перевёл взгляд на фотографии. — Что это? Рюсей усмехнулся и махнул рукой, приглашая мальчика подойти ближе. — Мы обсуждаем твоё будущее, дружище. Тоума нахмурился. — Вы хотите, чтобы я туда пошёл? Масару молча поднял бокал, не отвечая. Аяка же чуть наклонила голову, изучая реакцию сына. — Мы видим в тебе потенциал, — мягко, но уверенно сказал Кейдзиро. — Это возможность, а не обязанность. Решение за тобой. Тоума скрестил руки и прищурился. — А если мне не понравится? Рюсей усмехнулся, вытащил из кармана запечатанный стаканчик мороженого и протянул мальчику. — Вот, держи. Думаю, так будет легче принимать решения. В любом случае, ты сможешь попробовать и решить сам. Тоума осторожно взял мороженое, подозрительно глядя на агента. — Что, подкупаете? Рюсей рассмеялся. — Называй это мотивацией. Мальчик сделал глубокий вдох. Впервые кто-то давал ему право выбора. Он посмотрел на родителей, которые явно не собирались вмешиваться, затем перевёл взгляд обратно на агентов. — Я подумаю, — наконец, произнёс он. И светский разговор между взрослыми продолжались, начиная от героический темы до экономических событии. Позже, в общей комнате, где находились гости, Тоума сидел, держа в руках мороженое. Он машинально ел его, наблюдая за растаявшей каплей, стекающей по пальцам. Его мысли были бурными, тревожными. Он любил свою сестру, но... она была лучшей. Всегда. Яркой, талантливой. А он? Он был тенью. Сжав мороженое чуть крепче, он подумал: а если он примет предложение? Если сможет показать, что он не хуже? Что он тоже достоин внимания? Он сделал глубокий вдох. — Я согласен, — произнёс он тихо. Кейдзиро кивнул. — Разумный подход. Позже, покидая поместье, Суда достал телефон и набрал номер. Тодо шёл рядом, засунув руки в карманы. — Госпожа Тачибана, — спокойно сказал Суда. — Кандидат и его родителей согласились, не понадобилось ваше вмешательства. Хорошо, я буду гарантом, что он прибудет в учреждение. — Хех, — усмехнулся Тодо, когда звонок закончился. — Мальчишка даже не понял, что решение уже принято за него. Суда бросил на него короткий взгляд, но ничего не сказал. Тодо хмыкнул, сунув руки глубже в карманы. — Посмотрим, как он проявит себя. Вот тогда и решим, что с ним делать. Переговоры были завершены. В это же время, в кабинете, Масару и Аяка Яойорозу обсуждали решение сына. Аяка, пригубив чай, спокойно произнесла: — Это возможность для него. Он раскроет свой потенциал. Выйдет на новый уровень. Масару же не сводил взгляда с чашки, держа её в руках. Он не мог выразить этого словами, но внутри его точило беспокойство. — Я надеюсь, что ты права, — тихо ответил он, но его взгляд оставался напряжённым. Прошла неделя. Остался всего один день перед отъездом Тоумы в учреждение. Ночь окутала особняк Яойорозу, в воздухе стояла приятная тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра, касавшимися ветвей деревьев за окном. Тоума сидел в просторной гостиной, раскинувшись на диване. Его ноги болтались в воздухе, а в руках он вертел деревянную палочку от мороженого, которое съел незадолго до этого. Он чувствовал себя странно – одновременно взволнованным и тревожным. Завтра начнётся новая жизнь. Интересно, каким оно будет, это учреждение? Дверь в гостиную скрипнула, и в проёме появилась Момо. Она остановилась на секунду, увидев брата, потом спокойно подошла к нему и села рядом. — Почему ты не спишь? — мягко спросила она. — Завтра ухожу, — ответил Тоума, разглядывая палочку. — Захотелось побыть тут. Диван удобный, знаешь ли. Думаю, в учреждении таких не будет. Момо усмехнулась. — Они хотя бы дадут тебе кровать. Тоума прищурился. — Надеюсь. Хотя если они такие же строгие, как тот Суда, то, может, и кроватей нет. Будем спать на полу в холодных казармах, есть только рис и воду... — он скорчил драматичную гримасу. — Это конец! Момо покачала головой. — Ты слишком много фантазируешь. Они же показывали вам фотографии. Условия там вполне приличные. — Фотографии можно подделать! — воскликнул он, поднимая палочку вверх, как меч. — Всё может оказаться обманом! Момо закатила глаза, но затем её выражение стало более серьёзным. — Ты правда этого хочешь? Тоума замолчал. Его обычно весёлое лицо стало задумчивым. — Они говорят, что у меня есть талант, — пробормотал он. — Что я могу стать сильным. А знаешь, сколько раз я слышал это от мамы и папы? Момо сжала губы. Она прекрасно понимала, о чём он говорит. Их родители возлагали на неё огромные надежды, а вот Тоума... Он всегда был рядом, но словно в тени. — Это не значит, что они тебя не любят, — осторожно сказала она. Тоума усмехнулся. — Может, и так. Но разве они когда-нибудь гордились мной так, как тобой? — он сжал палочку в руке. — Может, теперь у меня будет шанс. Момо посмотрела на него, потом аккуратно положила ладонь поверх его руки. — Ты всегда был особенным, Тоума. Просто ты не замечал этого. Тоума замер. Он посмотрел на её руку, потом снова на сестру. Медленно улыбнулся. — Спасибо, Момо. Но знаешь... Если я стану суперсильным героем, я обязательно заставлю тебя признать, что я круче! Момо засмеялась. — Ну-ну, посмотрим. Они ещё долго сидели в гостиной, разговаривая о всяких пустяках, пока часы не пробили полночь. Завтра Тоума уйдёт. Но сейчас он просто был младшим братом рядом со своей сестрой, и это было достаточно. Утро отъезда Рассвет залил особняк Яойорозу мягким светом. В просторном холле Тоума стоял перед родителями, спрятав руки в карманы. Он старался выглядеть уверенно, но сердце билось быстрее обычного. — Ты уверен? — наконец спросила мать. Её голос был ровным, но в глазах читалось что-то большее. Возможно, ожидание. — Да, — кивнул Тоума. Отец молчал, наблюдая за сыном. Он хотел сказать что-то важное, но сдержался. — Будь осторожен, — сказал он просто. Тоума усмехнулся. — Конечно, пап. Я же не в джунгли уезжаю. В этот момент раздался звонок в дверь. Когда её открыли, в проёме стоял Рюсей Тодо, выглядевший как всегда беззаботным. — Готов, юный господин? — улыбнулся он. — Готов, — Тоума сжал кулак, демонстрируя решимость. Они сели в машину, и город начал медленно проноситься за окнами. Некоторое время Тоума молча наблюдал за улицами, пока внезапно не хлопнул себя по коленям. — Знаешь, а давай купим мороженое! — внезапно предложил он, сверкнув глазами. Тодо удивлённо посмотрел на него через зеркало заднего вида. — Мороженое? В такое время? — Да! Это мой последний день свободы, Тодо! Надо же как-то отметить! Тодо рассмеялся и свернул к небольшому магазинчику. Машина остановилась, и они вышли. Тоума с энтузиазмом подбежал к прилавку и долго выбирал вкус, пока, наконец, не остановился на классическом шоколадном. — Отличный выбор, — кивнул Тодо, расплачиваясь. Когда они вернулись в машину, Тоума жадно откусил кусочек мороженого и вдруг потянулся, взяв Тодо за руку. — Ладно, теперь точно пора, — сказал агент. Когда они прибыли к учреждению, здание возвышалось перед ними, холодное и строгое. Тоума замер на секунду, вглядываясь в него. — Ну что, юный герой, пошли? Тоума глубоко вздохнул. — Пошли. Вместе они пересекли порог.