Черничное мороженое

В эту ночь Кира решает:«пусть всё горит!», отправляется в клуб и заказывает самбуку. Вдоволь натанцевавшись, через какое-то время он обнаруживает самого себя полирующим щекой стойку и еле-еле попадает пальцами по кнопкам в приложении такси. Машину с божьей помощью заказывает, а потом безуспешно пытается открыть дверь ключом около получаса. В итоге Гречкин плюёт на всё и начинает звонить в звонок - всё той же многострадальной щекой. Артёму, который провёл рабочий день буквально в доме терпимости, злость помогает скрывать крайне сомнамбулическое состояние. Протащившись к двери и открыв её, Стрелецкий хмуро смотрит на бухого насквозь юношу, которого вроде как недавно здесь наблюдал. Он тихо касается плеча Киры, очевидно, принявшего решение вздремнуть на его дверном замке. — Дядь, ты кто? — таращится на него Кира, к которому, кажется, медленно, но верно возвращается трезвость. — Аналогичный вопрос. Видимо, вы мой сосед. Сверху. Шли-шли и не дошли. — В квартиру-то пусти,— Гречкин зыркает по сторонам, беззащитно цепляясь руками за дверной косяк. —В мою? С какой стати? — Стрелецкий преграждает юноше путь, встав на пороге. — Ты думаешь, я свою квартиру не узнаю? Ой...— пошатываясь, он в итоге опускает голову на грудь Артёма, пригреваясь, как птенчик. Тот осторожно обнимает Киру, чтобы тот не рухнул и проводит в квартиру, сажая на диван, мимоходом думая, куда эту «пьяную скотину» деть – над ними десять этажей, не в каждую же квартиру его пихать. Гречкин хлопает глазами, не узнавая родные-неродные пенаты. — Так как…ты…сюда попал? Ты, что ли, весь интерьер... Ик! Поменял, пока меня не было? — У-у, батенька, кончайте пить. А то ещё лет десять и всё,— тон Стрелецкого постепенно становится жёстче. — Это. Моя. Квартира. У тебя документы есть или телефон? — Где-то были...—Кира шарит в сумке-бананке и достает документы, чуть отсыревшие. Артём вдумчиво листает его паспорт. — Понятно. Ты живёшь надо мной. Жаль, но тебе придётся ночевать тут,— Стрелецкий скептически его оглядывает и возвращает документ. — Как же я так проебался?—Кира закрывает лицо ладонями и тяжело дышит. — Закусывать надо,— вздыхает Артём и, растворив порошок-опохмелитель из домашней аптечки, подаёт ночному гостю. — Я закусывал...Шоколадкой...— Гречкин шмыгает носом и пьёт предложенное целебное зелье.— Ещё сегодня так и не соблазнил никого...Обидно...Зато в прошлый раз не собирался....А когда в такси ехал, короче...Обнаружил, что у меня колготки поверх туфель надеты...Ик! — Кира грозно смотрит на Артёма.—Да, я ношу девчачьи вещи, и чего теперь? — Казанова, блин...— мужчина прогоркло улыбается. — Мне параллельно, что за вещи ты носишь. Главное, чтобы не голышом, за такое и в отделение загреметь можно. А шоколадка в качестве закуски...Ну такое. Хотя бы бутерброд или картошку фри надо съесть, причём желательно до выпивки. Да и после тоже.— Стрелецкий критично рассматривает белобрысого недотёпу. —Пойдём-ка в ванную, душ примешь, а то утром сам не рад будешь, что так спать лёг. — А у тебя чипсы есть? Хочу чипсов...И трахаться...Но сначала чипсов...— Гречкин неловко встаёт с дивана.— Тебя как хоть зовут-то? — Я Артём. А тебя как зовут, соседушка? Чипсы есть. Трахаться нет. — Ты же паспорт мой видел. Очень приятно, Кира. А почему трахаться нет? Завязал? —Гречкин расстёгивает рубашку, пальцы еле слушаются. — Устал…Ты ещё спать не даёшь. Кира. О, дай расстегну, иначе до утра возиться будешь,— мужчина моментально расстёгивает его рубашку.— Брюки - сам. — От чего устал? Работал? — он вылезает из брюк и боксеров, хватаясь за запястье соседа. — Да, работал. — Артём ставит Киру под душ и кидает его вещи в стиралку. — А у тебя по какому поводу веселье? Или это еженедельно? — Ты врач? — пробует угадать Гречкин.— Веселье в честь выходных. И премии. — Врач. А что, заметно? В честь чего премия? — мужчина подаёт Кире гель для душа и новую мочалку. — Да, у тебя руки такие... Врачебные...— Кира не находит красноречивого эпитета. — Я дизайнер во Vmeste. Разработал оформление для нового приложения, и оно стрельнуло.— Гречкин начинает намыливаться. — Ах, врачебные. Понятно. И что за приложение? Я редко в соцсетях сижу. — Музей современного искусства с панорамами. Там есть один зал, очень похожий на ночной клуб... Хм, гель приятный... А от чего ты лечишь? — Хм, любопытно,надо глянуть. А я лечу нервы и голову, психотерапевт. Кукухолог, как теперь говорят. — Стрелецкий, вынув вещи из стиральной машины, развешивает их на сушилке. — Завтра поглажу и будет полный порядок. — Пусть ваши тревоги унесут единороги, с вас 5 тысяч. — ухмыляется Кира. — Что можешь про меня сказать как специалист? Каков мой психологический портрет? — Ты одинок, даже когда в компании. Любовники сменяют один другого. Это значит, что ты либо специально таких бабочек-однодневок ищешь, либо они по итогу тебе не нравятся. Ты, вероятно, мало кому доверяешь. Одиночество глушишь алкоголем и работой. И сексом на одну ночь. — Да, всё так. Я иногда думаю, что лучше бы меня не было. Только работа и держит на земле. — тихо говорит Кира, глядя себе под ноги и смывая пену. — Каждый зачем-то нужен на земле. Твоя работа приносит большую пользу. Попробуй завести кота, например. Говорят, это повышает работоспособность. По крайней мере, в некоторых японских и корейских офисах есть коты. — Артём подаёт пушистое полотенце и достаёт банный халат. — Да, котов я люблю. Но к питомцам так привязываешься, что тревожно и грустно покидать их хотя бы на пару часов. Знаешь, я пока не нашёл свое предназначение и просто заполняю жизнь разными занятиями, работой, например. Но это же тоже путь? — Путь. Работа и саморазвитие это никогда не лишнее. Может, твоё предназначение в том, чтобы нести кому-то радость в личном плане. — А в чём твоё предназначение? Ты его нашёл? — Кира, надев халат, ищет чипсы. Артём вздыхает и достает ему чипсы из бара. — А я лечу головы, провожу в них свет. — Ты красивый.— вдруг заключает Кира, изучая его лицо. — Спасибо, ты тоже. Тебе сейчас получше? — Да, получше, спасибо. Но я, видимо, все же недостаточно красив. Сегодня впервые ни с кем не получилось. Или судьба специально так подстроила, чтобы я встретил тебя? Стрелецкий усмехается. — Судьбу задолбали твои похождения. И чтобы ты не нарвался на кого-нибудь опасного, она предложила тебе сделать перерыв. И дело не в красоте. Кофе будешь? — Кофе буду, спасибо. А в чем же ещё, если не в красоте? Я же пустышка… — Ещё насчёт домашнего питомца,— переводит тему Артём, —Коты, например, очень много спят. Но если тебе совсем невыносимо, установи дома камеру и любуйся на любимца через смартфон. —А как быть с тем, что питомец переживает и скучает? Как его успокоить и подбодрить? — Оставлять питомцу игрушки. Мячики или неваляшки, которые могут менять положение. Когтеточки с шариками. — И мячик-антистресс с моей фоткой, чтобы рядом с котом всегда был помятый Кира,—хохочет Гречкин. —Хорошая мысль. — улыбается Артём, поглядывая на Киру. Пока готовится кофе, он изучает его проект во Vmeste. — Отличное приложение. Пустышка такого не напишет. И вообще…Человек, в котором нет глубины, настоящим творцом не станет. — Рад, что тебе нравится. У меня просто есть мотивация работать и зарабатывать. Не боги горшки обжигают, всему можно научиться. Кстати, кофе очень вкусный, спасибо. — Пожалуйста. Знаешь, Кира,каждый выпускает наружу только то, чем наполнен. Да, понимаю, звучит банально. Но это так. Человек пустой изнутри не сможет создать такой дизайн, ведь скачать картинки из шатерстока мало, даже если разместить их по правилам композиции. — Но ведь я ничего не делаю для того, чтобы у меня появлялись любовники. Всё происходит просто и быстро. Если бы я был сложносочинённым, люди сначала бы стремились меня узнать, а потом уже лечь в постель. — Если ты начинаешь знакомство со слов, что ты хочешь потрахаться, то тебя и не воспримут «сложносочинённым». Ведь на тебе не написано, что ты дизайнер. Судя по всему, ты тусишь в дорогих клубах, там, где водятся мажоры и прочие нахлебники. Вот тебя, наверное, и принимают за сына богатого папаши. — Я обычно вообще не начинаю разговор, мне достаточно подмигнуть человеку, улыбнуться или погладить по руке. Может, я просто обаятельный, поэтому так легко? Мой отец действительно не последний человек в городе, но я решил продвигаться без его протекции. Я не определяю себя через семью. — Вот видишь, ты намекаешь на секс жестами. А если так легко тебя затащить в постель, то зачем эти сложности и ухаживания? Да и потом в клубах всё рассчитано на развлечение и лёгкость общения. Так что за отношениями тебе явно не туда. — Но ведь отношения… Это общение плюс секс, а в клубе можно получить и то, и другое. — Отношения бывают разного качества и стойкости. И очень редко после клуба получается что-то крепкое. — Всякое случается.Разве есть разница, где люди познакомились? — Ну если тебе хочется, что смотрели не только тебе ниже пояса, можно попробовать и другие места общения. — На других людей сложно влиять. Главное, что я во всех вижу личность прежде всего. — Хорошо, но другие люди видят возможность просто потрахаться и на личность им пофигу. — Это исключительно их проблемы. — Кира, ещё раз. Если ты ищешь отношения, то обрати внимание на места кроме клубов. — Прежде всего я ищу свое место на этом празднике жизни. Отношения будут приятным бонусом. А насчёт других мест - у нас намечается презентация обновления. И ещё психологический тренинг. — Полагаю, твоё место в жизни - получать удовольствие от жизни и дарить его окружающим. — Да, похоже на то. И котейку я заведу, спасибо за идею. Тём... Раз уж я остаюсь у тебя ночевать, спрячь от меня все острые предметы и таблетки, пожалуйста. Я бываю неадекватен. — О, даже так? Панические атаки или галлюцинации? — Панические атаки и суицидальные тенденции. Я не смог ответить одному хорошему человеку на чувства и меня это терзает. Ну и когда по работе что-то не получается, тоже сильно переживаю. — Может... ляжешь со мной? А тот человек, которому ты не ответил на чувства...Ты его не любишь или просто он слишком рано признался? — Да, давай лягу. А тот человек мне друг. И да, он слишком рано признался. Можно я поплачу? — Можно.— Артём ложится на кровать и откидывая одеяло, кивает Кире. Гречкин утыкается в его плечо и плачет. Артем обнимает его и гладит по спине. — Не казни себя. Работать всем сложно. И ты же знаешь, что не ошибается тот, кто ничего не делает. А твой друг…Это здорово, что у тебя есть друг. Может, ты и полюбишь его,— шепчет Артём. — Мой друг — это Шура Мальвина, может, слышал? Мы в клубе познакомились, он чуть ли не с первого взгляда в меня влюбился. А я... Доставил удовольствие, которое он так хотел и сказал Шуре, что для того, чтобы встречаться, мне нужны романтические чувства, для галочки я не хочу... А он всеми правдами-неправдами хочет быть со мной. Но ведь это уже созависимость? — Кира задумчиво сопит. — После косяков на работе я готов убить себя, потому что сильно подвожу других. На мне большая ответственность, я не умею прощать себе ошибки. — Ты удивишься, но слышал. Мальчик с синими волосами. Он приходил на терапию. Да, это созависимость. Шура пытается придти в норму,— Стрелецкий мягко наглаживает руку гостя. —Ты должен прощать ошибки и знаешь…Похоже, тебе надо научиться делегировать поручения. И отдохни полноценно. Чем качественнее выпускаешь пар, тем меньше ошибок будет и больше работоспособность. Инфа сотка. — Я думаю, Шуре сначала нужно разобраться в себе, а потом уже пускать в жизнь близкие отношения. А насчёт работы…Никто не хочет, чтобы я делегировал, так что я делаю все сам и становлюсь широким специалистом. Бывают роковые ошибки, которые нельзя предугадать. Например, ты вложил в проект бешеные бабки, а он не стрельнул. После одного из таких случаев я обнаружил себя в петле. — Может, тебе переработать команду, поменять позициями сотрудников? Поговори с Разумовским. — Поговорю. Подскажи, как грандиозные провалы переживать. А то я вообще за себя не отвечаю иногда. — Провалы не всегда зависят от нас. Страхуйте проекты. Насчёт команды...Попробуйте влить новую «кровь». Шура, кстати, толковый.— Стрелецкий ловит на себе ревнивый взгляд. —Кира, провалы бывают. Но можно пробовать снова. Взять проект и рассмотреть его, найти ошибки. Понять, почему не выстрелило. Главное - подходить с холодной головой. Если петля, то это значит, что ты заканчиваешь игру, хотя есть ещё сотня вариантов. Можно перед выпуском проекта нанять человека, чтоб максимально жёстко хуесосил проект. Это поможет найти ошибки и вам будет не так страшно, если он провалится. Хотя, конечно деньги терять обидно… — А как избавиться от чувства вины за провал? Оно…огромное, оно меня пожирает и заставляет страдать. Мне часто бывает стыдно. — Если проект идеален, но не выстрелил, это не твоя вина. Иногда он просто вышел не в то время. Но тогда это проблема аналитика. Он не учёл обстоятельства выхода продукта. Почему думаешь премьеры в кино двигают? Учёт конкуренции и сборов, соответственно,— Стрелецкий внимательно смотрит на гостя. —Тебе не стыдиться надо, а перерабатывать любой результат в опыт и копилку знаний. И просто понять, что свой разум в других не вложишь. В ответ Кира тупо и нервно дёргает головой, как китайский болванчик. — Тём, а…Как понять, что ты любишь человека? Стрелецкий поднимает глаза к потолку, будто ища ответ в трещинах штукатурки. —У всех по-разному. Обычно…Тебе хорошо с ним, спокойно, уютно. Тебе хочется быть с ним. Крылья вырастают и всё такое. — А чем это от дружбы отличается? — Любовь и интим предполагает. — Но бывает же секс по дружбе… — Понимаешь,любовь глубже, в ней больше заботы. Когда ты ещё и живёшь с человеком, то знаешь его лучше, чем друга. Даже мысли его угадываешь. И ещё ты стопроцентно знаешь, что этот человек, нужен, важен, что ты хочешь его счастья. — У меня с друзьями так бывает. Получается, с возлюбленными будет то же самое, только в сто раз сильнее и ярче? Стрелецкий кивает в ответ. — Тём, спасибо...Что покопался во мне…Можно ещё поплакать, а потом уснуть рядом с тобой? — Можно...Кира. — Артём чуть неловко обнимает его. Гречкин всхлипывает, вжимаясь в подушку влажным лицом и засыпает, ложась поближе к соседу. Тот проводит рукой по его спине, постепенно проваливаясь в сон.