я и твой кот

У Шинсо крайне нестандартная причуда. Все-таки ментальные особенности были не у многих, а подчинять себе того, кто позволит ответить ему, считалось уж очень неординарно для общества. Но с каждым днем ощущение того, что сам Шинсо попал в собственную ловушку разума, чувствуется все теснее и больше. Он не понимает как, почему и когда это успело произойти. Хитоши много думает и крутит в голове одни и те же события, но приходит к одному выводу: он совсем не понимает как выйти из этого бешеного круговорота. Поиск корня проблемы не увенчались успехом, за что парень с каждым проклятым днем копает себя все дальше и дальше в давно засыпанную яму. Ему непонятно и страшно, желание бросить все и сбежать становится все более навязчивым. Хитоши ненавидит себя за то, что позволил этому случиться, и продолжает ненавидеть себя за то, что вовремя не притормозил себя. Может, если бы он подошел к этому более ответственно, всего этого и не произошло бы вовсе? Может, если бы он увидел сигнал "стоп", то задумался о том, что стоит остановиться, а не уперто продолжать тонуть в этом болоте? Но внезапные догадки закрадываются в воспаленной голове парня практически сразу, стоило ему вспомнить то, что так усердно вспоминать не хотелось. Хитоши жмурит глаза и стыдливо прикрывает лицо ладонями в попытках успокоиться. Многочисленные попытки найти всему этому объяснение он пытался в интернете, форумах, видео. И лишь одна зацепка в виде объяснения незнакомого психолога на сайте об "детях и родителях" смогли засеять в голове Хитоши хоть мимолетное оправдание. У Шинсо действительно были проблемы с отцом, а точнее главный казус: его полное отсутствие в жизни, и быть может потому, стоило ему лишь почувствовать настоящую заботу, переживания, интерес к себе, как на замену отца вышла отцовская фигура в виде Айзавы Шоты, по крайней мере, так думает сам Хитоши, и пазл, кажется, практически сложился. Этот мужчина был единственным, кто увидел в парне потенциал, сам поверил в то, что из Шинсо слепится что-то путное, и убедил своего ученика в том же, хоть и сам Хитоши не считал себя таковым. Хитоши не был обделен комплексами. А этот случай добавляет еще один комплекс к остальным. Парень ощущает каждым сантиметром своей погребенной души, насколько же это унизительно и жалко. Вляпаться в такое дерьмо лишь из-за глупости и травмированности. Шинсо уже не маленький, и должен, нет, был обязан остановить это как можно скорее. И постепенно Хитоши стал замечать за собой то, что издалека смотрел на остальных и испытывал чувство зависти. Отвратительная, всепоглощающая зависть. Он искренне завидовал тем, кто не сталкивался с этим, тем, кто никогда не чувствовал то, что чувствует он по отношению к своему сенсею; учителю; подпольному герою. Шинсо каждый день не завидует себе за то, что проходит через это, а с каждым днем ему становится все меньше того, что получает от своего наставника. Жадность губит и душит. Больно ловить себя на мысли, что ему мало той заботы, которую дает мужчина, и мало всего того, что Айзава будет давать в будущем. Хочется быть ближе и чаще, а от нехватки всего, что мыслями закрадывается в голове у юноши, стоит им элементарно встретиться взглядами в коридоре, Шинсо чуть ли не ломает от того, насколько хочется хотя бы на секунду прикоснуться к мужской руке и успокоить беспрерывный поток воспаленных мыслей. И как бы парень не хотел попросить этого, как бы не хотел сделать первый шаг, завязать пустой разговор - давал себе в ответ пощечину. И в какой-то момент до Шинсо доходит понимание того, что на самом то деле проблема не в отцовской фигуре. Может ли у него развиться на этом фоне не только привязанность, но и самая настоящая симпатия к Айзаве? Эти мысли и догадки еще больше добивают неокрепший ум Хитоши. Он винит себя, винит только себя и не знает что с этим делать. Может просто заткнуть это в себе? Или ему стоит делать вид, что относится к Айзаве точно так же, как и тот к нему? А если возьмет и вывалит, как сенсей отреагирует? Прекратит тренировки и выбросит за шкирку как котенка? Вопросы беспрерывно крутятся в голове, а ответы так и не находятся. Пугливый ребенок прибегает к другому временному методу решения проблемы - калечить себя не только духовно, но и физически. И ему действительно удается временно успокоить ярый поток мыслей, привести себя в чувство и начать думать трезво. Правда ненадолго. Кровь алая, насыщенная, красивая, только след оставляет уродливый. Кожа лопается и плачет багряными слезами. Шинсо плачет вслед за порезами. Хитоши не умеет заботиться о себе сам, не совсем научен проявлять эмоции, и совсем не умеет скрываться перед теми, до кого ему есть дело. С тем же Айзава постепенно начал замечать некоторые изменения в поведении своего ученика. Может, они были незначительны, и стоило бы просто закрыть глаза. У всех ведь бывает черная полоса в жизни? Но Шинсо действительно стал менее концентрированным, и так или иначе мрачным. Более невыспавшимся, похудевшим и бледным. Это отражалось не только на учебе, но и на тренировке, что проигнорировать сенсей просто не смог. Айзава начинает неоднократно думать о том, что у Хитоши действительно могло случиться что-то важное, но не хочет по ошибке не так подступиться. Эти мысли достаточно плотно оседают в бошке Айзавы так, что тот потихоньку начинает вырисовывать в голове хоть какой-то кривой план, и сразу же откладывает попытки до следующей тренировки. Шота действительно переживает не только за весь свой класс, но и за своего протеже. За того, кого взял под свое крыло, и теперь берет за него всю ответственность, начиная от самочувствия мальчика, заканчивая его постепенными шагами к мечте. И хоть мужчина часто повторяет себе, что должен ко всем относится одинаково, никого не выделять и никого не обделять, сам же создал для Хитоши отдельное место среди всех остальных. – Что у тебя произошло, Шинсо? - Айзава неожиданно останавливает Хитоши в тихом спортивном зале, складывая руки у груди: то ли дело привычки, то ли дело снятия напряжения. – Вы о чем? – Хитоши строит из себя идиота и делает вид, что совсем не понимает о чем говорит старший, и решает, что прежде чем на него напали, напасть нужно первым, а значит нужно суметь правильно извернуться от вопроса. – У тебя снизилась концентрация. Если есть то, что тебя тревожит, ты можешь высказаться хотя бы мне. – мужчина тяжело выдыхает, надеясь на благоразумие и честность парня. – Я понимаю, что может и не выгляжу достаточно многословным и добродетельным как Всемогущий, но мне не все равно, Шинсо. Я переживаю за тебя. – И тут же чужая, тяжелая мужская рука опускается на мальчишеское плечо, слегка ободряюще прихлопывая. Да, это звучит достаточно правдоподобно, чтобы Шинсо сдался под таким доверчивым натиском. Брови сводятся от неприятного, колкого ощущения, и Хитоши закрывает глаза, едва держа себя в руках. – Я все еще надеюсь на твою честность. Если все нормально, просто скажи мне и мы закроем тему. – Шота все еще ощущает, будто стучит в закрытую дверь, но на этот раз получает хоть какую-то реакцию. Шинсо виновато поднимает взгляд, прикусывая нижнюю губу. – Я не знаю что со мной. Я не могу и не хочу объяснять, вы попросту не поймете. – И слабо пытается вывернуться из чужой хватки, но практически безрезультатно. – Я не пойму если не скажешь, а проблема в таком случае останется нерешенной. – Айзава старается быть не настойчивым, но чувствует, как напряжение между ними становится все больше. А Шинсо хочет спросить, что сейчас движет Айзавой. Шинсо хочет спросить почему. Шинсо хочет узнать, стоит ли оно того. – Я не знаю как правильно объяснить.. – мальчишка грызет нижнюю губу и пытается подобрать как можно более двусмысленные слова, так, чтобы ответ не лежал на поверхности. – Я чувствую, что неправильно смотрю на вас. Не так, как смотрят на вас остальные ученики. – Почти умоляюще и шепотом говорит Хитоши, а его бледные щеки окрашиваются чуть ли не в алый. Покраснел от стыда, собственной ничтожности и слабости. Сейчас Шинсо ощущает себя совсем обнаженным перед стаей голодных тигров, а глаза тем временем отчаянно блуждают по чужому лицу в поисках любого изменения в мимике, но не видят практически ничего, зато следом до ушей доносится тяжкий вздох, и чувство, как учитель обреченно прижимает его одной рукой к своему телу. "Это пройдет, Шинсо." – слышится отдаленно, но парень не обращает внимания из-за ощущения на своей спине чужих, но мучительно долгожданных рук. Они порождают в теле Хитоши поляну расцветающих цветов, и сам неосознанно обхватывает своими руками талию Айзавы, прижимаясь еще крепче и почти всхлипывая в мужское плечо, а следом ощущает убаюкивающие поглаживания по копне волос. Айзава понял, к чему клонит Хитоши. И только Шинсо в этот момент чуть ли не тает. Парень едва останавливает себя, чтобы не зарыдать как последний идиот, поднимая голову с плеча Шоты для того, чтобы в тот же момент наклониться для поцелуя в уголки губ сенсея. А Айзава позволяет сделать это, пока протеже нуждается, пока тот не оправится, и пока сам Шота не поймет к чему это все может привести.