Скажи сейчас и здесь

Одиноко и прохладно под практически открытым небом. Такое чувство, словно сами звёзды посылают на землю свой холод, дабы найти среди биологических созданий тепло. Астро не знал, кто здесь Бог. Кто спокойно бы мог распоряжаться жизнями звезд. Если бы перед ним поставили выбор, он бы согласился быть Богом. Он бы уделял больше времени не людям, а кому-нибудь другому. Тем, кто правда нуждается в этом. Тем, кто не просит выгоды лишний раз. Звёзды не люди. Их легче понять. Общество оно какое-то мерзкое, как болото, на котором растут самые яркие цветы вместе с крыжовником и лилиями. А пестрые цветы, которые то и дело попадаются в глаза, на вид колючие и какие-то не такие. Если бы Астро мог управлять солнцем и луной, он бы сделал что-то такое, о чем не подумал бы никто. Он бы сделал то, что впечатлило бы каждого уважающего себя человека. Сделал бы то, что не дало совершить ему ошибки детства. Астро соврал бы себе, что периодически не дрожит от ночной прохлады и что его все в целом устраивает. Его лавандовое покрывало на плечах даже говорит само за себя, насколько оно тонкое. Такое же тонкое, как и тело самой Луны. Относительно худое и подтянутое тело Астро будто специально выталкивает кости наружу и осыпает "больную" цветом кожу мурашками, похожие по ощущениям на трепет бабочек. Он смотрит на свои ноги, потом на руки, потом на ещё две руки, которые были ранее спрятаны под его покрывалом, потом на собственный цветастые оттенок кожи. Это было не так плохо. Это было необычно, хоть и выглядело неестественно. Щеки парня чем-то загорелись и такое чувство, что начали болеть. Зубы стали смыкаться между собой, подавая к мозгу блевотный звук скрежета эмали. Глаза заострялись на руках. Четыре руки и две из них тёмно-коричневого оттенка. Другие руки ярко белого цвета, цветом настоящей луны. Особенности своего тело — не признак неполноценности. Просто кто-то становится таким и остаётся навечно, а кто-то создаёт мир, построенный на собственной крови, но проживает в своей шкуре всю жизнь. Астро иногда мечтал о своем независимом мире, в котором бы каждая звезда уважала более маленькую звезду. Все его мечты — крик о помощи. В том окружении, в котором он сейчас находится, жить слишком нелегко, поэтому парочку мыслей, например, перед сном, напридумать можно, дабы как-нибудь скрыть свои нервы от радужной жестокости. Необыкновенное тело Астро ассоциировалось у него самого с топотом сломанных ног и лаем собак. Было ощущение безнадёги внутри теплого, но слишком железного сердца Луны. Когда парень смотрит на свои руки, он вспоминает слова, которые когда-то летали у него в ушах: "всех не спасти". "Астро уж точно не спасти" думал он. Раздумья под блеклыми звёздами было тихим и без лишних тревог. Астро не любил волноваться. Он мог, просто не любил такое, поэтому временами выглядел безразличен ко всему. Сейчас он выглядел эмоциональным... В какой-то степени? Глаза вместе с веками сверкали и блистали, как никогда ранее. Смотреть на звёзды часами тяжело, но так красиво. На душе Астро все ещё остаётся ком, который не разжевав, проглотили вместе с "травмирующими" событиями, которые, честно говоря, как-то не хочется забывать. Таким событиями хочется чтить вечную память, как символ того, что в дальнейшем уже, скорее всего, никогда не повторится. Ощущение некой теплоты, любви, сострадания, расплывчатых намеков раздирают Астро изнутри. Его темная рука, с белыми "каплями" на ладони, движется в область сердца. В одно мгновение он ощущает разгоряченность в груди. Его сердце будто бьётся неестественно быстро, не бившись так сильно с малых лет. Он получает то, что заслуживает. Скорее всего. Неужели этот трепет в четырехкамерном сердце говорит ему о том, что он и в самом деле заслужил все это? Так неловко краснеть, что-то вспоминать в глубине сознания и иметь чувство невесомости в теле. Солнце, которое когда-то имел Астро, плавает в его глаза до сих пор. Плавает и возбуждённо перекатывается с одного полушария на другое. Эта часть солнца не даёт Луне замёрзнуть в собственном теле, даже если жёлтые лучи, на самом-то деле, практически никак не греют. Астро не переубедить и он ощущает тепло от того, от кого не стоило бы. Астро бы не поверил себе, если бы сказал, что солнечные лучи уже не греют его "лунную" кожу. Солнышко больше не никому не светит. Светить не хочет. Но Астро считает, что оно все ещё мерцает. Иногда, немного, тускло, но мерцает. Возможно, что лишь для него. Ни людей, ни друзей, ни свою личность однажды никто не спасет. С этим надо смириться и начать смотреть в глаза жестокому миру. Но Астро как-то это не интересует. Даже если его будут считать не человеком, он промолчит. Луна не слаба. Вовсе не слаба, просто молчалива и мудра. Возможно, начитана и интеллектуально умна. Но не слаба. Парень способен видеть людей. По-настоящему видеть их, как никто другой. Все эти людские драки и словесные перепалки не нужны Астро. Зачем ему это... Если у него есть звёзды и одно круглое солнце, которое дороже любых людских сердец. Его солнце не человек. Его солнце — красный алмаз. Его солнце нечто большее, чем просто биологический организм. Астро считает, что мантия не так важна. Важнее горячее, но одновременно такое холодное ядро внутри. Даже стук в ушах уже не мог разбудить Астро, который слишком сильно упал в раздумья, не замечая элементарный холод на теле. Кончики пальцев рук неприятно онемели. Их словно ампутировали, окунули в холодный божеский прорубь и оставили на сутки, на дальнейшее отмирание тканей. Астро мог разбудить только полуглухой шелест листьев цветов. Его глаза пару раз схлопнулись, ощущая сонливость и неприятное пересыхание. Под ногами были те же растения, от которых ранее очнулся парень. Ноги мёрзли и прижимались к друг другу, нижняя пара рук ласкала и обогревала пальцы, сжимая их в ладонях. От Астро послышался вздох, в котором была сильная усталость из-за долгих мыслей. Голова как-то неясно кружилась и просто была будто чем-то одурманена. Помимо серого шума в ушах был отстранённый, но глубокий звук глотания слюны. Астро уткнулся лицом в холодные ладони, одновременно с этим недовольно бурча где-то в горле. Пальцами он потер глаза, надавливая ими на область слезного озера. Ему хотелось плакать от усталости, плакать от отчаяния своего бытия, рыдать от одиночества среди своих друзей и полного неба звёзд, но Астро был силен. Морально. Ему очень хотелось на миг перестать быть собой. Очень хотелось освободиться от кожи и стать небом, звездой, лучинкой космоса, оказаться там, в пустоте. Стать ничем, никем, разрыдаться в теплое, дружеское, солнечное плечо и обнять того, кто подарил детство, но кто почти что отнял настоящее. Астро снова думал, смотря вверх. Люди не могут любить. Могут любить только звёзды. И только он может любить свое солнце. Солнце мало кто любит. Раздражающий и никак не привлекающий уже давным-давно свет потух для остальных, но не для Астро. Солнечный свет для него останется навсегда таким же ярким, даже не внося в счёт гнилую сторону "космического объекта". Астро продолжал думать, рассматривая что-то необычное в ночном небе. Для него это было несложно по большей части, но каждой ночью каждая звезда для него выглядела по-новому и имела все больше новых свойств в себе. Даже шуршание травы было не таким назойливым, когда Луна смотрела куда-то ввысь. Но в этот раз шуршание было противным. Сопровождалось оно мерзкими оттенками, за которыми сидит какое-то яркое извращение, за которым ещё и наблюдает невинный ребенок с чистой душой. Это был звук лёгкого топота по девственной траве, которую Астро всегда старался осторожно проходить. Он не двигался, он ожидал того, что должно было произойти, а что должно было произойти он не знал, но что-то явно запоминающееся на первые несколько последующих дней. Топот по траве усилился, а сердце Астро все больше успокаивалось, хотя его лицо думало иначе: Оно быстро становилось холодным и безэмоциональным. В тот момент, когда Астро ощутил чужое дыхание позади своей спины, заставило его напрячься. Плечи стали более твёрдыми, лицо окаменело, звёзды будто перестали светить, сердце забилось в сотни раз быстрее от смешанных эмоций в голове. Перед глазами плавали картинки разного содержания, что было невыносимо: от чего-то жестокого с абсурдным подтекстом до душераздирающих воспоминания из детства. — привет. Я побуду рядом. Ты не против, Астро? — прозвучал тот голос, который вскипятил щеки и лёгкие Астро. Прозвучал голос невиданного уже как много лет солнца, а именно ее мягкой и по-нежному горящей стороны. Теплые, хриплые слова растопили холод вокруг, сделав ночное небо более ярким за все последние часы. Астро ощутил свет вокруг своих глаз, в последний раз чувствовавший это ещё ребенком. — привет... Садись. — это звучало прохладно, но слишком просто, легко. Это не было минусом Луны, это был плюс, который понимали не все. Краткость и была плюсом. Это не скромность. Это строгость личности, держащаяся с ее зарождения, как и самая первая любовь к чему-либо. — обычно ты уже спишь в этой время. Что ты здесь сделаешь? Здесь холодно... Ты навтряли любишь такое. — дух скрестился с тёплыми щеками на лице Астро и он с некой ущербностью в глазах повернул голову в сторону Дэнди, выглядевший слишком "красный" для обычного уставшего лица. Веснушчатый, солнечный румянец колебался между рвотным цветом лица и покрасневшими глазами, наполненные высохшими слезами. Астро не любил таких людей, хотя мог зайти под их шкуру. Даже если Дэнди отлучится, Астро не будет печалиться. Цветок навсегда останется в мире Луны в виде образов и невысказанных идей. Больной личности Дэнди никак не помешает засесть в черепную коробку своего друга. Дэнди силен, но одновременно он слаб. Он впивается в голову как клещи в кожу, выгрызая эпидермис ядовитым корявыми зубами, но при этом страдает сам от внутренней боли. — я не хочу спать. В последнее время для меня это стало слишком сложно. Просто взять и так заснуть. Нет того, ради чего я бы засыпал... Я хотел бы радовать своих друзей дальше, но порой мне бывает это сложно сделать. — покрасневшие глаза и потрескавшиеся губы делали голос своего хозяина на вид менее эмоциональным. Стыд, позор, ненависть, симпатия вжились во взгляд Дэнди. Глаза излучали непрерывный спектр эмоций, не останавливающийся в своем содержание ни на секунду. Сердца друзей будто бились в унисон, но сердце Цветка мгновенно остановилось и с него попадали самые яркие лепестки, оставив зеленоватые отростки. — я не хочу так жить, Астро! Я стараюсь что-то менять, но совершенно ничего не выходит! — Голос Дэнди слышался как что-то больное. Непривычно приподнятые веки давали атмосферу полного отчаяния, за которой стоит плачевная гибель каждого ребенка и взрослого. Он говорил все, что думает, все, что знает, но при этом он мог нагло плюнуть в чью-нибудь морду и размазать часть своего ДНК по чужеродному лицу. Но сейчас он не врал. Не хотелось и не хочется. Говорить правду очень тяжело, врать же очень больно, поэтому Цветок выбирает говорить правду только Луне. Никакие старомодные детективы и наряженные женщины с макияжем на все лицо, носящие на половине своего тела горжетки, никогда не получат никакой правды. Только ровные, самые красивые и сколоченные будто молотком зубы будут говорить гадкую ложь, одновременно с этим мерзко улыбаться. — Астро, я не знаю, что происходит. Я пытаюсь контролировать ситуацию, но у меня это плохо получается. В какой-то степени это моя вина, что я запустил всю эту канитель с Ихором, но я не хотел этого. — ложь или правда — понять крайне сложно. Даже, может быть, невозможно. Астро знает, Астро знал, Дэнди часто говорит о своих правдивых чувствах, но смотря в его черные зрачки с точкой внутри цвета крови, уже всплывают сомнения насчёт вершины гор правды. Хотя пухлые щеки обращены в сторону лица Астро, уголки губ опущены. Цветок нечасто выстраивает такую жалобную эмоцию. Только в присутствии Луны. Дэнди в такие моменты обычно похож на старую колокольню из белого кирпича, закрывающий потёртый раковой опухолью колокол яркими красками "Сан Диего Ред". — спокойно... Я понимаю. Я не хочу осуждать тебя. — Астро говорит четко, но слишком мягко. Ему мешает ком в горле, терзающий его стенки невыплаканными слезами. Ему жалко. Сердце болит и горько плачет от извергающегося вулкана горячих эмоций. Чувства слишком сильно смешаны и запутаны, чтобы размотать их без лишних физических травм. Ложь и правда смешивается в одно, становясь сиамскими детьми. Астро путается и уже не знает какую именно принять позицию. Он продержится, он стойкий организм, но насколько долго он сможет держать глаза открытыми ему самому не дано понять. По крайней мере, Луна продолжает сохранять в себе человека, в отличии от Цветка, в котором умерла вся плодородная почва. — мне жаль, Дэнди. Ты ни в чем не виноват. Просто сделай глубокий вдох и постарайся на время забыть обо всем этом. Это сложно... Но я советую. — Астро на первый взгляд стал более нежным, хотя в его голове бурлили немного иные чувства. Он не хотел покидать тело Цветка и оставлять его таким, проигнорированным. Сдаться Дэнди всегда успеет, но вернуть свою личность... Такую, которую когда-то он имел, будучи в амебном возрасте, он практически не сможет. В самом деле Луна и Цветок хотели слышать смех друг от друга, ощущать и думать почти что синхронно, бояться своего будущего, в том числе и своих мыслей, времени от времени пожирающих их заживо, но звёзды не сошлись, как сами личности. Но не смотря на звёзды, два биологических организма продолжают борьбу с этим, в надежде ещё раз прочувствовать дружескую любовь, колеблющуюся к странным чувствам невесомости. Оба свободны, но обоих останавливает чувство любви и скорби, что делает их более зависимыми к друг другу. Если бы Цветок долгое время оставался без света Луны, из него бы явно не вырос лунный цветок, если бы вообще что-нибудь выросло. Солнце не так важно для цветка, как сама Луна, которая светит ярче и теплее, чем солнечные лучи, покоряющие землю. В один момент Дэнди может перестать чувствовать. Он перестанет чувствовать боль, перестанет вообще чувствовать что-либо. В глубине его сердца будет пустота. Тогда Астро раскроет глаза и это будет слишком поздно. Пустоту будет нечем заполнять. Астро боится этого. Боится, что это случится, что однажды его солнце и вправду перестанет что-то чувствовать. Это страшно. Поэтому Астро здесь, рядом с Дэнди, сидит и поддерживает диалог с ним. И Луна надеется, что благодаря собственной защите, Цветок будет продолжать цвести. Может, уже не так ярко, но будет. Астро знает, что здесь он не ради выгоды. Астро слишком близок с Дэнди, чтобы не понять его чувства порой. Астро знает, что его слова не имеют вес на данный момент. Он здесь, дабы помочь тому, кого любит, тому, кем дорожит, даже если этого и не видно. Последнее слово за собой так и оставил Астро. От Дэнди даже не послышалось и писка. Луна не хотела ничего спрашивать сейчас. Это было рискованно и неприятно. Он ощущал, что на глазах Цветка накапливаются слезы и подталкивают его грудь к первому жалобному всхлипу, но Дэнди изо всех сил держался, не показывая сам себе того, чем и являлся глубоко в голове. Он хотел воспитать волю —  броню, сохраняющую разум, но он боялся, был слишком слаб. Дэнди знал, что Астро бы, возможно, помог ему в этом, но чувствовать собственную беспомощность, в которой виноват только сам Дэнди, было стыдно и крайне паршиво. Дэнди бы светил ярче обыкновенной тьмы, но червь тревоги в его голове, постепенно поедающий правую полушарию мозга, выводил его из себя. Стоит признать, что для Астро Цветок всегда будет самым ярким источником света в этой вселенной. Ни что не заменит этот лучик божественного, мягкого солнца, согревающий щеки. Однако Дэнди не был таким. Он был мрачнее, чем тьма и не светил ярче, чем любая угасающая звезда, оканчивая свою жизнь. Цветок правда не был таким ярким, как представлял его Астро, но последний не хотел этого осознавать. Он выбрал лучшее для себя, он выбрал то, что считает более честным. В глазах Луны Дэнди был словно белой звёздной ночью, крохотной статуй слегка пухлого ангелочка, темной комнатой с огромным окном, черным котом, идущий по снегу, самой темной звездой в ночном небе, внутри которой разжигается белое теплое пламя любви и настоящего счастья. Всех ассоциаций Астро не перечислить. Они были слишком разнообразны и необычны в своем роде. Астро не надо было спасать от собственных мыслей. По крайне мере, от некоторых. Он получал приятную вибрацию по всему своему телу, начиная от тепла в артериях. Все, что хотел Астро на данный момент - дать ту детскую любовь Дэнди и не потерять своего друга из-за накопившегося стресса. Медленно Астро повернул голову в сторону звёзд. Они напоминали ему приятные времена. Они, к слову, напоминали ему о многом. Дэнди увидел направление глаз Астро и тоже решил взглянуть вверх. Он чувствовал необъятный простор звёздного неба, сравнимый с душой Луны. Космос и есть настоящая душа Астро. Она просторна и глубока. Смотреть на звёзды вдвоем явно было чем-то особенным. Это глубже чем сердце, интимнее чем секс, чувственнее чем поцелуи, крепче чем дружба. Дэнди, благодаря Астро, знал практически каждое созвездие. Каждая их ночь из детства проходила под звездами. Астро что-то рассказывал, указывая пальцем куда-то вверх, либо же оба молчали, наслаждаясь тишиной и связью, которая объединяла их дружеские сети все крепче. Дэнди сейчас будто всматривался в каждую звезду. В каждую ее частицу и атом, ища в ней что-то ценное, что обычно находил Астро. — Дэнди, ты ведь в порядке? — Цветок повернул голову на свое имя. Пока он думал над ответом, он всматривался в темную кожу лица Астро, замечая резкий переход к бледному цвету. Ещё будучи в маленьком возрасте Дэнди часто обращал внимание на особенности кожи своего друга. Он не стеснялся этого, он лишь гордился этим. Он считал, что Астро такой же, как и все. Пусть не у каждого есть четыре руки и витилиго по всему периметру тела, но он считал, что за такое унижать нельзя. — да, я в полном порядке. Я хотел бы задать тебе вопрос... Ты ведь все ещё помнишь наше с тобой детство? — чувство надежды промелькнуло в теле Дэнди. Он боялся, что эти воспоминания будут утрачены и восстановить их никогда больше не получится. Эти воспоминания были, наверное, самыми ценными, которые когда-либо имел Цветок. Если бы он забыл обо всем этом, вновь образовавшиеся раны на внутренней и наружной поверхности тела были бы неизлечимы. Только счастье, полное счастье, заработанное в прошлом, сможет как-то исцелить Цветок с поломанным стеблем. Дэнди боится жить будущем, хотя Астро пытается донести ему эту информацию в ином контексте. Дэнди боится потерять того, кем был любым, поэтому его прошлое навсегда останется в нем и с истечением нехорошего времени вытеснит настоящее с будущим. У Цветка часто болит голова. Как раз, возможно, из-за слишком частых воспоминаний, но в ответ на это он может только закидаться таблетками. Иногда он думает, что его целовала сама Луна, когда трогает свои веки синеватого цвета. Это звучит мило, но довольно смущающе для Дэнди, из-за чего он лишь мотает головой. — почему ты спрашиваешь об этом? — в горле у Астро появился холод и неприятная сосредоточенность над ситуацией. Что-то сподвигло его изменить свой тон голоса на что-то более строгое. Астро не переставал думать над тем, что нашел в душе Дэнди что-то значимое и честно, он не сомневался в этом. Лишь вопрос поставил его в ступор. — я всегда буду помнить наше с тобой времяпровождения в детстве. Это было, можно сказать, одно из самых запоминающихся воспоминаний. — эхом послышался глоток слюну и тон Астро в тотчас изменился на более теплый. Напряжение охватило его тело пару секунд назад, из-за вопроса, от которого он не был в восторге. Возможно, какой-то намека на некий подвох проскочил в голове Астро, практически сразу же избавившись от него. — все чаще я чувствую себя одиноко, поэтому я спрашиваю: "помнишь ли ты что-нибудь, связанное со мной?". Я могу показаться назойливым, не так ли? Но мне правда нехорошо, Астро... Наше с тобой детство для меня это что-то необычное. Для меня это все в какой-то степени... Я просто не хотел бы, чтобы ты забыл его. — с каждой темной мыслью Дэнди все сложнее становится держать свою жизнь в руках. Ему  становиться страшно от осознания того, что рано или поздно ему придется встретиться со смертью чуть ли не единственного друга. Он не хочет терять его. Не хочет терять свое прошлое, не хочет жить настоящим и навсегда остаться с Астро, ведь он единственный, кто его понимает. — Астро, расскажи мне про свои сны... Про свой скучный день, размышляй со мной обо всём, о чем захочешь, только не игнорируй меня. Пожалуйста. — наступает тишина. Дэнди произнес последние слова и от этого Астро становится неловко. — ты —  действительно тот, о ком мне хочется заботиться, Дэнди. — щеки Астро вновь покрывает тепло и лёгкий румянец, который загоняет его в некий испуг. Он пытается успокоиться и прийти в себя, продолжая разговаривать и не делать большие паузы. — конечно, я отчётливо помню наши детские встречи. Навряд ли я когда-нибудь забуду их. Они ведь тоже важным для меня, понимаешь? Я не тот, кто так быстро все забывает... — теперь взгляды встретились. Дэнди чувствовал надежду в Астро и по-прежнему доверял ему, не изменяя свое мнение ни на секунду. Астро смотрел на Дэнди, ощущая тоскливость Цветка, смешанную с упрямостью и мрачным сиянием. Они были равны. Их рост был почти одинаковым, разве что Астро был на пару сантиметров выше. Их рост ничего не значил друг для друга. Оба имели практически одинаковые права. — мы ведь оба с тобой знаем, что будем счастливы, не смотря на всё то плохое, что уже успели пройти? — тишину, пылинки ветра в воздухе потревожил Дэнди. Его глаза излучали строгость, в состав которой входила неистовая тоска. Каждый уголок его души угасал со временем. Астро осознавал это и старался не доводить друга до такого состояния. Астро считал, что хорошие люди приходят в жизнь внезапно, на долгое время или на несколько минут, но даже такими моментами стоит дорожить. Кто-то не дорожил и в какой-то степени это было совершенно нормально. Каждый выбирает свой путь, свой образ жизни и если Астро захочет, он вмешается в него. Если для него дорог этот образ, Астро обязательно вмешается. Душа Дэнди светиться по-другому, когда в его жизни присутствует яркая Луна. Сердце топиться, на покалеченной черными иглами душе возникает чувство свободы. Эгоизм окружает Цветка всю жизнь и только Луна в состоянии извлечь эту грязь из его лепестков. Все этого Астро хочет. Он хочет, чтобы тот, кто часть его жизни был рядом с ним, своими же руками почувствовал душистый запах покоя и утреннего летного кофе, высвобождая из памяти тяжёлую ночь. В ночном воздухе будто снова запахло слезами и отчаянной ненавистью. Дэнди был особенным человек, тем-более для Астро. Дэнди был не тем, кому можно что-либо доверять, хотя мысли и чувства он может без лишних проблем понять. Астро всегда думал, что Дэнди с самого раннего возраста что-то переполняет, поэтому из него выросло что-то некрасивое и сложное. Настал конец внутренним слезам, когда Астро смело обнял Дэнди, прижимая его грудную клетку к своей. Прошло много времени с их последних объятий. Они тоже были ночными, под звёздами, но казалось, что в то время небо было ярче. Они обнимались всего лишь три раза за всю жизнь. Детство отталкивало их своим внутренней недотрогой, а сейчас отталкивает только боль, которую можно сжечь яркими чувствами. Мир не заканчивается на том, если кто-то из друзей уронил слезу и снова ощутил слабость в ногах. Мир не закончится для них до тех пор, пока они буду любить друг друга и даже ментально чувствовать близость, не смотря на расстояние. Жизнь не так длина, особенно для Луны и Цветка, но впереди их ждёт ещё много счастливых моментов, если они не забудут о своей дружбе. Дрожащий звук тела двух организмов будто сливается воедино и создаёт яркий огонь, убирая с ночного неба холод. Ощущение приятной ткани и запаха лунного цветка заставляют Дэнди прикрыть глаза и насладиться тем, что он когда-то любил. Он никогда в жизни не видел лунный цветок. Только на фотографиях, которые показывал ему Астро. Никогда в жизни Дэнди не нюхал лунный цветок, но Астро с любовью рассказывал все подробности этого запаха. В какой-то мере, Астро, по мнению Дэнди, и пахнет как самый настоящий, драгоценный лунный цветок. Запах приятной влаги и чего-то домашнего смешивается в голове у Астро, упирающийся подбородком на плечо Дэнди. Только что политая почва и ощущение засаженной грядки маленькими цветочками напоминает Астро о Дэнди. Эти объятия словно говорят: "я никогда тебя не брошу". Это было бы славно, слишком славно, если бы мир не был полон лжи и обмана. Астро не хочет верить в то, что однажды их крепкие цепи разрушаться. Осознавать это смертельно больно, но стоит лишь принять как за факт времени. — ты лучший. Самый лучший друг, которого я когда-либо видел. — Дэнди медленно разрывает объятия и на его веснушчатом, немного покрасневшем лице расплывается искренняя улыбка, которая представляет собой самое ценное золото для Астро. — я никогда не думал, что встречу такого человека, как ты, Астро. — впервые за долгое время Дэнди снова ощутил настоящую любовь и живое общение, без игнорирования. Астро не мог толком сказать что-либо. Его счастье переполняло его. Он переполнял сам себя, все свое тело. Он был рад, Дэнди был рад, что никто из них не забыл их глубокую связь. — ты самый лучший человек, с кем я когда-либо контактировал, Дэнди. Спасибо тебе. — оба улыбались друг другу. У обоих на щеках был лёгкий румянец, разбавленный цветом своих особенностей на коже. Астро считал, что если мир рухнет, их запомнят только продрогшие ночи с мерцающими звёздами. Их запомнят только те, кому они дороги, а дороги они именно холодным звёздам. — сегодня луна довольно красивая, как ты думаешь? — сердце Астро несколько раз перевернулось. Он думал, что что-то в его облике и речи отпугивало людей и пробуждало в них чувство антипатии, но Дэнди явно был исключением. Его слова были слишком громкими в маленьком мире Луны. Они разбудили бы всех жителей, если бы мир Луны был реален. Любовь, обычно, всегда заставляет верить в невозможное, но мнение Астро в тотчас поменялось. Может, не навсегда, но на эту ночь точно. Смерть страшна, но еще страшнее было бы находится рядом с тем человеком, который со временем стал ощущать большие эмоции по отношению к тебе. — слушай, а ещё... Может, купишь там что-нибудь у меня завтра, чаевых ещё, может быть, оставишь? — резкая смена темы для таких людей, как Дэнди, нередкий случай. Это было ожидаемо от Цветка, хотя для Астро это было как-то обидно. Неловкий намек на признание в любви Дэнди хотел разбавить чем-то естественным и повседневным, но это было чересчур хорошо, что сделало эти слова слишком плохими, высокомерными. Астро мог предполагать, что Дэнди сделал это нечаянно, не подумав как следует, но капля тоски и разочарования расплылась по его груди. У Луны складывалось чувство, что чаще всего он называет счастьем то, что сам никогда больше не увидит и не почувствует. — мне надо идти. — каменные эмоции поглотили лицо Астро, хватая охлодневшими кончиками пальцев свою накидку, чья ткань стала уже не такой приятной. Внутри он боролся от моральной усталости и вегетативного состояния, которое не смог побороть Дэнди. — Астро, нет, нет, стой! Я могу все объяснить!... — никто не побежал навстречу. Луна безвозмездно убегала, а Цветок смотрел вслед, переполненный чувствами гнева и сильной любви. Дэнди хочет снова радоваться. Быть счастливым и любимым, но он ничего не делает для этого. Он слишком ленив и глуп, чтобы что-то менять в своем окружении. Каждый туп, в каждом есть своя тупорылая жила, в каждом есть чудо, всегда ждущее нас рядом с отчаянием.