Проигравший

      Это рушит все его планы, рушит то, к чему он стремился. Флок смотрит на Цвию и не понимает, в какой момент настолько привязался к ней, что это стало необратимо? Она должна была превратиться в его оружие для достижения цели или, в худшем случае, соперницей, которую стоит устранить. Но узнавая её лучше, Флок ясно понимает: Цвию ни за что не подчинить. Она как снежный буран, который не остановить, который сметает с ног и слепит глаза. Флок был уверен: выстоит, не проникнется к ней симпатией, а лишь в доверие к ней вотрется. Где же он так оплошал, что позволил этой девушке так зацепить его?       Цвия замечает его пристальное внимание, стоя неподалёку и о чём-то разговаривая с Мане. Её взгляд задерживается на Флоке, а затем она улыбается так тепло, что улыбкой этой можно растопить все снега. Цвию сложно назвать красивой: грубоватые черты лица, непослушные каштановые волосы, что вечно норовят выбиться из косы, и в плечах она широковата. Неудивительно, что практически все берсерки верили раньше, что она является парнем, хоть и смазливым на фоне большинства. Но для Флока Цвия прекрасна. Стоит ему увидеть эту улыбку или её взгляд, горящий дерзкий огнём, и он ясно понимает, что собственное сердце больше ему не принадлежит. Флок хочет пересчитать все веснушки, щедро рассыпанные по её лицу, словно в детстве Цвию поцеловало солнце. Он хочет крепко прижать её к себе, не отпускать и знать, что никто и никогда не сможет причинить ей вреда. В том числе, он сам.       Он закрывает глаза, пытаясь прогнать образ Цвии из головы, напомнить себе, что действительно важно. Не какая-то девица, нет. Флок намерен совершить то, что должно изменить весь мир. Но снова и снова видит перед собой Цвию, которая будто отпечаталась на его сетчатке. И сердце упрямо тянется к ней, впервые за долгие-долгие годы познавшее привязанность с нежностью.       Глаза Флока закрыты, и он не видит, как мимо проходит Ульвар и смотрит на него с холодной злостью. Парнишка едва не зубами скрипит. Обманутым себя чувствует, ведь Цвия не только притворялась мужчиной, она ещё и ложную надежду Ульвару подала. Ненамеренно или действительно прониклась этим сероглазым волчонком — то Флоку неведомо. Но каждый раз она выбирала последнего. Стремилась оказаться ближе к Флоку, доверяла ему секреты — вынужденно, в то время как самый главный он знал и так. Именно с ним Цвия пыталась войти в состояние берсерка, в то время как небо вокруг них расцветало красками, северным сиянием играло. Именно с Флоком сражалась бок о бок и рядом с ним была готова умереть.        Он сам не уловил, когда Цвия стала для него такой важной. Флок свою жизнь за неё не отдал бы, но убить ради неё — запросто. Он наблюдал, как Цвия возвращается к берсеркам на первородном драконе. На Имир, которая должна была принадлежать ему. И чувствовал то, что в этой ситуации казалось противоестественным, — гордость за свою девочку, такую сильную и отважную. На губах ощущался вкус поражения, но он был на удивление сладким.       Но по-настоящему Флок проиграл ей не в тот момент. Стоило ему обнять Цвию, так крепко и искренне, как давно никого не обнимал, как он понял: вот его главная слабость, его крах и падение. Всё было кончено для него с той минуты, как он встретил Цвию после покушения на неё и ощутил радость, облегчение от того, что она перед ним, живая.       Она обнимала Флока и не знала, что вот он, тот, кто подло вонзил кинжал ей в живот и скинул со скалы в ледяные бушующие воды. Будь Цвия обычным человеком, а не йотуном наполовину, то такое не смогла бы пережить. Или если бы рука Флока не дрогнула в последний момент, отчего он не попал по жизненно важным органам.       Он уходил тогда от Цвии, чувствуя, как всё внутри снова покрывается льдом. Он сделал так, как было правильно, как было нужно ему. Не позволял сожалениям прорваться наружу, хотя они скреблись изнутри, мучили не хуже любого монстра. А как вновь увидел Цвию, живую, пусть и не совсем невредимую — оттаял так стремительно, что от этого стало больно.       — Не могу поверить. Я справилась, — шептала она.       — Мы справились, — с улыбкой поправлял её Флок.       — Вместе.       — Вместе…       Он смотрит на Цвию и знает: справилась тогда лишь она. А Флок потерпел самое сокрушительное поражение за всю жизнь, с первой минуты знакомства с ней. Но готов отдавать ей победу раз за разом, лишь бы Цвия улыбалась ему. Лишь бы однажды с нежностью произнесла его настоящее имя.