valentine's day

В коридоре было слишком шумно, поэтому двое друзей решили уединиться в тихом месте под лестницей, чтобы обсудить предстоящее празднование 14 февраля. В руках у Хана была коробка с шоколадными конфетами, которые он выбрал с особой тщательностью, стараясь найти самые лучшие и дорогие, чтобы человек, которому они достанутся был рад. Он с улыбкой посмотрел на своего друга, который, задумавшись, вертел в руках телефон, уставившись на стену перед собой. — Все еще пытаешься завоевать ту девушку, которая нравилась тебе в старшей школе, Минхо? — он смеется, поддразнивая своего друга. — Ты уже в университете, а все еще сохнешь по ней? — Заткнись, — Минхо немного краснеет, но смеется, поворачиваясь к другу, чтобы ударить его по колену. — Тогда я был еще неопытен, но сейчас вырос и знаю, как завоевывать сердца прекрасных дам.— Он мечтательно вздыхает и снова переводит свой взгляд на стену перед собой. Хан смеётся, смущённо потирая шею, и затем бросает своему другу коробку конфет, которые он выбрал для той девушки. — Конечно, конечно, — говорит он с иронией, но придвигается ближе к другу, кладя руку ему на плечо. — Могу поспорить, ты сам их съешь, пока будешь смотреть сентиментальные фильмы о любви в компании своих котов. — Теперь он смеется громче, за что получает подзатыльник от Ли. — Ты меня недооцениваешь, — говорит тот и встает на ноги, внимательно рассматривая конфеты, купленные его другом. — На завтра у меня запланировано кое-что особенное. — Он подмигивает Хану и направляется к выходу. — И за конфеты спасибо — говорит он, прежде чем выйти с лестничной площадки. — Я тебя угощу потом в знак благодарности. — Он салютует своему другу и исчезает за дверью, оставляя Хана наедине с его мыслями. Тот вздохнул и, поднявшись на ноги, отряхнул джинсы. Хотя он старался сохранять спокойствие, жгучая боль, разрывающая его сердце на тысячи мелких осколков, все равно не утихала. Она постоянно напоминала ему о пустых надеждах, что теплились в его душе последние пару лет. Он вышел из здания и, посмотрев вдаль, увидел, как солнце медленно садится за горизонт, окрашивая небо в багряные и золотые оттенки. Это зрелище всегда успокаивало его, но сегодня оно казалось лишь насмешкой, словно сама природа издевалась над ним и его чувствами.

***

Наступил долгожданный День святого Валентина — праздник, которого с нетерпением ждали многие влюблённые пары, чтобы провести его вместе и ощутить теплоту и нежность друг друга. Погода была солнечной и по-настоящему весенней, как будто сама природа радовалась этому дню, даря радость и людям. Однако не для всех этот день стал настоящим праздником. Хан с самого утра был окружён своими друзьями, шутил и смеялся. Но за этой улыбкой скрывались истинные чувства парня. У него было много эмоций, которые он пытался подавить. Как бы Джисон ни старался отвлечься от неприятных мыслей, которые возникали у него, когда он оставался наедине с собой, в итоге он всё равно погружался в раздумья, что, конечно же, портило ему настроение. Но как только на горизонте появлялись его друзья и Минхо, на лице Хана вновь появлялась улыбка, а его шутки звучали нескончаемым потоком. День постепенно подходил к концу, и вскоре Хан вернулся домой. Он был измотан не столько тяжёлым днём, сколько своими чувствами, которые не давали ему покоя и которые он тщательно скрывал от посторонних глаз. Но как только он переступил порог своей квартиры, тело парня словно обмякло. Он с трудом дошёл до своей комнаты и рухнул на кровать. Усталость и тоска навалились на него, заставляя вновь погрузиться в мысли о нем. Не в силах сказать эти слова в лицо, Джисон перевернулся на спину и дрожащими руками взял свой телефон. Его палец зависал над чатом с другом, который сегодня должен был отлично провести время в компании прекрасной дамы. Наконец, сделав глубокий вздох и смахнув с лица капельки слёз, которые неустанно катились по его щекам, он начал печатать. Хан промахивался по буквам, писал и снова стирал, не зная, как правильно выразить свои чувства в тексте. Пелена слёз застилала глаза, мешая сфокусироваться на экране, но парень не сдавался. И в конце концов, он просто отдался чувствам, и слова быстро появились на экране, выражая всё, что накопилось в нём за последние годы.

«Минхо, сегодня День Святого Валентина, и я больше не могу скрывать свои чувства. Я знаю, что я для тебя просто друг, но ты для меня нет и никогда таковым не являлся. Я люблю тебя, Минхо, и хочу, чтобы ты был счастлив, поэтому я буду только рад, если ты найдешь свою вторую половинку сегодня, даже если это не я. Прости, что люблю тебя…»

Он перечитывает сообщение и, чтобы не передумать и не стереть его, быстро нажимает кнопку «отправить». Затем он выключает телефон и отбрасывает его на другой конец кровати. Это был импульсивный поступок, который отразился в его быстро бьющимся сердце и странной надежде, таящейся в глубине души, хотя он ясно понимал, что им никогда не быть вместе. Минхо с нетерпением ждал в дорогом ресторане, на ужин в котором он копил деньги в течение долгого времени. Он хотел сделать сюрприз девушке, которая нравилась ему ещё со старших классов. И вот наконец появился прекрасный шанс признаться ей в своих чувствах, надеясь, что они взаимны. Официант уже второй раз подходил к столику Минхо с вопросом, когда можно принять заказ, но Ли снова отослал его, ведь девушка, которую он ждал, ещё не пришла. В его голове начала закрадываться мысль, что она не придёт вовсе, но тут его отвлек звук телефона. Пришло уведомление от Хана, и Минхо уже хотел отложить телефон, чтобы ответить позже, но последние строчки заставили его сердце остановиться, а тело замереть. «Прости, что люблю тебя», — говорилось в последней строчке. Парень открыл диалог со своим лучшим другом, от которого обычно приходили только мемы с котами или глупые шутки. Но не в этот раз. Прочитав несколько строк, Минхо ощутил, как в горле встал неприятный комок. Он перечитал сообщение ещё раз, а затем ещё раз. Слова не укладывались у него в голове. Он словно слышал, как его друг говорит ему эти слова, слышал его дрожащий голос и видел, как по щекам скатываются слёзы. — Долго ждал? — произнесла девушка в ярко-красном платье, которое подчёркивало её стройную фигуру и создавало атмосферу романтики в этот вечер. При каждом её движении платье игриво колыхалось. — Прости, на дороге пробки, — сказала она своим мягким голосом, от которого по спине Минхо обычно пробегала дрожь, а сердце билось быстрее. Но не сейчас. Сейчас в его мыслях был только Хан и его признание, которое засело в голове. Нечаянно Хан заставил его задуматься о том, что он сам чувствует к нему. Да, они были друзьями, да, он доверял бы ему свою жизнь. Но любовь? Любит ли он его? — Минхо, ты меня слышишь? — легкое прикосновение к плечу вернуло Ли к реальности, напомнив о том, где он находится и с кем. — Я спросила, что будем заказывать. — Да, конечно, — Минхо кивнул, посмотрел на свой телефон и отложил его в сторону, возвращая все свое внимание на девушку своей мечты, которая сейчас сидела прямо перед ним. — Выбирай что хочешь, я угощаю. Девушка, улыбаясь, провела наманикюренным пальцем по списку блюд, в то время как её спутник, глядя куда-то вдаль, погрузился в воспоминания. Он вспоминал те моменты, когда они с Ханом сидели в недорогой забегаловке во время перерывов между уроками. Это были самые счастливые дни, когда Джисон, набив полный рот еды, становился похожим на хомячка или белочку, вызывая улыбку у своего друга. Даже сейчас, сидя в одиночестве, Минхо не мог сдержать улыбки, представляя, как его друг сидит напротив и рассказывает очередную глупую шутку. Девушка, подняв голову, заметила, что Ли словно витает в облаках, явно вспоминая что-то очень значимое для него. Но она ничего не сказала, лишь подозвала официанта и сделала заказ. Через пару минут Ли, словно очнувшись от своих мыслей, начал непринужденный разговор, стараясь отвлечься. Однако даже в этой беседе проскальзывали темы, так или иначе связанные с Ханом. Они сидели в изысканном ресторане, где приглушенный свет и тихая джазовая музыка создавали атмосферу романтики. Однако, когда принесли еду, взгляд Минхо начал постепенно угасать. Он смотрел вдаль, его мысли были заняты чем-то другим, и он рассеянно ковырялся в тарелке, почти не прикасаясь к еде. Девушка с любопытством наблюдала за ним, и в её глазах читалось беспокойство. Она сразу заметила, что парень стал более отстранённым. — Всё в порядке, Минхо? Ты стал таким тихим и почти не ешь. Я знаю, что это место должно быть романтичным, но… — Она на секунду замолчала, слегка прикусывая губу, как будто пытаясь правильно выразить свои мысли. — Кажется, ты где-то далеко. Минхо моргнул, словно вырванный из задумчивости её словами. Он посмотрел на неё, и на его щеках появился лёгкий румянец. — Ах, я… Прости, Джи Ын. Еда просто великолепна! — Он опустил взгляд в свою тарелку, осознавая, как мало съел. Это заставило его почувствовать себя виноватым за свое поведение. Ведь он сам же пригласил сюда девушку, а теперь витает в облаках, вместо того чтобы вести беседу. Но Джи Ын лишь приподняла бровь, на ее губах появилась игривая ухмылка. Она все понимала и не осуждала парня, поэтому в ее взгляде не было ни упрёка, ни обиды. Лишь молчаливое понимание. — Дело не в еде, Минхо. Дело в тебе. У тебя такой задумчивый, почти тоскующий взгляд. И этим вечером ты несколько раз упоминал своего друга… — начала она подводить к той теме, от которой у парня похолодели конечности, а сердце забилось быстрее. Девушка наклонилась чуть ближе, ее голос был нежным и немного дразнящим, когда она говорила, не сводя взгляда с Ли. — Скажи мне, Минхо, — обратилась к нему Чжи Ын, — ты думаешь о своём друге? Потому что такое выражение лица не совсем обычно для мужчины на свидании. — Она рассмеялась, но этот смех не был ни обидным, ни вызывающим. Минхо был поражён её прямотой. Он ожидал, что она начнёт ругать его за то, что он отвлекся, или даже обидится и уйдёт из ресторана. Однако, взглянув на Чжи Ын, он понял, что она была права. Он действительно думал о Джисоне, вспоминая время, проведённое вместе, и чувства, которые он вызывает в его душе. На губах парня заиграла загадочная улыбка, и он издал тихий, самоуничижительный смешок. — Неужели я настолько прозрачен, Джи Ын? Я думаю… Я не могу не думать о нём. Он всегда был рядом со мной, понимаешь? Джи Ын кивнула, слегка нахмурив брови. — Я знаю, Минхо. Но я также вижу, что твоё выражение лица, когда ты говоришь о нём, отличается от того, когда ты говоришь о других своих друзьях. Она протянула руку и нежно коснулась его руки, её голос смягчился, и на сердце у Минхо стало легче. — Я надеюсь, что твой друг знает, как ему повезло, что у него есть ты, Минхо. И… И я надеюсь, что однажды ты поймёшь, чего именно ты хочешь. Или кого ты хочешь, — добавила она с понимающей улыбкой и убрала руку, продолжая свою трапезу. Минхо с изумлением наблюдал за тем, как она с удовольствием уплетает свою еду, и на его лице отражался целый спектр эмоций: удивление от её проницательности, лёгкое беспокойство, но также и проблеск пробуждающегося понимания. В его голове всё перевернулось, когда он начал осознавать, что действительно творится у него на душе. И он был искренне благодарен этой девушке за то, что она смогла открыть ему глаза на его чувства. В это время Хан сидел на кровати, стараясь успокоиться. Его глаза, покрасневшие и опухшие, выдавали настоящие эмоции. В руках он держал телефон, где было видно недавно отправленное сообщение. Рядом с ним стояли две галочки, что означало, что Минхо прочитал его. Но ответа так и не последовало. Джисон шмыгнул носом и поспешил выйти из диалога с другом, чтобы не расплакаться снова. Его сердце болело, а на душе лежал тяжелый груз, который не исчез даже после признания. Он думал, что друг отвергнет его, посмеется над ним, и их дружбе придет конец. Эти мысли кружились в его голове, словно бесконечный водоворот, затягивая его в омут, из которого, казалось, невозможно выбраться. Однако Джисон был готов принять любое решение Минхо. Он хотел, чтобы тот был счастлив, даже если это не означало быть рядом с ним. Он не хотел давить на него, потому что любил его всем сердцем. Один тихий всхлип все же сорвался с покусанных губ парня, но этот звук был заглушен другим. Кто-то настойчиво стучал в его дверь, заставив парня тут же затихнуть и замереть, пока его голова лихорадочно соображала, кого это занесло к нему ночью. Он встал и, осторожно ступая по деревянному паркету, направился к двери, включив свет в коридоре. Вздрогнув от очередного стука, он отступил на шаг назад, охваченный страхом. Однако он не мог просто исчезнуть, поэтому дверь всё же пришлось открыть, хотя его сердце было готово вырваться из груди и сбежать через окно. На пороге появился Минхо, который буквально влетел в квартиру друга, внося с собой холодный зимний воздух, от которого Хан поежился. Но не мороз пробрал его до дрожи, а взгляд друга, который выражал замешательство, осознание и какую-то решимость. Не теряя времени, Минхо подошел к парню, схватил его за плечо и наклонился так, чтобы тот посмотрел ему прямо в глаза. — Хан, я… Я получил твое сообщение… — в этот момент внутри Джисона словно что-то оборвалось. В его глазах мелькнул страх, а инстинкты требовали немедленно бежать. Но сильная рука Ли не позволяла этого сделать, и парню пришлось смириться. Он опустил голову, не осмеливаясь взглянуть в глаза человеку, которому всего несколько часов назад признался в любви. Однако дальнейшие слова Ли заставили его поднять голову и с недоверием и удивлением посмотреть на друга. — Знаешь, я весь день думал о своем «большом плане». О ней. Но даже когда я ужинал с той девушкой, я продолжал думать о тебе. О нас. Джисон стоял неподвижно, словно скованный невидимыми цепями. В его глазах читалось непонимание происходящего. Они блестели от ранее пролитых слез, и он не смел надеяться на лучшее. — О чем ты говоришь? Но вместо ответа Минхо продолжал говорить, не сводя глаз с лица Хана, на котором читались страх, неуверенность и сомнения. Однако он чувствовал, что где-то глубоко внутри Хан прячет свои истинные чувства, и ему нужно лишь найти к ним путь. — Ты был прямо здесь, передо мной, мой лучший друг, моя родственная душа, человек, который понимает меня лучше, чем кто-либо другой. Но я был слишком глуп, слишком слеп, чтобы увидеть это. Он взял обе руки Хана в свои и крепко сжал их, словно боялся, что Хан может их отдернуть. — Я знаю, что был неправ, Джисон. Я знаю, что должен был понять это раньше. Я знаю, что заставил тебя через многое пройти, заставляя смотреть, как я гоняюсь за девушками, которые никогда не будут значить для меня так много, как ты. Хан слушал его, и по его лицу текли слёзы, а тело слегка дрожало. Он открыл рот, словно хотел что-то сказать, но не смог произнести ни слова. Вместо этого он покачал головой, в его глазах читались тоска и отчаяние. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, Минхо, и не хочу, чтобы ты заставлял себя быть рядом со мной, — произнес он, всхлипнув, а затем, вырвав свою руку из хватки друга, вытер слёзы рукавом своего свитера. — Почему ты думаешь, что я не буду счастлив с тобой? — Ли начинал нервничать, не понимая, почему парень так себя ведёт, хотя совсем недавно он излил всю свою душу в том проклятом сообщении. — Потому что ты любишь Джи Ын, придурок! — воскликнул Хан, повысив голос, но тут же осознал свою ошибку и отвернулся от парня, чтобы тот не видел его покрасневшее лицо и ужасно опухшие глаза. — Придурок здесь только ты, Хан! — крикнул Минхо и, развернув парня лицом к себе, положил свои руки ему на щеки и сжал их. — Я не люблю Джи Ын, идиот. Наоборот, она помогла мне осознать свои чувства к тебе. Джисон с удивлением смотрел на парня, который, казалось, не собирался его отпускать. Неужели девушка, за которой он бегал ещё со старшей школы, внезапно перестала ему нравиться? Как такое возможно? Но Минхо, словно прочитав его мысли, смягчился и улыбнулся, нежно проводя большим пальцем по верхней губе Джисона, словно заворожённый этим моментом. — Я говорю, Джисон, что я влюбился в тебя. Не знаю, как это произошло, но в какой-то момент мои чувства к тебе превратились из простой дружбы в нечто гораздо более глубокое, — прошептал он, наклонившись так близко к Джисону, что тот ощутил его горячее дыхание на своих губах. — Но мы же друзья, и всегда ими были, мы не можем… — начал говорить Хан, понимая, что его слова звучат неубедительно, особенно когда он произносил их с опущенной головой, стараясь скрыть свои чувства, которые стремились вырваться наружу, и тогда он мог бы потерять голову, поддавшись им. Но Минхо не отпускал его. Он прижимался всё крепче, изливая своё сердце в надежде достучаться до Джисона. — Мы можем, мы должны. Я не отпущу тебя, Джисон. Не могу представить свою жизнь без тебя, не только как друга, но и как своего партнёра, родственной души, соулмейта — моего всего на свете! Называй как хочешь. Минхо притянул Хана к себе и обнял его с такой силой, на какую только был способен. — Пожалуйста, скажи «да». Пожалуйста, дай мне шанс любить тебя так, как мы оба этого заслуживаем. Я умоляю тебя, Джисон. Позволь себе любить так, как ты того заслуживаешь. Хан сначала сопротивлялся, его тело было напряжено и неподатливо в объятиях Минхо. Секунды текли, и каждая казалась вечностью. Но постепенно, мучительно, парень почувствовал, как сопротивление Джисона начало ослабевать. Со сдавленным всхлипом, звуком капитуляции и принятия, Хан обнял Минхо и прижал его к себе, полностью сдаваясь и отпуская свои страхи, которые душили его ранее. Но он смог победить их, ведь доверял своему другу больше жизни. Сердце Минхо наполняется глубокой нежностью и тоской, когда он наклоняется к Хану. Их дыхание смешивается, прежде чем их губы соприкоснутся. Минхо закрывает глаза, наслаждаясь этим моментом, волнуясь от предвкушения того, как наконец-то выразит свою любовь, которая так долго жила в его сердце. Когда их губы наконец-то соединяются, словно прорывается плотина, и все сдерживаемые эмоции и преданность вырываются наружу. Это не мимолетный порыв страсти или безрассудное желание, а поцелуй глубокой, неизменной любви — любви, которая формировалась годами и, кажется, продлится всю жизнь. Губы Минхо мягкие и теплые на губах Джисона, он двигается с нежной настойчивостью, вкладывая каждую каплю своих чувств в этот идеальный момент. Его рука поднимается, чтобы обхватить щеку Джисона, и большим пальцем он смахивает последние слезы — нежный жест утешения и заботы. Когда их губы впервые соприкасаются, глаза Хана на мгновение расширяются от удивления. Затем он закрывает их, полностью погружаясь в поцелуй. Его сердце переполняет та же безграничная любовь, которую, как он ощущает, излучает Минхо. Хан слегка приоткрывает губы, позволяя поцелую стать глубже и страстнее с каждой секундой. Их руки обвиваются вокруг друг друга, притягивая их тела ближе, словно они были созданы друг для друга. Хан крепко сжимает рубашку Минхо, словно опасаясь, что этот момент может оказаться сном, от которого его могут разбудить в любой момент. Поцелуй продолжается. Это безмолвное обещание, клятва, произнесенная шепотом без слов: «Я люблю тебя, я выбираю тебя, я твой, навсегда». Когда они наконец неохотно отрываются друг от друга, их дыхание прерывистое, а щеки пылают. Но их глаза… их глаза сияют новым светом, светом любви и принятия, ощущением возвращения домой и принадлежности друг другу. Минхо прижимается лбом ко лбу Джисона, вдыхая его аромат и словно стараясь запечатлеть его в своей памяти. «Я люблю тебя», — шепчет он хриплым от волнения голосом. «Я чертовски сильно тебя люблю». Хан улыбается мягкой, лучезарной улыбкой, которая, кажется, озаряет комнату. «Я тоже тебя люблю», — отвечает он, и в его голосе слышатся нотки удивления и радости. «Я люблю тебя, Минхо». В этот миг все страхи и неуверенность исчезают, сменяясь глубоким чувством покоя, правильности и наконец-то обретенной любви. Ли Минхо и Хан Джисон без сомнения знают, что их место — в объятиях друг друга, и они останутся вместе на всю жизнь.