Глава 10. Возвращение домой
25 марта 2025 г., 22:45
Welcome Home — All face
Фоукс перенёс Гермиону в пустой кабинет директора, слабо освещённый свечами. С тихим хлопком появилась Винки. Увидев девушку, она ойкнула и схватилась за кончики своих длинных ушей. — Я так изменилась, что напугала тебя, Винки? — с улыбкой спросила Гермиона, бросив взгляд на подол белого платья, ярко выделявшегося на фоне её загорелой кожи. — Нет, мисс Грей… — начала было эльфийка, но запнулась, заметив недовольный взгляд девушки. — Мисс Гермиона, — быстро поправилась она. — Вы прекрасно выглядите. Просто непривычно видеть вас с такими волосами и глазами, — добавила Винки с робкой улыбкой. — Мистер Дамблдор просил, чтобы я проводила вас в вашу комнату, когда вы вернётесь. — Я знаю, где гостиная Гриффиндора, — спокойно ответила Гермиона, стараясь скрыть раздражение. — Мисс Гермиона, с этого года мистер Дамблдор распорядился, чтобы старосты жили отдельно, — объяснила Винки. — Значит, меня всё-таки назначили старостой… Интересно, — усмехнулась девушка. — Ладно, веди. — А ваши вещи, мисс Гермиона? Гермиона подняла руку и показала на небольшую сумочку на запястье. — Всё здесь, — ответила она с лёгкой улыбкой. Винки осторожно взяла её за ладонь и переместила их обеих.***
Перед Гермионой появилась большая картина с воином в доспехах, сжимающим меч. — Мы на седьмом этаже, пароль «Aliis inserviendo consumor». Ваша комната слева, — тихо сказала Винки. «Светя другим, сгораю сам. Интересный выбор» — перевела строки Гермиона и улыбнулась. — Сейчас четыре утра, так что до завтрака у вас ещё есть время отдохнуть. Спокойной ночи, мисс Гермиона, — попрощалась эльфийка и исчезла. — Aliis inserviendo consumor, — повторила Гермиона. Воин поднял меч вверх, и картина отъехала, пропуская её внутрь. Девушка вошла в просторную гостиную в серо-бежевых тонах. Оформление напоминало гостиную Гриффиндора. Во всю стену располагался камин, напротив стоял широкий длинный диван серого цвета, по бокам — два кресла того же оттенка. У окна с видом на озеро стояли стол и стул. Особенностью гостиной была небольшая арка, отделявшая её от небольшой кухни. Лестница вела наверх, где находились две двери. Поднявшись, Гермиона открыла дверь слева. Комната была просторной: широкая кровать с красным балдахином, прикроватная тумбочка, шкаф у стены, рядом — высокое зеркало, а у окна — письменный стол со стулом. Гермиона положила сумку на кровать и заметила ещё одну дверь. Открыв её, она попала в белую ванную с душевой кабинкой из стекла. В конце комнаты была ещё одна дверь — как она поняла, ведущая в комнату другого старосты. Спать ей не хотелось, поэтому у неё было достаточно времени принять душ и переодеться, чтобы уйти до пробуждения соседа. Вернувшись в спальню, она сняла одежду, взяла ванные принадлежности и полотенце и направилась в душевую. Полотенце оставила на каменной столешнице у раковины. Полностью растворившись в воде, не думая ни о чём, она помыла светлые волосы, которые от солнца стали ещё светлее. Выключив воду, открыв стеклянную дверь, Гермиона сделала шаг на плитку и замерла — в этот момент напротив открылась дверь.***
Драко плохо спал. После очередного кошмара, где он убивал Дамблдора, он проснулся. Провалявшись в кровати больше часа, он понял, что больше не уснёт. Малфой направился в ванную, чтобы смыть с себя ужас и пот. Открыв дверь, он первым делом заметил загорелые длинные ноги на белой плитке, упругие ягодицы, подтянутый живот и вздымающуюся грудь с чёрной витиеватой надписью. Обнажённая и мокрая фигура девушки манила и возбуждала его, как произведение искусства, которое он где-то уже видел. Драко перевёл взгляд на лицо Гермионы и широко раскрыл глаза от изумления. — Так и будешь таращиться, Малфой? — улыбаясь и глядя на него с интересом, спросила она. — Грейнджер? — произнёс он с придыханием, вспоминая поцелуй на астрономической башне. — Нет, Кандида Когтевран, — рассмеялась Гермиона и подошла к раковине. Он не мог оторвать глаз от изгибов её тела, чувствуя дискомфорт в пижамных штанах. Гермиона затянула полотенце на груди, прикрывая наготу, и перевела взгляд на ошеломлённого парня. Он, как всегда, был красив: растрёпанные светлые волосы, слегка приоткрытые пухлые губы. На нём была зелёная пижамная рубашка и брюки того же цвета, низко сидящие на бёдрах, открывая полоску кожи. Девушка сдерживала окклюментную маску, продолжая улыбаться. — Какого хрена ты тут делаешь, Грейнджер? — придя в себя, зашипел Малфой. — Ой, сколько желчи, — усмехнулась она. — Ты увидел такое представление и вместо оваций — грубость, — наигранно фыркнула Гермиона. Его удивляло всё: светлые волосы, разноцветные глаза, загорелая фигура, новая манера общения. Казалось, от старой заучки Грейнджер ничего не осталось. — Я задал тебе вопрос, — гневно сказал Малфой, сжав губы. Тьма начала расползаться внутри, чувствуя негатив, направленный на неё. Она подошла к Драко вплотную, босыми ногами, смотря в его горящие гневом глаза и провела языком по губам. Глаза Малфоя следили за её манящим язычком. Он приоткрыл губы и глубоко вдохнул запах персика. Гермиона напряглась, ощущая голод Тьмы, разгорающийся огонь желания, который гасила все эти месяцы вдали от него. Где-то глубоко в душе она скучала и волновалась, но не озвучивала этих мыслей. Удерживая маску на лице, улыбка сошла с губ, и она отошла от него. — Если тебе что-то не нравится — это твои проблемы. Теперь я живу здесь и… — В смысле? Ты вторая староста? — перебил её Малфой гневно. — Как видишь. Не думай, что я пришла тебя соблазнять, — приподняв уголок губ, ответила Гермиона. — Ещё чего, чтобы какая-то Гр… — слово застряло у него в горле. Теперь, глядя на девушку, он не мог произнести оскорбление. Глаза Гермионы сверкнули злорадством, губы растянулись в улыбке. — Да, грязнокровка, — сказала она. — Я не забываю этого ни на секунду. Но и я не питаю симпатии к сыну убийцы и Пожирателя, — больно ударила она. Драко мгновенно преодолел расстояние, схватил её за горло и прижал к стене, нависая над ней. Их прошла волна тока, и рука Малфоя сильнее сжалась на тонкой шее Гермионы. Тьма внутри сжалась от его негативных эмоций и силы руки, пытавшейся причинить боль. — И что ты хочешь со мной сделать? — с трудом прошептала Гермиона, касаясь ладонью его подтянутой груди и качнула тазом в сторону его возбуждённого члена. Драко резко разжал руку, отскочил, развернулся и вошёл в свою комнату, захлопнув дверь под её удовлетворённый смех. Он схватился за волосы и упал лицом в подушку. «Это всё долгое отсутствие секса», — успокаивал себя Драко, сдерживая щит окклюменции, чтобы унять возбуждение.***
Гермиона вошла в спальню, наложила заглушающее и запирающее на дверь ванной и упала на кровать в мокром полотенце. — Просто замечательно, — вздохнула и провела рукой по мокрым волосам. — Почему ты не воспользовалась его замешательством? Он такой сладкий и плохой, — мечтательно проговорила Тьма. — Ты же знаешь почему, — огрызнулась Гермиона. — Я пообещала никогда больше не подходить к нему близко. — Ох уж эти сентиментальные мысли о спасении всех убогих. Я бы с удовольствием насытилась им, — продолжила Тьма. — Я почувствовала твоё вмешательство в сознание. Мы ведь вроде как договорились, — стиснув зубы, сказала Гермиона. — При условии, что ты будешь утолять мой голод. А сейчас я получила только аперитив перед плотным завтраком, — весело ответила Тьма. — Будь уверена, сегодня ты получишь всё, что хочешь, только не лезь в моё сознание, — предупредила Гермиона. — Буду ждать, — ответил голос, веселясь, и скрылся в глубине. Гермиона не собиралась сидеть в комнате, где за стеной находился тот, кого она надеялась навсегда выкинуть из сердца. Встав с кровати, она высушила тело и полотенце, оставленное на кровати, открыла сумочку, зачарованную незримым расширением, и достала форму и мантию. Одевшись, Гермиона подошла к зеркалу и недовольно сжала губы. — Как я могла носить это раньше? Ужас, — проговорила она, стягивая колготки. Она нашла в сумке длинные чёрные гольфы и туфли с каблуком чуть выше допустимого. Натянув гольфы и обув туфли, Гермиона направила палочку на серую юбку и укоротила её примерно на половину длины выше колена. Она расстегнула рубашку до груди и ослабила красный галстук. Оглядев мантию, сделала её более приталенной, но при этом свободной. Взяв мантию в руки, Гермиона вышла из комнаты и направилась к выходу из гостиной. До завтрака оставалось ещё несколько часов, и она хотела провести их в одиночестве, направляясь в библиотеку.***
— Гарри, почему ты не разбудил меня, когда пришёл вчера? — спросил Рон, накидывая галстук на шею. — Потому что нечего было рассказывать. Дамблдор не знает, где она. Сказал, что направил за ней кое-кого и сегодня расскажет всю информацию, — вздохнул Гарри, проводя рукой по волосам. Он был полностью одет и выходил из комнаты. Рон догнал его на лестнице, ведущей в гостиную, где уже никого не было — они встали последними. — Как это он не знает? Что за бред? Как они могли отпустить её одну? — раздражённо спросил друг. — Я не знаю. Я в таком же замешательстве, как и ты, — ответил Гарри, спускаясь по движущейся лестнице. — Я подойду к нему после завтрака. — Я с тобой. Как мы можем спокойно сидеть, когда даже не знаем, где Гермиона и что с ней? — сжав челюсть, сказал Рон. — Так и сделаем, — согласился Гарри, входя в обеденный зал и направляясь к своему столу. — Вы опять проспали? — взглянув на брата, который садился рядом, спросила Джинни. Ребята молча смотрели в тарелки. — Дамблдор ничего не сказал? — встревоженно спросила девушка, заметив их мрачные лица. — Нет, он… — его перебил свист и удивление Кормака Маклаггена с другого конца стола: — Что это за красотка? Гарри повернул голову и всмотрелся в девушку, которая вошла в зал. Вскочив на ноги, он бросился к ней и крепко обнял. Гермиона почувствовала, будто маленькое солнце согрело её изнутри. — Привет, Гарри. Все студенты удивлённо смотрели на них. Дин повернулся к ошарашенной Джинни. — Кто это? У Поттера новая девушка? — Что за чушь ты несёшь? Я бы знал, — неуверенно сказал Рон, вставая и направляясь к другу. На полпути он услышал слова Гарри: — Боже, Гермиона, я так волновался. Где ты была? — отодвинувшись от неё на вытянутых руках, он продолжал держать её за плечи. — Гермиона! — закричал Рон, подбегая к девушке и замерев перед ней, осматривая её с ног до головы. — Гермиона? Девушка отошла от Гарри, подошла к Рону и обняла его с улыбкой. — И тебе привет, Рон, — почувствовала, как его руки крепко сжали её талию. — Почему ты не отвечала нам? Никто не знал, где ты, — прошептал Рон ей в волосы. Гермиона ощутила, как чьи-то руки оттянули её от друга и притянули к другому, не такому крепкому и поменьше. — Гермиона Грейнджер, так не поступают подруги. Почему ты ничего не сказала нам? — услышала голос Джинни, полный тоски и сострадания. Отойдя от Джинни, она с грустной улыбкой оглядела друзей и заметила заинтересованных и удивлённых студентов, которые переговаривались за столами. — Простите, я вам всё… — начала она, но её прервал стук ножа о кубок. Подняв голову в сторону преподавательского стола, Гермиона увидела удивлённых профессоров, внимательно разглядывающих её. — Я очень рад, что наконец-то все в сборе, — улыбаясь, громко сказал Дамблдор, поднимая кубок. — Хочу ещё раз пожелать всем успехов в обучении и приятного аппетита. Директор сел за стол. — Пойдём, — подтолкнула ребят и Гермиону Джинни. Друзья шли рядом с девушкой, не сводя с неё глаз. — Эх, всё-таки не вся грязь покинула школу. Как жаль, — громко прозвучал голос Паркинсон, обращённый в спину Гермионы. Друзья напряглись и развернулись к слизеринскому столу. — Не нужно, я сама, — остановила она друзей и улыбнулась. Девушка развернулась к Паркинсон. Стук её каблуков наполнил зал тишиной. Подойдя к сидящей через стол Пэнси, Гермиона вклинилась между слизеринскими студентками, не обращая внимания на их возмущение и неприязнь. Она наклонилась над столом, опёрлась руками и весёлыми глазами посмотрела на недоумевающую Паркинсон. — Если я услышу хоть ещё одно слово из твоего разрисованного рта в мой адрес или в адрес моих друзей, — спокойно сказала Гермиона, продолжая улыбаться, — пеняй на себя. — Да что ты мне сделаешь, грязнокровка? Подумаешь, немного приоделась и привела в порядок своё воронье гнездо на голове, но ты всё такая же отвратительная, — возмущённо сказала Пэнси. Гермиона осмотрела её взглядом, и улыбка исчезла с её лица. — Отвратительная? Пусть так. Но будет жалко, если такие длинные ноги, как у тебя, оступятся на лестнице, например, на восьмом этаже, — тихо сказала она, глядя на испуг в глазах соперницы. — Костей потом не соберут. — Да что ты из себя возомнила? — вскрикнула девушка и попыталась встать, но ноги не слушались. — Я предупредила, — злорадно улыбаясь и пряча кончик палочки в складках мантии, сказала Гермиона, глядя на побледневшее лицо Паркинсон. Затем повернулась к друзьям и направилась к своему столу. — Что ты ей сказала? — спросил Рон, присаживаясь напротив Гермионы. — Просто предупредила, что плохо оскорблять других, — мило улыбнулась она и положила в тарелку кашу. — Гермиона, ты же нам расскажешь, что с тобой случилось? — замявшись, спросил Гарри. — Конечно, только не здесь. Давайте поедим, а я отвечу на все вопросы до начала урока, — ответила девушка и переключила внимание на еду. Друзья переглянулись и начали завтракать, поглядывая на Гермиону.***
— Что это было только что? — спросил Забини Нотта, наблюдая, как Гермиона отходит от побледневшей Паркинсон. — Не могу поверить глазам: эта горячая штучка — наша всезнайка Грейнджер, — рассмеялся он. Нотт провёл взглядом по длинным ногам Гермионы под короткой юбкой. — Внешне она изменилась, но это не значит, что она стала другой, — ответил ему Тео. Рядом сел только что появившийся Драко с хмурым и недовольным выражением лица. — Дружище, ты пропустил триумфальное возвращение всезнайки в Хогвартс, — смеясь, сказал Блейз. — Я видел её утром, — ответил Малфой, кладя в тарелку яичницу с беконом. — Где вы успели встретиться? — спросил Тео. — В душе, — не поднимая глаз, ответил Драко и положил в рот кусок бекона. Блейз подавился соком, оставил кубок и вытер рот. — В душе? В твоей душе? — удивлённо спросил Забини. — Теперь ещё и её, — пробурчал Драко, запивая еду соком. — Она тоже староста. — Так вы теперь живёте вместе? — спросил Тео. — Подожди, — перебил его Блейз, заинтересовавшись. — Ты сказал, видел её в душе. Что она там делала? — растянул довольную улыбку Забини. — К моему великому сожалению, мы теперь будем жить в одной гостиной, — повернулся к Тео Драко. — А что касается твоего вопроса, что делают люди в душе… — повернулся к Забини. Блейз рассмеялся. — То есть ты хочешь сказать, что видел её, когда она мылась? Драко вздохнул, отодвинул тарелку — аппетит пропал. — К чему этот вопрос? — Бля, дружище, ты видел её голой? — с улыбкой довольного кота спросил Блейз. — Судя по её ногам и заднице, она ничего. — Блейз, что за хренов вопрос? Я не собираюсь на него отвечать, — ответил Драко, припав губами к кубку. — Да, стиль в одежде у неё явно поменялся, — кивнул Нотт в сторону гриффиндорского стола. Драко перевёл взгляд туда, где девушка повернулась боком на скамейке, перекинув ногу через неё. Её и так короткая юбка задралась ещё выше. Она поднялась и вместе с друзьями направилась к выходу, под взглядами других студентов. Он уже потратил больше получаса в кровати, чтобы успокоить возбуждение. «Если эта девчонка будет так разгуливать по школе, её обнажённый образ точно не вылетит из моей головы», — подумал Драко. — Интересно, может, у неё произошли какие-то изменения в сексуальном плане? — произнёс вслух Блейз. Нотт поперхнулся. — Почему тебя так волнует её сексуальная жизнь? — не понимая зачем, спросил Драко. — Меня волнует всё, что касается симпатичных девчонок, — перевёл взгляд на напряжённых друзей Забини. — Даже если они грязнокровки, — добавил он. — Ты с ума сошёл? Хочешь приударить за Грейнджер? — удивился Нотт. — Может быть. Мне интересно, какой она стала, — улыбнулся Забини. Драко почувствовал укол ревности. «Что за хрень, я ревную друга к грязнокровке?» — мотнул головой, прогоняя мысли. Малфой встал из-за стола. — Скоро зельеварение, нам пора, — сказал он и направился к выходу из зала.***
Гермиона вышла из зала вместе с друзьями и направилась во внутренний дворик школы, пока остальные студенты заканчивали завтрак. Она села на скамейку и посмотрела на Гарри, Джинни и Рона, которые устроились втроём на скамейке напротив. — Что вы хотите узнать? — спросила Гермиона. Гарри взглянул на молчаливых друзей, немного смутившись, и спросил: — Дамблдор рассказал нам про твоих родителей. Гермиона, как это случилось? Почему ты не рассказала мне об их гибели, когда приходила ко мне? Девушка глубоко вздохнула и опустила взгляд в землю. — Когда я вернулась из Мунго, дома остался только пепел. В магловском мире считают, что они погибли в несчастном случае, но я знаю, что это не так, — тихо сказала она. — Тогда, когда пришла к тебе, я не понимала, что делаю. Просто хотела увидеть кого-то родного. А рассказать о них означало бы подтвердить их смерть. Я была не готова к этому. — Гермиона, мне очень жаль, — произнёс Гарри, вставая и садясь рядом с ней. Он обнял её за плечи. Ей стало тошно от их понимающих и полных жалости взглядов, от своей лжи. — А зачем ты спрашивала адрес Криви? — уточнил Гарри. — Я хотела уберечь их семью. Думала предупредить об опасности, раз не смогла спасти родителей, — сжав пальцы на скамейке, ответила Гермиона. — Вы видели Денниса и Колина? Они в школе? Я не видела их на завтраке. — Да, но они держатся отдельно от всех. Что там случилось? — спросил Гарри. Девушка прикусила губу, готовясь рассказать давно отрепетированную историю. — Когда я нашла их дом, авроры, охранявшие Криви, сражались с Пожирателями. Мистер и Миссис Криви уже были мертвы. Мне удалось пробраться к ребятам и переместить их в школу, — закончила рассказ Гермиона. — Почему они сказали, что не видели тебя? — удивился Гарри. Гермиона пожала плечами. — Возможно, они не хотят вспоминать тот день, — предположила она. — Я бы тоже не хотела. — Почему ты уехала? Почему не приехала к нам в Нору? — спросил Рон. Гермиона грустно улыбнулась. — Я хотела побыть одна. Мне нужно было понять себя. Я не хотела видеть в ваших глазах переживание и жалость, — сказала она, сжимая пальцы на скамейке. — И сейчас не хочу. — Прости… — начал Гарри. — Как ты? — перевел взволнованный взгляд в землю. — Лучше, — ответила Гермиона и встала. — Но я надеюсь, что вы больше не будете напоминать мне о родителях. И я не хочу, чтобы ещё кто-то узнал об этом, кроме вас, Ордена и тех, кому Дамблдор посчитал нужным сообщить. Ребята кивнули. — Ты изменилась, Гермиона, — тихо сказал Рон, осматривая её. — Мне пришлось, — тяжело вздохнула она. Рон собирался что-то сказать, но сестра толкнула его в ногу. — Гермиона, если захочешь поговорить об этом с кем-то из нас, — начала Джинни. — Не хочу. Надеюсь, вы серьёзно отнесётесь к моей просьбе. Давайте больше не говорить об этом, — сказала Гермиона, повернувшись на каблуках, и направилась в школу. Джинни озадаченно смотрела ей в спину. — С ней не всё в порядке, — подвела итог девушка. — Думаю, сейчас мы нужны ей ещё больше, чем раньше. Только давайте не будем давить на неё, — предложил Гарри. — Конечно, — согласился Рон.***
— Мисс Грейнджер, — услышала Гермиона голос Макгонагалл за спиной. Она остановилась у лестницы в подземелье и развернулась, глядя на декана и профессора Снейпа, который шёл рядом. — Профессор Макгонагалл, профессор Снейп, — поприветствовала их Гермиона. — Мы рады, что вы вернулись в школу. Понимаем ваше горе, — серьёзно сказала Макгонагалл. — Профессор Макгонагалл, я прошу не обсуждать со мной тему моих родителей, раз директор уже сообщил вам об этом, — спокойно заявила Гермиона. — Конечно, мисс Грейнджер, — ответила декан. — Я знаю, что эта информация не должна распространяться, но вы всегда можете поговорить со мной о своих чувствах и переживаниях. — Спасибо, профессор, — поблагодарила Гермиона, сжимая мантию в руках. — Как вы себя чувствуете? — спросил Снейп, внимательно глядя на девушку. — Нормально, — ответила она. — Простите, не хочу опоздать на первый урок у нового преподавателя, — и, развернувшись, направилась к лестнице. — Мисс Грейнджер, задержитесь на минутку, — позвал её голос Макгонагалл. Гермиона повернулась обратно, скрывая раздражение за окклюментной маской. — Мы понимаем вашу ситуацию. Возможно, вам сейчас хочется больше свободы и права выбора, но я хочу напомнить: вы староста, и появляться в таком виде неприемлемо, — сказала декан, взглянув на короткую юбку Гермионы, расстёгнутую блузку и расслабленный галстук. Гермиона накинула мантию. — Так лучше, профессор? — Мисс Грейнджер, вы понимаете, что я имела в виду не это, — вздохнула Макгонагалл. Гермиона улыбнулась и перевела взгляд на молчаливого Снейпа. — Профессор, в чём одеты ваши студенты? Снейпа смутила её улыбка и отсутствующий взгляд, он пропустил вопрос мимо ушей. — Что? — переспросил он. — В чём одеты ваши студенты? — повторила Гермиона. — Мисс Грейнджер, при чём тут факультет Слизерина? — перебила Макгонагалл. Гермиона сложила руки на груди. — Я понимаю, что в магическом мире равноправия нет, когда студенты делят других на чистокровных, полукровок и грязнокровок, — твёрдо сказала она. Рот декана открылся от удивления. — Вы сами знаете об этом и не раз слышали, профессор, — продолжила Гермиона, игнорируя её реакцию. — В магловском мире такое считается расизмом и карается как непростительные заклинания. Снейп и Макгонагалл смотрели на девушку с удивлением из-за её напора. — Поэтому считаю, что выбор длины моей юбки, которая, кстати, такая же или даже длиннее, чем у некоторых слизеринцев, не должен становиться поводом для принижения студента из Гриффиндора, если на другом факультете на это не обращают внимания. Что скажете, профессор Макгонагалл? — спросила Гермиона, улыбаясь. — Я вас услышала, мисс Грейнджер, — растерянно ответила декан, удивляясь, что её лучшая студентка спорит с ней. — Я задержала вас, чтобы Гораций Слизнорт не подумал о вас плохо, пойду с вами, — сказала Макгонагалл и направилась к лестнице. — Минерва, я провожу мисс Грейнджер, — утвердительно сказал Снейп. — Хорошо, — кивнула декан и повернулась к Гермионе. — Мисс Грейнджер, завтра после завтрака будет собрание старост. Прошу не опаздывать, — сказала она и ушла по коридору. Гермиона пошла вниз по лестнице. — Мисс Грейнджер, вы точно хорошо себя чувствуете? — спросил Снейп, спускаясь вместе с ней. — Если не верите, можете наложить диагностирующие заклинания, профессор, — серьёзно ответила Гермиона. — Вы сильно изменились с нашей последней встречи, — сказал он, останавливаясь у двери кабинета зельеварения. — Вы имеете в виду ту встречу, когда я узнала, что весь мир считает моих родителей мёртвыми? Когда призналась Дамблдору, что убила Пожирателя, чтобы спасти братьев Криви? И когда вы сообщили, что Том хочет использовать меня как приманку для Гарри и решили отправить меня из страны ради безопасности? — тихо спросила Гермиона, не отводя взгляда. Лицо Снейпа стало ещё более хмурым. — Кстати, мне ещё стоит волноваться о роли приманки? — уточнила она. — Нет, сейчас у него другие, более важные задачи, — ответил Снейп и, взявшись за ручку двери, открыл её, чтобы прекратить разговор. — О, Северус, так быстро соскучились по старому кабинету? — спросил Слизнорт, отрываясь от совмещённой лекции для Гриффиндора и Слизерина. — Нет, Гораций, меня вполне устраивает новый кабинет, — спокойно ответил Снейп, с иронией. — Я пришёл сообщить, что нам с Минервой пришлось ненадолго задержать мисс Грейнджер на разговор, — объяснил Слизнорт, отходя в сторону и пропуская студентку в класс. — Мисс Грейнджер, лучшая ученица потока, я о вас наслышан, — с добродушной улыбкой сказал он, глядя на девушку. — Профессор Слизнорт, титул «лучшая» надо заслужить не сплетнями и информацией, а делом, — ответила Гермиона, повторив его улыбку. Снейп перевёл взгляд с Горация на Гермиону и вышел из класса. — Прекрасно, просто прекрасно, — хлопнул в ладоши Слизнорт. — Тогда, мисс Грейнджер, я рассказывал студентам о нескольких зельях. Расскажите, какие именно? Гермиона подошла к учительскому столу, осмотрела содержимое первого котла, его цвет и отсутствие запаха. — Это Веритасериум, сыворотка правды. Подошла ко второму котлу, сразу узнала бурлящую жидкость и запах. — Это оборотное зелье, очень сложное в приготовлении. Направилась к последнему, вдыхая его запах. — Это Амортенция, самое сильное приворотное зелье. Для каждого оно пахнет по-разному, — не задумываясь ответила Гермиона. — Я ощущаю запах пергамента, зубной пасты, солёного моря и хвойного леса. Она отошла к Рону и Гарри. — Амортенция не может создать любовь, но вызывает сильное увлечение или одержимость. В этом её опасность, — закончил Слизнорт. — А что это? — спросила Ромильда Вейн, указывая на маленький флакон. — Это очень интересное зелье Феликс Фелицис, — сказала профессор, взяв флакон в руки. — Жидкая удача, — тихо сказала Гермиона. — Верно, мисс Грейнджер. Один глоток — и все ваши начинания будут успешными, пока не закончится действие зелья, — положил флакон на стол Слизнорт. — Ваше задание: приготовить напиток живой смерти. Кто справится, получит в награду Феликс Фелицис. Студенты, не сговариваясь, бросились к котлам и учебникам. Гермиона посмотрела на азарт гриффиндорцев и слизеринцев и, не торопясь, направилась к своему столу. Она сосредоточилась на любимом деле — учёбе.***
— Гермиона, не расстраивайся, это всё учебник, — сказал Гарри, войдя в гостиную и положив книгу на стол. — Я и не думала об этом, — с улыбкой ответила девушка. — Я рада, что он достался тебе. — А что Макгонагалл и Снейп хотели от тебя? — спросил Рон. — Да пустяк, по вопросам старостата, — ответила Гермиона. В гостиную влетела довольная Джинни. — Гермиона, на минутку! — сказала она, схватив подругу за руку, и потянула наверх, в комнату. — Почему ты такая взволнованная? — спросила Гермиона. — Пуффендуй устраивает сегодня вечеринку в честь первого дня. Я знаю, что ты, возможно, не захочешь идти, но… — Я пойду. — Что? — глаза Джинни расширились. — Я сказала, что пойду с тобой на вечеринку, — повторила Гермиона с улыбкой. — Это замечательно! — заулыбалась Джинни. — А Дин тебя отпустит? — Да кого его спрашивать? — подойдя к шкафу, ответила Джинни. — У меня есть кое-что для тебя. — Нет, спасибо, у меня всё есть. Я пойду собираться. Через сколько начинается вечеринка? — спросила Гермиона. — Перед отбоем, в выручай комнате, — ответила Джинни, перебирая вещи. — Встретимся через полтора часа у входа, — сказала Гермиона, покидая комнату.
