Хочешь, я куплю тебе солнце?

За день до случившегося.

-Джей! – счастливый Шастун залетел в комнату к своему соседу, радостно размахивая бутылкой с пивом. -Бахнем? По чуть-чуть. Буквально для настроения. Анджей раздраженно и очень быстро закрыл вкладку в браузере. Лучше никому не знать его предпочтения. Он мечтал об одном: о тишине. Его старший дотошный брат уехал, а значит, и эта малолетка на ухо ночами не будет верещать и на диване никто никого облизывать не будет. Это же прекрасно. Но он оставил этого придурка здесь, а значит, теперь он – ответственность адвоката. Вообще не радует, но вариантов нет. -Иди-ка ты нахер, голубизна. – устало протянул парень, потирая переносицу. Ему столько дел нужно закончить, столько работников задраконить, чтобы начали делать хоть что-то. А тут этот с бутылкой. Да чтоб он сел на нее. Хотя… ему понравится. Вот же. -Да ладно, Джеюшка, ну давай! – Антон уселся на край стола, чуть не свалив кипу бумаг на пол. -Арс уехал, мне так одиноко, грустно и скучно. – слишком театрально взмолился он, укладывая руку на лоб и запрокидывая голову назад. -Свали с моего стола. Я не собираюсь бухать с тобой, у меня вон, - юрист обвел взглядом свои завалы и удрученно вздохнул. -работа. -Да ты сидишь порнуху смотришь, какие дела?! -Заткни лицо, малолетка! – рыкнул Анджей, недовольно захлопывая крышку ноутбука и откидываясь на спинку стула. Ну смотрит, ну и что? Его комната, его ноут, его дело. -Ладно. Но только чтобы ты отстал. Одна бутылка. -Конечно! – подпрыгнул зеленоглазый, тут же выставляя перед другом кружку и наполняя ее пенным. -Одна и все! Он врал. Через два часа у них в квартире были все: Оксана, Серый, Дима, вообще все, до кого Шастун и Попов смогли дозвониться. А через три вся эта шумная компания уже шла по улице, заливаясь пьяным смехом. Адвоката уже мало что волновало, с бутылкой в одной руке и чьим-то шарфом, которым его, кажется, пытались задушить в ходе спора о политике, в другой, он шагал по улице в своем любимом тренче, пытаясь соблазнить Суркову всеми возможными и невозможными методами. Но она пока не клюнула. И слава Богу. Кто-то пытался украсть дорожный конус, а Серого оттаскивали от мусорного бака. Студент считал, что тот «быканул». Антон же совершенно спокойно вливал в себя очередную банку Балтики и даже не думал пьянеть. Иммунитет у человека, что поделать. Ноги сами собой остановились напротив дверей клуба. Парни переглянулись и, без особых раздумий, шагнули именно туда. Зачем? Загадка. Но факт оставался фактом: Анджей с Шастуном стояли посреди танцпола, облепленные какими-то людьми, внутри плескалось уже явно не обычное пиво, а что-то гораздо более крепкое. -Шастун, где мы? – на секунду протрезвел Джей, оглядываясь по сторонам затуманенными глазами. -Судя по музыке – где-то в девяностых! – крикнул в ответ паренек перед тем, как его за руку утащили в другую сторону заведения. -Сука… Из колонок долбило прямо по мозгам, алкоголь тек рекой, и только Позов пока оставался в здравом сознании, пытаясь контролировать всю эту пьянь. Получалось так себе (вообще не получалось). А потом дикая карусель – какой-то мужик в кожанке утягивает Анджея в спор о величии русского рока, а тот осушает первый попавшийся коктейль с подноса официанта и злобно начинает доказывать на официальном уровне, что зарубежный – вершина искусства. Шастун вообще не здесь, его не найти, он давно вошел в режим «давай, давай, нападай, чертово пойло» и теперь прикладывал все усилия, чтобы попасть пальцем по номеру Арса и плакать ему в трубку о том, как он его любит и скучает, жить без него не может и вообще зачем он его бросил одного?! Оксана – в порядке, она хотя бы знает меру и теперь спокойно сидит на диванчике, мурлыкая с каким-то опером, которого позвал Попов младший. Все остальные расползлись по залу, занимаясь какими-то своими пьяными делами. В общем-то, не все так плохо, типичный четверг. А потом… резкий провал в памяти. Смутные воспоминания о бежевом тренче, барной стойке, улице… В глазах рябит, в голове гудит, потом гудит не только в голове, им всем весело, они куда-то идут, что-то обсуждают, потом становится тепло и спокойно, кажется, Антон засыпает… и просыпается уже не дома. Черепная коробка просто раскалывается, свет режет глаза, ощущение, будто погрузили под воду и забыли достать. Зеленоглазый попытался зашевелиться и повернуться, но что-то удерживало его на месте. Или кто-то. Боже, где это он? Пришлось сощуриться и сморщиться, чтобы не помереть прямо на месте и примерно понять, что это за местность. Со стоном ощупал свою одежду. Вроде бы мобильник на месте, карта тоже, ксива. Значит не обокрали. Стоп, ксива? Взгляд медленно сполз вниз, и паренек мгновенно замер от страха. На нем плащ Анджея. А под ним сам его владелец. -ТВОЮ МАТЬ! – воскликнул студент, тут же стискивая зубы от нахлынувшей боли и откинулся обратно на грудь адвоката. В следующую секунду он попытался слезть, но почувствовал, как рука прижала его за талию обратно к себе. -Лежать. В ответ Тоша ойкнул, но противиться не стал. -Голова трещит, от тебя воняет какой-то дрянью, но мне тепло. Если ты сейчас слезешь – я скручу тебя в бараний рог. Ты понял? Антон боялся сделать резкое движение, поэтому остался лежать. Сознание не прояснялось, он даже примерно не мог представить, где сейчас находится. Это не их квартира, даже не общага. Больше напоминает номер в каком-то ублюдском отельчике, у которого звезды в минус уже ушли. -Мы вчера?.. -Если ты спросишь, ебались ли мы, я выкину тебя из окна. – очень утвердительно и спокойно ответил парень под ним, тупо глядя в потолок и точно также пытаясь свести плюс с минусом. -Конечно нет. Идиот малолетний. -Слава богу… - выдохнул студент. И все-таки, где они? Два стакана на тумбочке, телефон на полу рядом, пятно на ковре, происхождение которого лучше вообще не знать, и даже не интересоваться. Джей прикрыл глаза, протяжно простонав. -Ну почему, почему я послушал тебя, маленькая тварь. – убито прошептал он, потирая висок свободной от Антона рукой. Башня трещала так, будто в ней проверил рок-концерт, а в воздухе витал терпкий запах алкоголя и безысходности. -Мы где, Джеюшка? – наконец выдавил Шастун. -Без понятия. Но я уверен, что могу засудить их по СанПиНу. -Мне страшно. -Мне насрать, лежи дальше. Но это было просто невозможно. Тоша кое-как соскользнул на пол, скривившись от боли в затекших конечностях, потом с трудом встал, опираясь рукой на ближайшую кровать, и, шатаясь, подошел к окну. Твою мать. Его покачнуло, но уже не от похмелья. Он аккуратно опустился на матрас и накрыл лицо руками, пытаясь переварить все то, что увидел. -Шастун? – спросил Анджей с подозрением, пытаясь сфокусировать зрение на его побледневшем лице, когда он опустил ладони. -Мы не в Москве. -Ты гонишь? – пришел в себя парень, резко садясь и корчась от невыносимых ощущений. -Блять, Джей, мы в Питере! Они переглянулись, осознавая масштаб катастрофы. Как он понял, что это именно Санкт-Петербург? А просто прямо напротив окна висела реклама «Медицинские анализы. Прием врачей УЗИ, ЭКГ. Санкт-Петербург ул. Оборонная, д.14». -Финита ля комедия. Тебе совершенно не идет мой тренч. – коротко сказал адвокат, потому что больше ничего не мог из себя вытянуть. Он даже боялся представить, что происходило вчера, раз сегодня они проснулись в другом городе, на Шастуне его одежда и вообще, они уснули в обнимку на полу. -Снимай. Без вопросов вернув все на свои места, Антон поднял телефон с пола и со страхом открыл сообщения. Но паника отступила, когда он понял, что Арсений не звонил, ничего не писал. Судя по выражению лица Анджея, у него тоже все спокойно. То есть Попов старший не в курсе, а значит, шанс на выживание еще есть. Правда он все равно узнает. Это же Арс. Денег ни у кого нет, оно и понятно. Домой уехать вообще не вариант, им тупо не на что. А еще есть хочется. И пить. Осталось выбрать, кто будет ему звонить и хныкать в трубку. Его брат тут же ушел в отказ, потому что «тебя он не убьет, максимум продырявит лишний раз, а мне – точно конец». Шастун пораскинул мозгами и понял, что действительно, его хотя бы не пришьют. Длительные гудки нагоняли панику, страх, а конец личности уже маячил на горизонте. Связь стояла на громкой, поэтому Джей тоже слышал эти предостерегающие сигналы. -Але, солнце. Да? – послышался спокойный (пока еще) голос. -Арсюш, у нас тут… - парень задумчиво закусил губу, размышляя, как бы лучше все рассказать. -У нас тут небольшая загвоздка с Джеюшкой случилась… Вот это вот «Арсюша» и «Джеюшка» сразу повергло мужчину в апатию. Как минимум потому, что Шастун не называет его «Арсюша». -Какая загвоздка? – тон стал ледяным в мгновение. Антон поежился, и посмотрел на товарища, который в этот момент беззвучно, но очень настойчиво молился. -Ну-у… - протянул он, делая глубокий вдох и закрывая глаза. -Мы в Питере, короче. Воцарилась мертвая тишина. Такая, что даже шум улицы пропал. Шиномонтажка за окнами тоже притихла, ожидая развязки. -Вы где? – очень спокойно переспросил Арсений. Настолько спокойно, что стало плохо. -В Санкт-Петербурге. – паренек сглотнул нервный ком и еще раз посмотрел на Анджея, молившегося уже вполголоса. -Какого хрена, Шастун? -Арс, я… -КАКОГО хрена, мой маленький ублюдок, ты оказался в другом городе без денег, наверняка без документов и БЕЗ МОЗГА? -Арсюш… -Я убью вас. -Ну… -Я убью сначала тебя, потом Андрей меня вытащит из-за решетки, а потом я убью его. Ждите. Ресторатор говорил тем самым опасным, рычащим голосом, в котором прокатывался ураган ярости. Джей в это время болезненно дернул головой, будто уже почувствовал, что с ним будет. Он, вообще-то, оставался, как ответственный и должен был приглядывать за мелким. Но он ведь и приглядывал, верно? Адвокат практически уверен, что всю дорогу не спускал с него глаз, значит, все в порядке. Почти. Вариантов было не так уж много: нужно было дождаться, пока им скинут билеты домой, немного денег и попытаться восстановить события прошедшего дня. Второй пункт исполнился почти сразу, на карточку Антону упали несколько тысяч с припиской «просто чтобы вы не сдохли от голода». Заботливо. Быстро пролистав переписку с друзьями, выяснилось, что все разошлись до того, как этим двум что-то ударило в голову и они умчали на первом попавшемся поезде сюда. А потом как-то добрались до отеля, блин, в Девяткино и уснули. Интересно, но опасно. Кажется, теперь у Шастуна незапланированный отпуск, потому что переписка с Лешей пестрела сообщениями в духе «я увольняюсь» и «ищи меня в Лондоне». -Ладно. – вздохнул паренек, поднимаясь на ноги. -Пойдем, хотя бы перекусим. -Это всегда пожалуйста. Пришлось порыться в картах, чтобы найти ближайшее кафе и плотно засесть там с чашечкой крепкого кофе и сырниками. Джею как раз пришли билеты, оформленные буквально только что, только вот… Какого черта? -Тут один в Новгород. – Анджей свел брови, задумчиво окуная сырник в клубничный джем. -Твой, кстати. Я-то домой еду. Вот блин. Арс взял ему билеты к себе, а не в Москву. Ну естественно, теперь он вряд ли его вообще оставит со своим братом хоть на день. Удрученно отпив еще немного из чашки, Шастун взглянул на билет. В 19:21 посадка, а значит, у них есть целый свободный день в культурной столице. Анджея же отправляют примерно в то же время, прекрасно. Решение было принято практически моментально: бедолаги прогуляются по округе, может быть, заскочат в центр, естественно бахнут по шаверме и уже поедут на вокзал. Так и сделали. Первым делом, кое-как, с горем пополам, добрались до Невского проспекта. С похмелья эта прогулка оказалась весьма себе сомнительным удовольствием, но свежий воздух хотя бы немного прочистил мозги. Антон попытался затащить их в музей, но, кажется, они не такие уж и культурные люди. Продержались там максимум полчаса и ушли сразу к третьему пункту, самому вкусному. -Не знаю, по-моему, это обычная шаурма. – с некой претензией произнес паренек, вертя в руках лаваш с начинкой. -Конечно, придурок. Это одно и то же, просто принято называть по-разному. – фыркнул в ответ адвокат, у которого уже весь рот в соусе был. Вроде брат аристократичного человека, а ведет себя, как свинья последняя. Может, он, все-таки, приемный? Да хотя вряд ли. Когда давит свою ухмылку такие же складочки в уголках рта. Один в один. На улице совсем холодно, уже руки опухли. Оглядев в последний раз набережную и доедая свой питерский перекус, зеленоглазый наконец выдохнул. А здесь красиво. -Джей. – тихо позвал он, облокачиваясь на перила и глядя куда-то вдаль, где вода застыла под уверенной кромкой льда. -Даже если нас убьют в итоге, с тобой весело. -А с тобой страшно, если что. – закатил глаза в ответ юрист, отряхивая свой плащ от крошек. И как ему не холодно? -Ты голубой. А мне с голубыми страшно. В отеле было совсем напряженно. Арс в полной тишине довез Шастуна до номера, запихнул его внутрь, а сам опять смотался по каким-то своим ночным делам. Страшно не то, что он ушел, а то, что будет, когда он вернется. Немного побродив по большому помещению, Антоном было принято верное решение просто сесть и покорно ждать. Поставил телефон на зарядку, пощелкал каналы на телевизоре. Попов не кричал, не ругался, даже не пытался отчитывать. Он просто был настолько спокоен, что хотелось рыть могилу прямо под этим отелем. Заглядывать каждые пять секунд в экран мобильника, чтобы проверить, не написала ли ему его смерть – глупо, но по-другому не получалось. Время текло слишком медленно, неизбежное приближалось, а сам студент к двум ночи, когда замок все-таки щелкнул, был уже во все оружия. Футболку спустил с одного плеча, в одной руке держал бутылку воды (он надеялся, что она святая), а во второй найденную где-то в закромах рюкзака пачку сухариков. Как только мужчина показался на пороге, ему в грудь уперлись сразу две руки, а в уши ударило «Добро пожаловать, господин, ваше питье и яства». Идиот. Какой же идиот. Брюнет молча перевел взгляд с бутылки на сухарики, потом на Шастуна, покорно склонившего голову и готового падать ниц, а затем удрученно вздохнул, принимая хотя бы бутылку. Теплая, как и ожидалось от этого придурка. -Ты полный дебил, Шастун. – коротко отметил Попов, отодвигая парня в сторонку и заходя внутрь. Подходить ближе, чем на метр, зеленоглазый боялся, поэтому терся в другой стороне от Арса, пока тот спокойно скидывал свое пальто и ослаблял ворот рубашки. Красиво, но опасно. Голубые глаза лениво проползлись по его внешнему виду. Студент специально сделал все, как любит ресторатор. Оголил плечо, слегка видно ключицу, на башке какой-то взрыв, вместо прически, в глазах самое неискреннее раскаяние, которое когда-либо удавалось повидать этому миру. Ну вот и как на него злиться по-настоящему? Арсений сжал челюсти, заставляя себя не поддаваться на весь этот дешевой спектакль. Он знал все приемы третьекурсника, знал, как тот умеет выворачиваться и насколько любит переходить границы, а потом невинно хлопать глазками. -Правда думаешь, что я прощу тебя, если ты будешь смотреть вот так? – хрипло спросил он, расстегивая часы, а затем и пуговицы на манжетах. -Да. – абсолютно честно кивнули ему в ответ, изобразив на лице самую тупую и беспечную улыбку, какую только могли. -Сухарики? -Хуярики, Антон. – устало выдохнул мужчина, хватая проносящегося мимо парнишку за руку и разворачивая к себе спиной. -Еще раз ты вытворяешь подобную дрянь, и я тебя из-под земли достаю, а потом туда же закапываю. – прорычал на ухо низкий голос. Ой, как близко. И ой… как быстро. Ему двадцать лет, что вы хотели? Дыхание скользнуло по коже, заставляя путешественника инстинктивно втянуть голову в плечи. Сердце гулко стукнуло где-то в горле. Черт, ну вот зачем он это делает? Почему Арс такой? Он бы хотел возразить, хотел бы сказать, что ничего страшного по факту не случилось, но язык прилип к небу, а сам он плавился в его руках, как сыр в микроволновке: мгновенно и бесповоротно. -Арс, ты дышишь мне в шею. -Да. – без тени сомнения подтвердил тот, касаясь кончиком носа области под нижней челюстью. -Ты имеешь что-то против? Имеет ли он что-то против? Боже. Антон рвано втянул воздух, чуть зажмуриваясь и запрокидывая голову. Человек за его спиной не двигался, касаясь губами шеи и заставляя колени подгибаться. Размякшее существо собиралось было что-то сказать, но после требовательного укуса, пришлось снова отложить разговоры на потом. -Ответ, солнце, я жду ответ. Его тембр напоминал те самые раскаты грома, когда гроза еще слишком далеко, чтобы ощущать ее на своей шкуре, но ее отголоски все равно заставляют выглянуть в окно и оценить обстановку. -Та не… - выдохнул паренек, ощущая теплое, прожигающее дыхание на коже. От касания вдоль позвоночника пробежал электрический разряд, заставляя мышцы напрягаться и одновременно поддаваться его пожеланиям. Но Арс принципиально медлил. Высшим сортом удовольствия было наблюдать, как тело в руках подрагивает, как лопатки слабо подаются назад, полностью выдавая это нарастающее ожидание. Ладонь будто случайно упала вниз по его боку, чуть оттягивая ткань футболки, прежде чем аккуратным движением стянуть ее через голову и отбросить куда-то в ноги. Шастун схватил ртом воздух, когда прохлада прошлась по оголенным участкам, а изгиб шеи упрямо изучался чужими прикосновениями, оставляя после себя жгучие влажные отпечатки. -Арс… -Я Арс. – насмешливо напомнил мужчина, проводя кончиком языка от середины горла до уголка челюсти. Перед глазами запрыгали какие-то чертики, беспощадно тыкающие во взбудораженное сознание своими трезубцами. Антон всем своим сущим прочувствовал, как издевательски на него сейчас смотрят две синие бездны где-то сзади. Но он даже не успел нормально представить это у себя в черепушке, как его развернули, впечатывая в неприятно холодную стену. Удар был не сильным, но ощутимым ровно настолько, чтобы воздух выбило из легких. Попов навис над ним, заставляя немного сползти вниз. Одна рука впилась в тонкое запястье, прижимая к гладкой поверхности, а вторая лениво проехалась вдоль линии шеи. -Попросить прощения не хочешь? Тоша вздрогнул, но ничего не ответил, даже взгляд не отвел. В темных глазах Попова плескались опасные волны – те самые, которые говорили, что назад вернуться уже не выйдет. А никому тут и не надо было ни за чем возвращаться. Не дождавшись никакой внятной реакции на свой вопрос, брюнет одним грубым движением перевернул упрямого студента лицом от себя, притягивая его за талию ближе. Он был бы счастлив заставить его встать на носочки, чтобы казаться еще опаснее, но Шастун – долбаная каланча, с которой так не выйдет. -Ну не беси уже, делай что-нибудь. – фыркнул Антон, дыхание предательски сбилось, заставляя его сделать глубокий, но слишком прерывистый забор воздуха в легкие. -Терпения тебе так и не завезли? – пальцы сжались на бедре, вызывая судорожную ответную реакцию. -По договору не положено. – все-таки нашел в себе силы огрызнуться паренек, мгновенно об этом пожалевший. -Договоришься ведь. А он только и мечтал, чтоб уже наконец договорился. Чужой локоть уперся в спину, в области лопаток, вжимая в стену с еще большим усилием. До слуха донесся знакомый до одури звук – пряжка ремня лязгнула, за ней послышался скрежет молнии. Щека, которой Шастун упирался в поверхность, уже онемела, но это не имело никакого значения по сравнению с тем, как сильно у него пульсировало в груди. Штаны легко соскочили с бедер, а через секунду на плечо Антона приземлилась мягкая ткань, пахнувшая чем-то приятным и родным. Его внезапно выпустили из хватки. Совсем. -Надевай. – раздался приказ, явно не терпящий никаких «но», «нет» и «ну пожалуйста». Чертов фетишист. Пришлось повиноваться, быстро накидывая на плечи одежду. Сразу после того, как требование было исполнено, он почувствовал, что к нему нагнулись ближе, зарываясь в ворот носом и вдыхая новый аромат. Неизвестно, что именно Арс пытался учуять, но, видимо, у него это удалось, раз его пододвинули ближе и вплелись пальцами в растрепанные волосы. Все, что мужчина шептал на ухо осталось непонятым, в сознании разливался лишь звук низкого рокота, смешивающийся с собственными постанываниями Антона. Попытка немного поменять положение успехом не увенчалась, потому что резкий толчок заставил вскрикнуть и зажмуриться, возвращаясь в прежнюю позицию. Ногти болезненно цепанули небольшую шероховатость, но возможности нормально схватиться не было. Боль почти сразу осталась позади, растворяясь в каком-то скомканном желании. Движения становились резче, грубее, с каждым рывком заставляя извиваться и чувствовать, как внутри разливается жар. -Проси прощения. -Да не буду я. – стиснув челюсти прохрипел Шастун, откидывая голову назад после очередного резкого движения, практически погрузившего его в темноту. -Проси. – руки держали хрупкое тело так, будто были готовы сломать его пополам прямо сейчас. -Пошел ты. – огрызнулся зеленоглазый, но голос дрогнул, а ногти соскользнули, вынуждая его полностью потерять опору. Никто не собирался в данный момент терпеть подобных выходок, поэтому его прижали жестко и безоговорочно, заставляя клацнуть зубами и взвыть от тянущей боли. -Проси, Шастун. – прошипел Попов, потянув парня за волосы на себя. -Прости, сука. Что-то снова скрипнуло, то ли какой-то сустав Арсения, то ли зубы Антона, когда ресторатор с силой вжал его в себя. Глухие удары, тяжелое дыхание, гулкие стоны и руки, оставляющие после себя едва заметные следы. И так понятно, что завтра будет больно. Завтра он снова посмотрит на себя в зеркало и увидит, как краснеет кожа там, где его держали. Но сейчас – пусть, сейчас – пусть ломает. -Двигайся. – последовало следующее требование, когда два тела оказались уже на кровати. Шастун с трудом выравнивал сипящее дыхание, валяясь на груди у начальства. Глаза лихорадочно блестели, а губы припухли от поцелуев, которые то и дело перетекали в покусывания. Не дождавшись подчинения, брюнет взял дело в свои руки, сжимая его бедра так, что пальцы болезненно впились в кожу, и резко насадил обратно. -Блять! – задохнулся паренек, выгибаясь в спине, но ему не дали и секунды на передышку. -Не ври, ты сам этого хочешь. – шепнул ему на ухо мужчина, пробежавшись касаниями вверх по спине, чуть вздергивая уже помявшуюся рубашку. -Так двигайся. Или я сделаю это за тебя. -Да помолчи уже… - всхлипнул срывающимся голосом студент, хватаясь за краешек подушки за спиной мужчины и пытаясь хотя бы слегка свести колени, но Арс поймал его, с силой возвращая все на свои места. -Ты в моей постели, в моих руках, - он насмешливо хмыкнул, сильнее сжимая дрожащее тело под ладонями. -и все, что ты можешь сейчас делать – быть послушным. На шее сцепились кандалы, фиксируя голову на одном месте без возможности отвести взгляд или смягчить свое положение. Невозможно не заметить, как зеленоглазый сжимает его запястье, расположенное на горле, но не отталкивает. Как закусывает губы, чтобы не выдать себя полностью и как избегает взгляда, даже когда сам весь вьется от предвкушения. -Ну, скажи. – голос низкий, густой, пробирающий до атомов. Он чуть сильнее надавил на нежную кожу, не душил, но держал так, чтобы паренек прочувствовал его присутствие каждой своей фиброй. -Скажи, что ты хочешь жестче. В ответ снова ничего не получил. Человек на нем пытался как-то двигаться, но у него ничего не получалось, его удерживали слишком крепко, не давая сделать ни шага без разрешения. -Что? Ты стесняешься? – с наигранным удивлением усмехнулся брюнет, придвигаясь ближе к лицу Антона. -Такое возможно, да? Шастун сильнее впился в его кисть, оставляя на ней болезненные следы от ногтей, но Арс и не подумать убирать руки с чужой глотки. Он ждал. -Я же заставлю тебя признаться. Антон судорожно вздохнул. Он уже не мог смотреть в эти голубые глаза, сжирающие без остатка, но все равно упрямо мотнул головой. Тогда Арс очень коротко и глухо рассмеялся, свободной рукой наталкивая без предупреждения Тошу на себя, грубо, без всякой жалости. Тот вскрикнул, опрокидывая голову назад и зажмуриваясь от новой волны режущих ощущений. -Арс, блять, - он сорвался на рычащем выдохе. -больно. И все. Руки, еще секунду назад удерживавшие его так крепко и беспринципно, в момент ослабли, Арсений тут же убрал ладони, будто обжегся. Дыхание все такое же тяжелое, а губы сжаты в тонкую линию. -Все. – Попов снова стал спокойным, мягко притягивая паренька к себе за плечи и заключая его в теплые объятия. Он слышал, как быстро бьется чужое сердце, как тихо ему скулят на ухо, и как дергаются мышцы под его рубашкой, будто по ним гуляет ток. -Прости. Антон моргнул, еще не успев перестроиться. Только что он был игрушкой в руках рассерженного, властного человека, а сейчас снова стал его любимым, оберегаемым солнышком. -Все в порядке, слышишь? – тихо сказал он, когда легкие смогли вернуться в хоть какую-нибудь норму, позволяя воспроизводить человеческую речь. Но мужчина уже не слушал, аккуратно исследуя его тело, проверяя, не оставил ли он каких-то серьезных синяков, не сделал ли больно по-настоящему. -Прости, солнце. – повторил он, утыкаясь в висок мальчика носом. Что это с ним? Все ведь правда в порядке, Шастун не врет, просто они оба заигрались немного. Только вот брюнет все равно продолжал мягко гладить его по спине, кончики пальцев едва касались его, словно он боялся, что любое неосторожное движение причинит дискомфорт. Теперь худое тело держали бережно, будто хрустальную вазу или что-то, что он никогда и никому не позволит сломать. Даже себе. -Скажи мне, если где-то болит. – попросил почти беззвучно ресторатор, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в помутневшие зеленые глаза. Те еще раз моргнули, все еще находясь в каком-то забытье от недавнего напора. -Арс, все реально нормально. – слабо кивнул паренек, зарываясь в горячую шею партнера. -Просто побудь так. Руки Попова снова сомкнулись на нем, будто подтверждая, что он никуда не уйдет и не денется. На кудрявой макушке со спутанными волосами остался легкий, почти невесомый поцелуй. -Я здесь, я всегда здесь. Утро было каким-то слишком странным. Постель пустовала, белье пахло не тем, чем должно, а в воздухе не было ничего родного. Единственное, что возвращало к мыслям о реальности – рубашка Арса, смятая, сползшая куда-то в сторону, но все равно еще висевшая на плечах. Антон потянулся, разминая мышцы, и прищурился. Что-то было явно не так. На столе напротив стоял большой картонный стаканчик, а рядом на тарелке лежал круассан, какая-то странная шняга с яйцом и, кажется, записка. Он головой уехал? Какие записки, 21 век на дворе, у них есть телефоны. И вообще, это что, завтрак? Нет, круто, безусловно, но обычно Шастун сам себе все покупает, разогревает или вообще не завтракает. Любопытство переселило, поэтому в следующую секунду паренек уже внимательно изучал содержимое бумажки, еще с трудом фокусирую заспанные глаза на тексте. «Доброе утро, солнце. Я заеду за тобой в 12, не скучай. P.S.: еще раз извини, надеюсь, еда и твой любимый кофе загладят мою вину». Чего? А в чем он виноват-то? Студент огляделся, пытаясь выяснить, что тут такого произошло, чтобы мужчина перед ним извинялся. Да нет, комната цела, ничего не разгромлено, у него руки и ноги на месте, даже голова присутствует целиком. Так что тогда… А. Блин, серьезно?! Попов загнался так сильно, что теперь считает своей обязанностью извиняться просто за то, что был слишком груб ночью. И как ему теперь объяснить, что «Арс, больно» - это не «Арс, я умер», а «все в порядке, просто моя жопа не резиновая»? Вопрос… Ладно, может быть, это минутная слабость, а потом все станет как обычно. Но нет. Потом Арсений купил ему сигареты, потому что «солнце, я видел, что у тебя оставалась половина пачки, а тебе это буквально на пять минут. Я купил тебе именно ту дешевую дрянь, которую ты куришь, вот, возьми». Шастун смотрел на целый блок из двадцати пачек, изредка моргая. Попытка исправить положение прямо в машине успехом не увенчалась, ему даже не удалось залезть между рулем и брюнетом, ведь «потерпи до отеля, тут же совсем неудобно, у тебя спина затечет». Это абзац. Со скучающим видом Тоша сидел в конференц-зале, катая карандаш по столу. Ему некомфортно, что вокруг него прыгают и пытаются загладить фантомную вину различными способами, которые вообще не вязались с его мировоззрением. Вот, например, сейчас Арс притащил его на свою встречу, усадив тут, как памятник грядущему воздержанию. -Антон, добрый день. – в очередной раз поздоровался какой-то мужик, просто проходивший мимо. Шастун кивнул, не отвлекаясь от своего занятия. Он тут на правах замдиректора. Эту должность Арсений придумал с бухты-барахты, лишь бы хоть как-то оправдать его нахождение здесь. Какие-то там переговоры еще не начались, а ему уже невыносимо скучно. Попов что-то внимательно читает рядом с ним, иногда поглядывая на часы, а остальные люди ходят туда-сюда, о чем-то говорят, что-то решают. -Шастун, хотя бы притворись, что тебе интересно. – коротко попросил ресторатор, бросая на него умоляющий взгляд. -Я тут потому, что ты решил, что я слишком дебил и не просижу без тебя в отеле жалкие 10 часов без приключений. – фыркнул зеленоглазый, подкатывая карандаш обратно к себе. -Тебе напомнить, как прошли твои 10 часов без меня буквально недавно? -Питер – красивый город, если что. Ну почему он снова тут? Почему снова выслушивает какие-то умные слова от умных людей, делает вид, что отличает дебет от кредита и пытается создать впечатление, что не пробухал свои последние деньги позавчера? Переговоры протекали, наверно, нормально. Попов не нервничал, что-то там улыбался, по ушам периодически бил тот самый богатый смех. Стендап прямо, только он ничерта не понимает. Начиналось все с легкого трепа между деловыми партнерами, про погоду какие-то финты выдавали, новости последние обсуждали, даже несколько плоских шуток залетело, от которых хотелось поморщиться. И, судя по лицу Арса, ему тоже. Не такой уж он и старый, ладно. -Хорошо, давайте к делу. – наконец объявил кто-то, кто выглядел особенно важным. Такой мужик лысоватый в костюме. Явно понтуется, как минимум потому, что часы каждые пять секунд поправляет. Все это было неинтересно до зевоты. -Арсений, нам поступило предложение о расширении сети ваших ресторанов, и мы готовы обсудить возможные инвестиции. А-а, понятно. Опять про бабки. Никаких новых тем у них, видимо, не существует. Вот он бы с радостью сейчас обсудил, что новые мемы – полная херня, старые лучше были. И его бы все поддержали, ну правда же! -Отлично. Какие конкретно условия вы предлагаете? А дальше пошли трущобы. Активы, аренды, рентабельность, прогнозы и еще миллион слов, которые Шастун даже не пытался удержать у себя в голове. Этот карандаш – просто имба. Если его повернуть вот так, то он похож на копье. А если вот так – то им можно прикольно стучать по столу, а еще у него грани есть, можно вот так положить. И еще так. Блин, укатился. О! А есть ли тут резинка… -…конечно, мы понимаем, что контроль остается за вами, но заинтересованы в партнерстве на определенных условиях. -Я хочу видеть конкретику, Захар. – Арс холодно посмотрел на собеседника, и его «зам» почувствовал, что что-то ему сейчас не понравилось. -Цифры, документы, юридическую часть. Мой адвокат мог бы и сам заняться бюрократией, но мне кажется, что это, все же, ваша сторона ответственности и не его прямая обязанность. Студент уже собирался сползти по стулу вниз и умереть от скуки, но внезапно почувствовал взгляд голубых глаз на себе. -Что скажешь, Антон Андерич? Сволочь какая. -Э… что? – хлопнул глазками Антон, быстро выпрямляясь и пряча изобретенный лично им арбалет под ноги, чтобы положить обе руки на стол. -По поводу инвестиционного предложения? Шастун прочистил горло, выхватывая себе еще секундочку на подумать и провернуть все шестерни в голове, чтобы вспомнить хотя бы два умных слова. -Ну… мне кажется, что стоит хорошенько все взвесить… - он закатил глаза, сделав вид, что напряженно размышляет, хотя в черепушке сейчас была пустота, умноженная на ноль. Черт, жрать захотелось. -Наверное, подумать, не будут ли такие шаги мешать… э-э-э, типа, внутреннему развитию сети, не? Кто-то в зале хмыкнул, а Арсений слегка сжал его бедро под столом. Ну что?! Откуда он знает, что говорить?! Ему сценарий не скидывали! -Полностью согласен. – ровно ответил мужчина. -Именно поэтому я прошу детализированные предложения, коллеги. Время тянулось слишком долго и мучительно. Попов с каменным лицом продолжал обсуждать финансы, договора и прочную ересь, а его маленький беспокойный друг, спрятавшись за папкой, провел настоящую операцию по извлечению телефона из кармана и теперь залипал в него без зазрения совести.

Вы 15:43

Я щас сдохну

Додик 15:45 Брат, у меня девушка беременная Какого хера ты жалуешься?

Вы 15:46

Переговоры Арса

Я как пиздюк, которого притащили на работу к родителям

Они че то реально умное обсуждают, миллионы какие-то

Тут даже кальяна нет

Додик 15:50 Тебя только калик парит?

Вы 15:50

Хотелось бы, чтобы это я его парил

Додик 15:51 Ахахаха Ну че я сделаю? Сиди терпи Я Катюху завтра на УЗИ с Окс отправлю Расскажу, как там чего Шастун хмыкнул, но тут же стер легкую улыбочку со своего лица, делая вид, что впитывает в себя содержимое бумаг. -Антон? Что-то хотел добавить? – внезапно раздался голос Арсения, явно с претензией. -Я? Не-не, все отлично. Просто стратегию анализирую, тут все так интересно. -Антон, это график уборки офисов. Черт. Студент замер, глядя на таблицу с подписями перед собой. Ну и ладно, чистота и порядок – тоже важная часть успешного бизнеса, вообще-то. Так и прошло еще какое-то время, пока Арсений наконец не выдохнул, заблокировав экран телефона. Ну и хорошо, значит, конец. И все бы ничего, но сразу после встречи его отвезли в какой-то ресторан. Это что, внезапное свидание? Стойте, чего? Свидание? Арс никогда ему никаких свиданий не устраивал, а он и не просил, незачем просто. Вся проблема в том, что Тоша – вообще не романтик. В плане нет, смотреть на звезды там, пить вдвоем на крыше и глядеть на рассвет, это очень круто, ему нравится такое, но все эти рестораны, какие-то смотровые площадки… ну мэ. Паренек сидел за идеально сервированным столиком, постукивая ногтем по бокалу с вином. Ему, конечно, вообще не привыкать к подобным местам, он буквально работает в таком же, но обычно стоит за стойкой и лениво перебрасывался шутейками с персоналом. В качестве гостя ему тут, если честно, некомфортно. Свет какой-то приглушенный, музыка стремная, официант слишком любезно улыбается. Уволить бы его к чертовой матери, растянул тут харю. -Арс, - шепнул зеленоглазый, подаваясь корпусом чуть вперед. -какого ляда мы тут забыли? Ты хочешь этот рестик купить? Мне нравится, я согласен с твоим выбором, пойдем отсюда? -Солнце… - его партнер тяжело вздохнул, откладывая меню в сторону. -Это свидание. Но да, ресторан я и правда подумываю забрать себе. А что? У него все равно явные проблемки. -Чего? – непонимающе буркнул Шастун, оглядываясь по сторонам. Ну, бармен – так себе, он лучше, это факт. Но как таковых проблем он не замечал. -Свидание, солнышко, это когда… -Не-не, мне плевать, че с рестиком-то не так? Почему у него проблемки? Попов прикрыл глаза, собираясь с мыслями, а потом коротко кивнул головой чуть в сторону. Антон без всяких манер крутанулся, внимательно вглядываясь в указанном направлении. -Во-первых, концепция размыта. Они пытаются быть элитой, но обслуживающий персонал работает, будто это забегаловка. – фыркнул Арсений, обводя взглядом зал. -Бармен скучный, официанты мельтешат, а менеджера я и вовсе не видел. Он должен контролировать зал. Видишь хотя бы намек на него? И я нет. -Ну, допустим, я и в нашем… - студент осекся, вовремя поймав себя на ошибке. -И в твоем ресторане не вижу менеджера. -Потому что есть ты. – без раздумий ответил мужчина. -Он просто не нужен с таким барменом. Зеленые глаза заблестели чем-то непонятным. То ли это был восторг от таких комплиментов, то ли от того, что он уже успел влить в себя бокал и теперь радовался жизни чуть больше. -Каким «таким» барменом? – с улыбкой спросил Антон, укладывая подбородок на ладонь. Брюнет взглянул на него с усмешкой, ловя в этих глазках что-то вроде подтекста. И все-таки он… не такой. Не такой правильный, каким должен быть, не такой пафосный, не такой циничный и лицемерный. Он просто не такой. -Самым придурочным, Шастун. – хмыкнул мужчина. -Мне продолжить говорить, где именно ошибся владелец заведения? Или ты все-таки посидишь со мной, а не с моим профессионализмом? -Да, продолжай. – пожал плечами студент, совершенно не фильтруя то, что говорит. Ну а что? Ему прикольно послушать претензии начальства, когда они адресованы не к нему, а к себе подобному. -Ты неисправим. – устало выдохнул ресторатор, провожая оценивающим взглядом каждое движение официанта, подающего им блюда. -Я впервые затащил тебя на нормальное свидание, а тебе будто это совершенно побоку. -Ну, мне реально плевать. – быстро ответил Антон, разглядывая это нечто в своей тарелке. Если честно, он не знал, что это такое, но ему без разницы. Если дали – значит, съедобно. -Мне и дома с чипсиками посидеть тоже свидание. -Солнце, один раз. Всего разочек побудь нормальным человеком, и мы поедем в отель. Хорошо?