Хочешь, я куплю тебе солнце?

-Арс-Арс-Арс… — с трудом выдохнул Шастун, сжимая челюсти и цепляясь за край стола, на котором его и разложили. В живот неприятно давил слегка островатый край, но это меньше всего волновало Антона именно в этой ситуации. -Опаздываем… -В самый раз успеваем. — практически мурлыкнули ему в ухо, опаляя горячим дыханием чувствительную кожу. -Не переживай, без нас не начнут. Тоша рвано схватил воздух, выгибаясь назад. Они только собрались поехать туда, ради чего вообще прилетели, но Арс снова увидел бармена в чем-то официальном и в этот раз решил, что никто его и не держит, в общем-то. Естественно, обе рубашки были успешно смяты, расстегнуты почти полностью, усердно держась на одной нетронутой пуговице, а пиджак, как абсолютно не нужный элемент гардероба, валялся где-то на спинке ближайшего кресла, дожидаясь, когда вся эта вакханалия закончится. Чужие сильные пальцы обхватили тонкие запястья парня, сжимаясь на них, как наручники, оставляя широкие белые полосы после себя. Никакие слова Шастуна насчет «до свадьбы ни-ни» не сработали (не удивительно), хотя он искренне пытался обезопаситься всеми возможными методами, но успехов это никаких не принесло. Судя по звуку, с которым Попов прижал его бедра плотнее, никакой успех не маячил ближайшие полчаса минимум. -Ну Арс, ну правда! — взвизгнул зеленоглазый, из последних сил цепляясь за остатки хоть какого-то самообладания. -Ну правда, солнце, ну правда. — довольно отозвался мужчина, проводя кончиком языка по изгибу его шеи с негромким влажным звуком. Тело под ним дрожало от напряжения, удовольствия и невозможности сосредоточиться ни на одной детали или мысли, кроме двух: «мы точно не успеем, сука, никуда» и «ну и хуй с ним». Та самая башня за окном, подпирающая облака, раньше постоянно привлекавшая внимание зеленых глаз, сейчас служила молчаливым свидетелем всего этого безобразия. -Арс… — снова попытался привести их в чувства паренек, но уже больше из приличия, нежели в качестве протеста. -Там ко времени, мы… Он не успел договорить, потому что телефон, выброшенный куда-то в сторону в самом начале, решил, что имеет право вибрировать, как одичавший. Антон замолчал, удивленно глядя на мобильник. Это кто такой умный, что смог аж в Канаду дозвониться, где Мегафон еще не успел захватить всю территорию? А, черт, они же еще утром поставили себе местные симки. Забыл совсем. С трудом дотянувшись свободной рукой до устройства, Шастун перевернул его экраном к себе, пытаясь распознать звонившего. Никакого имени, только цифры номера. Арсений с глухим выдохом оторвался от бледной, длинной шеи, скосив взгляд в сторону. -Это Андрей. — тихо сообщил он, узнав то самое число дьявола в номере. Символично, но у Джея действительно в середине было сочетание из трех шестерок. -Давай сюда. — он забрал телефон из чуть-чуть дрожащих рук Тоши, принимая вызов и, естественно, даже не думая прерывать своих действий. Наоборот, свободной рукой притянул его за пояс ближе, заставив всхлипнуть лишних раз. -Братец, ты звонишь в очень неподходящее время. — ровным тоном сообщил он, проводя ладонью по спине Антона вдоль позвоночника, от чего у того пробежал табун мурашек. -Я слышу! — тут же взревел Анджей, который, судя по всему, никак на это не рассчитывал. -Я слышу вас из Москвы! А вы в КАНАДЕ! — кричал он в трубку, а на фоне то и дело падали какие-то предметы, которые тот периодически швырял от раздражения и злости. Может быть, что-то даже в Эда попало, но тот никак не среагировал. Может, даже не заметил. -Ты позвонил Антону чтобы…? — уточнил Арс, специально выдавливая из зеленоглазого очередной стон резким и неожиданным толчком, дабы побесить брата еще больше. -Чтобы спросить вас, уроды заднеприводные, не забыли ли вы про вашу долбаную роспись, ради которой я въебал последние нервные клетки и веру в человечество целиком! — чуть не захлебнулся словами Джей, срываясь почти на истерику после услышанного. -Пошел нахуй, Выграновский! Мне плевать! Хоть сожри эти документы! -Не забыли, не переживай. — почти сквозь зубы процедил Арсений, чувствуя, что его родственник не помогает процессу никаким боком. Даже не скидывая вызов, он положил трубку на покачивающийся мерно стол. Из динамика продолжал литься отборный мат, который совершенно не мешал Антону то и дело громко выдыхать, цепляясь за чужие предплечья в поисках какой-нибудь дополнительной опоры. -Смотри, теперь у нас идеальный саундтрек. — хмыкнул Попов, свободной от Шастуна рукой слегка поправляя взъерошенные волосы. -Я вас убью! — наконец выкрикнули на том конце провода и тут же сбросили вызов. Причем явно не с первого раза, потому что еще пару раз прилетело нечто вроде «да где эта кнопка» и «как они меня задрали, Выграновский, достань вискарь». К счастью нервной системы адвоката, уже через минут сорок оба стояли на парковке. Антон смог отговорить мужчину цеплять сверху свой пиджак, ссылаясь на то, что ему опять будет жарко, а лишние шмотки только мешать будут. Поэтому ресторатор остался только в рубашке, с рукавами, закатанными до локтей, жилете, галстуке и брюках. Шастун же вообще без всякого пафоса нацепил одну лишь рубашку с какими-то случайными штанами, которые ему выдал брюнет, расстегнул и вздернул воротник, и даже какую-то цепочку на пояс повесил. Ну а че? Прикольно же выглядит. -Че, норм? — поинтересовался он, оглядывая через камеру на телефоне свою прическу, которую уложил одной рукой сразу на выходе, чтобы не задерживаться еще дольше. -Солнце, там никого кроме работников не будет. Не заморачивайся. — кивнул Арс, дожидаясь, пока подъедет их машина. -Просто подписи поставим и поедем заниматься нормальными делами. -Это еще какими такими «делами»? — не понял Тоша, отрываясь от самолюбования. -Я думал, мы щас распишемся, поплачем от радости и пойдем обратно в номер. -Ага, я ради номера сюда, по-твоему, приехал? — хмыкнул Попов, самостоятельно убирая выбившуюся кудрявую прядку на голове паренька, который автоматически недовольно фыркнул. -Нет уж, сходим в ресторан, покажу тебе, как люди живут, погуляем по городу, зайдем куда-нибудь, но точно не в номер. Шастун вздохнул, но возмущаться ни в коем случае не стал. Потому здесь, где все считается далеко не в рублях, он со своими жалкими пожитками не может претендовать ни на какую независимость. Арс даже тут умудрялся сохранять свой статус, так что никаких проблем с этим не возникало. Удивительное чудовище. -Ты не сможешь открыть тут ресторан, в курсе? — прищурился Антон недоверчиво, словно сам сомневался в своих словах. -Андрей убьет меня, если я хотя бы попытаюсь. — усмехнулся Попов. -Но, знаешь… есть в твоей идее здравое зерно… -Это была не идея, а опасение! Ужас, он ведь если загорится этой идеей — все равно сделает. Несмотря на все проблемы, невозможности и запреты. Слава богу, пока что это не рассматривается. И Тоша даже боится думать об этом, если совсем честно. И пока Арсений думал, как бы провернуть всю эту тему, к ним наконец подъехала черный матовый автомобиль. Из нее тут же вышел человек, но ресторатор, по своему обычаю махнул рукой, отменяя его желание открыть им двери и, как всегда, первым делом усадил в салон зеленоглазого. Разбаловал — факт, но его все устраивает. А где-то на другом конце света, сидел один морально убитый адвокат с дергающимся глазом, закутанный в одеяло и поглаживающий короткие волосы человека, сидящего сбоку его кровати, словно чесал своего цепного пса, находя в этом успокоение. -Джей, не дури. — коротко попросил Выграновский, залипая в какую-то скучную игру на телефоне. -Ты сам все это организовал. -Мэ… — выдохнул тот, прикрывая глаза. -На, не ной. — парень протянул руку к столику, забирая с него чашку с кофе и передал ее гомофобу. -Может тебе тоже таблеточки попить? Мне вон, легчает. -Нэ-э… — снова простонал кокон, медленно отхлебывая напиток. Конечно же обжегся, но даже не почувствовал. -Да я понимаю, ты прав. Но все равно: ты же тут ни при чем. Так чего тогда? -Ме. -Ну да, тоже верно. -Он все еще… такой? — из коридора выглянула Оксана с полотенцем на голове. Видимо, она уже успела принять душ и даже привести себя в порядок, пока юристы тут разговаривали на только им понятном языке. -Не обращай внимания, если хочешь — мой подвал в твоем распоряжении. — пожал плечами Эд, поправляя руку Анджея на своей голове, потому что та безвольно сползла вбок, когда ее владелец в очередной раз погрузился в гетеро-транс. -Я даже попытался убраться там. Послышался глухой вздох полный отчаяния и совсем непонятный набор дополнительных звуков. -Да-да, мы. Мы попытались. Не ной, пей кофе. -Слушай, Эд… — осторожно спросила Окси, поправляя тюрбан на волосах. -Ты правда его понимаешь или просто прикидываешься? -Так все ж понятно. В Торонто тоже все было понятно. Понятно, что Антон нервничал, то и дело оглядываясь по сторонам, понятно, что Попов тоже не был спокоен, но вида не подавал. Понятно, что оба молчали, старательно избегая любой темы, касавшейся замужества. Они успели обсудить все: архитектуру, людей, страну, отель, машину, да просто ВСЕ, кроме этой дурацкой росписи. Почему-то им было слегка неловко, что ли. Казалось бы: не существует ничего, что может заставить их смущаться, учитывая всю историю, но нет. Все-таки, кое-что есть. Шастун перебирал цепочку на поясе, задумчиво закусывая губу. Что, вот так? Все? Еще минут пятнадцать максимум — и все, это больше не шутка? Больше не прикол про пингвинов, всю ту поездку, про «выходи за меня»? Бред какой-то… Ему же двадцать один год, какое к черту замуж? Какая, мать вашу, Канада, какая роспись, какой Арс, в конце концов?! Антон тяжело вдохнул, отгоняя все эти мысли. Что-то подсказывало, что он делает все правильно, но тревожность трубила во все горны, не позволяя ему расслабиться перед ответственным моментом. Да, он знал, что по возвращению их брак аннулируется, не будет считаться законным и вообще существующим в пределах страны, но… когда они будут выезжать (а они будут, зная Арсения) — все. Снова в юридической силе. -Ты боишься? — тихо спросил брюнет, дотрагиваясь до его колена. -Что-то не так? -А? — резко обернулся паренек, выныривая из мыслей. -Да не-не… я так, задумался просто как-то… я как-то совсем не привык, я привык, что мы встречаемся там, спим вместе, ну… ты понял. Арс кивнул. О да, он прекрасно понимал. Тридцать три года без серьезных отношений, без своей семьи и уж тем более без всяких таких официальных жестов. Минималистичный зал регистрации с белыми стенами только нагонял паники, несмотря на мягкий свет, падающий на пол из огромных окон. В воздухе витал запах чего-то ожидаемо-внезапного и окончательного одновременно. Ни цветов, ни музыки тут не было, только скамьи, несколько человек работников и еще другие люди, которые пришли сюда с теми же целями. Шастун вообще никогда не хотел никакой свадьбы, особенно громкой и все такое, так что такой расклад его вполне устраивал. Даже более, чем устраивал, он ему нравился. Люди вот сейчас занимались проверкой их документов, ворковали о чем-то своем, печатали, изредка спрашивали какие-то дополнительные вопросы, на которые отвечал Попов. В общем-то… очень все обычно, ничего ужасного не происходило. Обычная процедура, почти как поход в МФЦ. -Тебе нужно просто сказать одно слово. — напомнил мужчина. -Не больше. Не надо блистать своим ломаным английским, просто «yes». — он чуть заметно повернулся к нему, откидываясь на спинку сидения. -Ну, или «no», если ты совсем охреневший. Тоша усмехнулся, поднимая взгляд к потолку. Тут чужой язык, но Арсений пообещал слегка пнуть его, когда нужно отвечать. Это успокаивало, хотя бы он не опозорится. Наверное. -У тебя все еще нет кольца. — внезапно выдал бармен, все еще ползая взглядом по белому купольному потолку. -Ты так и не купил. -После всей этой официальной мути съездим и купим, не переживай. Они оба замолчали, в надежде, что в голове всплывут еще какие-нибудь темы, которые можно быстренько обсудить. Но, как на зло, именно сейчас у них в голове было только перекати поле. Может, оно и к лучшему. Антон закрыл глаза, вдыхая полную грудь воздуха. Тепло тут. Хорошо тут. Никакого шума, только мерное перелистывание бумажек, бубнежка на другом языке и, вроде бы, не особо гнетущая атмосфера. -I do. — послышалось откуда-то сбоку. Тоша повернул голову, разглядывая улыбающуюся девушку, уверенно кивнувшую на какой-то вопрос регистратора. Круто, поздравляем. Он тихо шмыгнул носом, отворачиваясь. Так все-таки говорить «I do» или «Yes»? Вот и первые непонятки. -Арс, а говорить… Но студент не успел уточнить, потому что Попов внезапно поднялся, протянув ему руку. Мальчик уставился в ладонь, словно это был последний шанс все повернуть назад. А хочет ли он повернуть? Дать заднюю? Свалить отсюда? Да если честно… не особо. Еще секунду зеленоглазый просто собирался с мыслями под пристальным, но настороженным взглядом мужчины, а потом все равно оперся о нее, тоже поднимаясь на ноги. Итак. Время подключать все свои знания английского, чтобы хоть что-то понять. Регистратор — милая бабушка лет шестидесяти пяти, с прикольными седыми кудрявыми волосами и очень доброжелательной улыбкой — поприветствовала их, раскрывая какую-то книжку. Что за книжка — непонятно. Но хоть бабуля приятная, уже победа. Он аккуратно взглянул краем глаза на брюнета, лицо которого не источала никаких особо выраженных эмоций. Просто слегка вздернутые уголки губ, спокойные глаза, приподнятый подбородок. Блин, он красивый. До слуха донеслось что-то про какие-то промайз и саппорт. Саппорт он знает — это помощь, тут нет ничего сложного. Арсений пообещал ему перевести всю речь уже после церемонии, так что Тоша не утруждал себя особым пониманием. Не, он не тупой, в общих чертах все понятно: что-то про «женитьба — это не просто контракт, а обещание, бла-бла-бла, шаг не по нужде, а по любви, какая-то там честь быть с вами в этот момент, у меня классные кудряшки». Шастун улыбнулся своим мыслям, чуть не хрюкнув случайно, но сдержался, поймав на себе слегка осуждающий взгляд ресторатора, словно тот мысли читал. Наконец, женщина подняла на них взгляд, оторвавшись от страниц и с широкой улыбкой обратилась уже к мужчине напрямую. -Do you… — она замялась на пару секунд, пытаясь прочитать имя. -Ars… Oh? Антона уже распирало от смеха, его даже потряхивало немного. Он мастерски давил в себе хохот, но странные звуки, маскируемые под кашель, все равно изредка вырывались из него. Тут даже закатанные глаза Арсения помочь не могли: ему было смешно. Ну что поделать, если бедная бабушка не могла нормально имена прочитать? Ну не привыкла она к таким. -Ars…eniy? — бабуля виновато прищурилась, поглядывая на мужчину, который лишь спокойно кивнул, подтверждая. -Arseniy Popov, sorry, take… Anton? Мальчик тоже кивнул, расплываясь в улыбке. Неважно, что он не Энтон, а Антон, это уже совсем без разницы. -Huh. Take Anton Shastun to be your lawfully wedded partner, to love, honour, and stand beside, for as long as you both shall live? * Арс сначала кивнул, потом глянул на своего бармена, а только затем выдал то самое «yes». Ага, значит все-такие можно и ес. Но раз уж коренные канадцы говорят — «I do», то Шастун тоже не пальцем деланный. Тоже выпендрится, мол, сильно англичанин. -And you, Anton Shastun… И бла-бла-бла, все тоже самое, только имена местами поменяла. С третьего раза у нее лучше получилось выговорить имя брюнета, но все равно, с ее акцентом звучало слишком забавно. В итоге его ткнула в бедро рука Арсения, потому что мелкий завтыкал и пропустил момент. -А? А, да. Бля, я do, yes, то есть. Оф корз. — он неловко улыбнулся, старательно скрывая то, что внутри у него загорелась красная лампочка и серена паники, смешанной с легким позором. Вот и все, вот и выпендрился. Опять как дебил. Попов хмыкнул, покачав головой. Да за что это осуждение?! Вот сука. Арс понимал, что по-другому и не получится. Особенно с ним. У него же все не слава богу. Даже просто «да» сказать — проблема. Ну и ладно, за это и любим. Ровно в момент, когда им разрешили поцеловаться и Арсений осторожно, на удивление мягко, дотронулся до губ зеленоглазого, в огромном трехэтажном доме у кокона из одеяла и недовольства защемило сердце. -Ай! — воскликнул Джей, хватаясь одной рукой за футболку и тут же раздраженно зарычал, зажмуриваясь. -Сука, инфаркт! Выграновский! Из-за тебя все! -Это не инфаркт, это твой брат замуж вышел. — буркнул паренек, заметив, как девушка, которая всячески пыталась помочь адвокату старательно расправляла одеяло на его голове. -Ой! — Анджей снова схватился за грудь, склонившись вперед. -Опять инфаркт! Уже рецидив! — он пошатнулся, опираясь плечом на Суркову, которая лишь закатила глаза и покачала головой. -Вот скажи мне, Выебновский, вот какого хера у меня такой брат? К счастью, кольцо они действительно выбрали. Почти без каких-либо проблем. Почти. Арсению просто пришлось буквально отвоевать возможность пойти в нормальный ювелирный магазин, пообещав, что не будет переводить ценники по курсу, чтобы не травмировать Шастуна еще больше после рассказа про настоящую стоимость его «гайки». Теперь мужчина разглядывал платиновое кольцо в форме изящно сплетенных ветвей терновника. Спасибо, что не лягушка за сто рублей с Озона. Ему даже нравилось. Оно не скучное, необычное, да и Антону зашло. С другой стороны, даже если бы мелкий выбрал какую-нибудь фигню из Киндера и загорелся ей — он бы носил. И не снимал. -Клянись… — выдохнул Попов, переводя взгляд с кольца на халупу, в которую они приехали. Вообще-то, он просил бармена забронировать домик в лесу. Он справился. Но черт возьми, не это имел ввиду Арсений. Не долбаную хижину поехавшего лесника, женатого на еноте. Двухэтажных деревянный домик там с ухоженным участком на берегу озера или хотя бы маленький одноэтажный коттеджик. Уютный такой… Да господи… -Солнце… — ресторатор закрыл глаза, быстро считая до десяти. -Это что такое? -Велкам написано. — пожал плечами паренек, кивая в сторону покосившейся таблички из фанеры на подозрительно покачивающейся двери. На ней маркером было выведено «Welcome!». -О, белка. Жирная какая, охренеть. Арс, ты видел, какая белка жирная? Брюнет даже не знал, с какого слова начать свой монолог. У идиота была его карта. Были все данные. Как?! Как из всех возможных вариантов, эта экономная сволочь умудрилась выбрать долбаный шалаш где-то на севере Онтарио? На всякий случай мужчина проверил баланс на карте. Да нет, деньги на месте. Это и пугало. Их должно было стать меньше. Стоп, им что, доплатили, чтобы они сюда вообще приехали? Невероятно, Тоша. Он перевел взгляд на Антона, который пытался подружиться с той самой шипящей, скорее всего агрессивной белкой. -Шастун, не трогай, ради бога. — буркнул Арс, все-таки открывая дверь. Ладно, она не открывалась так просто. Цыкнув, Попов приложился плечом к покосившемуся дереву, которое, пусть и с характерным «кр-хр-пр», все-таки решило запустить его внутрь. Первое, что встретило ресторатора: запах чего-то давно забытого. Возможно, засушенной рыбы. Или чего-то, что умерло еще в семидесятых. Причем до нашей эры. Где-то под потолком лениво вращался вентилятор, которому было категорически плевать, что он делает это с только одной лопастью. -Это даже не Канада, это Чистилище какое-то. — сделал свое заключения Арсений, неуверенно проходя вглубь по скрипучему полу. -Зато тут атмосферно. — более радостно заявил Шастун, заныривая вслед за ним и оглядываясь по сторонам. Кажется, этого и правда абсолютно все устраивало. -Хера! Камин! -Дыра в стене. — поправили его тут же голосом человека, увидевшего свою смерть. -О, не придирайся. — отмахнулся мальчик, открывая холодильник, чтобы оценить их шансы на выживание. Внутри лежала рыба. Живая. Она посмотрела на него и медленно-медленно моргнула. Ого, рыбы умеют моргать? -…Ладно, пойдем-ка мы с тобой прогуляемся! — предложил тут же Тоша, захлопывая «аквариум» от греха подальше. -Нет, я сейчас просто вызову машину, и мы поедем в нормальное место. — тут же парировал мужчина, уже что-то печатая. -Я не собираюсь… -Ты просто зажрался. — показательно щелкнул пальцами Антон. -Это — природа, это — свежий воздух, это — настоящий отдых. Тут не так уж и плохо, пойми. -Шастун, оно, мать твою, разваливается! -Оно дольше твоих ресторанов простоит! -Ты невыносим. — рыкнул ресторатор, сжимая края мобильника так, что бедный корпус аж затрещал. -Я строил бизнес не для того, чтобы морозиться в долбаной халупе, Шастун. Пойми уже наконец: я люблю комфорт. -Тут комфортно! Да, здесь нет джакузи, каких-то ебанутых люстр, королевской кровати, даже твоего Манхэттена дебильного нет. Но тут здорово, когда ты поймешь, что мне нравится это место? — практически огрызнулся зеленоглазый, настаивая на своем. -Ты не… -Я не хочу, я устал от твоей роскоши. Знаешь, где я живу? В твоем трехэтажном, сука, особняке. Знаешь, на чем я езжу? На твоей ебучей Панамере, ценой в чью-то квартиру. А если не на ней, то на машине, купленной за твои деньги. Знаешь, где я работаю? В элитном ресторане. В твоем элитном ресторане! Я хочу что-то свое! И эта халупа — моя! Арсений всплеснул руками, совершенно раздраженный этим поведением. Ну как его вообще возможно понять? Все для него делаешь: машина — пожалуйста, дом — пожалуйста, ресторан — да на пять сразу, Канада? Полетели! А ему, видите ли, «роскошь надоела», «хочу свое», «хочу умереть в нищете». -Это не мое, это наше. — сквозь зубы процедил брюнет, прищуриваясь. -А ты — неисправимый кусок студента с замашками бомжа. -Да, и что?! -Ничего. — выдохнул наконец Арс, балансируя свое внутреннее состояние. У него не вышло. Он снова открыл рот, чтобы что-то сказать, но почувствовал, как кроссовок что-то скребет. Мужчина медленно опустил взгляд вниз и помрачнел еще больше, хотя, казалось бы: куда уж. -Это что, блять, енот? -Полоскун. — серьезно подтвердил Антон, вскидывая подбородок. -И теперь ты обязан его любить. Животинка продолжала теребить шнурки, совершенно не замечая, что у ресторатора дернулся глаз. Да, Арсений Сергеевич, это будет самый сложный «отдых» для тебя. -Я сдаюсь. — с трудом выдавил он, отпихивая настырного хвостатого в сторонку. Брезгливо, но аккуратно, чтобы не навредить. -Ты победил. У тебя есть два дня порадоваться бедности, а потом я увожу тебя обратно. Два дня, Шастун. Не больше. В зеленых глазах промелькнула искра превосходства. Еще бы. Теперь он законно в своей среде обитания: прохладно, слегка пыльно, потрепано и животные под боком. Прямо общага. Идеально. Вскоре выяснилось, что электричество здесь только от генератора, который нужно было включать отдельно. Естественно, занялся этим именно Шастун. Он уже успел найти шапку-ушанку с мехом и красную клетчатую рубаху. Полностью вжившись в роль канадского дровосека, паренек закатал рукава, что-то шаманя с техникой, а Арсений, абстрагировавшись от всей ситуации, переоделся во что-то более… нищенское и разводил огонь на улице. Если уж и принимать это дело — то полностью. Сейчас организуют костерок, пожарят чего-нибудь, посидят, укутавшись в пледик под соснами. Наверное, что-то в этом есть. -О! — воскликнул паренек, когда генератор наконец подал первые признаки жизни после того, как он стукнул по нему ногой. -Работает! Хер знает куда я нажал, но главное — оно жужжит. Надеюсь, не взорвется. -Надейся. — буркнул мужчина, щелкая зажигалкой Антона, чтобы подпалить какую-то бумажку и кинуть к хворосту. -Я уже не помню, когда костры жег. Наверное, в классе седьмом. -Ну вот, вспомнишь молодость. Ты ж уже пенсия, а так, может… -Ты ступил на охеренно тонкий лед. — предупредил брюнет, глядя на потихоньку расходящееся пламя. -Готовить мы что будем, Выживалово? Белку? -Нет! — воскликнул тут же Шастун. Белка, все это время сидевшая на веточке дерева, кажется, икнула. -Там в погребе наверняка что-то есть, я гляну. Ну и пусть. Зато ему нравится. Арсений вздохнул, поправляя палкой выбившуюся головешку из костра. Интересно, как там его рестораны? Почему-то Влад не звонит, Анджей тоже не пытается дописаться, даже Эд с Димой молчат. Что-то ему не нравится это затишье. Обычно, после такого следует целый шквал проблем. В общем-то, он был не далек от истины, но знать ему об этом категорически не нужно. Вечерело, воздух стал чуть холоднее, чем днем, поэтому пришлось накинуть какую-то сомнительную старую куртку с торчащим наружу наполнителем, чтобы совсем не замерзнуть. Дожидаясь, пока найденная Тошей дичь на импровизированном вертеле из острой очищенной палки поджарится, Арс рассказывал ему какие-то истории из своей жизни, пока тот валялся у него на коленях, изредка хихикая над повествованием. В один момент Попов усмехнулся, натянув его дурацкую шапку прямо на глаза. Просто так, просто чтобы не втыкал. А знаете, не так уж тут и хреново. Плед на земле даже спасает от холода, а огонь отлично справляется вместо батареи. Да и бармен счастлив. Ресторатор взглянул на небо, думая о чем-то своем. Может, о деньгах, может, о бизнесе, а может и ни о чем. Огонь приятно потрескивал в лесной тишине, где-то в далеке ухнул филин и сразу же затих, енот растянулся на низкой крыше, тихонько посапывая. Тоша даже имя ему успел дать — Эд. Потому что тоже в мусоре копается. Арс задумчиво хмыкнул, принимая тот факт, что ему действительно комфортно. Да, вся задница уже отмерзла. Да, в волосах застряла хвоя, а помыть руки можно только в холодной воде озера, если пройти несколько метров через густой колючий кустарник. Да, здесь нет обслуживания и ресторанной еды, но в этом был какой-то свой смысл. -Ладно, должен признать, мне даже нравится. — тихо сказал он, снимая с «вертела» тушку, похожую на кроличью. -Может быть, твоя экономная натура не всегда ужасна. -Да, но я забыл сказать, что генератор сдох. — улыбнулся тут же Шастун. -По-моему, мы без света остались. -Я передумал. Твоя экономия — меня в могилу сведет. — мужчина накрыл лоб ладонью, но все равно поднялся на ноги, стряхнув с себя кудрявую голову, отряхивая штаны от пыли и грязи. -Пойду гляну на твой этот генератор. Не сожри без меня все. -Клянусь аппендицитом. -Тебе его вырезали. Пока на севере Онтарио все шло своим чередом: генератор кое-как чинился, с матами и проклятиями, а тушка кролика разделывалась какими-то подручными материалами, в Москве творился настоящим бедлам. В два часа ночи Анджей только-только вернулся домой, устало плюхнувшись на пол, как только переступил порог. Господи, как все успеть? Он проехался сегодня по трем рестораном, наорал вообще на всех, кого только увидел, заставил Выграновского прийти в чувства и прокатиться в оставшееся заведение и заскочить на завершающуюся стройку. А ведь еще в Новгороде есть. Тоже документы надо проверить. Джей рыкнул, когда его телефон снова завибрировал. Ну что еще, ну что?! В коридоре загорелся свет и из комнаты выглянула Оксана, потирая глаза. Видимо, девушка спокойно спала, пока ее избранник не начал хлопать дверьми и ругаться на свой же мобильник. -Ты че там? — сонно уточнила она, прикрыв зевок кулаком. -Где Эд? -Сука! — адвокат тут же подскочил на ноги, снова распахивая дверь, за которой стоял безэмоциональный студент, перед носом которого благополучно захлопнули вход домой. -Забыл! -Заебись. — буркнул Эд, наконец заходя в помещение. -На. — он вручил своему опекуну какую-то папку, одновременно закидывая черный тренч на полку в прихожей и вынимая из его кармана сигареты. -Я у себя. -Давай. — кивнул кареглазый, с отвращением глядя на очередную кипу документов. -Чертов Арс со своей насадкой. — проворчал Попов, сдергивая с себя плащ и галстук. -Мог бы предупредить, что у него куча проверок именно, сука, сейчас! -Это твоя работа. — справедливо заметила Оксана, забирая у него из рук папки, сумки и так далее. -Это ты должен знать о всех извещениях заранее. -Я бухал. — возразил почти гордо Анджей, махнув рукой. -Если и знал, то забыл на утро. А мои утконосы — даже не собирались мне напоминать. Переувольняю всех к чертовой матери, клянусь. Всех. Вообще всех. И ебаната на таблетках — туда же. — заключил парень, чиркнув зажигалкой. -В край они меня все зае… -Джей. — мягко произнесла Суркова, вынимая вторую сигарету из его пачки и забирая зажигалку из рук. -Ты просто дебил, признай. Либо пьешь, либо орешь, либо все вместе. Иди спать, а Эд… ну, ему же помогает лечение. Разве нет? -Да куда там. — выдохнул адвокат струйку дыма под потолок. -Он же просто на автомате двигается. Посмотри на него: молчит даже больше, чем обычно. Я уже не знаю, что мне еще сделать. -Попробуй… — девушка задумалась, глубоко затягиваясь. -Ну, попробуй просто поговорить с ним. Нет! — она резко взмахнула сигаретой, перед лицом юриста, тот аж дернулся. -Не так, как обычно. Не надо на него кричать, проклинать, говорить, что он похож на живой труп. Поговори с ним как… как с сыном, например. Проведи с ним время вне работы, сходите погуляйте, хватит грузить его бумажками, кодексами и законами, думая, что так ты его «отвлекаешь». Просто побудь с ним по-настоящему. Ты же нужен ему. -Ты кажешься слишком умный. — прищурился тот, смахивая пепел куда-то в сторону, даже не глядя куда. Скорее всего, прямо на паркет. -Меня напрягают умные женщины. -Привыкай, адвокатишка. — хмыкнула Оксана, затушив окурок прямо об пачку. -Хоть кто-то у вас в семье умный будет. -Иди спать, женщина. Не беси. Почему-то категорически не хотелось спать. Несмотря на всю усталость, Джей сначала посидел на кухне, потом полистал документы без особо внимания, пару раз даже во двор вышел с сигаретой. Но сна как не было, так и не появилось. Адвокат со скукой пролистал какой-то новостной канал, заблокировав экран. Ладно. Эд. В дверь ведущую в подвал даже не постучались — просто распахнули ударом ноги, сразу же проходя внутрь. Он спустился по лестнице, сразу же попадая в этот обитель депрессии и безнадеги. На полу, на разложенном матрасе валялся Выграновский. Судя по слабому свету от дисплея мобильника, тот тоже не спал, а смотрел что-то. -Не сдох? — язвительно уточнил Анджей, приваливаясь плечом к стене с руками в карманах. -Не дождешься. — отозвался парень, даже не переводя на него взгляд. -Чего приперся? -Поговорить. -О чем? Уже все обсудили. Вали спать. — Эд явно не был настроен на разговор. Отвечал коротко и без эмоций, просто чтобы Попов отстал побыстрее. -Ну например о том, что ты не бухаешь, пьешь свои колеса, а в итоге че? Ниче. Может, расскажешь наконец, что в твоей башне шизовой происходит? -Тебя это ебать не должно. — огрызнулся студент. Было заметно, как его скулы напряглись, а челюсти слегка стиснулись. -Хорош. — уже строже заявил Джей, шагнув ближе. -Я ж помочь пытаюсь. Эд ничего не ответил. В мозгах копошились тревожные мысли и раздумья о том, стоит ли вообще открывать рот. Стоит ли жаловаться? Ведь он и так просто мертвый груз на чужих плечах. Имеет ли право на жалобы? -Выграновский, я не молчать пришел. — заметил Попов, с разворота приземляясь прямо на чужой матрас, чуть ли не придавливая руку под одеялом. -Ты шизишь по полной, хотя сидишь на всяком дерьме. Раньше такого не было, если ты забыл. Что у тебя случилось? -Ты. — тихо, коротко ответили ему. Свет от мобилы потух, паренек вырубил его, отложив в сторону. -Я? — слегка недоверчиво и удивленно уточнил Попов, наклонив голову. -Ты уйдешь. — дополнил Выграновский свою речь. Стало понятней, да. -А я не хочу. Держать тоже не могу. Ты с Оксаной. -Боже блять… — с раздражением и шумом выдохнул адвокат. -Опять эта же шарманка? -Если бы ты знал, что такое просыпаться и снова хотеть в пустоту, ты бы так не… -Да заткнись, лучше б вообще рот не открывал. — отмахнулся кареглазый, но сам с места не двинулся. -Ты вечно один, ты постоянно молчишь. Ничего не просишь, все на себе тянешь и никому не веришь. Даже мне. Ну и зачем я тогда нужен? Эдуард промолчал, отводя глаза в сторону. А зачем он тогда нужен? Да черт его знает. Просто как якорь, как что-то живое, как остаток, то, что страшно потерять. Серые глаза уставились в темный потолок, стараясь найти там верный ответ. Не взаимная любовь? Да, вероятно. -Ты меня любишь? Вопрос разбил тишину слишком резко, слишком громко, слишком неожиданно. Анджей дернулся, быстро оглядываясь на него. Здесь было темно, но все равно можно было разглядеть черты лица, слабое движение век и ресниц, легкое подергивание губ. Юрист молчал. Он знал, что хочет услышать парень, а еще знал, что не умеет и не любит врать. -Что в твоем понимании любовь? — уточнил он, пристально вглядываясь в шевелящуюся темноту. -Не знаю. Я люблю Лису. Я люблю тебя. А ты? Оба замолчали. Попов даже не знал, что ему сказать. Он вообще не помнил, чтобы когда-то кого-то любил. Оксана? Ну, да, но это что-то другое. Стороннее, обычное даже. Они провели в тишине еще какое-то время, пока Эд не вздохнул, кивнув и прошептав «понятно». -Хули тебе там понятно, пониматель? — рыкнул Джей, стукнув его ладонью по ноге, но собеседник даже не дернулся. -Даже мне нихера непонятно, может, объяснишь, раз такой умный? -Да иди уже нахер отсюда, спать мешаешь. -Ты меня бесишь. — заявили ему тут же в ответ. -Но ты просто идиот, если думаешь, что я тебя не люблю. Шизовский, ты — буквально часть меня. Практически я. Только стремный и не такой харизматичный. А больше сигарет и кодексов я люблю только себя. И не смей хоть раз вспомнить, что я сказал это. Я тебя посажу. Эд замер, стараясь лишний раз не дышать. Не этого он ожидал, совсем не этого. Чего угодно: криков, угроз, очередного составленного на коленке заявления, иск, что угодно. Но не такое. -Повторяю в сотый раз: я слишком живучий. Не сдохну, не уйду, не брошу. Ты носишь в себе ад и запрещаешь хоть кому-то туда зайти. Дай мне просто помочь тебе еще раз. — он осекся, будто сказал лишнего. Он и правда слишком разошелся. Но раз уж начал — чего терять? -Тебе ведь плохо одному… -Мне похуй. — быстро перебил его Выграновский. -То плохо, то похуй. Где-то между. -Приди в себя, пожалуйста. — уже совсем тихо попросил адвокат, находя его пальцы под одеялом и стискивая их в своей ладони через ткань до боли, до хруста. Наверное, это был больше жест беспомощности и отчаяния. Он и правда устал. Устал видеть его таким. Только-только вытащил после смерти сестры и вот опять. -Мне тут скучно без тебя. Уголки губ Эда слабо дрогнули, почти незаметно. Не в характерной насмешке, даже не со злобой, усталостью или болью. Просто улыбнулся? Наверное? Он не помнит, может ли улыбаться. Парень высвободил свою кисть из захвата, вытащил ее на поверхность и положил поверх руки юриста. Тот не стал убирать, просто развернул ладонью вверх, чтобы снова сжать. -Гомосятина. — рыкнул он, но, кажется, смирился с тем, что сам постоянно напарывается на это из раза в раз, когда пытается поговорить с мелким. -Оставайся? — внезапно попросил Эд, не двигаясь. -Останусь. -Сейчас? -И завтра тоже. -Я рад. — впервые за долгое время выдохнул студент, наконец-то расслабляясь. -Я не часто рад. Сейчас рад. -Ты даже радуешься уныло. — хмыкнул адвокат, откидываясь головой на подушку рядом с ним. -Иди, не мучайся. — он потянул его за руку, укладывая ее себе на плечо. Гомофобия гомофобией, а Эд по расписанию. Вероятно, это первый раз за все эти дни, когда Выграновский не пытался сыграть в холод, а просто уткнулся носом в шею Джея, вдыхая успокаивающий запах ментола и ненависти ко всему живому. -Воняешь тоской. -А ты просто воняешь. Не выебывайся. Тихая, прохладная ночь, где-то сверху потрескивает древесная кора, когда ветер слегка задевает верхушки деревьев, а те едва заметно гнутся. Вдалеке снова ухнула то ли сова, то ли филин, Шастун вам тут не орнитолог, чтобы по звуку крылатых различать. В слабом свете луны блеснула гайка, которую тот разглядывал, вытянув руку перед собой. Голову наполняли разные мысли, совершенно неоднородного характера. Что дальше? Зачем? Как так вышло? Это правда? Антон сжал и разжал кулак, не сводя взгляд с кольца. Что-то не так. Или это ночь так влияет и чужая страна? Ничего непонятно. Арс вон, укутался в два одеяло и лежит недовольно сопит, вообще ни о чем не думает. А вот Тоша думает. Думает о том, что его жизнь перевернулась с головы на ноги или наоборот. Стоило всего один раз выйти из зоны комфорта и теперь он не может найти вход обратно. Нет, Попова паренек любит безоговорочно, он привязан к нему, в какой-то степени даже зависим. Это и пугало. Пугало, что его голову посещали мысли о том, что свобода закончилась. Но ведь это не так, да? Его не сажают в золотую клетку, ничего не запрещают. Что-то шиза какая-то пошла, Шастун, пора бы спать. Только как-то ему не спится. Проснулся вот посреди ночи и все, хоть ты сдохни. То холодно, то жарко, то лежит неудобно, то еще что. Короче. -Арс. — тихо позвал он, ткнув его плечом. -Отдай одеяло, мне холодно. -Не дам ничего, мне самому холодно. — сквозь сон буркнул мужчина, кутаясь плотнее. -Сука, отдай одеяло. — Тоша схватился за край, пытаясь вытянуть его из-под чужого бока. Падла, все забрал, ничего не оставил. Хоть бы краешек дал. -Да дай ты… Ай, плевать. Пойдет лучше воздухом подышит, может сон вернется. Паренек сполз с матраса, пружины неприятно скрипнули, а одна, кажется, больно кольнула в бок. Проворчав что-то непонятное, Шастун накинул свою излюбленную шапку, которую намеревался забрать с собой, свитер Арса и выскользнул за дверь, обуваясь уже снаружи, на небольшом крыльце с облупившейся краской и пошатанными перилами. Ну вот, целый лес. Иди — не хочу. Дыхнув себе в ладони горячим воздухом, мальчик шмыгнул носом, оглядываясь по сторонам. Справа в зарослях — выход к берегу озера. Слева — хрен пойми, вперед — еще более хрен пойми. Вот туда и пойдет, даже тропинка какая-то есть. Хотя, по большому счету, нормальная дорога закончилась там же, где и вменяемость владельца этого «отеля». Пока шел между деревьями, периодически зевал и рассматривал всякую дрянь под ногами, подсвечивая ее фонариком. Камушки какие-то, веточки, все такое. Пока что ничего интересного. И чего выперся? Придурок. Только зеленоглазый развернулся, чтобы вернуться обратно и не заниматься фигней, как услышал странных шорох где-то сбоку, прямо в кустах. «Ну, белка» — тут же пронеслось в мыслях, и Антон лишь пожал плечами, не обратив никакого внимания на живность, которой здесь и без того очень много. Но пройдя буквально метр — шорох повторился. Уже отчетливее. Кусты дрогнули. «Очень большая белка» — отметил про себя паренек, переводя фонарик на звук. Ничего. Просто какой-то кустарник, и больше ничего. Все, домой, плохая идея, очень плохая идея… опять! -Да что?! — не выдержал Шастун, обращаясь к кусту. -Что? Кто? Чего? Ему, естественно, никто не ответил. Листья перестали копошиться, замерев на одном месте. Ветер, что ли? Да нет, вроде он даже утих. Бармен еще пару секунд недоверчиво смотрел в одну точку, а потом сделал шаг. Шорох. Шаг. Шорох. Ах ты скотина, играться вздумала? Тоша принципиально шагнул к кусту. Не самое умное решение, но он никогда и не блистал своими мозгами, поэтому оправдан. -Ну и кто? — уточнил он, аккуратно дотрагиваясь до колючей веточки. Ну и никого, если честно. Странная тема, неприятная, лучше реально валить и не оглядываться. Сделав шаг в сторону, мальчик тут же провалился в какую-то небольшую ямку, которую не было видно в темноте, чертыхнулся, кое-как выбрался, а когда выпрямился… ему в ухо кто-то дыхнул. Горячий, мокрый воздух коснулся его ушной раковины, зеленые глаза распахнулись, а сам он замер на месте. Вот и все, это либо сумасшествие, либо сзади него реально кто-то стоит и тяжело, громко дышит. -Я не вооружен и меня это пугает. — тихо сообщил он, очень-очень медленно поворачивая голову и смещая глаза вбок, чтобы хотя бы увидеть, что там происходит. Что-то большое, теплое и мокрое коснулось его плеча. -Ты кто… — прошептал Шастун, стараясь вообще не двигаться, не дышать и не моргать. Теперь, когда его рубаху обнюхали, это нечто зашевелилось, пробуя воротник на вкус. -Ебать, лось. — сам себя поставил в известность Антон, когда наконец смог разглядеть широкие ноздри, мягкие губы и темную шерсть. Огромное животное, у которого голова весила больше, чем он весь вместе взятый. Вот это попадалово. Судя по всему, рогатого заинтересовала именно рубашка, потому что больше ни к чему он такого внимания не показывал. Да и не нападал, не пытался укусить, просто нюхал, даже, кажется, лизнул. Когда пришло осознание, что его не пытаются забодать или затоптать, Тоша аккуратно обернулся, плавно, не совершая резких движений. Теперь он стоял лицом к громадной морде. На него смотрели два черных, очень умных глаза, массивные рога торчали по бокам, а уши были с любопытством вздернуты, как два локатора, прослушивающие окружение. Так, а дальше чего? Ну вот стоят два лося, смотрят друг на друга, мало что понимают. Антон аккуратно наклонил голову направо. Лось наклонил голову налево. Ну охренеть. -Привет? — неуверенно спросил мальчик, стараясь говорить тихо и не создавать лишнего шума. А голова, кажется, кивнула. Так, а дальше что говорить? Он вообще понимает? Ну, глаза, вроде бы, разумные. Парень вообще впервые видит такое животное не в зоопарке, а прямо вот так. В лесу. Видимо, оно привыкло к людям и не так уж сильно их боится, а может, лесники подкармливают иногда. Или он просто глупый еще или молоденький. Антон не зоолог, он в тонкостях не разбирается. Ему бы не обосраться просто. Ноздри снова фыркнули, обдавая его влагой. Шастун поморщился, когда капельки коснулись его щеки. Не противно, просто страшно. Очень, если честно. -А чего ты хочешь? — не унимался придурок, пытаясь наладить контакт с лесным созданием. То лишь произвело какой-то странный, очень тихий гортанный звук, моргнув своими длинными ресницами. Ответил, но что — не понять. -Я не понял. — честно признался зеленоглазый, осознавая, что пытается говорить с лосем. -Объясни. Идиот. Как тебе лось что-то объяснит? Они еще немного посмотрели друг на друга. Неизвестно, кто кого больше боялся. Поняв, что диалог практически невозможен, Антон аккуратно сделал шаг назад, желая покинуть это общество. Массивное плечо его «собеседника» двинулось, и он тоже сделал неуверенный шаг. Рога с глухим стуком задели ближайший ствол. -Ты хочешь пойти со мной? — уточнил мальчик, делая еще один шаг спиной назад. Раздвоенное копыто мягко приземлилась на траву рядом с его кроссовком. -Ну… хорошо? Пойдем, я тебя с Арсом познакомлю… Честно, это самое странное, что мог придумать Антон. Он и в пьяном бреду не мог подумать, что будет медленно двигаться по какому-то лесу, а за его спиной, где-то в метре или чуть больше, будет почти бесшумно шагать двухметровая махина с рогами, цепляющимися за ветки. Чего вот он привязался? Естественно, когда страх немного отпустил, Тоша аккуратно вытащил телефон, включил фронтальную камеру и приподнял его над плечом, чтобы животное попало в кадр. -Я иду с лосем. — констатировал факт паренек, поглядывая то в экран, то на дорогу. -Это лось, он идет за мной. Смотрите. — Шастун остановился и животное тоже перестало двигаться вперед, двигая ушами в разные стороны. Круто. Таким медленным, очень выверенным темпом они дошли до опушки, где располагалась их халупа. Лось не стал выходить из-под деревьев, а остановился там, где еще раскидывались сосны. -Ты не пойдешь? — уточнил бармен, проходя к крыльцу. Видимо, не пойдет. -Тогда подожди здесь, я сейчас его разбужу. Он хороший, ты только не уходи. Почему-то ему очень хотелось показать Арсению своего «питомца». Дверь со скрипом открылась, а парень тут же двинулся к кровати, пытаясь растолкать ресторатора, который уже третий сон видел. -Арс, Арс, там лось, пойдем, я тебе лося покажу! -Шастун, спи, нет никакого лося, мы в Монако. -Арс, правда, там лось! Ну с рогами такой, в лесу нашелся и за мной пошел, АРС! Брюнет открыл один глаз, не до конца понимая, спит он сейчас или уже нет. Слишком восторженное и напуганное лицо напротив нагоняло сомнения насчет реальности всего происходящего. Попову ничего не оставалось, кроме как проморгаться, с трудом поднимаясь на локте. -Какой лось, солнце? — уточнил он, хмуря брови. -Большой, прямо вот такой. — мальчик поднял руку чуть выше своей головы, демонстрируя примерные размеры животного. -Он снаружи тебя ждет, пойдем. Мужчина выдохнул, надув щеки. Ладно, быстро откроет дверь и ляжет обратно, чтобы до него не докапывались. Арсений накинул на плечи первую попавшуюся под руку куртку, на полном автопилоте проходя к двери и толкнув ее плечом. Он был готов ко всему: к больному воображению мелкого, к какой-то тени, похожей на животное, да даже к галлюциногенным грибам. Но только не к тому, что увидел. Брюнет замолчал, разглядывая рогатое, высокое создание. Настолько огромное, что в свете луны и дежурного фонаря, оно больше походило на какого-то языческого духа. -Ты где его… — попытался уточнить Арс, но понял, что это бесполезно. Антон, который прилип к его плечу и победоносно выглядывал из-за него, довольно улыбнулся. -Вот. Я ж говорил: лось. Теперь два человека и один лесной исполин смотрели друг на друга, сохраняя молчание. Шастун спустился со ступеней, выходя на центр. Арсений хотел было остановить его, но не решился слишком резко дергаться: мало ли. Это, все-таки, дикое животное. Черт его знает, что в голову через секунду ударит. -Это Арс. — вполне спокойно заявил мальчик, обращаясь к сохатому. Тот едва заметно кивнул, фыркнул и негромко топнул копытом. -Это ты ему понравился. — пояснил зеленоглазый, оборачиваясь к ресторатору, который до сих пор пытался поверить, что все это один бредовый сон. -Я рад. — буркнул мужчина. -Тогда зови его жить, пусть платит за свет и интернет. -У него нет денег… -А у тебя есть? — Попов выразительно посмотрел на него, не требуя конкретного ответа на этот вопрос. -Вот и все. Иди сюда, не пугай животину. -Помнишь, у нас там где-то на столе яблоко валялось? Можешь принести? Может, он есть хочет. -Он и так найдет, что поесть. -Может, он хочет именно яблоко. — упрямо настоял Шастун, оборачиваясь через плечо к Арсу. Тот закатил глаза так явно, что их вращение можно было услышать. -Может, он хочет машину, может, ипотеку на двадцать лет. А может, чтобы я его домой пустил. Откуда я знаю, что он хочет, Антон? Какое яблоко? Какой лось? Ты вообще… -Ну пожалуйста, Арсюш, просто принеси яблоко и не бубни. — Тоша покосился на него с таким выражением, что отказывать было практически преступлением. -Ты ненормальный. — заключил мужчина, но все равно вернулся в дом, бормоча что-то под нос про яблоки, чай с оладьями и «долбаного лесного Фердинанда». Рогатый вообще не собирался двигаться, его, кажется, все устраивало. -Сейчас тебе яблочко принесут. Терпи. Он добрый, просто злой немножко.