You are my everything

Нового года Сокджин немного боялся. Накануне с утра, он всё-таки отправил сообщения поздравления с наступающим новым годом родителям, но так и не дождавшись ответов, поехал к брату и его семьи, как и запланировал. Невестка, не смотря на небольшой срок, передвигалась уже не так резво. Сокджун заметив взгляд брата, объяснил, что со вторым малышом супругу мучает жуткий токсикоз. Про родителей брат Джину больше не напоминал, видимо, у них состоялся свой личный разговор. Джин подарил всем подарки, всех поздравил с наступающим, немного поигрался с племянником в подаренную железную дорогу, вежливо отказался от предложения остаться на сам праздник, выходило, что брат не собирается праздновать с родителями, и уехал. Не смотря на заработок сына, покидать Пусан, родители Чонгука, отказывались. Они гордились обоими сыновьями, где один добился славы на сцене, а другой известен своими художественными начинаниями. Но единственный подарок, который они смогли принять от детей, это дом в Хэундэ. Там и решили праздновать новый год, не смотря на сильные прибрежные ветра. Отправились на автомобиле Чонгука вдвоём. Чонхён с Бамом уехал в дом родителей несколько дней назад. Дорога занимала около четырёх часов и Сокджин старался себя не накручивать перед предстоящей встречей. Разумеется, с родителями Чонгука Джин был знаком. Более того, родители всех мемберов, когда им удавалось посещать концерты, держались вместе, да и, в принципе, поддерживали общение. К тому же, при каждой встрече, мама Чонгука отводила Сокджина в сторонку и чуть ли не слёзно, каждый раз благодарила его за времена, когда Сокджин поддержал её маленького сына. Серьёзно, каждый раз! Он всегда неловко, глядя в пол, принимал благодарности, но, если откровенно, не понимал за что ему такие почести. Он просто поддержал младшего, когда тому было грустно и одиноко вдали от дома, так поступил бы каждый на его месте. *** Наконец доехав, и припарковавшись рядом с воротами, парни вышли из машины и потянулись, разминая затекшие в дороге мышцы. Они не успели даже двинуться в сторону видеофона, когда ворота открылись и им на встречу практически выбежала невысокая женщина в ханбоке. - Сынок! - мама Чонгука так крепко его обняла, что Джин запереживал за сохранность костей младшего. - Привет, мам, отец уже приехал? - прохрипел Чонгук, но даже не пытался вырваться из объятий матери. Отпустив сына, мама Чонгука также крепко обняла и Джина. - Ох, Сокджин-ши, как я рада, что ты приехал! - Здравствуйте, тётушка. - созвучно Чонгуку прохрипел Джин от чужой хватки. - Спасибо за приглашение. - Что же вы не заходите? Сынок, загони машину внутрь, мало ли какие разбойники по ночам тут шляются. - тараторила и суетилась мама Чонгука. Она подхватила Джина под руку и потащила в сторону дома. - мы будет внутри, сынок! Джин растерянно оглянулся на Чонгука, но тот подмигнул ему и сел в машину, снова заводя двигатель. Внутри дома им навстречу, с лаем, неслись три собаки: Бам и две, похожие друг на друга, округлившиеся итальянские борзые, Пэн и Сон. Джин мягко выпустил свою руку из захвата тётушки и присел, позволяя собакам запрыгивать на него и облизывать, пока сам их гладил и чесал. - А ну прекратили! Или не получите обед! - кто бы поверил, что после этих слов, все трое, опустив уши, спокойно улеглись рядом. Эту картину и застал Чонгук. Мгновением позже, он рассмеялся. - Мама! Да Чонхён не врал, Пэн и Сон скоро ходить не смогут под тяжестью своего пуза. *** Джин был поражён настолько тёплой атмосферой в семье младшего. Мама Чонгука была в разгаре готовки, когда они приехали, поэтому сказала парням отдыхать, пока она занята на кухне, но Джин вызвался помочь. В итоге присоединились и Чонгук с братом, но Чонхён постоянно получал оплеухи от матери за выражения и нытьё, что его труд эксплуатируют. Почти все блюда были семейными рецептами, поэтому парни были больше на подхвате, излишне не проявляя инициативу, так как рецептов блюд всё равно не знали. Но тётушка хорошо объясняла и показывала, что и для чего она делает. Так они и провозились почти до ужина. Собаки, всё это время, смиренно сидели в углу и даже на свежую вырезку реагировали лишь горящими глазами. Вот что значит метод кнута и пряника хозяйки. Отец Чонгука приехал ближе к ужину, объявив, что начался сильный снегопад. Он по очереди обнял свою семью, а Джину досталось крепкое рукопожатие. Пока блюда настаивались, а утка доходила в духовке, отец Чонгука предложил отдохнуть в гостиной у камина за бокальчиком вина. Он зажёг камин и достал бутылку вина. - Дорогая, принеси, пожалуйста, бокалы. - крикнул отец Чонгука своей жене. Все расселись, кто на кресла, кто на диван. Джин, всё же немного смущаясь, примостился между Чонгуком и его матерью. В гостиной быстро стало по уютному тепло. В углу стояла высокая наряженная ель, камин был обвешан гирляндой, тут и там он видел различные новогодние фигурки. Джину было комфортно находиться здесь с этими людьми. Он с интересом слушал отца семейства, открыто шутил и смеялся. Чонхён поделился, что хочет попробовать запустить свой небольшой бизнес по продаже одежды с нарисованными им принтами. Джин искренне поразился, как хорошо приняли новость родители парней и тут же стали предлагать различную помощь. С началом ужина разговоры продолжились. Все вели себя по-простому без требований соблюдать этикет. Джин невольно вспомнил собственные семейные застолья, где зачастую были приглашены множество друзей и партнёров по бизнесу отца, где их с Сокджуном выставляли, словно, высокопородных жеребцов. Их задача была улыбаться и кивать на слова матери "Да, дорогой?". Джин постарался не позволять этим мыслям портить себе настроение. После ужина, пока дядюшка разговорился с сыновьями, а тётушка куда-то отошла, Джин незаметно прошмыгнул на кухню. Увидев гору посуды, которая осталась после них и которую уже успела принести тётушка со стола ранее, Джин начал ополаскивать её и загружать в посудомойку. Мать Чонгука, вошедшая на кухню, картинно схватилась за сердце, заметив гостя у раковины. - Боже, Сокджин-ши, тебе не стоило всё это мыть. - охнула она. - Ну что вы, тётушка, я всего лишь ополоснул посуду. Мне не трудно, правда. - улыбнулся Джин. - Тем более, я решил оставить наедине вашего мужа с сыновьями, не хотелось мешаться. Тётушка нахмурилась. - Прости. Наверное, твои родители тоже хотели провести с тобой праздники, а Чонгук тебя уговорил? - грустно посмотрела она на Джина. - Я не.. не знаю. - Джин поймал себя на мысли, что, как и с Чонгуком когда-то, с тётушкой тоже хотелось поделиться переживаниями. - Они не приглашали меня на праздники. - Что значит не приглашали? - вскинула брови. - Мы, вроде как, поссорились. Или это была не ссора, я не знаю. Им не очень нравится, чем я занимаюсь. Не нравится, что из-за этой работы, я всё еще не женат. И, кажется, не понравилось, что я теперь омега. - выложил Джин всё почти на одном дыхании. Мама Чонгука нахмурилась еще сильнее, зацепившись за последнюю фразу. - Да, я слышала. - она ласково прикоснулась ладонью к плечу Джина, поддерживая. - Второй пол не выбор, дорогой и, думаю, твои родители это тоже вспомнят. На кухню зашёл Чонгук, с беспокойством поглядывая на них обоих. - Папа захотел на десерт мятное мороженое. -  Чонгук прошёл к холодильнику и начал ковыряться в морозилке. - Мама, хён, вы будете шоколадное? - Боже, я рожала этих мальчишек не менее восьми часов каждого, а им достались ужасные вкусы от их отца! - несерьёзно возмутилась тётушка. Джин фыркнул, скрывая улыбку. *** Остаток вечера они провели за просмотром старых дорам и игрой в Ютнори. Джин удивился, когда мама Чонгука принесла её в гостиную. Последний раз он видел такую у бабушки дома, когда был ещё совсем ребенком. Пробила полночь, все как-то засуетились и разбежались по комнатам, Джин немного растерялся. Когда все стали возвращаться с яркими свёртками в руках, он понял, что все ходили за подарками и сам пошёл к сумке, которая всё еще лежала недалеко от входа, чтобы достать приготовленные им подарки. Отцу семейства он подарил огромный набор из красного женьшеня, полезных биодобавок и витаминов. Тётушке - шаль из верблюжьей шерсти. Чонхёну он подарил билеты в Париж с открытой датой. Чонгук как-то обмолвился, что брат давно хочет туда слетать на мастер-классы, Джин понадеялся, что наличие билетов поможет ему найти время. Чонгук был самым сложным для выбора подарка. Сокджин и на день рождения то ему толком ничего не подарил, не сумев придумать. Но сейчас он в руках держал коробочку, в которой лежала серебряная цепочка с кулоном образа пумы. И Джин почему-то волновался, понравится ли ему подарок или нет. Но Чонгук искренне широко улыбнулся, увидев цепочку с кулоном и, тут же надев, попросил помочь ему её застегнуть. Самому Джину тоже надарили подарков. Родители Чонгука вручили ему дорогой коллекционный сорт виски. Чонхён получил оплеуху от матери и смех брата за то, что подарил Джину свой автограф на обычном листке и пообещал бесплатные футболки с собственными принтами, когда запустит производство. Чонгук для Джина держал в руках две коробки. - Что, твой подарок в одну не поместился? - поддел Джин младшего, заинтересованно косясь на коробки. - Я подумал, что раз твой день рождения прошёл в перелётах, это не повод зажимать подарок. - смущённо улыбнулся Чонгук. Джин принял коробки и начал их вскрывать. Он не удивился увидеть в первой коробке упаковку элитной говядины, но заржал, увидев во второй денежное дерево. - Что это такое? - выглянула тётушка из-за плеча Чонгука. - Нечто странное и безумно дорогое. Всё, как хён любит. - рассмеялся младший. Подарок и правда был не совсем обычным денежным деревом. И горшок, и ствол и купюры в пятьсот тысяч вон - всё было выполнено из золота. - Если буду нуждаться в деньгах, то продам это дерево и снова стану миллионером. - начал успокаиваться Сокджин. После, они еще посидели немного, допивая глинтвейн, и, в итоге, разошлись по комнатам. Все жилые комнаты находились на втором этаже и Чонгук, подхватив и свою и сумку старшего, проводил его в свободную. Сокджин, полусонный, быстро ополоснулся под душем, натянул пижаму и лёг в постель. Уже засыпая, он почувствовал, как к нему со спины прижалось тело, целуя его в загривок. - Я не буду трахаться в доме твоих родителей. - прохрипел сонным голосом Джин. - Я и не собирался. - ухмыльнулся ему в шею младший. - Ага, поэтому твоё "не собирался" упирается мне в зад? - Джин повернулся к Чонгуку лицом, быстро чмокая того в губы. - Что ты задумал? - Мм, мне кажется, в новом году нужно попробовать что-то новое.. - загадочно начал младший. - И что же ты хочешь попробовать? - начал включаться Джин в этот странный флирт. Чонгук переместился к ногам Джина. - Дурак, ты что по дому бегал в одних трусах? - распахнул глаза Джин, только сейчас заметив, что на младшем одни лишь боксеры. - Я же у себя дома. Не думаю, что кто-то упал бы в обморок, застав меня полуголым. - Чонгук начал стягивать пижамные штаны со старшего. - Только ты упаковываешься на ночь, как мумия. - Чонгук не стал комментировать отсутствие белья у Джина, просто отбрасывая штаны в сторону. Сокджин наблюдал за младшим, он догадывался, что тот хочет сделать и был в предвкушении. Чонгук прикоснулся к пока ещё вялому члену старшего, начиная его поглаживать, заставляя становится твёрдым. Чонгук не стал снимать верх пижамы с Джина, лишь задрал её, открывая себе вид на соски старшего. Джин накрыл рот ладонью, сдерживая стон, когда Чонгук уверенно обхватил губами его член. Сокджин чувствовал каждое прикосновение губ и языка младшего, тот игрался с его членом, как с чупа-чупсом, то облизывал, то посасывал. Джину было горячо и тесно в чужом рте, но он старался не делать резких движений, чтобы не причинить младшему дискомфорта. Когда Чонгук начал посасывать его яички, проходясь языком по шву мошонки и чуть ниже, почти касаясь дырочки, это лишь усилило возбуждение и Сокджин слегка дёрнулся. Джин потерялся в ощущениях от непривычных ласк и, несмотря на то, что хотел продлить удовольствие, кончил позорно быстро. - Не уверен, что в состоянии оказать ответную услугу. - сказал Джин, когда Чонгук снова лёг рядом, обхватывая его рукой поперёк талии. - Не нужно. И нам снова надо в душ. - Чонгук удивился, что пока доставлял удовольствие старшему, кончил сам. Они заставили друг друга подняться с кровати, быстро смысли в душе следы спермы и улеглись обратно в постель, почти сразу проваливаясь в сон. *** Сокджин проснулся ближе к обеду, в не самом хорошем расположении духа. Он трижды просыпался ночью из-за храпа младшего, расталкивал его и снова засыпал. Сейчас Чонгук лежал на животе и умиротворенно посапывал в подушку. Джин, в сердцах, хотел долбануть его от души, но пожалел в последний момент. Посмотрев, наконец, время на телефоне, сердце Джина на миг замерло. Уже не жалея младшего, начал его расталкивать. - Чонгук-а, подъём! Время обед! Ты почему не ушёл в свою комнату? Что если твоя мама приходила тебя с утра будить, а тебя там нет? - Чонгук на действия старшего лишь недовольно кряхтел, но просыпаться не думал. - Вставай, я тебе говорю! Клянусь, если ты сейчас же не встанешь и не уйдешь одеваться в свою комнату, то я найду способ запереть эту дверь и до конца праздников, ты здесь не появишься! - шипел, разозлившись, Джин. Чонгук приоткрыл один глаз, скептически посмотрел на старшего, приподняв бровь, как бы говоря "Да ты первый ко мне сам придёшь", но на удивление начал вставать. Джин практически вытолкал младшего из своей комнаты и пошёл умываться. Через какое-то время, уже одевшись, Сокджин вышел из комнаты. В доме стояла тишина и Джин пошёл на единственные звуки, раздающиеся со стороны кухни. - Сокджин-ши, доброе утро! Хорошо спалось? - мама Чонгука что-то готовила у плиты и, в отличие от вчера, была одета в простые брюки и водолазку. Все собаки дружно лежали на своих лежанках у стены, делая вид, что спят, но уши их заинтересованно стояли торчком. - Доброе утро! Ээ.. отлично, простите, что проснулся так поздно. - Джин вовремя прикусил язык, чуть не пожаловшись, что почти не спал из-за её сына. - Ну что ты, Чонхён и Чонгук тоже всё ещё спят, ни один так и не откликнулся на стуки в дверь. – по-доброму улыбнулась тётушка. - Тебя я не стала беспокоить. - Вам чем-нибудь помочь? - Сокджин оглянулся по сторонам, заодно пытаясь сменить тему. - Конечно, можешь достать круглые глубокие тарелки на верхней полке этого шкафчика и расставить на столе? - она указала рукой в нужном направлении. - Ты же ничего не имеешь против рисовой молочной каши на завтрак? Джин покачал головой в отрицании и пошёл выполнять поручение. Когда каша была почти готова и Джина послали любыми способами разбудить и притащить к столу братьев Чон, они сами, зевая, вошли на кухню. Отец семейства появился почти в таком же виде несколькими минутами позже. Все расселись за столом, обсуждая, чем бы хотели занять сегодня. *** Они провели в доме родителей Чонгука целых десять дней. Джин искренне поначалу переживал, что через пару дней, либо сбежит сам, либо ему вежливо укажут на дверь. Но они все вместе чудесно провели праздники. Родители Чонгука, не смотря на возраст, оказались весьма спортивными и увлекающимися людьми. За время праздников они успели съездить покататься на лыжах. Джин с улыбкой вспоминал, как тётушка уверенно рассекала на сноуборде по снежному склону, а братья Чон весь день катались с дядюшкой под ручки, не давая тому упасть. Тётушка начала учить их готовить блюда по семейным рецептам, так как Джин, а, следовательно, и Чонгук, постоянно крутились на кухне. Также они смотрели много дорам по телевизору, играли в различные настольные игры, веселились с собаками во дворе и, казалось, улыбка не сходила с их лиц. Но через три дня начиналась азиатская часть тура и пришло время возвращаться в Сеул.