saint of roses and ice | Святой роз и льда

— Дурак, дурак, — упрекнул себя Кайзер, пару раз для верности стукнув себя по лбу, пока грузовик трясся по просёлочной дороге. Он был полным идиотом, раз пошёл в ту часть города, которая была беззаконной ничейной землёй между тремя территориями вампиров. В тот момент всё казалось нормальным, но кто знал, что в вечерней толпе были охотники на людей. Бандиты лишь взглянули на его золотистые волосы и белоснежную кожу, и не успел он опомниться, как его затолкали в грузовик вместе с остальной добычей этого вечера. Трудно было определить время, не видя неба, но они, должно быть, ехали по гравийным дорогам из города по меньшей мере час. Скоро они доберутся до места назначения — одной из охотничьих угодий, где вампиры охотились на людей ради развлечения. Он всерьёз сходил с ума, слушая хныканье и рыдания других несчастных людей, которых поймали. — Прекрати, — строго сказал мужчина средних лет. — Не навреди себе. Кайзер ответил ему сердитым взглядом и продолжил чесать шею в том месте, где из-под низкого воротника рубашки виднелась татуировка. Мужчина вздохнул и пробормотал что-то о том, что у молодежи в наши дни нет хороших манер. — Вот, - прошептал он, закончив ругаться себе под нос. — Они раздали несколько штук раньше. Чтобы уровнять шансы на поле или что-то в этом роде. Я прихватил дополнительную порцию, но ты выглядишь так, будто тебе это нужно больше, чем мне. Ему незаметно протянули маленькую бутылочку, и Кайзер подумал, что привлекательность всё-таки имеет свои преимущества. — Спасибо, — пробормотал он. Когда его глаза привыкли к темноте, он узнал в нём энергетик, который обычно продаётся в магазинах шаговой доступности. Он не сильно поможет против кровожадных вампиров, но в предстоящей битве за их жизни важен был каждый шанс. — Я не собираюсь здесь умирать, — проворчал мужчина. — Может, мне и не для чего жить после того, как моя жена сбежала с каким-то подонком из Убера, но я не собираюсь умирать вот так. Скорее всего, у жены не было особого выбора, и мужчина тоже это знал, но ему нужно было на что-то злиться. Ей могло бы повезти, если бы она привлекла внимание такого Убера, как Снаффи, который считал себя благородным и использовал бы свою власть, чтобы обеспечить ей лучшую жизнь. — У этого подонка золотые зубы? — спросил Кайзер. —Да. А что? Если бы она попала в руки Лоренцо, то вряд ли осталась бы в живых, но он не собирался делиться этой информацией прямо сейчас. — У меня с ним свои счёты. Вот и всё. Мужчина усмехнулся. — Что ж, он весь твой, если ты не боишься смерти. Тонкие бледные пальцы обвели контур татуировки в виде голубой розы и скрытого шрама, а мягкие губы изогнулись в улыбке. — Ты даже не представляешь. Вскоре после этого грузовик с визгом затормозил, и всех выгнали на огромную поляну в тёмном лесу. Там было много роскошных автомобилей, и вампиры из всех кругов стояли вокруг и развалились на капотах своих машин. Эти охоты были единственным временем, когда так много вампиров из разных кланов могли общаться без вражды. Они действительно вели себя так, будто собрались на званом ужине перед подачей блюд. В тёмную ночь людям было трудно разглядеть вампиров или даже сосчитать их, но вампирам не составляло труда рассмотреть людей и понять, кто из них выглядит особенно привлекательно. Ночное зрение Кайзера было лучше, чем у большинства людей, и он заметил эксцентричного мужчину с бородкой и нелепыми обесцвеченными волосами, стоявшего перед машиной с огромным логотипом ФК «Барча», который ему очень не понравился. К счастью, Лоренцо не было на этой охоте. Однако кого-то из «Уберса» он выделил из толпы. Молодой человек был очень крепким, с нелепыми торчащими волосами с рыжими прядями. Хотя люди физически не могли сравниться с вампирами, Кайзер был уверен, что сможет перехитрить эту гориллу. Больше всего Кайзера беспокоил один клан, который значительно превосходил остальные своими обширными связями, богатством и боевой мощью. Конечно же, их лидер был здесь, прислонившись к своему серебристому спортивному автомобилю и высокомерно задрав подбородок, он разговаривал с кем-то, кто, должно быть, был его приспешником. Лидер и глазом не моргнул, когда заметил, что Кайзер смотрит на него, но приспешник с чёрными волосами, похоже, заинтересовался. Его тёмные глаза не отрывались от Кайзера, пока всех людей выстраивали в ряд и обыскивали на предмет спрятанного оружия. Они опасно сузились, когда тот, кто обыскивал Кайзера, слишком долго задержал руки на его теле. Когда раздался выстрел, чтобы дать человеку фору, они все разбежались по лесу и по гравийной дороге, отчаянно пытаясь добежать до цивилизации и не попасться. Прохладный воздух приятно обволакивал лёгкие Кайзера, пока он пробирался сквозь листву, ловко перепрыгивая через корни деревьев и поваленные брёвна. Это казалось нелогичным, но чем дальше он углублялся в лес, тем лучше. Там было больше препятствий, которые он мог использовать в своих интересах, и больше диких животных, которые могли сбить с толку. На территории Бастард Мюнхена ходила история о том, как одному мальчику удалось выжить во время охоты, спрятавшись далеко в лесу, куда большинство вампиров не заходили. Когда один из них, особенно хорошо умевший выслеживать, нашёл его, он убил этого вампира с помощью ловушки, которую сделал из заострённых веток деревьев. Должно быть, он забрался довольно далеко в лес, потому что сигнал для вампиров уже должен был прозвучать, но он его не слышал. На периферии его зрения мелькали мелкие животные, потревоженные его внезапным появлением. Хотя для холодной осенней ночи на нём было слишком мало одежды — старая футболка, тонкие спортивные штаны и кроссовки, — в лёгкой одежде было удобно двигаться, и он не слишком сильно потел. Листва становилась гуще, и он услышал журчание воды неподалёку. Когда он уже взмок от пота, то добрался до ручья. Он спустился в овраг и выпил несколько пригоршней холодной воды, чтобы не обессилеть за долгую ночь. В лунном свете его кожа была очень бледной, а взгляд безумным. — Возьми себя в руки черт возьми. Решив использовать ту же стратегию, он схватил острый камень и начал искать подходящую ветку. Как только он отломил ветку от упавшего дерева и начал её затачивать, позади раздался смешок. — Ого. Надеюсь, ты не собираешься использовать это, чтобы проткнуть меня колом. Кайзер не стал оборачиваться и смотреть, кто, чёрт возьми, умудрился подкрасться к нему, прежде чем он убежал. Он пробирался вдоль ручья, выискивая наименее крутой участок оврага, чтобы подняться обратно в лес. Хотя было уже слишком поздно. Как только вампир учуял его запах и увидел, скрыться было невозможно, но это не означало, что он не мог попытаться. Ветка в его руке была не совсем острой, но это было лучше, чем ничего. Он совсем не слышал и не чувствовал вампира, но был уверен, что тот стоит прямо за ним. Он собрал все силы в ногах, чтобы запрыгнуть на высокий валун, развернуться прежде, чем вампир успеет моргнуть, и атаковать сверху, но вампир, похоже, ожидал этого. То, что должно было стать смертельным ударом в бездыханное сердце, превратилось в лёгкое касание. Новорожденный с чёрными волосами и тёмно-синими глазами ухмыльнулся, перешёл в наступление и повалил свою добычу на землю. Кайзер был очень силён для человека, и этого должно было хватить, чтобы выстоять против неопытного обращенного, но этот, к сожалению, был хорошо обучен. Кайзер был полностью обездвижен, тяжело дышал, а оба его тонких запястья были зажаты в обманчиво больших руках. — Ты свирепый, не так ли? Как тебя зовут? Все отчаянные попытки Кайзера освободиться только утомили его. — Разве не принято сначала называть своё имя, придурок? — Прости, я не хотел. - Хищный взгляд, который был у меня раньше, сменился робкой улыбкой. — Я Исаги Йоичи, но все мои друзья зовут меня Исаги. Это был тот человек, которому удалось выследить его, пока он ничего не подозревал? — Полагаю, сейчас ты должен назвать мне своё имя, — подсказал Йоичи. Он ответил каким-то непонятным немецким именем из детской книжки. — Хм, звучит сложно. Я буду называть тебя просто Мика, если ты не против. — Разве это имеет значение, когда моя жизнь в твоих руках? — А? Но я не собираюсь тебя убивать, — объяснил Йоичи, наклонив голову. — Не знаю, что ты слышал о Ре Але, но мы очень хорошо относимся к своим людям. — Значит, я твой питомец. Даже хуже. Йоичи несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь найти правильный способ успокоить очень красивого человека, которого он держал в своих объятиях. Возможно, он только недавно обратился, но человеческие эмоции уже угасали, и его настроение в целом было нестабильным. — Прекрати, — вмешался новый голос. Это был лидер Ре Аля, который стоял, прислонившись к дереву на вершине оврага, и смотрел на них, скрестив руки на груди. — Просто подчини его, чтобы мы могли забрать его с собой. Мы и так потратили здесь слишком много времени. — Разве ты не для того привёл меня сюда, чтобы расширить мой кругозор? — Йоичи ответил с обидой, как будто разговаривал с няней, а не с лидером самого могущественного ковена. — Я с самого начала понял, что он особенный, и я был прав! Его движения очень грациозны, как будто он — моя идеальная форма. — От него не пахнет плохо, и на него приятно смотреть, — невзначай бросил Итоши Саэ. — А теперь используй своего раба. Как мы и тренировались. — Хорошо, — Йоичи сделал глубокий вдох, и его глаза засветились кобальтовым светом. Его голос звучал так, словно он был потусторонним существом. Кайзер не был уверен, что это была за команда, но почувствовал, как все его мышцы начали расслабляться против его воли. Он до крови прикусил нижнюю губу, чтобы не потерять сознание. В деле порабощения неопытность Йоичи была очевидна, а у Кайзера были способности к сопротивлению. Когда его голова, наконец, перестала кружиться, яркие глаза Йоичи внимательно посмотрели на него, и его горло дернулось, когда он увидел капельку крови. — Йоичи, — протянул Кайзер непринуждённым тоном, притворяясь бессильным. — Д-да? Не прошло и секунды, как королевские сапфировые глаза вновь обрели остроту. —Сдохни, мусор, — прошипел он, высвободив правую ногу и замахнувшись на Йоичи. Тянущая его вниз тяжесть упала в сторону, и он бросился бежать. Чудовищный удар не убил бы детёныша, но оглушил бы его на несколько минут и дал Кайзеру шанс сбежать. Точнее, так было бы, если бы он сражался с одним вампиром, а не с двумя. — Это было не очень красиво, — прошептал старший вампир ему на ухо. — Хотя это был хороший урок для него — не терять бдительность. Полагаю, я должен тебя поблагодарить. Кайзер не стал отвечать саркастической репликой, решив на этот раз промолчать и сосредоточиться на беге. Он был очень быстр, но для вампира, которому, по слухам, было несколько сотен лет, поддерживать такую скорость было так же легко, как неспешно прогуливаться. — Впечатляюще для человека, но все еще недостаточно. Когда его схватили, он набросился на обидчика, как бешеный зверь, царапая и кусая, но прежде чем он успел причинить реальный вред, холодные губы накрыли его собственные, а язык пробежался по месту укуса. Саэ использовал этот метод, потому что ему было лень возиться с рабом. Так он мог удлинить клыки и впрыснуть яд в человека, одновременно пробуя его кровь на вкус. К тому же этот человек был довольно привлекательным. После столетий жизни его мало что могло удивить, но вкус человеческой крови был одним из таких сюрпризов. Это было... проще говоря, божественно. Одной капли хватило, чтобы зажечь все его нервы, а незнакомая аура, проходящая сквозь него, была обжигающе горячей, но при этом чрезвычайно приятной. Он слышал рассказы о таких людях, независимо от их группы крови, но столкнулся с одним из них впервые. В момент его невнимательности чей-то кулак взмахнул и ударил его по лицу. Земля под ними была скользкой. Обычно он никогда бы не оступился, но неожиданность была слишком велика. Он отреагировал достаточно быстро, чтобы схватить человека, который пытался убежать, и в результате схватки они оба упали в ручей. Вампирам не нужно было дышать, поэтому он продержал их обоих под водой достаточно долго, чтобы ослабить непокорного человека. Когда они выбрались на каменистый берег, Саэ с интересом посмотрела вниз, как человек кашляет, а его длинные волосы разметались, и лунный свет освещает его нефритово-белую кожу, которая была маняще гладкой. «Умно», — подумал он. Вода смыла все средства, которыми он пользовался, чтобы скрыть свой запах. — Да пошёл ты, — Кайзер извергнул все оскорбления, которые только мог придумать, в лицо вампиру, который засунул язык ему в рот. Хищник, разумеется, не обратил на это внимания, удерживая свою добычу и принюхиваясь к её шее, где запах был сильнее всего. Он знал, что его поймали, но, чёрт возьми, он собирался сражаться до самого конца. Он пытался царапаться и отбиваться изо всех сил, на которые было способно его смертное тело. В конце концов Саэ надоело бороться, и он предупреждающе зарычал. — Это должно было меня напугать? Разорви мне горло прямо сейчас, если осмелишься. Ледяные бирюзовые глаза ярко вспыхнули, когда старший вампир использовал свою силу. Это было на совершенно ином уровне, чем у новорожденного, и он мог только подчиниться. — Ох, — Йоичи потёр больную шею, не спеша следуя за лидером клана и симпатичным человечком. Он определённо будет чувствовать эту боль ещё несколько часов. Его чувства обострились при звуке шагов восхитительном запахе. Как он мог пропустить кого-то, от кого так приятно пахло? — Чего ты стоишь и глупо пялишься? — Саэ вышел из-за листвы, перекинув источник божественного аромата через плечо. Они оба были насквозь мокрыми, но Саэ не выглядел слишком раздражённым. — Ч-что… — в его голове пронеслось сотня вопросов, но он быстро снял куртку. Вампиры невосприимчивы к холоду, но он по привычке всё равно одевался многослойно. Самым важным было снять с Мики мокрую одежду и посадить его в тёплую машину, пока он не заболел. Саэ пришла в голову та же мысль, когда он ускорил шаг, или, возможно, он просто потерял терпение на эту ночь. — Ты хорошо выбрал, — похвалил он. Рин почувствовал, что что-то не так, ещё до того, как вошёл на виллу. Ему не нравились перемены в его привычном распорядке, что было иронично, учитывая, что Йоичи не приносил ничего, кроме перемен, разрушений и головной боли. На протяжении веков только он и его столь же нелюдимый брат правили своим кланом и территориями по всему миру, пока однажды он не обратил синего коротышку, чтобы спасти его жизнь после нелепой железнодорожной катастрофы. Рин обратил кого-то, хотя у него не было такого желания, и выбрал Йоити из всех, кто был в том поезде, — он понятия не имел почему. В любом случае, он знал, что что-то не так, и оказался прав в тот момент, когда дворецкий открыл перед ним входную дверь. Какая головная боль. — Сколько раз я говорил вам двоим не приносить эти вещи наверх? — Он прислонился к двери в спальню Саэ, скрестив руки на груди. — Йоичи в последнее время чувствует себя энергичным, — ответил Саэ, безмятежно развалившись в кресле и поглаживая нового человека, который сидел, сгорбившись, на ковре, прислонившись головой к колену Саэ, обтянутому штанами. Йоичи стоял на коленях позади человека, уткнувшись лицом ему в шею и поглаживая его по рукам. Человек был одет в винно-красный шёлковый халат, который с таким же успехом мог быть нижним бельём. Ему завязали глаза куском красного шёлка и связали запястья. — Хотя ты бы и не узнал, ведь ты почти не присматриваешь за ним. — Не нянчись с ним так сильно, - нахмурился Рин. — Ты ревнуешь? Разве я не был добр к тебе, когда ты был малышом? Древний мастер, который превратил Саэ, чтобы спасти его от болезни, ушёл, не дав никаких наставлений, но Саэ быстро повзрослел и вскоре сам обратил Рин, так что время никогда не разлучит их. — Скажи мне, что ты хотя бы искупал его, прежде чем отнести наверх. — Конечно, ты же гермафоб, — поддразнил Йоичи, высунув голову из-под каскада светлых волос и гибкой шеи. Он продолжал хмуро смотреть на троицу. Питание могло вызывать... подобные реакции как у хищника, так и у жертвы, но всякий раз, когда это случалось с ним, его предпочтения были простыми и понятными. Другие вампиры дразнили его за то, что он «слишком ванильный», что бы это ни значило. — Ты сдерживаешь его, потому что боишься, что он снова набросится на тебя? Как слабо. Новорожденный смущённо потёр исчезающий синяк на шее. — Нет, — ответил Саэ, вставая на защиту своего подопечного. — Я попросил Йоичи потренироваться в использовании его яда. Эффект будет сильнее, если наш... дорогой гость не сможет видеть и свободно передвигаться. — Я спросил, могу ли я оставить себе Мику, — жалобно сказал Йоичи. Он уткнулся лицом в бледную шею человека, украшенную нелепой яркой татуировкой. — А я ещё не согласился, — фыркнул старшый вампир.— Кроме того, мы здесь не одни. Разве тебе не нужно спросить кого-то ещё? — Но твоё слово — закон... а Рин всегда так плохо со мной обращается. — Он просто ревнует, что я больше не уделяю ему внимания. Рин нахмурился, быстро пересек комнату и взял Йоичи за подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо. И действительно, его зрачки были расширены — явный признак наркотического опьянения. Человеку, Мике, было не намного лучше. Когда Рин снял с него повязку, он увидел полуприкрытые голубые глаза, затуманенные слезами. Длинные светлые ресницы слиплись от невыплаканных слёз. На его изящных скулах выступил румянец, а розовые губы приоткрылись от тяжёлого дыхания. На добычу было приятно смотреть, и пахло от неё неплохо, но Рин усмехнулся, собрав в кулак слишком длинные пряди светлых волос. Изящная шея и ключицы были покрыты следами от укусов Йоичи. — Тебе пришлось укусить его столько раз, чтобы яд подействовал. Всё ещё слабый. — Он был довольно строптивый после того, как действие чар Саэ закончилось, — объяснил Йоичи. Он продолжал вылизывать следы, чтобы ускорить заживление. С такой красивой кожей было бы обидно, если бы остались шрамы. Рин чуть сильнее потянул его за волосы, вызвав тихий стон. — Ты не слишком строг с ним? — он пристально посмотрел на брата. — Это тоже слабо. Саэ не обратил внимания на насмешку и толкнул Йоити ногой. — Пей больше. В твоём возрасте тебе нужно столько, сколько сможешь выпить. — Я не хочу случайно взять слишком много. — Не придётся. С ним даже самой маленькой капли будет достаточно, чтобы получить все преимущества. Рин заинтересовался. — Он... святой? — Ты не мог сказать? — насмешливо спросила Саэ, приподняв бровь. — Это слабовато, братишка. — Заткнись, — пробормотал он, рассматривая питомца поближе. Мика, конечно, был красив — необычайно красив, так что даже вампиры, способные очаровывать, позавидовали бы ему, — но Рин не обращал внимания на такие бессмысленные вещи, как привлекательность. Однако этот манящий аромат действительно был предметом легенд. Он не сразу понял, в чём дело, потому что комната была наполнена возбуждающими запахами Йоити и его брата. Он отпустил прядь волос и схватил питомца за челюсть. Действительно, совсем не плохое лицо, а затуманенные глаза пытались смотреть вызывающе, несмотря на весь яд, который тек по его венам. Они действительно сорвали куш, когда такой приз сам упал им в руки. — Не сломай его слишком быстро, — вполголоса предупредил Саэ, подхватывая добычу на руки так же легко, как тряпичную куклу, и бросая её на огромную кровать. Связанные запястья Мики оказались прямо перед ним, и он вцепился в простыни, явно пытаясь приподняться, но его мышцы были расслаблены, несмотря на сильную волю. Саэ весело усмехнулся, устроился спиной у изголовья с подушками и прижал Мику к груди. Он повернулся к Йоичи, поманив его рукой. Как послушный пёс, щенок подбежал и сел на кровать у ног хозяина. — Пей больше, — скомандовала Саэ, приподнимая правое бедро жертвы. Йоичи сглотнул, глядя на то, как соблазнительно пальцы сжимают мягкую плоть нефритово-белого внутреннего бедра. Это напомнило ему те захватывающие дух статуи, которыми они любовались во время поездки в Рим. — Тебе нравится кусать за бедро, да? Давай, здесь чувствительное место. Рука Саэ дрогнула, и прежде чем Мика успел что-то возразить, Йоичи вонзил клыки в его плоть, и единственное, что сорвалось с его губ, — это серия тихих стонов. Он попытался прикусить нижнюю губу, но Саэ засунул в его рот два пальца, чтобы держать его открытым, а большим пальцем смахнул слезинку и размазал красную подводку для глаз. — Продолжай, — настоял старший вампир, когда обращённый отстранился. Йоичи облизнул свои покрасневшие губы, убедившись, что проглотил каждую каплю, прежде чем прильнуть к мягкому, как лепесток, бедру. Мика был довольно спортивным, несмотря на тонкие запястья и шею, но яд расслабил его мышцы, и Йоичи стало легче кусать. Процесс повторялся несколько раз, пока Йоичи не добрался до острой тазовой кости, на которой были вытатуированы римские цифры. К тому моменту Мика почти рыдал от удовольствия, и Йоичи тоже был на взводе. — Я никогда не считал татуировки привлекательными, — задумчиво произнёс он, проводя рукой по руке, покрытой колючими узорами. — Но на тебе они смотрятся хорошо. — Ты хочешь трахнуть его прямо сейчас, — Саэ произнес это как утверждение, а не как формальный вопрос, на который все знали ответ. — Я подготовлю его для тебя. Рин цокнул языком, скрестив руки на груди. — Ты слишком его опекаешь. — В ту ночь в Париже, пять лет назад, после того, как мы заключили договор с PXG, — рассказал Саэ, не выказывая никакого удивления. Он перевернул Мику на живот и подложил ему под бёдра одну из многочисленных декоративных подушек. — Когда я так тщательно подготовил тебя, чтобы Шидо мог… — Прекрати говорить! Он действительно не хотел вспоминать ту пьяную групповуху с тараканом. — Серьёзно, Рин? — поддразнил Йоичи, ожидая с нетерпением. Он словно сидел в пятизвёздочном ресторане, трепеща от волнения в ожидании подачи блюда. — Шидо Рюсей? — Как будто у тебя вкус лучше, — парировал он, но его ответ прозвучал неубедительно, учитывая, какое зрелище извивалось в их постели. Саэ выжидающе протянул руку, и Рин закатил глаза, активируя свою вампирскую способность. Не у многих вампиров были особые способности, помимо обостренных чувств, высочайшей физической подготовки и подчинения, но Рин был благословлен стихийной способностью, которую оттачивал веками. Он призвал магию воды, чтобы покрыть пальцы брата вязкой и скользкой жидкостью. Когда Йоичи впервые увидел это, он пошутил, что Рину никогда не придется покупать смазку, как будто такое владение всем, что связано с водой, было поводом для смеха. Одобрительно кивнув, Саэ раздвинул бёдра Мики и одной рукой прижал его к себе за шею, а другой приступил к делу. Мика ещё глубже зарылся лицом в простыни, чтобы приглушить звуки, но для трёх вампиров его голос был отчётливым, как ангельское пение. — Не хочешь попробовать его крови? — спросил Йоичи, пытаясь успокоить Рина. Связь между создателем и обращённым позволяла им чувствовать эмоции друг друга, когда они были рядом. Уязвимость, которая возникала из-за этой связи, была главной причиной, по которой Рин старался держаться подальше. — Нет, спасибо, я не такой прожорливый, как ты. — Это очень вкусно, клянусь, — настаивал Йоичи, потому что знал, что Рин заинтересовался, как только он вошёл в комнату, хотел он этого признавать или нет. — Тебе совсем не любопытно, каков на вкус святой? — Просто попробуй, — добавил Саэ. Он согнул пальцы, и голос Мики поднялся на октаву, когда он издал отчаянное поскудивание, от которого у всех трёх вампиров внутри всё сжалось. С таким прекрасным голосом было бы глупо не заставить его издавать больше звуков. — Хорошо, — согласился Рин. Он медленно обошёл кровать и присел на край. Потянув за шёлковую нить, он развязал тонкие запястья. Он намеренно подошёл к Мике с правой стороны, потому что татуировка на левой была слишком вызывающей. Поднеся чистое запястье к носу, он глубоко вдохнул. Его клыки никогда не выдвигались так быстро. Он не смог сдержать стон, когда прикусил ее. Вкус был чистым экстазом - божественность и грех слились воедино - со всей мощью грозы, которая пронзала небеса всякий раз, когда сражались ангелы и демоны. В тот момент, несмотря на то, что он был хищником, пожирающим добычу, он чувствовал себя поглощённым — все его чувства были охвачены этим до боли прекрасным, загадочным человеком. Совершенно безумные звуки, слетавшие с губ Мики, эхом отдавались в его голове. Всё, что он чувствовал и пробовал на вкус, было чудом этого мира. Несмотря на то, что он сильно прикусил кожу, он убрал клыки после нескольких небольших глотков крови и зализал рану. Он знал меру и не хотел, чтобы его накрыло, как Йоичи. Он предпочитал пить прямо из жизненно важных артерий, и если бы кто-то другой сделал так, он бы убил жертву. Но он был бесподобен в магии стихии воды, которая позволяла ему контролировать кровоток жертвы. Таким образом, он никогда не выпивал ни капли больше или меньше, чем планировал, хотя тело Мики сотрясалось от толчков. — Он кончил только из-за этого. Жалкий. — Не будь к нему слишком строг, Рин, — глаза Йоичи были широко раскрыты и сияли — он был в полном восторге. — Твой яд намного сильнее, чем у большинства. Он не впрыскивал смертельный яд, но клыки вампира всегда были покрыты хотя бы небольшим количеством яда. — Думаю, он готов для тебя, — Саэ приподнял Мику, не давая ему перевести дыхание, и отбросил в сторону испачканную подушку. Йоичи подполз к нему и с готовностью принял его в свои объятия. — Как мне его трахнуть? — Тебе нужно, чтобы я рассказал тебе об этом? — Саэ откинулся на спинку кровати, как ленивый и довольный тигр. — Как ты хочешь. Раздалось тихое всхлипывание, и Йоичи полностью сосредоточился на том, чтобы успокоить свою добычу. — Эй, всё в порядке, — прошептал он, осторожно укладывая Мику на кровать. — Посмотри на меня, я не причиню тебе вреда, — добавил он, вытирая случайные слёзы. Рин усмехнулся и присел на подлокотник кресла, чтобы немного отдалиться. Подростки были такой помехой со своими противоречивыми эмоциями. Он чувствовал по связи, что, несмотря на ненасытные желания Йоичи, тот искренне любил эту добычу и не хотел причинять ей боль — как будто ещё не было слишком поздно. Конечно же, вампирский инстинкт Йоичи взял верх, и выражение его лица сменилось с добродушного на зверское. — Я не причиню тебе вреда, — продолжил он, закинув длинные ноги Мики себе на плечи и пристраиваясь поудобнее. — Если только ты сам этого не захочешь. Он вошёл в него так, словно каждая секунда, проведённая не внутри человека, который его очаровал, была пыткой — и Рин понял, что так оно и было. Несмотря на свою неопытность, Йоичи трахался как демон. Возможно, он даже мог бы составить конкуренцию Шидо. Движения его бёдер были дикими, но методичными. Его проницательный взгляд следил за каждой реакцией Мики, отмечая, на что тот реагирует сильнее всего. Когда непокорный маленький человечек собрал остатки сил и попытался царапаться, его запястья были прижаты к голове по обе стороны от неё. — Подчиняйся, - прорычал Йоичи со своей вампирской силой. Эффект был мгновенным. После стольких усилий человек, каким бы упрямым он ни был, не мог сопротивляться, хотя Рин и не ожидал этого. Подчинение тоже оказалось намного лучше, чем он помнил. — Я же говорил тебе, что он хорошо продвигается. — Саэ, казалось, читал его мысли. — Жаль, что ты слишком боишься проводить с ним больше времени. — Заткнись. — От сильных эмоций, которые он ощущал через связь, у него по коже побежали мурашки. Он выпил недостаточно пьянящей святой крови, чтобы потерять сознание, но его внутренности словно горели, а голова начала кружиться. Он практически чувствовал тепло Мики вокруг себя и то, как расслабленные мышцы облегчали глубокие толчки. Мика стонал, тихо и жалобно, потому что у него не было выбора, кроме как принять всё, что ему давали. Его глаза затуманились, ресницы дрожали, а веки с трудом держались открытыми. В таком отчаянном состоянии он поймал взгляд Саэ и молча взмолился с сожалеющим выражением лица. Это было так жалко, что любой другой вампир, по крайней мере, испытал бы искушение проявить милосердие, но сочувствие Саэ давно угасло. Он заботился о своём клане, это был его долг, но его сердце было таким же холодным, как и его магия. Несмотря на их связь, Рин ни разу не почувствовал от брата ни одной эмоции, ни человеческой, ни вампирской. Саэ бесстрастно посмотрела вниз и снова повернулась к Рин. — Может, тебе стоит позволить Йоити трахнуть себя как-нибудь. Почувствуй на себе, как это приятно. — З-заткнись, — запнулся он, на самом деле не желая думать о тех случаях, когда он выходил из-под контроля в детстве и нуждался в том, чтобы брат удерживал его и делал всё возможное, чтобы заставить его подчиниться. — Это правда, — продолжила Саэ. — Ты мог бы переехать во Францию, как я предлагал, забрать PXG у Локи и сделать Шидо своей собакой. Ты более чем готова. Вместо этого ты целыми днями слоняешься здесь, ожидая моего одобрения. У него не было возражений на этот счёт. Привычки, приобретённые до обращения, было чрезвычайно трудно искоренить, и все эти сотни лет, каким бы могущественным и влиятельным он ни становился, какая-то его часть не чувствовала себя в безопасности, пока он не был рядом с братом. Однако после пополнения их клана идея переезда на другой континент уже не казалась такой пугающей, как раньше. Чёрт бы побрал Йоичи. Обычно Йоичи ухватился бы за возможность взять верх над своим создателем, но всё его внимание было сосредоточено на Мике. Королевские голубые глаза, цвета драгоценных камней, безучастно смотрели на бархатный балдахин над головой. Его розовые губы приоткрылись, но голос был слишком охрипшим, чтобы выразить удовольствие. Йоичи наклонился для поцелуя, который начался нежно, но постепенно стал страстным. Он был достаточно внимателен, чтобы время от времени останавливаться, чтобы дать человеку передохнуть. Однако человек — маленькая, но стойкая штучка — похоже, преодолел худшее из оцепенения и погрузился в свой собственный мир, где никто не мог его коснуться. Он никак не отреагировал на поцелуй Йоичи и попытки изменить темп и угол его толчков. — Ты не можешь меня получить — кричал в ответ человек, и Йоичи не понимал, что его добыча смотрит на него свысока. Рин было стыдно за него. — Как долго это будет продолжаться? — Ты можешь идти, - бросил вызов Саэ. Он бы не стал — они оба знали, что его самообладание вот-вот даст трещину. Йоичи отстранился и положил обе руки по обе стороны от лица Мики, наслаждаясь, как он предположил, её потрясённым выражением лица. Он нежно провёл рукой по этим ангельским чертам и пробежался пальцами по шелковистым волосам, прежде чем взять прядь и поцеловать её кончики. — Мика, я позабочусь о тебе. Сейчас и навсегда. - Он прижался губами к внутренней стороне бедра, которое покоилось на его плечах, и начал оставлять засосы на фарфоровой коже. Любимый человек только непонимающе моргал, глядя на балдахин. — Ты хочешь обратить его, когда даже трахнуть нормально не можешь? - Рин окончательно потерял терпение. Он быстро забрался на кровать и дёрнул новорожденного за волосы. Йоичи, не желая покидать место, где они с Микой были связаны, среагировал достаточно быстро, чтобы встать на колени и притянуть безвольное тело человека к себе на колени. Рин устроился позади человека и просунул два пальца рядом с членом Йоичи. Это, кажется, возымело эффект. Когда Рин раздвинул его шире, Мика очнулся от своих мыслей и поднял руки к спине Йоичи, не зная, то ли инстинктивно потянуться за утешением к наименее угрожающему вампиру, то ли оставить на этом вампире десять кровавых отметин. Прежде чем он успел что-то решить, его грубо схватили за подбородок и запрокинули голову, чтобы встретиться с взглядом бирюзовых глаз, в которых пылала сила. — Не отвлекайся, — скомандовал Рин. Он не был из тех, кто потакает своим желаниям без необходимости, но сегодня он и так вёл себя не так, как обычно. Он вонзил клыки в тонкую шею, прямо над отвратительной синей розой, и впрыснул яд. Последовавший за этим вопль был пронзительным и крайне непристойным, а затем из лёгких Мики вышибло весь воздух, когда Рин одним жгучим, решительным толчком вошёл в него, попав прямо в самое чувствительное место. — И не падай на нас в обморок. Голова Рина была полностью затуманена возбуждением Йоичи, передававшимся по связи, — и его собственным возбуждением тоже. Он потерял счёт тому, сколько раз они трахали человека, кончая внутри него и заставляя его кончать на от их членов. Любого другого уже давно бы трахнули до потери сознания, но Мика не мог впасть в блаженное забытье или вернуться в свой разум из-за подчиняющего приказа Рина. Они делали это в самых разных позах, иногда вместе, иногда по очереди, а Саэ в изумлении наблюдала за ними — на кровати, у стены, на комоде и в кресле, на полу, прижав Мику щекой к ковру из звериных шкур, с высоко поднятыми бёдрами. В какой-то момент Йоичи обнаружил, что Мика реагирует ещё сильнее, когда его душат, и в полной мере воспользовался этим. Его руки сжимали полностью изуродованную шею в нужные моменты, всегда стараясь не прилагать слишком много усилий. В конце концов, у Йоичи закружилась голова от наркотика, и Рин поручили отвести обращённого в ванную и отдохнуть, потому что утро наступило раньше, чем они успели это осознать. Саэ был доволен тем, что провёл день, занимаясь всякой ерундой на своём планшете, бездельничая и время от времени бросая взгляды на спящую красавицу в своей постели, которой наконец-то разрешили отдохнуть после ухода Рин. Скука ожидания взяла над ним верх, и он всё-таки решил воспользоваться своей способностью. Взмахнув рукой, он создал бесчисленные крошечные белые кристаллики, сверкающие, как бриллианты, и эфемерные, как снег, которые закружились вокруг фигуры, лежащей на кровати. Они растворялись, коснувшись его кожи, исцеляя все раны и синяки, а также восстанавливая немного энергии. Ледяная магия Саэ была поистине универсальной и подходила лидеру самого престижного в мире ковена. Он был смертоносным в бою, но при этом мог исцелять. И действительно, вскоре голубые глаза, обрамлённые длинными ресницами, распахнулись. — Можешь не притворяться. — Саэ сразу перешëл к делу. — Я знаю, кто ты, Михаэль Кайзер, теневой ас «Бастарда Мюнхен». Сонная дымка в этих глазах очень быстро рассеялась, и к ним вернулась убийственная острота. Кайзер медленно приподнялся, осматривая исцеленное состояние своего тела, и сел, скрестив ноги, на край кровати. Его спина была прямой, а подбородок высокомерно вздернут, он не стыдился своей наготы перед высшим хищником. — Ты все это время знал? Так вот почему ты позволил своему брату и этому коротышке трахнуть меня? — Их желания меня не касаются, — отмахнулся он. — Я бы остановил их, если бы тебе это действительно не нравилось. Я не совсем монстр. Что касается твоего вопроса, у меня было предчувствие, когда я впервые тебя увидел, но я не был уверен, пока моё подчинение не прошло гораздо быстрее, чем я ожидал. Я могу думать только об одном человеке с таким уровнем сопротивления. Кайзер усмехнулся. — Ты не собираешься ссылаться на слухи? Я уверен, что ты их слышал — структура руководства «Бастарда Мюнхена» — загадка, но один из их главарей — чрезвычайно красивый человек. Люди знают его имя, но никто не знает, как он выглядит, потому что никто не выжил, чтобы рассказать об этом. — Я уверен, что у вас достаточно людей, которые ежедневно тешат ваше тщеславие. — Он задумчиво обдумывал новую информацию. — Бастарды могут удерживать позиции в этом городе, несмотря на то, что у них наименьшая боевая мощь... потому что вы позволяете им пить вашу кровь перед боем? — Нет, — Кайзер нахмурился, как будто был очень оскорблён. — Ты думаешь, они достойны? Они чуть ли не обделываются, когда я использую их для создания сопротивления. Если бы они узнали, кто я такой, они бы никогда не выпустили меня из виду. Чёрт, я бы не удивился, если бы они вживили мне микрочип, как чёртовому животному. — И ты думаешь, что я тебя отпущу, — тон Саэ был непроницаемым. — Скажи мне, что мешает мне стереть твой клан с лица земли и забрать тебя? Человек с кровью святого ценнее сотни солдат, особенно если я обращу тебя прямо сейчас и оставлю в своём распоряжении на всю вечность. — Ты бы не посмел. Он вопросительно приподнял бровь. — Я не знаю? Голубые глаза злобно прищурились, и бушующий в них шторм был настолько яростным, что любого другого человека заставил бы пошатнуться. — Принуди меня, и я разорву вашу жалкую организацию на части. Если не веришь мне, можешь попробовать. Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд, их взгляды были одинаково ледяными. — Я устал от пустой болтовни, — первым нарушил молчание Саэ, скучающим жестом отмахнувшись от него. — Ты ввязался в охоту, потому что это был единственный способ привлечь моё внимание, не подвергая других опасности. Чего ты хочешь? — Я действительно хочу, чтобы ты обратил меня. Но я не собираюсь менять свою принадлежность. Бастард Мюнхен и Ре Ал сохранят наш мир. — Что случилось с твоим отказом обратиться, несмотря на то, что ты водишься с вампирами? Кайзер замолчал и прикусил нижнюю губу, решая, что рассказать, а что скрыть. — Смягчающие обстоятельства, — наконец выдавил он. — Мне нужно кое-кого найти. Я думаю, что он в беде, и я не могу... положиться ни на кого другого. Мне нужна сила твоего рода, а вокруг нет никого сильнее тебя. Этот человек... однажды он спас мне жизнь...но не превратил бы меня в него. — Татуированная рука почесала шрам, скрытый под голубой розой. Саэ уже ожидал этого. — Тебе нужно, чтобы я тебя обратил, и тебе нужна моя сила. Почесывание усилилось. Очевидно, Кайзер не привык ни у кого просить одолжения. — Во Франции. — Это фракция, которой я подталкиваю своего брата к расширению. У нас определённо есть полезные… прекрати это! - Царапанье прекратилось, хотя это и не было приказом. — В любом случае, я понимаю, почему ты обратился ко мне, но что ты можешь дать взамен? — Уберсы, — уверенно ответил Кайзер. — Ты хочешь их уничтожить, и я тоже. Они посягают на твои территории в Италии. Ты, должно быть, видел, насколько ужасна была ситуация во время той поездки, которую ты совершил со своим братом и коротышкой. Ты не напал на них там, потому что такая крупномасштабная операция привлекла бы внимание ассоциации охотников на вампиров в Риме. Независимо от того, кто победит, они будут ослаблены и сразу же понесут тяжёлые потери от охотников. Саэ кивнул. Как он и думал, именно этот человек стоял за стратегиями Бастарда Мюнхена. — Так что ты предлагаешь? — Атакуйте их базу здесь. В прошлом все, кто пытался, шли за Лоренцо, но это ошибка. Их объединяет Оливер Айку. Убейте его, и вся их иерархия развалится. — Ты знаешь это, потому что у тебя есть шпионы. Кайзер сверкнул высокомерной улыбкой. — Не стоит недооценивать людей и их жажду мести. — Понятно, - промурлыкал он, чувствуя себя несколько просветленным. — У меня есть разведывательная, а у вашего клана — боевая мощь. Как только я вернусь из Франции, мы их уничтожим. Не беспокойтесь, что я нарушу своё слово, потому что я уже давно хочу смерти Лоренцо. Сделка имела смысл. Он ломал голову над тем, как уничтожить Уберс с минимальными потерями. Конечно, он вспомнил, как несколько неопытных членов нескольких ковенов были убиты самопровозглашённым асом-пожирателем. — У меня есть одно условие. Мы назначим дату нападения и проведём его независимо от того, найдёшь ли ты к тому времени человека, которого ищешь. — Хорошо. Я не собираюсь проигрывать, — легко согласился Кайзер. — У меня тоже есть условие. Если можно, я хочу пощадить Снаффи. Саэ почувствовал, как его брови взлетели вверх. — Ты что, совсем дурак или просто придурок? Ты хочешь пощадить хозяина после того, как мы уничтожим его клан? Думаешь, он это так оставит? — Я знаю, что это неразумно... но, судя по тому, что я слышал, он хороший человек. — Ты явно понятия не имеешь, кто такой древний мастер. — Разве ты не древний мастер? — Да, я знаю, и именно поэтому говорю вам, что это невозможно! - Саэ сделал глубокий вдох, в котором не было необходимости, и потёр виски. Он чувствовал, что у Кайзера были другие причины желать Снаффи добра. Либо это, либо то, что он никогда не был свидетелем полномасштабной войны между вампирами. — Если он попадёт к вам в руки, делайте с ним что хотите, но я не даю никаких гарантий от имени своего народа. Кайзер нахмурился, но кивнул, решив, что это лучшее, на что он может рассчитывать. — Договорились. — Договорились. — Теперь ты обратишь меня. — Прямо сейчас? — Если ты не можешь, и если сила создателя не повлияет на результат, как я предполагал, это может сделать твой брат. Кто угодно подойдёт. Только не этот коротышка — связь с ним свела бы меня с ума. Этот человек был полон сюрпризов. — Я сделаю это, — заявил он, вставая с кресла и подходя к кровати. Глаза Кайзера слегка расширились, и он приготовился попрощаться со своей смертной оболочкой. — Имеет ли значение создатель? — И да, и нет — это сложно, и я не буду утомлять тебя полным объяснением. - По правде говоря, ему было лень это делать. — У тебя очень хорошая совместимость с Йоичи, но если ты хочешь добиться экспоненциального роста в краткосрочной перспективе, то такой древний мастер, как я, — лучший вариант. - Не теряя времени, он откинул светлые волосы и наклонился. Вампир со святой кровью — в истории их было всего несколько, и каждый из них был окутан ещё большей тайной, чем предыдущий. Саэ впервые за несколько столетий почувствовал волнение. Судя по внешности, Кайзер, без сомнения, обладал мощным обаянием, но Саэ был уверен, что дело не только в этом — возможно, у него также была редкая стихийная способность, как у него и Рин? — Не жалей об этом, — сказал он, не в силах удержаться и сделав несколько глубоких вдохов этого пьянящего аромата. — Я никогда ни о чем не жалею. Длинные клыки вонзились в плоть, и началось рождение нового вампира, а Кайзер всё смеялся и смеялся.