Ебанутая жизнь Альбертушки

Месопотамия, ледовое побоище, август 2099 года.

В кабинете психиатра сидит юноша по имени Альберт Вандербум, которому семнадцать лет. Это обычный приём для него. Альберт рассказывает доктору о своей непростой жизни:

— Меня ненавидит вся семья, даже собака отца не хочет со мной общаться — заканчивает он свой рассказ.

—Ясно. Кажется, у вас социопатия, расстройство аутистического спектра, бешенство, сколиоз и гетеросексуальность, — говорит врач, лица которого не видно из-за ширмы.

— Это смертельно? — спрашивает Альберт, надеясь услышать мудрый совет.

— Насчет бешенства не думаю, а вот над последним стоит задуматься, — отвечает врач.

— И что делать с этим? — интересуется Альберт.

— Хз, прозака там попей с водичкой, может, друзей найдёшь. — выдаёт голос за ширмой умную мысль.

— Ну ахуеть теперь… — отвечает Альберт досадным голосом.

—...

— Всё, иди отсюда, у меня ещё дела. — говорит психиатр голосом, больше похожим на карканье вороны, и начинает шуршать какими-то бумагами за ширмой.

Альберт выходит из кабинета и оглядывается вокруг. Он понимает, что его жизнь — полная хуета и театр абсурда.

«Найти друзей…» — повторяет про себя Альберт и задумывается.

Его брат Самуэль, который и довёл Альберта в первую очередь, сидит за компьютером и пишет гадалке из инсты с одним очень важным вопросом:

— Ну так скоро я там стану миллионером? — спрашивает он, интересуясь.

— хз, ща переводи мне на счёт 60 тысяч гривен, и посмотрим.

Он, не долго думая, (Он вообще долго не думает, ведь с таким у мальчика серьёзные проблемы) открывает в телефоне приложение банка и переводит свои сбережения гадалке. Ну блин, она ведь рыжая, значит точно ведьма.

Ой, блин, у меня что-то впн отключается, — говорит гадалка сразу после того, как Самуэль перевёл деньги.

Парень вздыхает и смотрит в окно, видя, как возвращается его братец Альбертушка от психиатра. Можно было бы позвать сестру и тепло встретить брата, сыграв Альбертом в футбол, но Самуэль решает ещё подождать, пока ответит та гадалка, ну которая вот точно не такая как другие и точно не обманет.

Их сестра Эмма, которая поливала цветы на окне, тоже, к сожалению, видит, как это чмо прется домой. Она тяжело вздыхает и шепчет себе под нос.

— Нахуй он нам вообще нужен, только деньги на него тратим и на его бесполезного психиатра. Хорошо, что Самуэль хоть нормальный... -С этими словами она продолжает поливать цветы, просто делая вид, что она его не видела.

«Блин, надо незаметно зайти», — думает Альберт и медленно распахивает дверь. Юнец открывает дверь с характерным скрипом, после чего падает вешалка на стене около двери с таким грохотом, что даже глухая соседка без слухового аппарата это услышала бы. И это он еще тихо зашел. Но вот что как обычно, так это, что даже собаке было похуй, что он пришёл.

Юный Вандербум идёт в свою комнату, где были завешены шторы, снимая с себя маску, он садится на кровать, где спала та самая собака, с которой он в ссоре уже три дня. Вдруг он слышит грохот посуды и крик матери.

— Эй, спермотоксикозник, сделай хоть что-то полезное в своей жизни и проверь почту.

— Та блин, мама, я только пришёл…- Альберт берёт собачий корм из-под кровати и начинает грызть, представляя, что это сухарики, но вдруг псина проснулась и пытается отобрать вкусняшку.

—Та, блять, тебе есть не обязательно даже, ты бессмертная, буквально…!! — кричит Альберт собаке и отбирает у неё еду, после чего продолжает лежать на кровати и грызть обслюнявливый собакой корм в виде косточки.

— Я тебе говорю, почту проверь, а то месяц без компьютера! — снова кричит Мэри из комнаты.

А затем Альберт подскакивает, будто у него петарда в жопе, ведь как же он будет читать теории заговора про западных шпионов в вк?...Затем он в мраке подходит к зеркалу и, любуясь собой и представляя себя в фильме или эдите, пару секунд думает: «Блин, какой же я крутой, я такой загадочный…» затем его лицо немного меняется. «Я такое чмо…».

Потом его вырывает лай собаки из мыслей. Альб бежит в замедленной съёмке, попутно напяливая маску, будто он в боевике, а позади него взрывы. Как только наш герой добегает до почтового ящика, он глубоко дышит и, запыхавшись, Альбертушка открывает ящик и смотрит на бумажки там.

Он перебирает какие-то письма от одноклассников с пожеланиями смерти, повестки в армию. Среди всего прочего хлама его взгляд привлекает брошура-приглашение.

Альберт смотрит на эту открытку и читает, что там написано. "Рыбалка и ментальное здоровье".

Парень глубоко задумывается: «Сутенеры какие-то, что ли?», поэтому решает положить это к себе в карман, чтобы можно было воспользоваться моментом и подкинуть Самуэлю, вдруг случится чудо и он сможет от него избавиться? Он берет какие-то налоговые квитанции и несёт их в дом к маме.

Мэри по-прежнему готовит что-то, что должно было быть рисом, и оттуда валит какой-то черный дым.

Вандербум максимально тихо на цыпочках заходит на кухню, пока Мэри поет "Аве Мария". Альберт кладет квитанцию возле нее и убегает, даже не замечая, что у него вылетает брошура из кармана.

Мэри закончила готовить адское варево и видит перед собой бумажку, берёт ее в руки, а затем хватается за сердце, видя счет за коммуналку.

Чуть позже Эмма сидит в своей комнате и думает, чем бы еще веселым заняться, и смотрит на люстру. Из мыслей ее вырывают истошные крики Мэри. Девушка бежит на кухню чтобы посмотреть, что произошло, а затем видит еще в проходе на кухню спины Альберта и Самуэля. Она встает вместе с ними, и все трое переглядываются.

— Дорогие Самуэль, Эмма и Альберт, где наши последние двадцать косарей? — спрашивает Мэри у детей, держа ту самую брошуру в руке. Тут не хватало только замедленного голоса и эффектов из капкута.

Тройняшки снова переглядываются, а Самуэль начинает заметно нервничать. Эмма смотрит то на Самуэля, то на Альберта. «Блин, ну Самуэль же нормальный вроде, но не он же, верно? Значит, наверное, Альберт», — думает девушка и смотрит на Альбертушку.

Ее браток тоже не промах и начал взглядом указывать на Альберта. Мэри бомбит еще больше от этого, и она издаёт какой-то драконий рык.

— Вы меня заебали. Сегодня все отправляетесь... —говорит Мэри и после этого снова под нос читает, что написано в брошуре. —Вооооон туда. — говорит Мэри, понимая, что из таких мест обычно люди не возвращаются. Ведь если их отвезти куда-нибудь в лес есть шанс, что они по запаху найдут дорогу.

— Я из-за этих балбесов должна страдать?!— Возмущается Эмма.

— Да мне плевать, кто из вас спустил деньги!!

— Я никуда не еду. —Твердо заявила Эмма, а Самуэль ей кивнул.

И вот они уже едут в такси. Эмма сидела на заднем сиденье, рядом с ней сидел Самуэль привязанный тремя ремнями к сидению, а Альберт недовольно просовался между креслами, сидя в багажнике.

«Нас точно везут на убой» — думал Альберт, сидя в багаже и смотря на Эмму.

Эмма же задумчиво смотрела в окно, а затем перевела взгляд на Альбертушку, и их глаза встретились. Она жестом пригрозила парню, и тот отвернулся.

Альберт развернулся спиной и думал о чем-то своем, опустив голову в пол, пока его не вырывает из мыслей злой голос Эммы больше похожий на рычание, прямо как у Мэри.

— Где наши деньги, тварь...— Она выглядела так, будто хочет наброситься на Альберта, хотя странно, что она не спросила это сразу.

Альберт поднимает голову и смотрит на сестру. Он что-то хотел сказать, но вдруг в диалог еще врывается Самуэль.

— Все бабло на психиатров всяких спустил. —Говорит брат Альберта затыкая его нахуй.

Альберт решает доказать, что это не так и сжимает яйца в кулак, после чего расжимает их, и проглатывает эти наезды просто отвернувшись, потому что он палитра тупая.

Ну может все не так уж и плохо, ведь может лучше просто чтобы их пустили на органы, чем им будут играть родные сиблинги в баскетбол каждый день.

С подобными мыслями он засыпает свернувшись в клубок в багажнике машины.

В этот момент ему снятся флешбеки из детства:

Мелкий Альберт весь синий кое-как на трясущихся ногах держит трубу, которая была размером с него и дует из последних сил, хрипит. Дрожа то ли из-за веса инструмента, то ли из-за того, что сзади него стоит Мэри с веником готовая убить, если он сейчас же начнет нормально играть.

Внезапно автомобиль врезается в дерево, и после этого всё происходит как в тумане.

Альберт резко открыл глаза и, тяжело дыша, поднялся. Он обнаружил, что находится где-то на ачинско-красноярской трассе в лесополосе. Он пытается отдышаться и сообразить, что, вашу ж мать, произошло. Смотря по сторонам, он видит таких же растерянных Самуэля и Эмму.

Эмма тоже хочет спросить, какого хуя, но Самуэль начинает визжать, как свинья, из-за чего та закрывает ему рот рукой.

— Какого вообще хуя? — спрашивает Эмма, все еще затыкая своего брата, который на грани нервного срыва.

— Почему ты считаешь, что я должен это знать? — отвечает Альберт, не понимая, что она в данный момент от него хочет.

А вообще, конечно, блять, чего они вообще хотели, в Месопотамии же не было такси, лол.

Тогда Эмма сама становится на грани срыва от злости. Получается, что мало того, что из-за этого пидораса они оказались здесь (чисто по рассуждениям самой Эммы), так он еще так разговаривает с ней? Она настолько от злости сжимает Самуэля, что тот запищал.

Юные Вандербумы осматриваются, и к ним приходит осознание. Получается единственный путь — это лес.

— Ну, похоже, только туда... — говорит Альберт, указывая прямо на лес.

Самуэля это не устраивает, но поскольку его рот все еще закрыт рукой Эммы, он начинает мычать, а девушка еще плотнее прижимает руку, но через несколько мгновений она вынуждена ее убрать с криком...

— Ты что, мою руку обслюнявил?! — говорит Эмма, брезгливо вытирая руку о шарф.

Самуюэль пользуется случаем и выскакивает из хватки Эммы.

— Эээ, блядь, ну так нельзя, давайте попробуем там попутку поймать. Я слышал, что если ты потерялся, то надо находиться на одном месте. — говорит встревоженно Самуэльчик.

— Идиот, ты видел, чтобы здесь прошла хотя бы одна машина?! — предъявляет девушка своему не очень умному брату.

— Ну так, конечно, из Ачинска просто еще никто не выбирался, и в здравом уме туда никто не поедет. — говорит Альберт после чего стоит еще несколько секунд, глядя на брата и сестру, после чего разворачивается, не говоря больше ни слова, и идет в лес.

— Эээ, а как же Руслан Тушенцов, например... — сказал Самуэль, смотря в сторону Альберта, но тот его уже не слышал.

— Э, куда пошел! — крикнула ему Эмма, но Самуюэль кладет руку ей на плечо, останавливая ее, и говорит:

— Да не парься, пусть он первый идет, его не жалко, если что.

Эмма вздыхает и не может не согласиться, после чего они оба идут вместе за своими братом.

В лесу было страшно, и вообще там были березы. Но даже несмотря на такое, наши герои продолжают путь, пока Эмме что-то не послышалось.

— Тихо. Вы слышите?? — говорит она, и останавливаясь, а за ней и братья прекращают двигаться.

Они переглядываются, пытаясь не двигаться, затем под ногой Самуэля хрустнула ветка. Они все завизжали, причем Самуэль больше всех, и побежали куда глаза глядят.

Затем Альберт спотыкается о собственную ногу и падает на землю. Эмма, запнувшись об Альберта, тоже оказывается на земле, а на них сверху падает Самуэль, окончательно добивая.

Вдруг из темноты они видят человеческое очертание и стук копыт. Неужто бес пришел по их душу...

Стук копыт становится громче, и силуэт приближается. Все трое мысленно попрощались с жизнью.

«Ну хоть как-то эти страдания должны были закончиться» — думал Альберт.

«Альберт ебалай...» — думала Эмма.

А Самуэль думать не умел.

— Пр, купи коня. — с этими словами силуэт превращается в девушку с рыжими волосами, похожую на цыганку. Хотя, ну почему же похожую, она и есть цыганка.

— Ида?... — ошарашено спрашивает Самуэль.

—Ты ее знаешь?... — спросила Эмма, приподняв одну бровь.

- Ээ-э... Да, я. А ты как там тебя, блин... — отвечает Самуэлю Ида, игнорируя Эмму.

– Это я, Самуэль_про_2004 из инсты!!

— А точно... Ты... — Говорит Ида отводя взгляд от Самуэля немного стыдясь этого барана.

Вдруг до Эммы что-то начинает доходить, и она с подозрением, скрестив руки, смотрит на брата. А Ида отводя взгляд от Самуэля — очередного лоха, которого она так нагло кинула на деньги, и ведь не стыдно. Стыдно было разве что за самого Самуэля.

Когда девушки встретились взглядом, Ида подумала, что сейчас ей пизда, и была почти права. Пизда была не ей.

– Ой, Идочка, я тут со своей сестренкой и этим как его там... Нас матушка выгнала из дома, и у нас это, ну, брошура там какая-то, и вот нас туда мама отправила...

«Сука, че он несет» — думает Ида, но ничего не говорит.

—А че там по раскладу то? — Спрашивает Самуэль у гадалки.

Эмма резко повернулась к нему. В ее взгляде не хватало лишь лазеров из глаз в капкуте. Она все поняла. Вся в мать. Самуэль сразу же понял, какую фатальную ошибку он совершил и лишь тихо пропищал —Ой...

—Ээээ, у тебя там оплата не прошла. - говорит Ида на отъебись, думая, что этого петуха она точно больше не увидит.

Она безразлично смотрит на свои ногти за секунду до того как Эмма говорит – Пизда тебе, урод. — последнее, что говорит девушка, прежде чем содрать ремень с своих брюк и побежать за этим пиздаболом сбивая Иду с ног.

Альберт остался один на один с Идой. Ида неловко поднимается с земли, пока Вандербум стоит солдатиком боясь лишний раз пошевелиться. Вопрос был лишь в том, кто из них первый не выдержит контакт с противоположным полом и убежит в слезах.

В итоге, чего и следовало ожидать, Альберт не выдержал контакта с женщиной, даже зрительного и решил спасаться бедствием.

Рейцигер всплеснула руками, и похоже ей ничего не оставалось, кроме как продолжить свой путь. А что она тут вообще делала? Это уже и неважно Но мысль о том, что она может еще и разводить людей на острове на деньги ее заводила. Она просто берет своего верного коня, что она была готова продать за 200 гривен семь минут назад, и тащит его за ними.

Как итог Самуэль опять падает в грязь как законченная свинья. Эмма бежит за ним, и как только догоняет бедного Вандербума, замирает. Через пару секунд подбегают Ида и Альберт. Все четверо раскрыв рот смотрят на серое озеро в тумане и с чёрными оголёнными деревьями, ну это вообще хуйня, учитывая, что там плывет чувак на лодке с веслом в одежде чумного доктора. «Блять, че за хуйня» —подумали все четверо.

Человек указывает пальцем по середине, прямо на Самуэля. Трое остальных вопросительно смотрят на него, а затем Самуэль смотрит на человека в ответ и тоже вопросительно указывает на себя большим пальцем, спрашивая жестом: "Я что ли?".

Вдруг мужчина неожиданно для всех начинает громко кашлять и хвататься за горло. — Ой бля... Кхе-кхе... — По звукам он сейчас был готов выкашлять легкие, отчего маска слетела. И вдруг под маской оказывается... Андрей Малахов!!

Альберт попятился назад, чуть не врезавшись спиной в девушек, он хотел закричать, но слова от ужаса застряли в горле. Зато Самуэль уже вопил во всю, как последняя свинота, что было для него обычно.

— Здравствуйте, дорогие телезрители! — Но Малахов, к счастью, не успевает закончить фразу, поскольку в него прилетает одно из весел. Андрей Малахов падает на землю, и они видят героя, что ебнул Малахова.

А нет, блять, это не герой. Это всего лишь какой-то чувак, похожий на седого Гитлера.

Все четверо смотрят в таком же ужасе, как и на Малахова, а Самуэль опять визжит, как свинья, и вопит, как ишак, пока Эмма сзади не закрывает ему вновь рот ладошкой.

— Блять, и че вас так много? — Взрослый мужчина озабоченно чешет затылок, ведь не предусмотрел, что их в лодке шестеро, не считая лошади (Самуэль просто считается за двоих).

Дети же вообще не понимали, кто это и что происходит. Альберт же вспоминает о брошуре, и в его мозгах начинает работать серое вещество. Он ахнул. Но нихуя все равно не понял.

— Блять, ало, я ваш этот... Проводник на холо... Курорт. Обычно меня зовут Николас, но вы можете назвать меня секс-символом Америки. — Загадочный (ну для них) мужчина мнет свои долбаебские усы.

— Ты зусім дэбил? — спрашивает Ида на белорусском чисто потому что да.

Николас не знал других языков, но не хотел показаться дебилом, поэтому просто кивнул, чтобы показаться им вежливым.

После этого Эмма уже не выдержала и, оттолкнув парней в сторону, первая села в лодку, после чего Самуэль последовал ее примеру. Альберт же не хотел садиться в лодку, но будто бы у него вообще есть выбор и его кто-то спрашивал, че он там хочет.

Ида начинает заводить коня на лодку, но конь начинает сопротивляться, но она упрямо продолжает его тянуть в лодку.

Николас просто не выдержал и, скрипя зубами, говорит:

— Девушка, оставьте этого коня, он явно не для этой лодки.

В смысле... Так вот же тут как раз места. Для этого долговязого, свиноты, белобрысой и меня с конём.

Эйландер уже был готов начать орать просто и отбирать уздечку лошади, но его сдерживала мысль о том, что ему нужно вести себя достойно, дабы не спугнуть жертв.

— Девушка, вы немного не учли меня... — сказал Николас, пытаясь выдавить из себя улыбку.

Да ниче, мы без проводника как-нибудь справимся. — сказала Рейцигер, очень медленно и аккуратно заводя коня в лодку, которая шаталась и была готова перевернуться в любой момент.

— Нет, ну это же моя лодка...

— Ах да, точно. Ну ладно, придётся тебе, видимо, где-нибудь на полу в ногах полежать.

— Что? Извините, но это уже возмутительно!

И вот они уже плывут в лодке, а Николас в ахуе лежит где-то у копыт коня головой.

Вся лодка трещала по швам и была готова, кажется, разлететься в щепки в какой-то момент. Даже не понятно, от чего больше — от коня или Самуэля.

И всех устраивало сидеть в тишине, но вот приспичило прям нашему Самуэлю начать диалог, вот прям нужно было сморозить че-нить.

— Ида, я тут со своей сестрой и ошибкой природы, и мы вот это, нас из дома выгнали, вот... Даже не знаю почему...?? Ну и вот...

Спасибо, я догадывалась. — ответила Ида нейтральным голосом.

Мне кажется, такое лучше не рассказывать чувихам, что предлагают людям в лесу купить коня... — Влезает в разговор Альберт, который просто как еблан с открытым ртом смотрел на Рейцигер все это время.

Альберт, завали ебало, сыну старой шлюхи слово не давали. — Говорит Эмма, а затем уже обращается к Самуэлю. — Ты же понимаешь, что такое лучше не рассказывать встречной малознакомой даме в лесу... — говорит девушка, скрестив руки и приподняв одну бровь, рассматривая эту Иду.

Вдруг Ида неожиданно подмигивает Эмме, и та смущённо отворачивается. «И че это было?» — задумалась Эмма после этого неловкого подмигивания.

Вдруг Альберт вспоминает, что ему психотерапевт советовал найти друзей и попробовать пообщаться с реальной девушкой, а не наяривать в свои семнадцать на какое-нибудь "Бесконечное лето". Хотя это уже угнетение — играть в подобные новеллы стыдно в любом возрасте, а не только семнадцатилеткам.

В общем, он повернулся к рыжей и очень тяжело вздохнув, будто бы сейчас ему придётся рассказывать какую-то травмирующую историю и у него одномерно рак горла и мозга.

— Привет, я...

Вдруг он получает по башке веслом от Николоса.

—Не лезь к ней, извращенец. — говорит Николас, который кое-как перед этим вылез из-под ебучий лошади и забрал весло Эммы, которая все это время одна тащила их всех в соло.

Ида лишь закатила глаза, понимая, что от нее сегодня, видимо, не отъебутся. Как только Альберт получит по башке, Самуэль сразу же придвинулся к ней и начал о чем-то мямлить.

Первый контакт Альберта с женщиной не удался, но юный Вандербум, подняв голову, увидел, что они приплыли, и ему стало похуй через 10 секунд на ту унизительную ситуацию, ибо у него интеллект трёхлетнего ребёнка, а в этом возрасте кратковременная память еще плохо формулируется.

Как хорошо, что они смогли нормально доплыть без происшествий. Но не успел Николас подплыть достаточно близко, как Самуэль завопил:

— Ураааа, мы приплыли! Мы приплыли— И с этими словами он побежал из конца лодки поближе к краю, чтобы первым выбежать, и сразу после этого лодка не выдержала и перевернулась нахуй, а всех пассажиров вместе с лошадью выкинуло на берег катапультой, а Самуэль падает в воду.

Тут же он выходит из воды, куда он упал, и недовольно хрюкает.

Альберт падает головой в песок и как только поднимает голову, видит, как его сестра тоже отряхивается и кашляет, сплёвывая ебучий песок.

Вдруг из кустов откуда-то из глуби острова выходит бледный шатающийся рыжий мальчик.

— О Господи... — единственное, что говорит Эмма, прежде чем отойти в сторону, прежде чем пацан столкнется с ней.

Альберт не успевает сообразить, как рыжий чувак в шляпе падает прямо на него.

— Дэвид, хватит портить репутацию нашей семьи перед гостями. — говорит презрительно Николас, смотря на бедного парня, который теперь валялся на Альберте.

Дэвид лишь приподнимает голову и говорит хриплым голосом:

— Отец, я не ел двое суток... У меня сахар в крови упал до критической отметки, умоляю...

Все удивлённо смотрят на Дэвида, а Альберт боится вообще предпринимать какие-либо действия.

— Ой, да не пизди. — говорит сначала Николас отмахиваясь, а затем более громко обращаясь ко всем говорит: — Не обращайте внимания. Это мой младший сын, он умственно неполноценный и любит клянчить сладкое под подобным предлогом.

И все, кроме Альба, ушли дальше. Но не потому, что они поверили, а потому что им просто было похуй.

Альберт же сердито посмотрел на Эйландера и, столкнув его себя, встал.

Он хотел что-то сказать парню, но вспомнил его слова о низком уровне сахара в крови, а затем Вандербум вспомнил, что у него есть та самая раздавленная конфета с позапрошлого Нового года, которую он спиздил в гостях у какой-то тети Маши. Он тянет руку в карман и, нащупав заветную конфету, протягивает ее в руке к Дэвиду. И когда Эйландер ее почти взял своей дрожащей рукой, ее резко перехватывает какая-то жирная смачная рука.

— Дядя Джеральд, отдай... — говорит Дэвид, пытаясь взять конфету обратно, что было, конечно же, бесполезно.

— Сорян, малой, но детям сладкое вредно будет. — говорит пузатый ебанат, кидая фантик к Дэвиду и сжирая конфету на его глазах. Причём с таким удовольствием и чавкая, будто, смотря на страдание Дэвида, эта приторная конфета становится еще слаще.

Альберт стоит просто ахуе, опомнившись уже поздно, просто хмурится, ибо не хочет влезать к семейное дело, хоть и чувствовал вину в какой-то степени, и идет к остальным ребятам, которым что-то вещал Николас.

— И вот, как видите, тут плохо с инфраструктурой, и привычного магнита и пятерочки вы не найдете, поэтому я буду зажаривать каждого из вас. Не переживайте, перед этим еще будет легкое сексуальное и психологическое насилие. — Заканчивал уже свой монолог Николас.

Рядом с обычной компанией из Иды, Самуэля (с которого к слову говоря, все ещё капала вода) и Эммы он еще обнаруживает двух подростков, которые, судя по всему, жили здесь.

Рыжий парень, что повыше, закатывает глаза, тяжело вздыхает, а девушка рядом, судя по всему слепая, просто стоит с каменным лицом.

Альберту решает попытать удачу второй раз и попытаться выйти на контакт с местной фауной.

— Ты брат Дэвида?? — спрашивает Вандербум, указывая взглядом на светло-рыжего парня.

— Ну да, а что? Он опять засовывает инородные предметы в свои штаны?

— Не-не-не, я понимаю, тяжело, когда у тебя брат с отклонениями... — говорит Альберт грустно, переводя взгляд на Самуэля в мокрой одежде.

— Что? Он абсолютно здоровый человек, не считая гипогликемии. — Говорит юноша, досадно прикусывая губу.

— Но порой я сомневаюсь в его развитии, — вмешивается в разговор Элизабет, все еще смотря куда-то в сторону.

— Оу... — и почти сразу же Альберт жалеет, что начал диалог.

— Яков и Элизабет, и вы туда! Я вам говорил же не отпугивать наших посетителей!... — Злобно крикнул Николас, будто бы еще больше разочаровался в детях.

Альберта же сделал пару шагов от них и неловко отвернулся.

— А где, кстати, Дэвид? — спросил парень, которого, видимо, зовут Яков.

Вандербум лишь молча развернулся и указал к берегу, где была лодка и лежал Дэвид без сознания.

— О боже мой... — сказал Яков, прежде чем устало потереть лицо и подойти к Дэвиду. Альберт же совсем растерялся, но ему было стыдно, что он так оставил бедолагу, так что подошел тоже к нему.

Яков цокнул оценивая состояние брата и видно такая ситуация была не впервой.

Парень опускается на колени и начинает пытаться поднять брата, а Вандербум скромно стоял в стороне, до того момента как Яков подошел отдавая тушку без сознания Альбу.

—Что? —спрашивает Альберт.

—Тащи его. Я пока что-нибудь придумаю.

—Куда? Почему я?

—Я сказал тащи его в хату! — уже заорал в голос Яков.

И вот Вандербум остаётся как обычно без выбора и идёт в закат с Эйландером на руках, держа его как невесту, пытаясь понять правильно ли они вообще идут и где остальные. Уже стемнело и было хуй понять — изба там или самолет.

Он подходит ближе, и видит обосанную полузаброшенную избу больше похожую на сарай.

Альберт героически открывает ногой дверь и бросает Дэвида на кровать. И щас мог бы быть, то ли поцелуй белоснежнежки и принца, то ли поцелуй дементора. Но эту атмосферу Тильзитского мира прерывает истошный кашель похожий на турбину самолета по звуку. Альберт от страха отскочил и упал в шкаф, после чего эта шуфлядка упала и закрылась.

Вандербум подумал, что стоит хоть раз в жизни представиться, ни как соблюдающий целибат по неволе, а как ну четкий ровный пацанчикч ну такой чисто свой.

—Встань, сын! — говорит какая-та пожилая женщина, подходя ближе и вытянув руку.

Альберт поднимается сложив руки на груди, из шкафа, что был похож на гроб. Ну то есть как вампир из клишированных фильмов.

—Я..я Вождь!! — говорит он расправляя плечи. А ведь в голове Вандербума это выглядело круто.

Вдруг Дэвид приоткрыл глаза и первое, что он слышит это слова Альберта.

—П-поднебесный?...— Говорит Эйландер смотря на размытый силуэт.

—Тьфу! Нам будто бы без тебя мало было пидарасов...— говорит бабка, после чего добавляет до уточнения —Тебя ведь Николас привел?

—Ну да... — сказал Альберт вставая в свою привычную позу — будто его щас отхуярят ногами, а затем смотрит на Дэвида который уже начал приходить в сознание.

—Меня можешь называть миссис Маргарет, или просто милфочка. – сказала она.

Вандербум ради своей же безопасности решил проигнорировать второй вариант, после чего вернулся к Дэвиду.

Он хотел спросить что-нибудь у Эйландера, но его бабушка в углу сильно смущала, поэтому просто кивает, пытаясь спросить жестом все ли в порядке.

—Есть хочется... — говорит Дэвид скрестив руки и поворачиваясь в сторону окна, где видит, как Николас вместе с гостями идет в сторону избы, после чего опять притворяется полусдохшым.

Альберт же был в недоумении с этих действий, но не успев спросить в дом заходит Николас и орда состоящее из Самуэля, все еще в мокрой одежде, Эмме у которой был измотанный вид, Якова который скрестив руки смотрит на Альберта и Дэвида, Иду которая пытается завести коня внутрь, и Элизабет, которая стоит будто АФК.

—...И вот, вечер в хату как говорится, дамы и господа. - все еще чето говорит Николас, а потом обрывается видя Альберта и Дэвида. —А, аборт, снова привет. - После чего Николас продолжает трещать.

Но Николаса обрывает Маргарет дая ему подзатыльник.

—Да блин, мам!

—Я же тебе говорила, брать трубку когда я звоню! И кто мне теперь купит чернослив для салата?! — Миссис Эйландер хватает его за ухо и начинает отчитывать.

—Я могу купить чернослив...—говорит Альберт скромно сидя на кровати.

—Нет! Не вздумай покидать остров, мразь!!

Вдруг Альберт в недоумении посмотрел на седого, а остальные гости переглянулись. Повисла неловкая, очень едкая тишина. Даже лошадь Иды перестала брыкаться и замерла.

—В смысле... Не покидайте остров до окончания курорта, пожалуйста, я несу за вас ответственность.

После этого остальные Эйландеры выдохнули от облегчения.

Альберт же просто почувствовал себя еще больше как еблан.

И вот уже солнце село и дело готовилось ко сну. Но вот хата была двухкомнатная с поэтому неясно было как их уложить, поскольку Николас не рассчитывал, что желающих отправится на костер будет так много.

—Так, перетаскивайте Дэвида отсюда, кто разрешил этому чмошнику спать в моей кровати. — возмутился Николас, что в его кровать положили какого-то грязного уебка без сознания, вроде его собственного сына.

И Альберт знал, что по-любому именно ему придётся взять его поэтому берет под руки Дэвида, который уже минут семь как прикидывается без сознания. Но не ожиданно на помощь приходит Яков и берет своего младшего брата за ноги, помогая перетащить его.

—Тащите его в погреб, там есть матрас подходящий для него. — говорит Николас отмкзиваясь, поскольку его скорее заинтересовали Самуэль и Ида.

—А мне что делать? — спросил Самуэль, и Николас повернулся к нему.

—А ты, ты для начала переоденься. Пойдём, я дам тебе сухую одежду, а потом найдем Иду. — говорит Николас и отводит Самуэльку.

Тем временем Ида смирилась, что лошадь не поместиться в избу которая сама была как две с половиной таких лошадей, поэтому сидела на заднем дворе плача обнимая коня. Ну прям Ницше и лошадь.

—Прости, лошадка...— Говорит Ида поглаживая гриву.

Она даже не замечает, как к ней подходит Самуэль теперь одетый как выпускник в девятом классе.

—Ида, вот ты, пойдем.— говорит Вандербум протягивая ей руку.

—Я останусь тут, я не брошу его...— говорит Рейцигер, все еще отчаянно цепляясь за лошадь.

—Ида... — Самуэль дёргает ее за рукав одежды.

Все же этот цирк не мог долго продолжаться, поэтому она подалась Самуэлю и он отвел ее в дом, пока она шла опустив голову, прежде чем в последний раз увидеть свое животное.

Альберт и Яков наконец-то дотащили Дэвида до матраса, и он сразу же поднял голову.

—Фух... — сразу же поднял голову Дэвид и начал глубоко дышать.

—И давно ты притворялся без сознания, дабы избежать ругани отца? — напрямую спросил Яков. Он выглядел так, будто хочет его отчитать, но это было не так.

—Ну как вы зашли в избу. — честно отвечает Дэвид.

Альберт же не знает, стоит ли ему отвернуться, пока братья выясняют отношения.

—Так, урожинец — говорит Яков явно обращаюсь к Альбу. —Ты это, ну красава, что братка моего дотащил еще и не выдал, спасибо кароч. Как там тебя зовут?

—Альберт.

—Альберт? Еб твою мать, что ж тебя так родители не взлюбили. Вообщем спасибо, Альберт.

Вандербум ничего не ответил на этот счет, просто отвернул голову. И Яков тоже ничего больше не сказал по этому поводу.

—Ах, да, братишка, я тебе покушать принес! — говорит старший и достает и кармана какую-то полугнившую картошку.

Дэвид сразу же ее начинает уплетать, и вот теперь явно Альберту стоит отвернуться.

Вдруг в этот подвал секса заходит Николас и начинает диктовать действия.

— Так, догловязый, ты спишь тут, матрас большой, места хватит. Яков, ты спишь в кладовки.

—Да блин, опять его в кладовку - жалуется Дэвид с набитым ртом, пытаясь параллельно проглотить картошку, молясь, чтобы Николас ничего не увидел.

—Ты вообще молчи, у тебя вон, целый погреб, а твой дядя вообще под лавочкой спит!

—Ну еб твою мать. — говорит Яков, но особо не сопротивляется.

Затем Николас уводит Якова придерживая за плечо.

—Присмотри за Дэвидом... — последний раз поворачивается Яков, пока его ведут как на расстрел.

И вот все легли спать, ну кроме Альберта. Альберт лежит в сыром погребе на обоссаном матрасе за два косаря, пока Дэвид во сне ебал его ногу по кроличьи. —Нет, это не может продолжаться! —говорит Альберт сам себе и толкает Эйландера. —Прекрати ебать мою ногу. - Говорит он уже Дэвиду. —А? Что? —Прекрати совокупляться с моей ногой. —Ох, еб твою, прости, такое больше не повторится. — говорит Эйландер и тут же опять моментально засыпает. Вандербум тоже закрывает глаза наконец-то засыпая и обдумывая все, что произошло с ним. Эта все просто ужасно. Но из мыслей его выбивает Эйландер теперь ебущий все также, только теперь подушку. —Еб твою мать, в чем твоя проблема. — говорить Альберт и не выдерживая этого, кидает в него свою подушку, после чего сваливается с матраса и остается лежать на полу возле него, ибо встать уже было лень. И всем приснился прекрасный сон, про то как Самуэль целуется с Сергеем Зверева. А может это был и не сон.