🖤 Истинная Бесстрашная🖤

~Не всегда плохой путь – провал

И не всегда хороший путь – предел мечтаний~

Пять фракции.

Три сестры.

Один путь.

У вас было чувство, что сидишь себе такой и задумываешься о будущем? Сейчас у меня так! От многих мыслей и от одного решения мы меняем свою жизнь, также влияя и на тех, кто рядом с собой. Давным давно на весь мир обрушились плохие времена, была жестокая борьба и не одна из сторон не осталась без ущерба. Теперь города и здании разрушены, некоторые наполовину, остальные почти что целы, но не отменяет того факта, что за этим последуют последствия, что и произошло с нами. Над Чикаго возвели стену среди пустынь, чтобы защищать наши города от внешнего мира за стеной. Говоря об последствия, люди разделены на пять фракции, а именно: Эрудиция, Дружелюбия, Искренность, Отречение и Бесстрашие. Эрудиты мозговидные, но в большинства дотошные ребята в строгих синих костюмах. Они умники, которые работают в медицине, учителями, увлекаются науками и веществами как новые гаджеты и всё что связано с интернетом. Дружелюбные весь день находятся под солнцем копаясь в земле, обеспечивая этим всей фракции пищу. Люди в экологических жёлто-оранжевых одеяниях довольны своей жизнью и ни о чём не беспокоятся, напевая мелодии и рассказывая истории у костра. Искренние ребята работают в судах, также соединяют браки, занимаются разводами в своём чёрно-белом дресс-коде, а также занимаются всеми бумажками. Интересный факт о них; Искренние создали сыворотку правды, а также им нельзя лгать людям. Но что-то мне подсказывает, что не все следуют этому правилу. Отречённые считаются убогими в обществе прировняя к изгоям. А они тем временем помогают тем кто оказался в беде и кормят бездомных, но им нельзя смотреть в зеркало и строго запрещено посвящать жизнь себе, считая это эгоизмом и нося серую, неприметную форму. Бесстрашные – это стражи порядка, они наша охрана и воины. Свободные ребята дитя огня, носящие только чёрное и красное в одежде. Все считают их психами, что и недалеко от истины, нормальный стал бы прыгать не пойми куда? Нет! Такого мнения были мои родители и настоятельно рекомендовали даже не смотреть на них. А я с фракции эрудиции только сейчас смогла увидеть всех вместе воочию. Сегодня день всеобщего выбора подростков в восемнадцать лет и от нервов искусала губу, топая ногой. Вы наверно спросите, разве инициация не с шестнадцати лет? Да и после восемнадцати, это не подростки, а уже молодые люди. Ответ прост! Год назад правительство издала новый закон с последствиями внешней среды, потому что всё вело к войне. Наши дети проходят инициации крови не с шестнадцати лет, а с восемнадцати. Молодые люди не знающие кому они принадлежат самовольно уходили и становились изгоями, но большинства безфракционеры теперь стали недовольны, что мир разделён на пять определённых групп и требовали отменить такое правило, из-за чего и вели новое правило на отсрочку двух лет. Этим они хотели дать подросткам чуть больше времени, чтобы было легче определиться в какую фракцию они хотят, если те ещё не решились. Этот день настал. Сегодня мы должны принадлежать к одной из фракции, для кого-то это легко, а для кого-то целое испытание. Но так или иначе мы должны сделать выбор, иначе пополним ряд изгоев, что очень мне не хотелось. Чувствую как руку сжимают и выдёргивают из размышления. Немного заторможено поднимаю глаза, пока не встречаюсь взглядом с матерью. Справа от матери сидит отец, Даниэль Миллер и Сойер Миллер. Наши родители. Мама с детства чувствует меня и мои эмоции, как бы странно это не звучало. И я боюсь, что она возненавидеть меня за мой выбор. По-моему характеру она наверно уже смирилась, что я точно не выберу эрудицию. Я твёрдо осознаю это, но всё равно боюсь её расстроить. Вижу как она понимающе улыбается будто знает, что меня терзают далеко не прекрасные мысли. Мама наклоняется к моему плечу, возле уха. – Я приму твой выбор, независимо какой бы он не был. Папе может не понравится но он смирится, главное не ошибись над чашей, твоя дальнейшая жизнь зависит от этого. И помни, чтобы не произошло, какую бы фракцию ты не выбрала, ты всё равно остаёшься моей дочерью. Меня пробило на слезу, но я не буду плакать перед всей этой толпой, собравшиеся в душной комнате. Мужчина озвучил имя моей старшей сестры, Миры. Сколько себя помню она всегда была умна не по годам, с жёсткой хваткой и никогда не интересовалась теми, кто не будет полезен ей в будущем. А так в большинстве ей просто было безразлично общество, концентрируясь лишь на построение своего успешного будущее. Мира подходя к постаменту без лишних мыслей берёт нож в правую руку и делает надрез. Кажется от волнения за неё я не дышала, но когда её алая капля упала в воду, то Маркус Итон провозгласил: – Эрудиция! Я не сомневалась насчёт её выбора, Мире всегда нравилось в эрудиции, будто создана для него. Миру встретили аплодисментами её родной фракции и мы встретились с ней глазами. У нас не были прям близкие отношения по правде говоря. Мира была влюблена в науку и шанс того, что она может пойти по карьерной лестнице вверх, поэтому я и Рая, моя вторая средняя сестра были ближе на подсознательном уровне. Я улыбнулась ей напоследок и показала пальцем вверх, выражая радость за неё. Мира сдержанно кивнула, из-за чего её чёрная чёлка упала ей на лицо отбрасывая тень. От осознания отсутствия малюсенького шанса на встречу, стало щемить внутри, ведь мы с ней не встретимся. По крайне мере не в ближайшее время. – Ада Миллер. Тяжело вздохнув, под всеобщим вниманием спускаюсь по ступенькам навстречу к "новая глава из жизни Ады". Как странно, мне думалось, что мои коленки будут дрожать в этот ответственный момент пока я иду, но стойко подняв голову шла вниз, незаметно проверяя куда ступает моя нога. На овальном постаменте стояли чаши, в котором было что-то, что определяло к одной из фракции. Например камни – это для тех кто хочет в отречение. Рядом с ней земля – дружелюбия. В другой чаше стекло – для тех кто готов пойти в искренность. Вода – для эрудиции. А те кто хотят в бесстрашие – горящие угли. Свой выбор я сделала ещё несколько лет назад и была в нём уверенна, но не была уверенна в том чтобы резать руку. У меня чувствительная кожа и порезы остаются со мной до конца жизни, для меня же лучше предпочтительнее шрамы. Попыталась как можно быстрее сделать маленький надрез чтобы не было сильно больно, но всё равно поморщилась и шумно втянула воздух через ноздри. Теперь надо сжать кулак и дело к концом. Вижу как струйка медленно скатывается с ладони, будто нарочно испытывает моё терпение, но капелька всё же срывается и падает на раскалённые угли. – Бесстрашие! Вспомнились нравоучительные слова от эрудитки куратора, которая провела один единственный урок перед тем как мы прошли пейзаж страха. Фракция превыше крови! За наблюдением помещении и людьми я вынесла вердикт, что бесстрашные громче других аплодируют когда к ним прибавляются новенькие. Я не смотрела на "детей огня" после оглашения Маркуса старшего, успею ещё лицезреть их. Увидела что мама пустила слезу с улыбкой на лице, она была готова к такому исходу. Перевожу взгляд с лева от неё и вижу, что отец поджав губы недоволен мною. Прости отец... Но мне не место в эрудиции, как бы я не пыталась соответствовать правилам и дисциплин. Уже ни на что не надеясь встречаюсь глазами с Раей, она словно каменная статуя сидит не шелохнувшись, лишь смотрит не моргая. Не могу определить её эмоции, рада ли она за меня, или тоже недовольна мною как отец? Не понятно. Но прежде чем прильнуть уже к своей новой семье, вижу как её черты лица преобладают из спокойного, в решимость и твёрдость. Будет интересно знать, что бы это значило. Не задерживая очередь иду к ребятам, на ходу приклеивая пластырь. Сначала было бы неплохо промыть ранку чтобы какая-нибудь инфекция не присосалась, обработать и только тогда закрыть рану, но пока лишь так, и на том спасибо. Меня как и других приняли с шумов и хлопаньем по плечу. Один из урождённых парней уступил мне место, что было приятно и благородно с его стороны и пока не забыла, пытаюсь уловить взгляд Миры. Видимо на уровне шестого чувства почувствовав как в неё пристально сверлят, подняла на меня глаза. Мы смотрели друг на друга не отводя взгляд и наверно даже не моргая. Вроде не вижу что она разочарована во мне, но и безэмоциональное лицо не дарит спокойствие, хотя мне должно быть уже всё равно.

Выбор к отказу не подлежит!

В этом вся инициации с крови. Она в эрудиции, я в бесстрашии, осталась только последняя сестра. Прошло от силы где-то полчаса и я уже знатно отсидела зад, от скуки начала разглядывать всё за что ухватился взгляд, но мне это быстро надоело. – Рая Миллер. Тут же вскидываю голову вверх на трибуны, Рая шагает бодро и воинственно, из-за чего идёт подпрыгивая и в такт к ним прыгают её волнистое, рыжее каре. Я не знаю на чём будет остановлен её выбор, потому что даже она могла выкинуть нечто удивительное, не свойственно ей, но такие случаи редко. Рая была из тех людей, что отмалчиваются в сторонке, а при разговоре узнаёшь, что за тобой следили и подмечали всякие детали. Рая сделала те же махинации что и другие до неё, осталось только поднести руку к чаше... Бесстрашие?! Капля скинута, угли шипят, бесстрашные кричат. Что ж, это было неожиданно, могу поклясться что и для семьи тоже. Вцепилась взглядом в сестру клешнями, лишь бы не увидеть реакцию родителей и сестры, иначе не знала бы что последует за этим. Рая уже не так активно шла к нам, на ходу заклеивая пластырем рану. Рядом со мной ещё один урождённый бесстрашный освобождает место для сестры и шепчу ей на ухо когда она садится: – Расскажешь потом?! Нам определённо предстоит поговорить. – На что Рая слегка кивает головой. Я не могла злиться на неё за её выбор, да и не мне судить, к тому же поменять ничего не получиться, если только не стать изгоем, это во-первых. Во-вторых, для меня это просто стало неожиданностью! Рая отстранённая, неуверенная и бесхарактерная, сколько себя помню. И я сейчас не преувеличиваю! Хотя сейчас она точно показала характер. Не знаю осознаёт ли она в полном мере, но ей теперь придётся действовать в группе, малейшее замедление может стоит жизнью товарища и хочется не хочется, но я точно уверена, что наши характеры, какими бы они не были, будут ломать. И в-третьих, я думала что её выбор падёт на что угодно, но не на бесстрашие. Может Рая запуталась? Но никого давления не было, ни от чей стороны в семье. Или может свобода выбора её испугало? Побоялась, что сделает ошибку и последовала за родственником. Но даже если это так, то почему тогда она не осталась в эрудиции как и Мира? Мама, папа и сестра рядом, выросла в знакомых стенах и знает что да как. От многих теорий у меня разболелась голова, оставлю лучше на потом. Прошло ещё полчаса и наконец-то всё закончилось. Все поскакали со своих мест и воспользовались лестницей, а не лифтом, что удивили. Думала только отречёные пользуется ими. Урождённые бесстрашные бегали по Чикаго будто дикари издавая воинственные звуки, но этим они и завораживали меня с чувством свободы. Которого у меня не было пока я была в стенах эрудиции. Там я была будто в клетке, за которой наблюдают и ты должна вести себя лучше, если не хуже. Пытаюсь не отставать в беге строго синем костюме и там-тара-там... В кроссовках! Сколько то шумиху было с утра пораньше, я с тринадцати лет носившая каблук не ниже шести сантиметров, а с пятнадцати лет не ниже десяти сантиметров вдруг напялила кроссовки. Мама реально схватилась за сердце, но ничего серьёзного. Как и все отцы в таких "девичьих" вопросов отец семейства не участвовал, Мира осталась равнодушна, но приподняла бровь при появления моей фигуре, да ничего не сказала. А Рая с порога остановилась у двери моей комнаты и в шоке так несколько секунд смотрела на меня, а я тем временем разглядывала своё отражение в зеркале. Так и спросила меня не в глаз, а прямо в бровь: – Кто ты и что ты сделала с моей сестрой? – На это лишь закатила глаза и взяв сумку, сообщила: – Съела я твою сестру, уж слишком она болтливая была. – Это да, она умеет разбалтывать людей с первых же секунд. – Ой, всё! Пошли, а то ещё опоздаем. – Да, эрудитка, да опаздываю. Частенько. Мы же люди, а не роботы в конце концов и заранее прошу прощения за испорченную идеальную картинку в вашей голове о сдержанной эрудитки, которая оказалась не такой уж и идеальной. – Это по твоей специальности опаздывать. – Цокнула на реплику сестры и подхватила ту под руку, повела к остальным членам семьи чтобы вместе выйти из дома. В дали от себя увидела уже первых ребят карапкающихся по балкам. Я слышала как те ребята которые забрались на вверх, кричат остальным: ну же, чего вы ждёте, поднимайтесь быстрее. Не обращая внимание, искала рыжую голову и нашла уже лезующую на вверх. Заняло это где-то одну минуту, но на самом верхнем препятствии чуть притормозила, потому что расстояние было больше метра, но я справилась. С лева к нам ехал поезд, что отзывалось в ногах и мы снова возобновили бег не успев перевести дыхалку. Урождённые бесстрашные ухватываются за внешний поручень и просто закидывают свои тела в поезд. У меня получится. У меня получится. У меня получится. Повторяла про себя как мантру и в последний момент ухватившись за поручень мне помогают зайти в поезд. Чуть не налетела на одного парня, но всё обошлось. Присела и перевела дыхание, разглядела одну девушку с фракции искренности, смуглый цвет кожи и каштановое каре. Наверно хреново было всегда говорить правду. Рядом с ней сидела белокурая девушка с шишкой на голове, по одежде из отречение. В дали, но в этом же ярусе разговаривал ещё один искренний и эрудит. А последнего я видела мельком, так как тот был мальчиком с параллельного класса, если не ошибаюсь то его зовут Уилл. Рядом со мной кто-то плюхнулся, этим оказалась Рая. – Привет. – С одышкой проговорила та. – И тебе того же. Я думала что ты навернулась и лежишь где-то там внизу, жаль что мои мечты не сбылись. – Мм, да иди ты. – Скривила лицо и отвернулась, но чуть спустя снова заговорила: – Они походу хотят прикончить нас раньше времени. – Не сы, и не оттудого выбирались. Это правда, мы не из и такого выбирались, зато! Будет что рассказать детям. Поезд несчастно трясся, мы с Раей не говорили между собой молча любуясь видом из-за не закрытых дверей. Через несколько минут пришла женщина в наш вагон и прикрикнула всем приготовиться. Непонимающе смотрела как урождённые стали выглядывать из поезда, к ним же присоединялись переходники. Вставая, услышала как та белокурая крикнула своей новой знакомой: – Они прыгают. – Что?! – Заорали вместе со смуглой девушкой и стремительно подойдя к ним, вместе выглянули. И вправду прыгают. Оглянулась назад на Раю и увидела страх в её глазах. Быстро подлетев к ней взяла за скулы и громко проговорила в лицо, чтобы мои слова попали в точно в цель: – Рая, отбрось страх, он тебе не помощник! Либо ты прыгнешь, либо останешься изгоем до конца жизни, пока не умрёшь! Мы сейчас отделилась от нашей семьи, не заставляй меня терять ещё и тебя... До Раи дошло, видно было по её лицу, но она очень медлит с решениям, а поезд не бесконечный. На пределе эмоциях, крикнула: – Рая! – Я прыгну! Кивнула, дав знать что я услышала её. Раю то я наставила на нужный лад, а мне кто поможет? Вот когда помогла другим вспомнила себя, я ведь боюсь неконтролируемого падения. Главное не смотреть вниз, мне никто не поможет кроме себя самой. С усиленным сердцебиением отхожу в глубь вагона, замечаю что с нами остались лишь два парня и уже требовательно смотрю на Раю. Я не смогу её бросить, даже если это означает, что мы станем изгоями, мне нужно убедиться, что сестра не останется в поезде. Рая встаёт рядом со мной и посмотрев друг на друга начинаем отсчёт, начиная с меня: – Раз... Пожалуйста, я готова кому угодно молиться, чтобы у нас всё получилось. – Два... Рая, не подведи меня, себя, нас! – Три! – Прокричали вместе и выпрыгнули из поезда. Как в замедленном съёмке я вижу кирпичную стену и пригая понимаю, что не достану. Первой мыслью было, что я сейчас так и умру, реально навернув шею. Второе было то, что я должна рассчитывать уже на свои силы, а не молиться чтобы остаться в живых. Всё тело неприятно ударилось об твёрдую стену, лишь на многолетнем упрямстве удерживала себя одними ладонями, схватившись за ограду стену. Слышу отчётливый голос сестры о помощи и чувствую как пара рук тянут меня на верх. Лишь когда чувствую твёрдые мелкие камни под ногами, позволяя себе рухнуться, и плевать что камни будто маленькими иглами просачиваются в кожу, плевать что у меня тресуться коленки и не могут держать меня. Я жива, а это главное. Рая подскочила ко мне и спрашивала о самочувствии, крякнув что бывало и похуже, не без помощи поддержи сестры и беловолосого искреннего, нетвёрдо стою сейчас на ногах. Ощущение, что ещё чуть-чуть и меня повеет в сторону. – Ты в порядке? Стоять сможешь? – Обратился белобрысый парень и было видно, что он реально волнуется. Я ему незнакомый человек, а интересуется то как взволнована. Есть типы добрых людей которые приходят на помощь всем, отдаст последнее одеяло чтобы ты не замёрз и реально есть дело до тебя. Вот такое впечатление он произвёл на меня. С ужасным шумом в ушах попыталась уверенно сказать: – Да! Как тебя зовут? Мне же надо знать имя того, кто спас меня. Парень моментально покраснел в лице и смущённо потупил глаза в пол. – Альберт, но зови меня Ал. До встречи! – И двинулся к собирающейся толпе, иногда оглядываясь на нас. – Ау, с ума сойти. – Говорит та тёмненькая белокурой и обе начинают смеяться. На громко издаваемый звук неприятно морщусь от головной боли. Могу предположить, что сильный приток крови от адреналина просачивающие под кожу сосудами, и тело не сталкивающим к таких резким перепадом, вызывают разную реакцию, от смеха до шока. Вот вам один из наглядного примера: Смех. Рая предложила подойти к ребятам, но я отказалась и решила чуть отойди в сторону и прийти в себя, оперевшись на складину. У края пропасти стоял высокий накачанный блондин, с выбритыми волосами по бокам и сзади под ноль, оставляя только верхние волосы целыми собранный в хвост. Над правой верхней бровью два пирсинга и объёмные чёрные туннели в ушах. Татуировки на шеи в расстёгнутой жилетке открывало обзор на накаченные и сильные руки, тоже в татуировках. То ли узоры то ли полосы, но я откровенно пялилась на этого мужчину и даже риск смерти отошёл на второй план. Ну, ребят, поймите меня чисто по человечески, слишком чинные эрудиты которые уверенные в своей привлекательности и прирождённой надменности не сравнятся с истинным бесстрашным. И на инстинктом уровне ты понимаешь, что он сильный хищник и может защитить тебя. Не удивляйтесь, что я назвала незнакомого человека хищником, хоть суть и заключается в этом. Я в здравом уме и это нормально просто посмотреть и оценить человека, возможно даже испытав симпатию к внешней оболочки, все же через это проходили. Вот человек с виду красивый, но как открывает рот, то даже не смотришь на внешность от негодовании, наверняка у всех так было в жизни. Так, о чём это я? О, вспомнила! В нашем мозгу есть два популярных отдела отвечающие за животную суть и человеческую. Это как врождённый и приобретённый инстинкт. Например врождённая суть: человек может сколько угодно отрицать, что он как либо не причастен к животным инстинктам с которым каждый родился, но она есть! У кого-то ярко проявляется, а у кого-то нет. Переходим к интересному, воспитанная суть: да-да, вы не ослышались. Воспитанная суть заключается в том как нас вырастили, в какой среде мы росли и другие факторы. Врождённая и воспитанная суть тесно связано между собой и часто именно воспитанная не даёт взять верх над нами врождённая, усмиряя её. То есть, врождённая суть человека – это последствия после пьянки, случайный секс и наркота. Воспитанная же наоборот – работа, покой и ясный ум. – Новички, внимание. Я Эрик, один из ваших командиров. Хотите в бесстрашие? Вход там! И этой самой ногой указал где вход... смерти, походу скорее всего. А всё так хорошо начиналось, говорят же: молчаливый мужик на вес золото. Но это не наш случай, не обращаем внимание. – Если прыгнуть кишка тонка, тогда вам не место в бесстрашии. – А там внизу вода, или что? Спросил черноволосый парень из эрудиции, тот самый с параллели. Но и тут Эрику нашлось что ответить: – Вот сам и выяснишь, идёт? Хоть последнее слово и было вопросом, но утвердительным. Все молчали, к моему удивлению даже бесстрашные при рождения. Никто не осмелился прыгнуть первым, да и я не стала бы кануть в неизвестность, но чёрт побери: мы находимся на фракции бесстрашие, куда входят смелые и отважные люди, и если раньше я восхищалась этими людьми, то в эту же секунду разочаровалась в них. Если здесь нет смелого человека, то им стану я! Всё же немного подождала, вдруг кто откликнется и поразмыслив, что мы не можем остаться тут до вечера, не выдержав, крикнула: – Я прыгну! Услышав в этой тишине возглас, все повернули головы в мою сторону и выпрямившись не смотря на лёгкую слабость, подошла к мужчине. Блондин спрыгнул с бетона и подкидывая в воздухе нож, отошёл. Сердце так и стучало готовое выпрыгнуть из груди. Под всеобщим вниманием чувствую как пламяться уши. Всегда горят когда волнуюсь. Перегнулась над пропастью и увидела внизу чёрную дыру.

Неизвестность пугает!

Даже больше чем страх. Чёрт, страх! Я на долю секунду забыла, что боюсь неконтролируемого падения. Прекрасно Ада, просто замечательно. – Долго нам ещё ждать? Это был Эрик и было видно, что его раздражают все мы. Ну уж извини чувак, раз у тебя такая должность то терпи. – Не было сказано, что нельзя осмотреть. – Не оборачиваясь прошипела я. Во мне включилась эрудитка, которую не так то и легко изгнать из себя, всё же приелась за восемнадцать лет. Сняла пиджак чтобы не сковывал движения и завязала на талии, не хватало чтоб ещё прилетело за то, что мусорю. Кинула взгляд на белые кеды, будто искала у них одобрения того, что делаю. Всё же правильно сделала, что не надела сегодня туфли. За столько лет ходьбы, иногда и в бегах в шпильках сказалось и на организме. С ранних лет меня замучил варикоз, хоть мама и врач настоятельно рекомендовали не носить так часто обувь на высоком каблуке, я не смогла отказаться от любимого предмета гардероба. Но здесь и сейчас мне скорее всего придётся расстаться и с этим. Выдернул меня из воспоминаний слащавый голос: – О, давай детка, устраивай стриптиз. Питер! Кто же ещё. В поезде он всех достал со своим сарказмом и друг Питера, я так выразилась потому что тот был одет в ту же одежду что и он, назвал его по имени. Почему-то я не вступила с ним в словесный дуэт, ведь могла же. Но его тут же осадил Эрик, посылая взглядом неприятностей если тот не захлопнется. На дражайших ногах встала на выступ и когда решилась прыгнуть, то этот блонди опять воскликнул, беся меня тем, что не даёт поторговаться со страхом: – Может тебя подтолкнуть, а Крошка? Я от жизни не обделена терпением, но и это чересчур. Медленно, чтобы не упасть повернулась на сто восемьдесят градусов и встретилась с ним в поединке взглядом. Выгнув левую бровь и уверенная что я сделаю, проговорила: – Подтолкни, и я утащу тебя вместе со мной несмотря на то, что ты Командир! Прежде чем Эрик успев что-то сказать и пока я не передумала прыгнула спиной назад, напоследок ополоснув таким взглядом, что только слепой бы не заметил моё отношение к этой ситуации. Пока летела пожалела, что прыгнула так, ведь я могла ненароком зацепиться, удариться и прочее другое. Но всё прошло на удивление быстро и хорошо. Пока летела не издала ни звука. Упала я на твёрдую сетку и подпрыгнула на ней ещё раз. Осознав, что цела, из меня вырвался нервный, но приглушённый искренний смех. Парень бронзовой кожей и лет на вид двадцати потянул сетку на себя и помог выбраться. – Тебя что, толкнули?! – Нет... – Недоумённо ответила с заминкой. – Первый прыгун есть! – Отвернув голову сообщил кому-то. – Как зовут? Смотри, ты также можешь изменить имя, но назад дороги уже не будет. – Ада, меня зовут Ада! – Без сомнений проговорила. – Первый прыгун Ада. – Прогремел его голос и чуть тише добавил мне: – Добро пожаловать. Все кто был тут начали поздравлять меня. Вторым прыгуном оказался парень из урождённых, пока летел наверно голос сорвал, ведь кричал он знатно. Третьей оказалась Рая, выпуталась из сетки и сказав своё имя, как я предположила инструктору, направилась ко мне. Перестала подпирать стенку плечом и мы стукнулись кулаками. – Привет Рая, или ты уже не Рая? – С загадочностью в голосе наклонила голову в её сторону со скрещенными руками. Не смогла не подколоть. – Та жа вся я. – Было страшно? – Задала вопрос чтобы отвлечься. – Я совру если скажу нет. О, и да, когда ты прыгнула, то наверху парни чуть не подрались, а всё из-за того кому же ты достанешься. Тебя точно запомнили, потому что минимум ты прыгнула первой, а максимум урыла Командира. – Пусть губу закатывают. А вот прыжок... И рада от пережитых эмоциях, особенно когда почувствовала сетку под собой и облегчение, но одновременно и жалею о своей импульсивности на крыше ради того, чтобы утереть нос. По ощущениям я только выставила себя дурой, не давая отчёта самой себе. Мои мысли так и остались в пространстве и будто говорила это не сестре, а себе. Насчёт мужчины с верху я не стала развивать тему и оставила этот вопрос не отвечен. Сначала бы пережить испытанные чувства, потому что, ой как чувствую своей подтянутой жопкой, что это только глазурь, а сам торт это испытание которое мы должны пройти для той самой вишенкой на торте. Четвёртым оказался заносчивый парень из вагона Питер. Пятой прыгнула та белобрысая с фракции Отречение. За ней же прыгнула и её смуглая приятельница. Дальше я уже не стала считать, да и в принципе не смотрела на них. Прыгали они где-то сорок минут, им там мёдом что-ли намазано, что не могут отлипнуть и прыгнуть? Последним прыгуном был Эрик и ловко без чей-то помощи просто выпрыгнул из сетки и приземлился на двух ногах.

Впечатляет.

Эрик встал перед нами и начал свою речь: – Урождённые при рождения идут вместе с Лорен, а остальные остаются со мной и Фором. Бесстрашные сделали как им сказал Эрик, а неофиты остались на месте. Я специально осталась в позади, чтобы он ненароком не узнал меня девушку с верху. Продолжение следует...