Часть 1
24 февраля 2025 г., 16:56
чёрный глаз дешёвой камеры постоянно мелькал на периферии, и от этого по спине бежали мурашки. даже закрыв глаза, он не мог избавиться от ощущения, что за ним наблюдают со стороны, и челюсть непроизвольно сжималась. по шее пробежал ток — его скальп мягко массировали пальцы субонга. видимо, его нервозность была чересчур заметна. он сделал глубокий вдох, долгий выдох. дрожащие пальцы потянули пояс спортивных штанов вниз.
***
их дружба с таносом всегда была странной. с того дня, как они влетели друг в друга у мусорки за универом, судьба всячески сводила их вместе. каким-то образом они всегда оказывались на одних и тех же вечеринках, в одних и тех же клубах, на квартире у одних и тех же людей, захлебывающиеся одним и тем же алкоголем и в одном магазине с утра, с опухшим лицом и сорванным голосом требующие одни и те же сигареты у угрюмой продавщицы. намгю бы с удовольствием игнорировал его существование, но танос очень быстро дал понять, что жил ради чужого внимания. безрассудные поступки? check. крашенные в новый цвет каждую неделю волосы? check. английские словечки и фразы невпопад? check. подкаты ко всему живому и способному дать согласие? check, check, и ещё раз check. даже его идиотское прозвище было до невозможного вычурным. танос. сраный персонаж из сраного марвел. когда намгю впервые услышал как танос представляется этим именем, то чуть не умер со смеху. буквально. “отвёртка” пошла носом, обжигая слизистую. а потом субонг держал его волосы, пока его выворачивало от непонятной смеси, “заботливо” предложенной ему кем-то из старших. танос был рэпером. не одним из крупных, популярных ребят, песни которых на постоянной основе крутились в плейлисте намгю; танос был самопровозглашенной “легендой” андерграунда. на удивление, у него действительно были фанаты, о чём свидетельствовали подписчики на soundcloud. что конкретно они нашли в его музыке, которую намгю мог охарактеризовать только как звуки битой посуды с первым попавшимся битом из интернета, ему было неизвестно. текста его песен не были чем-то глубоким, и натянутая рифма не помогала делу совсем. каждый раз, когда танос присылал ему голосовое с очередным фристайлом, намгю чувствовал, что умирает. а потом субонг присылал ему новые биты и текста на оценку и намгю усердно редактировал их вместо пар. танос не встречался. ни с девушками, ни с парнями. целью всех его подкастов и флирта всегда было знакомство на одну ночь, после которой он полностью терял интерес. намгю не совсем понимал этого. назвать таноса непривлекательным было тяжело, да и девушки, которых он цеплял, тоже были хороши собой. танос мог с лёгкостью начать отношения с любой из них, даже с несколькими, если ему того хотелось. сам танос же отмахивался, бубня что-то несуразное про “легкодоступность” и “скуку”, и хищными глазами высматривал новую незнакомку, имя которой он не запомнит и которая полностью исчезнет из его жизни по наступлении утра, а иногда и до окончания вечеринки. намгю глотал дешёвое пиво и теребил края растянутой футболки, терпеливо ожидая, когда замок на двери в туалет щёлкнет, и оттуда появится довольное лицо таноса со следами от помады на челюсти. а потом субонг привёл его к себе домой. в однушку, с диваном вместо кровати и валяющейся на полу одеждой. на кухню, где прижимал его к столу и пьяно шептал на ухо комплименты. в ванную, где целовал его у раковины и умолял не уходить. намгю не ушёл. а потом это случилось снова. и снова. и каждый раз он тяжело дышал, цепляясь за чужую спину, пока собственные мокрые от пота волосы липли к шее, а чужие руки тянули, сжимали, скользили вверх и вниз, и чужие губы не отлипали от шеи и плеч. и каждый раз намгю кусал губы, когда его сердце грозилось выпрыгнуть из груди, а чужой голос над ухом нежно шептал его имя. и каждый раз намгю обещал себе не приходить и не размывать границы этой странной “дружбы” ещё сильнее, внимательно смотря на чужое лицо, на которое мягко падал свет фонарей с улицы. и всё равно приходил. посмотреть новый сериал, послушать новые демки, снять тренд в тикток, сыграть в mario kart. прикоснуться к чужой руке, посмотреть в чужие глаза, услышать чужой смех от тупой шутки и уронить голову на чужое плечо. их дружба с таносом была странной, но всё ещё дружбой. даже если при мысли об этом что-то внутри намгю неуютно сжималось.***
— на будущее. — ага, — танос откинулся назад на стуле. в руках у него была камера, одна из самых дешёвых, и он постукивал пальцами по её корпусу. — порно. на будущее. — я пришлю тебе копию, — он пожал плечами. намгю тяжело вздохнул, раздражённо заправляя волосы за уши. — ты сказал, тебе нужна моя помощь. танос приподнял бровь в немом вопросе. намгю сложил руки на груди, чувствуя, как начинает закипать. — я думал, ты говоришь о музыке. не о ебучем порно. танос промолчал, разворачиваясь к ноутбуку и вбивая пароль. он кликнул мышкой по папкам и файлам, наконец открывая .wav, название которого содержало в себе больше цифр, чем букв. намгю едва успел поймать брошенные ему наушники. — если зайдёт — с тебя порно. намгю фыркнул. — с твоим-то талантом? надейся. намгю бросил взгляд на таноса, надевая наушники. на его лице виднелась мягкая, тёплая улыбка, а в глазах отражалось что-то живое. в груди что-то скакнуло. он закрыл глаза. танос нажал на пробел. инструментал был необычно мягким и тихим, в какой-то степени даже нежным. каждая нота, каждый звук ударных отдавался теплом и заботой. музыка обволакивала, тянула за собой, запуская по коже мурашки. музыка таноса никогда не бывала такой. его музыка была громкой, агрессивной, она рвала и ломала, притягивала внимание, как и её создатель, читающий бессмысленные тексты с той же силой и агрессией, что и инструментал. но сейчас, на фоне тонкой и мягкой мелодии, танос не читал. субонг пел. пел неуверенно, немного не попадая в ноты, но с точно таким же теплом, что источал инструментал. намгю прикусил язык. всё внутри переворачивалась, кружилось и тряслись от звуков песни, от приятного баритона, что веял чем-то незнакомым, чем-то особым, чем-то невероятно важным. чем-то, что намгю очень сильно хотел. он резко стянул наушники и развернул таноса к себе, заглядывая в голубые глаза в поисках ответа на единственный вопрос, что крутился на языке. из чужих глаз на него смотрело собственное отражение. танос ухмыльнулся и щёлкнул пальцами по крышке камеры.***
намгю обернул пальцы вокруг чужого члена и нерешительно потянул. под прицелом камеры абсолютно всё ощущалось иначе. слишком реально. слишком живо. слишком горячо. слишком. слишком. пальцы таноса заправили выбившуюся прядь за ухо. намгю нервно выдохнул, едва касаясь члена губами, и сверху раздалось тихое, но довольное шипение. он высунул язык, опасливо, по-кошачьи касаясь чужой головки. — fuck… — пробормотал танос, и хват на затылке намгю стал крепче, придавливая его ближе. намгю облизнул сухие губы и вновь провёл языком, в этот раз смелее, по всей длине. ответом послужило ещё одно брошенное ругательство и выступившие капли предэякулята. член таноса лежал тяжёлым грузом на языке, горько-солёный пот смешивался со слюной, которая текла ручьём и заставляла сглатывать перед каждым прикосновением губ к органу. он тщательно облизывал каждый сантиметр, помогая себе руками. в собственных штанах становилось тесно, жар расползался по всему телу, и футболка неприятно липла к коже. он снова поцеловал головку, слизывая предэякулят. за волосы потянули, и он наклонил голову назад, в недоумении поднимая глаза. лицо таноса краснело пятнами, а в глазах едва были заметны отблески голубой радужки, и этот взгляд был полон чего-то незнакомого, чего-то, что намгю никогда не видел в глазах таноса — обожания. субонг смотрел на него с обожанием, восхищением и невероятным, ненасытным голодом. — рот, — прошептал танос, и намгю послушно открыл рот, расслабляя челюсть и чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки. танос направил его голову, насаживая на член. головка упёрлась в стенку горла, и намгю с усилием сглотнул, позволяя органу войти глубже, заполняя глотку. лицо щекотали кудрявые волосы небритого лобка, запах кружил голову, а чувство заполненности внутри заставляло задыхаться. на глазах выступили слёзы. танос потянул его назад, медленно, позволяя вдохнуть, и вновь ближе к себе. вперёд. назад. намгю всего лишь должен был послушно держать рот открытым. он поднял глаза вверх, заглядывая в чужие, полные желания и похоти. танос сматерился, ускоряя темп. намгю закрыл глаза, полностью отдавая контроль над своим телом. — блять, намгю…! — танос внезапно оторвал его голову от члена, прихватывая себя у основания и недовольно шипя сквозь зубы. намгю вытер слюну с подбородка. горло саднило, а язык мертвым грузом лежал внутри. сердце так громко стучало в груди, что будь танос немного ближе, то наверняка смог бы услышать каждое сокращение мышц, каждый клапан, каждое спрятанное в этом стуке слово. танос поспешно стягивал с себя майку и спортивки. собственная футболка неприятно липла к спине, а джинсы болезненно давили на стояк, и намгю с раздражением расстегнул молнию, шипя, когда собственные пальцы задели эрекцию. танос бросил на него вопрошающий взгляд. намгю развернулся спиной, стягивая футболку и бросая её в угол к другой куче одежды. он чувствовал чужой взгляд, скользящий вдоль позвоночника, лопаток, цепляющийся за пояс джинс, требующий большего. танос хотел его, и намгю всего лишь хватало снять футболку. от этого кружило голову. когда он переступил через упавшие на пол джинсы, чужие руки крепко обхватили его талию, втягивая на диван. танос целовался нетерпеливо, жарко, со стуком зубов друг о друга, кусая губы, не давая вдохнуть, словно пёс, пьющий из миски впервые за день, жадно и мокро. и намгю отвечал тем же, цепляясь за короткие крашеные волосы и царапая чужие плечи, слизывая собственную кровь с губ и кусая чужие. на секунду танос оторвался от его рта лишь чтобы приставить к нему пальцы. намгю вывалил язык, позволяя таносу запустить пальцы внутрь, изучая внутренности, язык, зубы, щёки, покрывая пальцы обильным количество слюны. пальцы покинули его рот с дорожкой слюны за собой, оставляя его со сбитым дыханием. танос довольно ухмыльнулся, свободной рукой закидывая одну ногу себе на плечо. — терпи, — прозвучало мурчание над ухом, и намгю сжал зубы, ощущая неприятное проникновение внизу. горячий язык провёл по ушной раковине, посылая электрическую цепочку по всему телу, заставляя выдохнуть и расслабить мышцы. первые секунды никогда не были приятными, и субонг знал об этом, оставляя нежные, щекотные поцелуи вдоль шеи, прикусывая мочку уха, оставляя засосы на ключицах. второй и третий пальцы внутри вновь заставили кусать губы, но постепенно боль сменялась чувством заполненности. а когда танос нашёл верный угол, то превратилась в приятные волны, заставляющие его глотать воздух и цепляться за идиотскую простыню с котятами. в одно движение внутри стало пусто и намгю недовольно хныкнул, толкаясь бёдрами. танос присвистнул. ко входу притиралось что-то крупнее пальцев, направляемое чужой рукой. намгю закусил губу, стараясь расслабить мышцы. несмотря на подготовку, больно всё ещё было. слюны, собственной смазки и предэякулята никогда не было достаточно для безболезненного секса, но и таскать лубрикант каждый день ни сейчас, ни в ближайшем будущем намгю не планировал. оставалось лишь стиснуть зубы и вцепиться в чужие плечи до красных следов и царапин, пока внутренности пропускали внутрь нечто горячее, приятное, но всё ещё чужое. танос входил медленно, давая возможность выдохнуть и расслабиться, за что намгю был невероятно благодарен. вдох. выдох. движение прекратилось, кожа коснулась кожи, и член внутри чуть давил на простату, создавая шум в голове. намгю разлепил глаза (и когда только успел зажмуриться?) и взгляд столкнулся с чужим. в широких зрачках с голубой каймой он видел своё отражение. мокрые глаза, встрёпанные волосы, румянец пятнами по всему лицу и плечам, красные губы и тяжёлое дыхание. танос видел всё это. и не мог отвести взгляд. этот поцелуй был совсем другим. не грязным и нетерпеливым, сочащимся похотью и азартом, но глубоким и настолько нежным, что сердце болезненно сжималось. вместо острых зубов были мягкие губы. вместо жадных укусов — лёгкое касание языком. каждое движение, каждый тихий звук, каждая секунда были полны чего-то нового, чего-то чертовски девчачьего, чего-то густого и всеобъемлющего. чего-то, что уже очень давно теплилось в груди намгю. чего-то, что он никогда не ожидал получить в ответ. руки сомкнулись на чужой шее, и намгю приподнял голову, целуя в ответ. субонг улыбнулся, медленно начиная движения. несмотря на не быстрый темп, ритмичность и угол толчков уже заставляли намгю коротко выдыхать, едва удерживаясь от чересчур громких стонов. но с каждой секундой танос ускорялся, вдавливая его в диван, и с каждой секундой становилось всё тяжелее держать себя в руках. стискивать зубы не помогало, когда каждый толчок задевал простату, и намгю отпустил чужие плечи, закрывая рот ладонями. толчки внезапно замедлились, наконец полностью останавливаясь. намгю вопросительно вскинул брови. — не молчи, — над ухом прозвучал задыхающийся, чуть хриплый голос. — люблю тебя слышать. дыхание перехватило. любые мысли о протесте, о тонких стенах квартиры, обо всём на свете утонули в тихом и рычащем “люблю”. когда танос вновь начал двигаться, намгю уже не молчал. громкие стоны, всхлипы и чужое имя срывались с губ быстрее, чем он успевал осознать их. ногти цеплялись за чужую спину, точно оставляя следы, на шее расцветал фейерверк укусов и поцелуев, мысли сливались в кашу, в центре которой было лишь одно — танос. крупные, грубые пальцы пробежали вдоль живота, касаясь члена, и намгю зажмурился, запрокидывая голову и высовывая язык, словно пёс. движения руки не сразу, но вошли в ритм толчков, и стимуляция с обоих сторон заставляла намгю окончательно сходить с ума. — come for me, baby. фанфики не врали — он действительно увидел звёзды. по всему телу словно пропустили ток, заставляя каждую клетку сжаться и мгновенно расслабиться, и каждое прикосновение внезапно ощущалось как сотня. танос и сам был близко — ритмичность в движениях полностью пропала, оставляя лишь беспорядочные толчки и низкие стоны. в отходящий от оргазма мозг закралась шаловливая мысль, и прежде чем он успел её обдумать, руки сами хватали чужое лицо, прижимая к губам и целуя, возвращая каждую секунду той нежности, отдавая каждое чувство, каждую мысль, пролетающую в сознании. неостановимый поток из трёх слов. субонг остановился. и с силой ответил на поцелуй, заполняя внутренности. и если он прошептал “люблю тебя” в ответ, то это останется между ними.***
— блять, у меня пары завтра, — намгю недовольно уставился в зеркало в душе. шея и плечи уже покрывались не только красными, но и синими следами. он чуть надавил на особо крупный укус под челюстью и зашипел. больно. но приятно. — и что? — раздался голос сзади, и в зеркале появилось второе отражение, весьма довольное своей работой. — мне кажется, так даже лучше. — лучше чем? — намгю недовольно развернулся, выхватывая из чужих рук полотенце. танос ухмыльнулся. — бабы лезть не станут. my bitch. намгю закашлялся. — ты… — кстати, — танос натянул майку, едва обмакнувшись полотенцем, от чего намгю брезгливо скорчился, — мы забыли включить камеру.
Примечания:
нихуясебе
