Больше никаких рэперов.

В комнате было жарко. Парень и девушка стояли у окна, поглощенные друг другом. С губ сорвался вдох, когда холодные мужские руки проникли под рубашку, сжимая талию. Температура тела поднималась до предела, а контраст с ладонями стал ощущаться слишком сильно. Девушка взглянула на темноволосого из-под густых ресниц и потянулась за очередным поцелуем, но тот отвернулся. Опухшие губы мазнули по подбородку. Парень, до этого прижимающий девушку задом к подоконнику, перевернул ее, а податливое тело уперлось руками в стекло. Он провёл пальцами по линии позвоночника, заставляя выгнуться и еле слышно застонать, в то время как вторая рука обвилась вокруг живота. От его движений все внутри кипело. Мысли в голове путались, следы от ладоней оставались на запотевшем окне. — не хочешь извиниться? Хриплые слова раздались прямо над ухом. Мурашки побежали по коже, а глаза блаженно закрылись. — и-извини... — свой же голос стал неузнаваем, — извини, Джисон... Горло как-то странно саднило, поэтому пришлось прокашляться, чтобы избавиться от странного ощущения. Глаза приоткрылись, но перед ними было не запотевшее окно со следами от мокрых ладоней. — Вониль? — вперемешку с голосом Джисона звучал еще один, женский, но потом все стало нормально, — Чон Вониль, у тебя все хорошо? — обеспокоенный взгляд старосты оказался слишком близко к лицу. Вониль резко отодвинулась, затылком встречаясь со стеной. Резкая боль позволила прийти в себя. Это был сон? Кажется, девушка уснула на паре и, судя по взгляду старосты, она издавала странные звуки. — да, все отлично, — ответила она, хлопая пушистыми ресницами и отворачиваясь. Но одногруппница не переставала смотреть на нее, поэтому пришлось снова повернуться к ней, — ну что? — ты... стонала во сне... Блять. То есть, ей приснился Хан Джисон, с которым она чуть не переспала на подоконнике? Безусловно, это было горячо, потрагивания на пальцах рук все еще ощущались, да и узел внизу живота никуда не делся. А вот это уже плохо. Секс с айдолом - это то, чего так не хватало, да, Вониль? — пиздец, одним словом пиздец, — ошарашенно прошептала девушка себе под нос, а потом резко подняла руку, — профессор, можно выйти? Получив разрешение, Чон пулей выбежала из аудитории. Голова болела из-за сна на неудобной парте, а внутри нее бешеные тараканы били тревогу. Нельзя так! Разве это нормально - видеть эротические сны с айдолом - символом красоты, чистоты, непорочности? Так еще и при том, что она его толком не знает. Холодная вода помогла очиститься от странных мыслей.

***

С того момента прошла неделя. Сессия приближалась к концу, но жизнь от этого проще не становилась. Наоборот, студентов заваливали еще большей кучей информации, чтобы потом использовать ее против них же на экзаменах и зачетах. Гадюки. На парах Вониль старалась больше не засыпать, чтобы не ловить косые взгляды одногруппников. Мало ли, что еще ее больной мозг решил показать ей во время сна? И самое интересное то, что дома ей такое не снилось. Сонха посмеялась после рассказа истории, произошедшей в автобусе. У нее не было поводов не верить. Зато после этого случая появился повод кидать подъебы при совместном просмотре какого-нибудь шоу. Они редко что-то смотрели вместе, но недавно решили подключиться по серверу друг к другу. — смотри, это твой Джисончик! Какой он у тебя милый! И тому подобное. Это не раздражало, но с каждой такой брошенной шуткой вина заседала все глубже и глубже. Грубость в его сторону в тот день же была необоснованной. Если бы он начал приставать или кидать в ее сторону странные фразочки, то можно было бы его послать куда подальше. Но тут... Вониль было стыдно казаться в глазах всемирно известного парня грубиянкой. Да, возможно, дело в его положении. С пар девушка возвращалась поздно. Усталость накрыла с головой, а еще ехать на автобусе около получаса. Наушники издали неприятный звук, оповещая о том, что им нужно зарядиться, на что Чон только разочарованно вздохнула: она снова будет ехать без музыки, под кряхтение и ворчание бабусек. В переулке раздался какой-то странный шум. Рыжая еле сдержала себя, чтобы не взвизгнуть на всю улицу, но только подпрыгнула и покосилась в темноту. Призраки? Маньяки? А, может, обычные коты, решившие устроить драку? Хотя коты громко кричат, поэтому они сразу отпадают. Маньяк? Хочет убить или изнасиловать беззащитную девушку? Мыслей много, а действий ноль. — извините, не подскажите, где тут... — пошел нахуй! — вырвалось невольно и Вониль уже была готова убежать. Тело подорвалось и уже прошло пару быстрых шагов, как бы разгоняясь, но вовремя спохватилось и остановилось. Неприятный звук трения подошвы обуви об асфальт эхом раздался по переулку, — ой, простите... что вам подсказать? — она держалась так же на расстоянии, но вежливо поинтересовалась. — мне нужна автобусная остановка, не могли бы вы помочь мне с ее поиском? — снова этот голос. Тот самый голос, от которого по спине побежали мурашки. Тот самый голос, который способен на многие манипуляции. Тот самый голос, который хрипло говорил ей извиниться. — пиздец, — вырвалось у девушки невольно, но она сразу взяла себя в руки, — еще раз простите меня за мой французский, никак не могу взять себя в руки. Вы меня сильно напугали. — айщ, извините, я правда не хотел, — парень склонился настолько низко, что его уже почти не было видно в темноте. М-да, фонарей здесь очень мало. — я тоже иду на остановку, так что можем пойти туда... вместе... Смотреть на Хан Джисона в реальности было еще тяжелее, чем на видео. Даже несмотря на кепку на его голове, закрывающую почти все лицо. Как он так ее натянул-то!? Когда Хан ехал развлекаться один, он не думал, что заблудится. А говорил ему Хенджин, что одного его нельзя никуда отпускать! Но он не послушал и все равно поехал в одиночку покорять вершину своего предела в выпивке. Правда, напиться ему так и не дали, поэтому сейчас он был только слегка расслаблен. Ну и спать хотел. Немного. — у вас красивый цвет волос, — спустя пять минут тишины произнес он. Вониль забыла, как дышать. Она напряглась всем телом, но за мешковатой одеждой это было сложно заметить. — спасибо, у вас тоже очень красивая кепка. Парень сначала хихикнул, но уже через пару секунд разразился в смехе. Из-за градуса в организме ему реально понравилась шутка и показалась до невозможного смешной. — а почему вы в такое позднее время одна гуляете? — а почему вас это волнует? — было бы неприятно, если бы такую красивую девушку похитили. Это что, флирт только что был? Чон неверяще покосилась на него. Но на его лице ни мускул не дрогнул - только пьяная улыбка стала немного шире. Его руки были в карманах, но даже в большой толстовке он выглядел чертовски привлекательно. Девушка невольно загляделась на его силуэт, ведь большего увидеть ей не позволяло ни освещение, ни его одежда. — вы похожи на маньяка, когда так говорите, — закатила глаза Вониль. — оу, извините. Я правда не причиню вам вреда! — он остановился и поднял ладони в примерительном жесте, — если вам так будет комфортнее, я могу идти в двух метрах от вас. — успокойтесь, мне нормально и так. Ну да, а еще было бы нормально, если бы все получилось так, как во сне. Стоп, в каком сне... мысли снова повели не туда. Интересно, а он был бы таким же горячим, если бы это все воплотилось в реальность? Ощутив покалывание на кончиках пальцев, она непроизвольно сжала их в кулаки. Воспоминания о том сне не покидали её, как бы она ни хотела. И это давило на совесть, особенно, когда глаза опускаются на его такой плюшевый силуэт. Он правда выглядел, как какая-то мягкая игрушка, которую хотелось бы обнимать, а не думать о таких похотливых вещах. — у меня пары были допоздна, — ответила Вониль на его изначальный вопрос. Он как-то странно усмехнулся, — а вы почему так поздно разгуливаете по переулкам? — я гулял. — понятно, — решила не вдаваться в подробности. Не ее дело, где, с какой целью и во сколько гулял айдол. Только вот почему без охраны? — на самом деле у меня редко получается прогуляться, но сейчас я рад, как никогда. Друзья беспокоятся за меня, а я тут счастливый иду с красивой девушкой до остановки. Кстати, как вас зовут? — Вониль. Вас? — Джисон. Девушка мысленно удивилась. Он даже не скрыл свое настоящее имя, пусть таких Джисонов и было много на всю Корею. — а сколько вам лет? — не унимался Хан. — двадцать два. — о, ого... — что за реакция? — мне двадцать чет... пять? Двадцать пять, вроде как. Стоп, сколько мне лет? — его растерянность позабавила Вониль, поэтому она тихо рассмеялась. И рыжая думала, что он сейчас остановится на этом, но нет. Он взял свой телефон, удивился количеству уведомлений (этим он поделился с девушкой, так бы она не узнала, отчего у него так вытянулось лицо) и зашел в поисковик. Тыкнув ярким экраном в лицо собеседнице, он прокричал: — двадцать пять! Да уж, этот парень достаточно странный. Знаменитости скрывают свои личности в повседневной жизни и не гуглят свой возраст. — ого, вы такой популярный, — саркастично произнесла Вониль, сощурившись от света. — откуда ты знаешь? Я думал, ты меня не узнала... — кепка была убрана ловкой мужской рукой в карман и теперь он не скрывал своей яркой улыбки. — мы уже на "ты"? — приподняла одну бровь, — ты только что мне в лицо тыкал своим телефоном с открытым браузером. Не каждый человек ищет в поисковике свою дату рождения. — вот это да... — его круглые глазки начали быстро моргать, а потом растерянно взглянули куда-то в сторону. Профиль этого парня и правда был потрясающим и почему-то Вониль стала замечать его только после того случая в автобусе, — а нам еще далеко до остановки? — уже хочешь избавиться от меня? — посмеялась Вониль, — нет, вон там сейчас завернем и будем уже на месте, — указала пальцем. — я сейчас просто вспомнил, что существует такси! Диктуй адрес, поедем к тебе, — Джисон был уже готов записывать себе в телефон адрес девушки. — дорого, — помотала она головой. — похуй. Глаза обоих удивленно расширились, а синевлосый еще и приложил ладонь ко рту. — извини, извини, извини, я не матерюсь, я же айдол, а еще я не пью, ой, это же не запрещено... и тату у меня нет! — протараторил он, как будто рэп зачитал. Пусть и не такой четкий, как обычно, из-за легкого опьянения, но тоже сойдет. — похуй, — повторила она его слова, махнув рукой, — а зачем тебе ехать ко мне? У тебя своего дома нет? — скептически выгнула бровь. — есть, но я хочу к тебе. Или твоя мама будет против гостей? — нижняя губа стала ещё пухлее из-за того, что он ее выпучил. — я одна живу. Ладно, записывай. Так они и поехали домой к девушке. Джисон уснул в такси, причем с очень милым видом. Будить его совершенно не было желания, но таксисту это никак не скажешь, ему еще нужно работать. Поэтому Вониль потрясла парня, чтобы он проснулся, и, о боги, это свершилось без каких-либо усилий.