Где-то в Эспоо...

Рэй и Оливер неожиданно встретились в баре. Оливер зашел в бар возле своей новой работы, с коллегами отметить день рождения одного из них, просто немного выпить и пообщаться. Заходя, он застал забавную сцену, одним из участников которой признал Рэя далеко не сразу. Посетитель, чем-то крайне недовольный чувак, чуть ли не криком сказал Рэю привести старшего, тот же с абсолютно каменным лицом прошел в стаффское помещение за плотной шторкой, а потом вышел оттуда бодрой походкой, разводя руки в стороны, и с доброжелательным видом что-то сказал посетителю. Тот разозлился лишь сильнее, а потом Рэй показал на свой бейдж, что-то объяснил чуваку, и тот, угрюмый, удалился за свой столик.  — Все это видели? — спросил Аско, криво усмехнувшись уголком губ.  — Да... — Оливер вскинул брови вверх. — Народ, я сейчас подойду, — быстро бросил он и широкими шагами направился к барной станции. Он все еще приглядывался, не в силах поверить своим глазам, что видит именно лицо Рэя. Оливер громко поздоровался, чувствуя неловкость в тот короткий момент, когда Рэй оборачивался на него и пару секунд стоял в ступоре. Потом оба широко улыбнулись, и Оливер окончательно убедился, что неожиданно наткнулся на старого друга. — Здравствуй. Уж не думал, что встречу тебя здесь, — весело произнес Рэй. — Я переехал сюда на маркетинг учиться, на подработку устроился, мой офис рядом, — ответил Оливер.  Действительно, после того, как они всей семьей оказались на другой половине планеты, многие остались в той стране, куда изначально и попали. Мало кто уехал за границу.  — А ты какими судьбами? — Ну... — Рэй отвел взгляд и качнул головой. — Выучил финский, английский, работал за баром, поступил в Omnia на бартендера, год отучился, теперь здесь тружусь. Знаешь, финны, требуя выучить один-два языка для поступления на бесплатную специальность с кучей льгот, просто кричат иностранцам: «Приезжайте сюда, welcome». Хер не воспользоваться.  — Да-а, но бюрократия — это ужас, — усмехнулся Оливер, почесав голову.  — Гильда и Дон уехали в Германию, вот где бюрократия — ужас. А тут так... Оливер пожал плечами. Больше поговорить было не о чем. Они не виделись несколько лет, общаясь только в общем чате со всей семьей, да и раньше, когда жили вместе в бункере, а потом в госучреждении, не особо контактировали друг с другом. Плохо друг друга знали, общих тем практически не было. Переезд — единственная вещь, которую Рэй и Оливер могли обсудить сразу.  Рэй прочистил горло и, поставив руки на стойку, спросил: — Заказывать сразу будешь? — Нет, я к своим пойду, все вместе закажем.  — Давай. Хорошего отдыха, — легко улыбнулся Рэй.  Оливер здорово отдохнул за те пару часов, которые провел с новыми коллегами. В фирме он работает первую неделю, но благодаря собственной уверенности и харизме быстро обзавелся друзьями на работе, однако никак не думал, что один из коллег позовет его отметить свой день рождения. Как бы там ни было, коллеги Оливера были крутыми специалистами в области маркетинга, а такие знакомства — это хорошо, такие друзья в новом городе и тем более в новой стране — хорошо вдвойне, и Оливер отлично провел время. Порция хвойного джин-тоника с освежающим огурцом внутри, пицца пеперони и мясные закуски, легкий джаз из хороших колонок и вечер немноголюдной среды его расслабили. Оливер, наконец, почувствовал себя в своей тарелке и избавился от стресса, связанного с учебой и работой на новом месте, который давил на плечи.  Когда коллеги Оливера разъехались по домам, он сам остался немного посидеть за барной стойкой, пообщаться с Рэем.  — О, попробуешь новый коктейль? — Твой авторский? — улыбнулся Оливер, вскинув брови. — Конечно. Рэй кивнул и стал неторопливо, со вкусом, готовить напиток. В пальцах вертел джиггер, длинную ложку с крученым черенком, быстрыми движениями выливал ингредиенты, порой даже не глядя, беря нужные бутылки. Оливер, подперев подбородок ладонью и постукивая пальцем по линии челюсти, следил за этими точными, изящными движениями и удивлялся тому, что уже бывал в барах, но не обращал на такое внимание. Если присмотреться, то даже самый незначительный трюк с барным инвентарем выглядит круто. — Почему именно бар? — пришел к этой мысли Оливер. — Потому что это не скучно, — тут же ответил Рэй и, сделав паузу, объяснил. — Всю жизнь я только и делал, что читал, учил, переделывал что-то, ремонтировал, ходил на однотипные вылазки... — Спасал нас, — добавил Оливер.  Рэй со смешком хмыкнул, криво улыбнувшись.  — Не только я, но и это тоже. Короче, моя жизнь была достаточно рутинной, одинаковой, мне кажется, у всех, когда мы жили в бункере, возникало чувство однотипности... А потом... Еще когда мы были в США, я познакомился с парнем, который очень долго работал в офисе, хрен пойми кем, не помню. А потом ушел работать барбеком в ночной клуб. В общем, я у него спросил, почему он так резко сменил направление, а он мне сказал, что у барменов активная и в какой-то мере непредсказуемая работа. В целом общепит такой, каждый день какой-то пиздец, я в старости смогу, пожалуй, книгу написать «Истории из общепита» и продавать, чтобы родители своим детям на ночь как сказку читали. Ну, у меня эта мысль про бар и застряла в голове, хотелось чего-то активного, не рутинного и не бумажного. Забирай, — Рэй отдал Оливеру коктейль и поставил рядом стакан с водой. В высоком граненом стакане, красновато-розовый, украшенный жвачкой и цедрой лимона.  — Спасибо, — Оливер взял паузу, дегустрируя напиток, чтобы как следует обдумать сказанное Рэем. — М, вкусно, но для меня слишком сладко, и я чувствую спирт, что там?  — Арбузная газировка, амаретто — миндальный ликер, белый ром, сироп жвачки, лимонный сок,  — перечислил Рэй. — Но да, напиток для сладкоежек, а ром я добавил неплохой, я не знаю, почему ты ярко чувствуешь спирт. Давай лимонки добавлю. Ты быстро или долго пьешь алкоголь? Я могу убрать часть льда, чтобы напиток не превратился в воду через пятнадцать минут. Оливер кивнул и отдал ему коктейль.  — Звучит, на самом деле, крепко... Я хоть на работу встану завтра? — посмеялся Оливер. — После того, что я делаю своими руками, еще никто ночами не засыпал, — ухмыльнулся тот.  Оливер немного опешил. Никогда не слышал от Рэя таких шуток, но быстро пришел в себя.  — Я вот учусь на маркетинг, и нет, это не так классно, реклама врет, — прыснул он, начав рассказ о себе, чтобы продолжить беседу. — Первые несколько лет ты занимаешься более-менее рутинными задачами, не слишком интересными... Скажем так, набиваешь руку, а потом уже можешь перейти к более интересным проектам, за которые больше платят. Но да, кстати, я с тобой согласен, в Финляндию было легко поступить, хотя и пришлось подзаработать, чтоб доказать, что у меня есть деньги на проживание, и документы... Не очень люблю бюрократию и ожидание... — Тебе нравится учеба? — Не то, что я ожидал, но отказываться от учебы пока рано.   — Это главное. Не понимаю людей, которые работают или учатся, но не любят свое дело, — ответил Рэй, задумчиво глядя на бокал, который натирал, — тебе, может, разбавить коктейль? Ты говорил, что спирт чувствуешь, я мимо ушей пропустил. Оливер помотал головой. Они помолчали немного, но в этот раз молчание не было неловким. Оливер смотрел, как Рэй натирает помытые бокалы, отдает распоряжение девушке-барбеку, готовит заказы для посетителей, и слушал, как он перекидывается фразами, кажется, на шведскомс лёгким акцентом с милым и немного пьяным дедушкой, сидевшим через два стула от Оливера. Музыка играла умиротворенно, выпитое расслабляло, негромкие разговоры звучали так, будто телевизор просто включили как фон, чтобы не читать хорошую книгу в полной тишине. За это время Оливер успел заметить изменения в Рэе. За несколько лет тот стал еще выше, еще худее, под глазами у него как будто появились мешки, но прическа больше не была растрепанной, Рэй завязал длинные волосы в пучок. Длинные пальцы, ухоженные руки и ногти, от кисти начиналась татуировка с драконом, которая заканчивалась в районе локтя, в козелке уха — маленькая круглая сережка-гвоздик. Рэй выглядел статно, дерзко и изящно в черной рубашке с красной жилеткой, но на его лицо незримой тенью легла усталость, пальцы его все так же, как и раньше, подрагивали, а движения рук были резковаты. По крайней мере, Оливеру так показалось. — Тебя взяло? — вопрос вырвал Оливера из оцепенения, в котором он находился, просто остановившись взглядом на Рэе.  — Что? — моргнул он. — А, да... Наверное. Я редко пью, так что, думаю, да, — неловко улыбнулся он, как бы извиняясь.  — Ты завис просто. Вообще не пьешь? — Ну, только если за компанию немного, доста-аточно редко, — пожал плечами Оливер, отводя взгляд. — Так что да, возможно, я быстро пьянею.  — Ясно... — задумчиво проговорил Рэй, отвечая словно самому себе. — Я просто... Ну, алкоголь — это же всего лишь алкоголь, я так считаю, — Оливер покрутил стакан с практически выпитым коктейлем, смотря на содержимое снисходительно. Рэй резковатым движением нахмурил брови на секунду. — На самом деле — нет. Это искусство, определенная наука. Как и все, чем занимаются люди.  — Да. Но ты же не знакомишься с наукой электрики, или строительства, или фиг знает чего еще, — Оливер кратко развел руками. — Каждый выбирает что-то для себя.  — Соглашусь. Куришь? — Электронки, редко. — Хочешь выйти покурить? Оливер согласился, быстро допив остатки напитка. Рэй позвал барбека, сказал ей, что отойдет, чтобы в его отсутствие присмотрела за баром и, если случится пожар, потоп, или метеорит упадет, сразу писала ему, он за дверью. Оливер хохотнул с этого и, пока Рэй ушел за своей курткой, накинул на себя белую шубу, вытащил черную электронку из дипломата и вышел из заведения.  Холодный октябрьский воздух ударил ему в лицо, защипал, заставив, боясь простуды, застегнуть и укутаться в верхнюю одежду. Опьянение в мгновение практически прошло. Оливер крутил электронную сигарету в замерзающих пальцах, вспоминая, как Рэй крутил барную ложку. Тот, легок на помине, через секунду позвал Оливера за собой, и они пошли к заднему входу в заведение. Рэй достал сигарету с зажигалкой, чиркнул и закурил, выпуская табачный дым вверх в морозный воздух и темное небо. В такие моменты, когда он стоял во мраке и мелко дрожал на застывшем холоде, Финляндия казалась Оливеру угрюмой и неприветливой, выводило из таких мыслей то, что рядом был тот, кого Оливер долго знает, — Рэй.  — Планируешь здесь остаться? — неожиданно даже для самого себя поинтересовался он.  — Конечно.  — Ну, я подумал, может, отучился, опыта набираешься, а потом уедешь куда.  — Мне тут нравится. Конечно, в США коктейльная тема более развита, но, во-первых, люблю холодный климат, во-вторых, тут природы много, за ней ухаживают, хочу в будущем купить себе небольшой дом где-то в тихом городке возле леса и жить с кайфом, ну, а, в-третьих, фины одинаково любят и алкоголь, и сауны, так что в больших городах, вроде Эспоо, работа для меня всегда будет. А ты оставаться планируешь? Оливер пожал плечами, делая тягу. Во рту остался кисло-сладкий привкус смородины и клюквы. — Не знаю. Мне учиться еще несколько лет, думать пока рано. Если честно, я вообще не знал, что ты уехал из США. Точнее, знал, что уехал, а вот куда... Рэй пожал плечами. При легком порыве ветра по телу Оливера пробежали мурашки.  — Лучше одевайся теплее, — как бы невзначай бросил Рэй, стряхивая пепел с сигареты. — На таком морозе очень легко заболеть. На, держи мою перчатку, все пальцы отвалятся. И так они стояли, курили, не произнося ни слова, в тишине, нарушаемой лишь шумом машин, проезжающих кое-когда. Стояли в одной перчатке каждый. Оливеру нравилось такое уединение, даже некоторая интимность, но за это время он замерз больше, чем мог выдержать, поэтому вызвал такси к дверям бара.  Когда они зашли в помещение, Рэй быстро отдал новый заказ, а потом произнес: — Давай согреем тебя. Что ты пьешь? — Ты мне с собой сделаешь?  — Да.  — Тогда кофе. Американо без сахара.  Несмотря на располагающую атмосферу и приятную компанию, Оливер немного устал. Из-за напряженного дня на учёбе, потом подработки, крепкого коктейля и расслабления в уютном заведении его начало клонить в сон. Хотелось, чтобы такси побыстрее приехало и отвезло его домой, где он примет горячий душ в большой ванной комнате, больше обустроенной под сауну, и почитает книгу в тёплой, приветливой к нему постели.  Когда такси подъехало, Оливер махнул Рэю на прощание, сказал, что они еще увидятся, и покинул заведение. Домой он уезжал с ощущением, будто этот вечер привнес в его жизнь что-то новое. По крайней мере, теперь у Оливера есть хорошо знакомый человек в абсолютно чужой для него стране, и понимание этого уже приносит чувство комфорта, а мысль, что они ещё пересекутся, вызывает эфемерную улыбку на губах. Тем более Оливер забыл отдать Рэю его перчатку.