Вещи, которые принадлежат нам по праву

Девушка приходила в себя тяжело, осознавая, что что-то тёмное, мерзкое и тягучее давит на неё, прибивая к холодной скользкой поверхности, пахнущей кислым железом. Руки и ноги никак не хотели слушаться, словно все мышцы и связки, которые вообще существуют, разом атрофировались. В глазах стояла пелена, которую она старалась сморгнуть как можно быстрее, когда в голове забилась раненой птицей отчаянная догадка: здесь её бога нет. Спустя пару минут картинка в её глазах приобрела хоть какую-то чёткость и она разглядела однотипные фигуры в балахонах разных цветов: красные, оранжевые и один серый, который быстро удалялся от неё в темноту каменных коридоров. Тело по-прежнему было тяжелее дракона, но понемногу возвращалась свобода движений и она смогла сесть на том месте, где лежала. Опустив ноги, девушка осознала, что находится на алтаре, заключённом в круг из выбитых в каменном полу узоров и желобков, по которым текла кровь: алая вперемешку с багровой и обрывками тканей внутренних органов. Подняв голову, жрица обнаружила, что это кровь жертв, торчащих из углублений в стенах, предназначенных явно для жертвоприношения. Несчастных явно закрепили там, а после огромные лезвия пронзили их от ключиц и до пупка, оставляя тела истекать кровью на те самые желобки. Девушка подметила, что среди жертв не было людей: только людоящеры да змеелюды: по одному с каждой стороны. Один из людей в красном балахоне подошёл к ней и сказал что-то на языке Бездны. За время службы жрицей она часто слышала его у чернокнижников и бесноватых, но ни те, ни другие не были готовы к конструктивному диалогу и шансов выучить его у неё не было. Мужчина перед ней скривился в презрительной гримасе и повторил свои слова уже на небесном языке, приказывая ей идти за ним. Не забыв на алтаре свою сумку, она двинулась за колдуном, явно ощущая от него тёмную силу. Это был крайне опытный пользователь злой магии. Её привели в уединённую комнату и закрыли на замок, оставляя там. Девушка села на крепкую кровать и заметила графин с водой. Это была свежая, чистая и прохладная вода: самое то для нынешнего состояния, за что вскоре и была выпита ею и вылита на белокурую макушку, чтобы освежиться. За спиной девушки обнаружилось окно, открыв створки которого, она поёжилась сначала от холода, а потом и от головокружительной высоты. Внизу были видны облака. Выбраться через окно представлялось невозможным, поэтому она подошла к двери и прощупала её, простучала, выглянула в коридор и прислушалась: рядом не было никого, а дверь была из чистого дерева. Жрица открыла сумку и вытащила трутницу и огниво, поджигая дверь, которая, по всей видимости, была сколочена из дуба, поэтому горела слабовато. Из открытого окна дул холодный ветер и она укуталась в одеяло, ожидая, когда её поджог даст плоды. Ей было некуда спешить: у неё было всё время этого паршивого мира, куда её забросило по божьей воле. Сидя на твердой кровати, девушка вспоминала последние дни, проведённые в своём родном мире, где у неё была служба в храме и семья. Алессио Майнд, как она себя тотчас же окрестила, была из древнего рода аасимаров, каждый из отпрысков которого выбирал себе божество и служил ему верой и правдой до конца жизни. То же случилось и с ней. В пятнадцать лет она закончила обучение и стала младшей жрицей. Потом старшей. И так пока спустя несколько десятков лет не дошла до статуса верховной жрицы одного из крупнейших храмов её божества. Обучившись ещё в юности лекарскому делу, Алессио помогала людям и ремеслом, и магией, читала проповеди, проводила священные суды... Но как была оторвой, так и осталась. Сквернословила, ругала начальство, не слушала многие прямые приказы и посылала первосвященника туда, куда считала нужным, потому что он продал свою честь и честь Матери за какие-то деньги, а вслед за ним и половина епископов, которые потом не раз и не два уличались ею в омерзительных делах по отношению к детям и всем похожим на них расам. В особенности пострадали малышки-пикси из окрестных лесов. Из раздумий её вырвал поток сильнейшего ветра изо всех щелей на двери, гоняющий по комнате до окна густой дым, прежде заполнявший коридор. Когда ветер перестал дуть, дверь открылась и вошёл человек в оранжевой мантии. - Иди за мной. Сложив одеяло в рюкзак, Алессио последовала за ним и мужчина привёл её в огромную куполообразную залу, где в несколько концентрических окружностей выстроились жертвенные алтари, такие же, как и в комнате, куда её призвали. Каждое кольцо имело своих жертв. От стен к центру: змеелюды, людоящеры, люди... Люди? Люди в зелёных мантиях тоже стояли у алтарей, но не выглядели жертвами. Создавалось ощущение, что они с нетерпением чего-то ждали, почти что вибрируя от мандража. Жрицу привели к другому алтарю в виде стены прямо в центре зала и оставили там. В помещение понемногу стягивались фигуры в сером, от которых исходила бешеная темная энергия, не дающая глубоко вдохнуть. Круг "серых" замкнула высокая фигура в чёрных рыцарских доспехах и водрузила на подставку какой-то рог. Не прошло и минуты, как все некроманты начали читать что-то на языке бездны и её буквально вжало в стену за спиной. Треть жертвенных алтарей активировалась и многие люди в зелёном, змеелюды и людоящеры издали предсмертный вой. На потолке начала сгущаться огромная черная туча, эксцентрически разрастаясь, в пол и стены били молнии, во мгле поблескивали красные и фиолетовые прожилки, они пульсировали и извивались, вселяя какой-то первобытный ужас. Рог на подставке сначала засветился, а после замерцал красным. Девушка прошептала слова заклинания и надеялась, что оно поможет ей и спасет от одного смертельного удара, но вся светлая энергия втянулась в тучу и та ещё увеличилась, понемногу поглощая собой стену, к которой её прижало. В ушах зазвенел ещё один многоголосый вопль боли. Судя по всему, ещё треть алтарей пришла в движение. Из последних сил она попыталась убить одного из старших некромантов, но её светлая энергия снова улетела ввысь. Черно-фиолетовая хтонь ползла всё ниже, приближаясь к ней. Рог переливался всеми цветами радуги и дрожал. Алессио бормотала слова молитвы Матери, не надеясь выжить, но отчаянно желая. У неё перехватило дыхание: прямо над головой висело само воплощение зла, один из демонических лордов. Настала гнетущая тишина, когда стал слышен тихий звон и рог треснул. Из него полилась чистейшая природная энергия с ветром и ароматом дождя и леса, высушивая пот и слёзы с лица Алессио. Некроманты забегали в панике, черная масса завизжала, молнии били все чаще, убивая многих на алтарях, но существо затягивалось обратно в тучу, а рог взорвался и ярчайший свет ослепил девушку и она наконец потеряла сознание.