У беды одно начало: сидела женщина, скучала

— Да. Мужчина, стоящий у окна и держащий бежевую трубку стационарного телефона, старательно кивнул, словно собеседник с той стороны мог его сейчас видеть. — Да, я понимаю. Ещё один старательный кивок. Глеб нахмурился, выслушав ту сторону. Он зажал трубку между ухом и плечом, пока рукой искал сигареты по карманам. Пачка нашлась вместе с коробком спичек в левом кармане пиджака. Он достал сигарету и кинул пачку на подоконник. — Конечно. Трубка с раздражением была откинута на гнездо. Мужчина даже не удосужился тем, чтобы поставить её правильно. Запах серы от зажжённой спички только увеличивал желание затянуться никотином. Глеб покрутил сигарету между пальцев, зажал фильтр зубами и наконец-то подкурил, сделав долгую блаженную затяжку. В дверь коротко и быстро постучали, что означало, что сообщение срочное. Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и, постаравшись скрыть свой скорбный голос, крикнул: — Войдите! В кабинет зашёл, можно сказать, влетел молодой парень, Глеб не дал бы ему больше двадцати пяти. Судя по внешнему виду, сюда он бежал на всех парах. — Глеб Алексеич! Сержант Астапов, —Доложил солдат, приложив руку к виску. Надо было отдать парню должное, несмотря на сбитое дыхание, тот не запнулся и чётко отрапортовал. — Докладывайте, — разрешил Глеб, снова затянувшись. — ЧП на на втором этаже возле ординаторской. НД2Ч устроил беспорядок, справится сами не можем. — Чёр- Глеб вовремя прикусил язык и сжал челюсти. Сержант его посыл понял и без продолжения, поэтому легко кивнул, как бы показав, что мнение старшего разделяет целиком и полностью. — Ведите. По пути на второй этаж он думал сразу о многом. Об увольнении, например. Да только кто ж его уволит с НД1А. Запрут скорее и не выпустят, попробуй он только заткнуться об увольнении. В основном Глеб думал о Яне и её ведьме, что решили НД2Ч укоротить и оставить жить в ординаторской в бутылке. Где такое вообще видано? Только в Тринадцатом Институте. У беды было одно начало: сидела женщина, скучала... Коридор второго этажа выглядел так, будто по нему прошёлся немаленький торнадо. Мебель свалена как попало и скорее всего восстановлению уже не подлежит, разве что на дрова. Повсюду валялись бумаги и другая мелочевка. Было так же и несколько пострадавших, которым уже оперативно оказывали первую помощь. — Где НД2Ч? — спросил Глеб у старшего сержанта, который координировал действия остальных. Тот под его взглядом как-то подозрительно напрягся и поджал губы. Глеб вопросительно приподнял бровь. — Так, э-э-э, Яна Юрьевна им занимается. — Яна Юрьевна? — скептически спросил он. Солдат несмело указал в сторону открытой двери, опустив плечи и, видимо, готовясь к выговору. Глеб прошёл мимо него, обратив внимание на фамилию. В ординаторской был ещё больший беспорядок, сказывалось большее количество предметов в площади маленького пространства. Посреди всего этого беспорядка на коленях сидела Яна и ноготками гладила НД2Ч. — Ну чего ты мой хороший, испугался? Глеб в замешательстве почесал бровь и устало выдохнул. Ночь будет долгой. — Яна.. Юрьевна. Добрый вечер, хотя, уже, наверное, ночь. Разрешите спросить, чем Вы занимаетесь? — Это Люцифер, — слово бы смущенная ответила девушка, не оборачиваясь к нему. — Люцифер? — Глеб недоуменно перевёл взгляд на прозрачного осьминога. Либо он тупой, либо лыжи действительно не ехали. Яна проследила за его взглядом, несколько секунд смотрела на НД2Ч и наконец тихо хихикнула. — Не он, — она покачала головой, продолжив смеяться. — Этому бедокуру далеко далеко до него. Во мне. Люцифер. Понятнее не стало. Может, стоило врачей на оздоровительную прогулку выводить? Хотя с сердцем НД1Л зараза не страшна. Вот только относилось ли это к психическим заболеваниям... Астарот неожиданно зашлась смехом. Громко. Настолько неожиданно, что Глеб вздрогнул, а все его тело словно окаменело. Он иногда забывал о её присутствии в себе, потому что демоница предпочитала большую часть времени отмалчиваться и просто наблюдать. Люцифер имеет склонность к побирательсву. Собирает всяких бездомных по типу того, что вы называете НД2Ч. Только он в этом никогда не признается. Она, видимо, тоже. — Понятно, — протянул Глеб, ни к кому не обращаясь. Он подошёл к Яне и присел рядом с ней, — Давай его упакуем и пойдём спать? Поздно уже. — Может заберём его? — робко предложила девушка. Глеб несколько секунд смотрел то на неё, то на «бездомного». — С собой, — добавляет Яна. НЕТ! — Нет, — произнёс Глеб, одновременно с криком Астарот. Гадость. Глеб, представив всю картину, вынужденно согласился с демоницей. — Пожалуйста? Ну ты посмотри на него? НД2Ч, поняв, что разговор в данный момент вёлся о его бренной тушке, весь собрался, чтобы казаться меньше а, соответственно, милее и издал какой-то пищащий звук. Честно говоря Глеб до этого момента, понятия не имел, что Чёрт вообще мог пищать. Не ведись, — тон Астарот перешёл в молящий, — Это не Яна. Это Люцифер. Я с ЭТИМ в кровать не лягу. — Он будет хорошо себя вести. НД2Ч... Утвердительно закивал. Закивал, мать вашу. Глебу резко захотелось сжечь весь архив к чертям собачьим. Видимо, все привычные паттерны ломались, когда где-то рядом был Люцифер. Он устало прикрывает глаза. — Он спит на полу. Залезет на кровать, считай, что его больше не существует. Вообще. — Спасибо, — Яна счастливо улыбнулась и притянула его к себе за шею, чтобы оставить на щеке след от помады, — Спасибо. Предатель, — зашипела Астарот.