Touch

Первый окинул взглядом лагерь выживших, надеясь заметить яркое пятно среди этого тёмного мира: всегда идеально чистый белый костюм и яркий оранжевый шарф. Но нет, Джон вновь не здесь, а найти его так же сложно, как искать иголку в стоге сена. Мироходец был прав однажды: Джон находился только тогда, когда ему самому что-то было нужно. Учёный всеми способами выхватывал возможность побыть в одиночестве, чтобы его сложный мыслительный процесс не прервали. Помнится, что когда Ло подумал об этом, то Джон услышал его мысли. Случайно, конечно, но последствия слияния удивляют. Но можно же использовать их намеренно, верно? Джон же однажды связался с ним мысленно. Он остановился посреди лагеря и закрыл глаза, вздыхая. «Джон? Слышишь меня?» — выдал мысль Лололошка в своей голове, стараясь, чтобы она долетела до Харриса. Тишина. Мироходец фыркнул. Неужели учёный так далеко от лагеря, что не дошло? Или у него не получилось? Или тот намеренно его игнорир— «Лололошка, думай потише, будь добр. Я тебя прекрасно слышу», — было странно, но чужая мысль появилась в голове звонко. Каждый раз непривычно. — «Ты отвлек меня от медитации. Что такого важного случилось, что пришлось прибегнуть к таким методам, м?» «Да ничего, просто Отец напал на лагерь», — Ло был готов поклясться, что сейчас почувствовал чужое напряжение, мелкое и отдалённое. — «Шучу. Ты далеко? Я бы хотел кое о чём поговорить и кое-что проверить.» «Идиот. Сколько раз я тебе говорил, что ты не умеешь шутить?» «Джон, ты не ответил на вопрос.» «Я в Санкхо-Голе. Так уж и быть, приходи, ты меня заинтересовал.» Лололошка закатил глаза. Заинтересовал он его, ну просто поразительно. Какая удача и честь, он должен быть польщен. Теперь хотя бы знает, куда идти. Путь не занял много времени. Среди того, что осталось от эльфийской площади, у колонны сидел Джон, медитируя. Удивительно, что не стоя на руках. Тот сразу заметил, что кто-то приближается, и открыл один глаз, смеряя того взглядом. На лице появилась типичная ухмылка. — Надо же, Лололошка, удивляешь, — Джон поставил локоть на колено и упёрся в ладонь подбородком, — в твою светлую и пустую головушку начали проникать какие-то попытки размышлений? — И я рад тебя видеть, Джон, — Ло поставил меч и присел рядом с ним, — я хотел обсудить наше слияние. Джон Дейви Харрис повернул голову в сторону сидящего около него мироходца и цыкнул. — И о чем тут говорить? От Матери узнали достаточно, да и на себе кучу раз испытали. Что ещё тебя так не оставляет в покое? — Джон выгнул бровь, опуская очки на нос, а потом вновь вернул их на место. — Мы же по факту научились это контролировать, так? — Лололошка повернул голову в ответ, смотря спокойно, без каких-то эмоций. Увидел кивок Джона и продолжил, — то есть, мы теперь не должны сливаться от случайных прикосновений? Дейви замолчал, и даже сквозь очки было видно, как глаза раскрылись шире, проморгали озадаченно пару раз, а брови приподнялись в удивлении. Потом он широко улыбнулся и рассмеялся. — Красотка, ты к чему клонишь? Пообниматься захотел? — Я просто хочу… чёрт, в моей голове это звучало лучше и не так… плохо, — Ло снял очки и потёр переносицу, — проверить, сможем ли мы касаться друг друга и не сливаться. Удерживать это. Лололошка уже начал думать, что идея глупая и напарник просто выставит его на посмешище. Но данная мысль действительно давно засела в голове. Как и, почему-то, жгучее желание коснуться Джона дольше положенного. Запретный плод сладок, да? Джон приподнялся, выпрямляя спину, и призадумался. А потом ударил кулаком о свою ладонь и всем торсом повернулся к мироходцу. — Эксперимент, значит, хочешь, — голос учёного звучал довольно, — хорошо, давай. Эксперименты я люблю. Ло тут же закивал, радуясь, что Джон согласился. Тоже повернулся к нему всем телом, чтобы сидеть друг напротив друга. — Давай начнем с чего-то лёгкого, — Джон говорил, как ученый, который прямо сейчас был на пороге важного открытия, — для начала, мы оба начинаем внутренне сдерживать наши Вспышки, чтобы они не обменивались энергией. А потом… Ло кивнул, пока Джон говорил, и почувствовал, как на плечо опустилась чужая рука. Держал, ожидая. Они не слились. — Получается, — Ло улыбнулся, поднимая голову на альтер-эго. — Это контакт через одежду, поэтому это легче, — Джон одной рукой приподнял очки на макушку, — усложняем задачу, вводим новые данные и условия. Рука медленно скатилась по предплечью, спускаясь вниз и схватила ладонь Лололошки, почти невесомо. Ло воодушевлённо посмотрел на их руки, а потом на лицо Джона. В душе и сердце будто произошёл взрыв фейерверков. Лицо Джона все ещё было озадаченным. Он действительно серьёзно подошёл к эксперименту. Свободной рукой Первый потянулся к другой ладони JDH, делая то же самое. Всё казалось таким лёгким, не приходилось прикладывать каких-то усилий, чтобы это сдерживать. Будто и не было никакого слияния. — Хм, значит, мы всё-таки научились контролировать слияние полностью, — Джон улыбнулся, — доволен теперь, юный экспериментатор? — Нет, я ещё хочу проверить. Сиди смирно. Джон возразить не успел, как Ло мигом переплёл с ним пальцы, создавая более тесный контакт. Большой палец погладил ладонь, проверяя. Ничего. Всё отлично. Одна из рук медленно поползла вверх, забираясь под рукав белого пиджака, трогая тонкие кисти, выступающие костяшки. Мало. Недостаточно, чёрт возьми. Надо найти какой-то лимит. Та же рука нежно отпустила чужую, и потянулась к линии челюсти, аккуратно проводя пальцами, спускаясь к той части шеи, которая не была скрыта шарфом. Очертила ухо, дошла до щеки и… Лололошка только сейчас понял, что слишком увлёкся, а Джон подозрительно долго молчит. Обладатель голубого шарфа поднял взгляд на лицо учёного без очков и обомлел. Он мог поклясться, что если опять потеряет память по какой-то причине, то этого выражения лица не забудет никогда. Зажмуренные глаза, покрасневшие щёки, приоткрытые губы. Кадык нервно дернулся, Джон рвано выдохнул, когда чужая ладонь полностью легла на щеку. — Джон, — прошептал Ло двигаясь ближе. Тот приоткрыл глаза, бегая взглядом по всему, что его окружает, но не смотря на альтер-эго. Рационализм внутри кричал, что пора это прекратить, что это уже наглёж со стороны двойника, но как же приятно. Джон Дейви Харрис никогда бы не признался, что соскучился по таким нежным прикосновениям, и что вообще может их желать. Тем более, от Лололошки. Но вот, он здесь. Сдерживается, чтобы не прильнуть к тёплой ладони и не сломаться окончательно. — Чего остановился? Всё, теперь-то удовлетворил своё любопытство? — Прозвучало тихо и с напускным возмущением от учёного, — прекрати, пока я тоже не сделал глупость. Лололошка вместо ответа резко отпустил Джона, но спустя секунду обнял крепко, прижимая к себе, буквально усаживая на свои бёдра. Уткнулся в плечо, размещая руки на талии и спине. — Мне очень этого не хватало, — глухо прозвучало от Первого, — произошла куча ситуаций, когда я хотел тебя обнять, и это выглядело бы к месту, но добрались мы до этого только сейчас. Руки в белоснежных одеждах аккуратно обхватили за шею в ответ, а щека улеглась на непослушные каштановые волосы. Ноги поудобнее расположились, обхватив торс Лололошки. — Возможно, мне тоже этого хотелось, — сказал Джон с улыбкой, зарываясь рукой в локоны, — кто меня знает. Лололошка довольно выдохнул, прижимаясь теснее, ближе, чтобы чувствовать больше. Чтобы руки навсегда запомнили тепло Джона, как ощущается ткань его пиджака, как вес приятно давит на бедра, как чужое сердце бьётся тихо и размеренно. «С тобой приятно.» Мысль пронеслась не только в голове Ло, но и достигла учёного, заставляя его тихо усмехнуться. Дейви внезапно вздрогнул, чувствуя, что Лололошка начал вливать в него свою энергию. Течёт, словно мед, даря тепло и лёгкую эйфорию. Щеки моментально покраснели, — до этого гениальный мироходец был уверен, что его в этой жизни уже ничто не может смутить, даже то, как он сидит на своём же двойнике, — но против реакции тела на обмен энергией не пойдёшь. Да и до этого он поплыл от интимных и нежных прикосновений к своему лицу. Дело в том, что давно такого не было, или всё-таки в самом Лололошке? Джон быстро взял себя в руки, начиная тоже передавать свою энергию. Балансировать, будто на лезвии ножа. Руками обхватывать крепко, растворяться в объятиях, делить ощущения на двоих, но держаться, чтобы не слиться. В головах обоих — сплошной комфорт и ни одной плохой мысли. Хороший момент на отдых, чтобы отвлечься от всех ужасов этого запечатанного ото всех мира. — Ты знал, что тактильность с детства развивает эмоциональный интеллект и психологическую устойчивость к различным внешним стрессовым факторам? — Джон сказал тихо, слышалась смесь его умного тона и спокойствия в голосе, — а тактильный голод вызывает у человека повышенный уровень тревожности, проблемы со сном, апатию и даже депрессию? Лололошка приподнял лицо с чужого плеча, смотря на красные деревья вдалеке. — Намекаешь, что моё не самое лучшее состояние здесь было вызвано этим? — Ло прикрыл глаза, чувствуя, как тонкие пальцы массируют затылок. — Тогда считай, что я сейчас лечусь, доктор Джон. — Ну что ты, не только этим, учитывая, что тут происходит каждый карас, — ученый поднял голову с его макушки, и оба посмотрели друг на друга. В глазах Харриса — нежность, граничащая с его непробиваемой самоуверенностью, глаза Ло — безграничное спокойствие, даже немного сонное, будто опьяненное чувствами и прикосновениями. — Но тоже значимый фактор. Дорогуша, ты совсем не заботишься о своём состоянии. Вокруг тебя есть же существа, которые помогли бы с данной проблемой, когда я не смог бы по понятным причинам. Лололошка молча слушал, а потом отвёл взгляд, будто раздумывая. Через пару капель вновь посмотрел на глаза Джона. — Они — не ты, — отчеканил он, — только с тобой мне хочется быть… вот таким. А ещё, мне просто кажется, что тебе тоже не хватало этого… Харрис удивленно вскинул брови, чувствуя, что теперь у него горят уши. Эта бестолочь только что призналась ему. Да причём так просто и по-своему, но сердце сделало кульбит. Он обхватил его щёки ладонями, чувствуя лёгкую дрожь на кончиках пальцев. Что же он с ним творит. — Ты невозможный, Лололошка, — будучи лбом ко лбу с ним, Джон выдохнул эти слова в обветренные и потресканные губы. Лололошка улыбнулся и потянулся к чужим губам, мягко целуя. Ему тут же ответили, так же до щемления в сердце нежно. Аккуратные поцелуи, не заходящие дальше. Большего и не надо, им обоим хотелось утонуть в этой лёгкости и в этом комфорте, неторопливом и приятном. Учёный аккуратно отпрянул от поцелуев, смотря на Лололошку с озорным огоньком в глазах. Тот лишь вопросительно склонил голову. — Хочешь, теперь каждый раз будем сливаться при помощи поцелуя? — тихое хихиканье. — Думаю, что наши враги данный перфоманс не оценят. — Это их проблемы. А что насчёт тебя? — Спрашиваешь ещё? — Ло аккуратно берёт ладонь Джона со своей щеки и подносит к губам, оставляя поцелуй на тыльной стороне, — я буду только рад.