Don't Mess with a Kid Who's Tired of Taking Punches

      Изуку знал, что этот день настанет, с того самого момента, как Незу предложил помочь ему стать героем. Это было логично: в конце концов, герой должен быть в форме, должен уметь дать отпор злодеям, если хочет помогать гражданам в полную силу. Изуку понимал, что ему нужно тренироваться, чтобы достичь цели, но это не значило, что он действительно этого ждал.       Его прошлый опыт со всем, что связано с драками, был довольно неоднозначным. Конечно, ему нравилось смотреть, как действуют его любимые герои; они были такими впечатляющими и вдохновляющими. Он следил за их битвами, ловя острые ощущения от того, как они спасают положение. Именно это изначально и заставило его захотеть стать героем. Но были и те схватки, в которых он участвовал лично, те, что оставили на его бледной коже шрамы всех видов и форм. Именно из-за них он до сих пор колебался перед дверью спортзала.       С самого раннего возраста его вовлекали в драки, в которых он не хотел участвовать. Сначала — чтобы защитить более слабых детей от хулиганов. Он хотел быть героем, а ни один герой не отвернется, когда беззащитного ребенка избивают. Он поступал правильно, но все равно ненавидел раны, которые часто получал в этих драках. Было больно, а он не любил боль.       Но потом ему поставили диагноз «беспричудный», и внезапно он сам стал тем слабым ребенком, которого задирали те, кто был сильнее и крупнее. Он стал изгоем, чем-то, чего не должно существовать в эту эру суперспособностей. Те, кого он называл друзьями, начали бить его, чтобы поставить на место, и Изуку не знал, что делать, когда они нападали на него толпой.       Изуку так и не научился нормально драться, потому что слабак без причуды не нуждался в этом. Он почти отказался от своей мечты, потому что такой, как он, даже не должен был надеяться стоять в одном ряду со звездами.       Но потом Изуку встретил Незу, который разглядел в нем что-то. Что именно, он не был уверен, но что бы это ни было, оно открыло перед ним дверь к осуществлению его желаний. Например, стать героем. Изуку собирался осуществить свою детскую мечту, и все же не мог заставить себя открыть дверь в спортзал из-за призраков того, через что он прошел, родившись другим.       — Ты зайдешь? — спросил голос позади него.       Изуку резко обернулся, чтобы посмотреть, кто это, и оказался лицом к лицу со своим сегодняшним учителем — Сотриголовой, или, как он должен был называть его в кампусе, Айзавой.       — А, д-да! П-простите, я-я—       — Никаких проблем, — прервал его Айзава, открывая дверь, чтобы они оба могли войти. — Проходи.       Издав мышиный писк, Изуку поспешил внутрь, не решаясь поднять взгляд на мужчину. Вместо этого он направился прямиком в раздевалку, чтобы переодеться в спортивную одежду, которая будет удобнее для того, что запланировал Айзава, чем колючая форма Юэй.       Прошло всего несколько минут, прежде чем он вышел обратно, на этот раз в футболке с длинным рукавом и спортивных штанах. На ногах у него всё еще были те же стоптанные красные кроссовки — за неимением более подходящей спортивной обуви для тех, у кого нет причуды. Лучшего в обществе, которое желало ему смерти, он, видимо, и не заслуживал.       Айзава уже ждал его на тренировочном мате, когда он подошёл. Он всё еще был в своём геройском костюме, но Изуку предположил, что это логично, раз мужчина сражается в нём днями и ночами. Материал, наверное, был одновременно невероятно дышащим и невероятно прочным. Однако он снял своё оружие для захвата, которое теперь было аккуратно сложено на ближайшей скамейке.       — Итак, у тебя есть какой-нибудь боевой опыт? Какие-нибудь единоборства?       — Н-нет, не особо.       — Ну ладно, — вздохнул он. — Начнём с основ. Сначала разомнёмся. Будешь делать это перед каждым уроком, иначе потянешь мышцу и травмируешься. Давай, я покажу тебе несколько базовых упражнений на растяжку.       Послушно усевшись напротив Айзавы, Изуку повторял каждое его движение. Они начинают с ног и постепенно продвигаются вверх к корпусу, спине, рукам и шее.       На протяжении всего процесса они обменивались лишь минимумом слов, в основном указаниями и поправками от Айзавы. Им особо не о чем было говорить, так что они продолжали заниматься молча, пока не закончили и только тогда встали.       — Итак, каким героем ты хочешь стать? — неожиданно спросил Айзава.       — Я, эм, ещё не совсем уверен. Если честно, я почти совсем отказался от этой идеи, прежде чем Незу-сенсей предложил взять меня в личные ученики… Но я сомневаюсь, что публика хорошо воспримет, если я стану публичным героем, учитывая, что у меня нет причуды, — с горечью объяснил он.       — Тогда подполье — твой лучший вариант. Я тоже думаю, что ты лучше будешь работать в тени, — и прежде чем Изуку успел обидеться на только что сказанное, Айзава продолжил, не давая парню шанса вставить ни слова. — Незу рассказывал мне о твоих способностях. Похоже, ты довольно хорош в анализе и раскладывании причуд по полочкам? Увидишь, что такие вещи очень полезны в подполье, особенно когда у тебя нет атакующей причуды.       — В подполье мы полагаемся на подготовку, сбор информации, планирование и внезапные атаки. Мы чаще всего не играем по правилам, потому что злодеи, с которыми мы боремся, тоже этого не делают. Ты учишься драться грязно, потому что ночью работает только так.       — Это совершенно не похоже на то, что делают публичные герои, потому что только идиоты будут пытаться совершить преступление средь бела дня. С теми злодеями они могут справиться ударом в живот. Но по-настоящему умные прячутся в тени, они более организованы и знают, что делают. Вот тут вступаем мы.       — И я не говорю, что на этой стороне геройской работы нет злодеев низкого уровня, но с правильной подготовкой мы можем быстро их нейтрализовать, если ударим в нужное место. Никакая причуда не заменит необходимого уровня мастерства.       — Но раз ты никогда раньше не дрался, мы начнём с боевой стойки. Давай, я покажу.       Следующие пятнадцать минут они потратили на то, чтобы Изуку научился правильно воспроизводить стойку. Пытался, исправлял, пытался, исправлял — и снова по кругу. Процесс был долгим и утомительным, но Айзава настаивал, что для него очень важно научиться инстинктивно принимать приемлемую стойку, прежде чем они перейдут к чему-то более сложному.       К счастью, Изуку быстро учился, и положение давалось ему как будто естественно, так что они смогли быстро перейти к следующему шагу: ударам и блокам. И Ками, как он пожалел, что не потратил больше времени на отработку стойки, вместо того чтобы переходить к следующему этапу. Стойка была лёгкой. Это не было боем как таковым, это было умение правильно стоять. А это был бой, это были движения, к которым Изуку привык немного слишком хорошо — он привык видеть их направленными на себя.       Впрочем, блоки были полезны. Теперь он знал, как реагировать, если снова столкнётся с Каччаном. Но он не был уверен, что это действительно хорошая идея: это может ещё больше разозлить хулигана, если он увидит, что Изуку защищается. Ага, нет, сейчас было бы не лучшее время, чтобы блокировать бросок блондина. Но, может, если он научится большему? Нет, сейчас он забегает вперёд.       Айзава заставил его несколько раз ударить в воздух, показывая, как нужно поворачивать кулак в середине замаха, чтобы не повредить запястье. Он сказал не зажимать пальцы большим пальцем, чтобы не сломать его при ударе.       Учительская ухмылка осталась незамеченной, когда он увидел, как Изуку подсознательно вкладывается в удар, толкаясь ногой, передавая импульс через всё тело, чтобы придать удару больше силы. Или как он держит руки близко к телу, чтобы защитить рёбра, хотя ему этого не говорили. Ему даже не пришлось объяснять парню, что нужно подставлять под гипотетическую атаку внешнюю сторону предплечья.       Этот ребенок, которого Незу нашел, Ками знает где, возможно, никогда в жизни не дрался, но он явно был не глуп. ( [...] проиграл злодею, потому что его удар не достал; ему следовало использовать дополнительную длину, которую он бы получил, если бы развернул корпус вместе с ударом.) ( [...] была неосторожна и самоуверенна. Ее высокомерие заставило ее забыть, что в конечном счете она все еще смертна и уязвима. Злодей воспользовался слабостью, которую она неосознанно создала сама, и ударил в незащищенные ребра, эффективно выведя ее из строя.) ( [...] совершил ошибку, подставив нежную кожу и хрупкие кровеносные сосуды предплечья под удар злодея с причудой, создающей ножи. В тот день ему повезло не истечь кровью прямо на улице.)       Изуку не нужно было дважды думать о причине, по которой он делал те или иные вещи, — он просто их делал. Он заметил, что редко об этом жалеет, поэтому просто отдавал команды подсознанию. Это было то же самое, что помогало ему избегать травм в неудобных местах от рук Каччана, так что, по его мнению, оно было вполне надежным.       Если он не думал слишком много, а просто двигался, обычно всё проходило хорошо.       — Похоже, ты прирожденный боец, — заметил Айзава. — Почему бы нам немного не поспарринговать, просто чтобы посмотреть, как это выглядит в бою?       — Ч-что? — заикаясь, пролепетал Изуку, широко распахнув глаза. Этого не было в планах. Этого не должно было случиться. Не сейчас.       — Спарринг. Ничего слишком интенсивного, конечно, в конце концов, у тебя первый раз, но какой еще есть способ научиться драться? Ты довольно легко освоил основы, так почему бы не попробовать и не посмотреть, как это выглядит на практике?       — В-верно...       — Ты не очень-то горишь желанием пробовать, можем и подождать, если хочешь.       — Нет! — Ему действительно не нужно было, чтобы Айзава думал, будто он не готов. — Н-нет, всё в порядке. Я просто, наверное, немного нервничаю.       — Тогда ладно.

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

      Честно говоря, Изуку не знал, чего ожидал. У него не было опыта, конечно, он не собирался показывать блестящие результаты. Особенно против такого опытного профессионала, как Сотриголова. Но всё же, после шести раундов можно было подумать, что Айзаве наконец надоест надирать ему задницу.        Очевидно, это было не так, потому что они снова встали в стойку для седьмого раунда. Изуку устало поднял кулаки на уровень глаз, чтобы защитить рёбра, шею и лицо. Ноги перешли в гораздо более устойчивую позицию. Он наблюдал, как его учитель делает то же самое, хотя его стойка была куда более ленивой, и выглядел мужчина гораздо комфортнее и расслабленнее.       Они смотрели друг на друга мгновение, прежде чем Айзава начал бой взмахом правой. И этот простой удар, столь похожий на многие другие, которые профи наносил ему ранее, оказался достаточным, чтобы перевернуть ситуацию. Потому что с этим конкретным движением Изуку был ох как хорошо знаком — он продумал множество способов контратаковать подобные выпады.       Кулак Айзавы летел в него, и по инстинкту Изуку пригнулся и нырнул под руку. Он воспользовался своим движением, чтобы нанести удар в незащищённые и уязвимые рёбра учителя. Тот выдохнул, когда воздух покинул его лёгкие, подавшись вперёд, чтобы восстановить дыхание.       В груди Изуку расцвела уверенность: сработало! Он успешно уклонился от удара и умудрился при этом попасть сам. И теперь он стоял позади мужчины, который находился в уязвимом положении, но, зная его, это продлится недолго. Нужно воспользоваться возможностью, пока не упустил её.       Его нога взметнулась вверх, надеясь попасть в плечо Айзавы, пока тот всё ещё стоял к нему спиной. Однако Изуку, возможно, поспешил, или он так подумал, когда вместо того, чтобы достичь цели, его лодыжка была перехвачена.       Он только успел удивлённо распахнуть глаза, как его сбили с равновесия и бросили на пол.       Изуку выдохнул от удара и попытался встать, но быстро сдался. Он был слишком уставшим для этого. Вместо этого он обмяк на тренировочных матах, с губ сорвался побеждённый вздох. Он ни за что не повторит это. Не сегодня и, вероятно, не завтра.       Он устало закрыл глаза, только чтобы открыть их снова через несколько секунд, услышав сдавленный смешок Айзавы. Он взглянул на мужчину, который ухмылялся, глядя на него сверху вниз, выглядя чрезвычайно довольным и почему-то... в восторге?       — Вот это уже другое дело! Вставай, на сегодня хватит, попробуем снова в другой раз, — сказал он, протягивая ему руку. — Ты отлично справился для первого раза, парень, — затем тихо похвалил он.