Люблю.

Брюс думал, что не привлекает Вэнса. Ведь Вэнс никогда не посмотрит на Брюса так, как на друзей не смотрят. Ему наверняка нравятся девушки с утончённой фигурой, азартной натурой и дерзостью. Ямада таким не был. Вернее... Он вообще не был девушкой. Поэтому каждую шутку в свою сторону пытался не воспринимать всерьёз, хотя очень этого хотелось. Вэнс, он... недостижимый. Весь такой из себя ахуенный, недоступный и, о чём брюнет никогда не скажет, горячий. Брюс сгорает дотла каждый раз, когда блондин бросает на него взгляд своих таких-голубых-глаз. Бросает, и у Ямады подкашиваются коленки. Бросает, и кончается воздух в лёгких. Бросает, и хочется позорно у б е ж а т ь. Вэнс смотрит. Всегда. Слишком пристально. Слишком долго. Брюс отводит глаза и поджимает губы. Господи, да что ж это такое. Так хочется залезть Хопперу в голову и узнать, о чём он сейчас думает, смотря на Ямаду так. Кажется, покраснели щёки и пятна расползлись по шее. Иначе почему Вэнс растянул свои такие-невозможные-губы в мягкой ухмылке? Он знает. Знает, что Брюс смущён, и хочет смутить его ещё больше. Блондин явно обводит взглядом контур чужих губ и скользит по покрасневшей шее и ключицам, выглядывающим из-под ворота футболки. По рукам, сложенным на груди, подрагивающим пальцам и напряжённым коленям. Брюса хотелось сжать в крепких объятиях и н и к о г д а не отпускать. Хотелось огладить спину большими ладонями, пролезть под мозолившую глаза футболку и положить руки на талию, сжимая пальцами мягкие бока. Вообще, хотелось очень много всего. Именно с Брюсом. Только с ним. Если бы Вэнс осуществлял свои желания... Но он этого не делает. Боится потерять всё, что у него есть. А есть у него Брюс и их дружба. Что, если после того, как Хоппер распустит руки, брюнет уже не покраснеет и опустит голову - а пошлёт его куда подальше и больше не заговорит с ним? Липкий страх бурлил в животе каждый раз, когда блондин задумывался о Ямаде и о том, как хочется расцеловать чужие губы, посадить к себе на бёдра и... Потому что если Вэнс это всё потеряет, то что у него останется? Ни-че-го. Не будет ночёвок в доме Хопперов, не будет таких желанных тёплых объятий и этих зрительных контактов с тёмными глазами Брюса. Останется только игра в пинбол, вымещение злости, обиды и сожалений в виде кулаков в лицо и запугиваний очередных сверстников. Вэнс не простит себе, если из-за собственных чувств он потеряет самое дорогое, что у него есть в его грёбаной жизни. Поэтому он не двигается с места и отводит глаза в сторону. - Как тебе фильм? - Вэнс размыкает сухие губы, проводит по ним языком и задаёт глупый вопрос, потому что прошло уже 15 минут с того момента, как они закончили смотреть. Брюс невольно наводит взгляд на чужой рот и неосознанно прикусывает нижнюю губу. Замечает, как голубые глаза сразу же фиксируют это действие, и пытается не покраснеть в который раз. - Ну, неплохой... - заикается, теребит дрожащими пальцами подол чёртовой футболки и смотрит куда угодно, но только не на друга. - Серьёзно? А мне показался дерьмовым. - недоумевает блондин. Да только разве Ямада скажет, что за всё время просмотра он ни разу не задумался о происходящем на экране, потому что глаза так и метались в сторону Хоппера, чтобы хотя бы немного зацепиться взглядом за мягкие светлые кудряшки, идеальный профиль с падающим на него мягким светом от телевизора и чужие губы, которых слишком сильно хотелось коснуться. - Может и так. Я просто не особо следил за сюжетом. - И о чём же таком ты думал, что спустя целый фильм ничего не понял? - Вэнс смотрит. Снова. Заинтересованно улыбается и взъерошивает чужие тёмные волосы. Брюнет нервничает от вопроса и несколько секунд просто молчит, уткнувшись подбородком вниз. - Я... Да неважно. - увиливает от точного ответа, сжимает зубы и держит в себе то, что вырывается наружу. - Не доверяешь мне? - неверяще хмурится и пытается поймать взгляд другого. И как он себе это представляет? Типа: "Вэнс, я не вникал в фильм потому, что смотрел на тебя" ? Так, что-ли? - Боже, Вэнс... - Ямада трёт пальцами переносицу и чувствует, как кровь прилила к щекам. - Я тебе доверяю, но дело не в этом. Хоппер прищуривается и поднимает уголки губ ещё выше, чем до этого. - Брюс, ты что, смотрел на меня? - усмехается и оголяет свои клыки. Блять, эти чёртовы зубы... Вот бы Вэнс прикусил мягкую кожу на шее и зализал горячим влажным языком. Чёрт. Когда Брюс наконец поднимает взгляд, лицо блондина почему-то оказывается слишком близко. Это же не всерьёз? Он, должно быть, шутит. В очередной раз. По крайней мере, он думает так до тех пор, пока расстояние не сокращается и Хоппер не начинает шептать ему прямо в лицо, опаляя и так покрасневшие щёки тёплым дыханием. - Ты любишь меня? Глаза брюнета так и просятся посмотреть вниз, и он ничего не может с этим поделать. Смотрит на чужие губы, а Вэнс следит за его взглядом и ухмыляется. Ответ ему не нужен, так ведь? Да к чёрту. Ямада прижимается, быстро проводя языком по чужому рту. Вэнс кусает нижнюю губу Брюса и тот тихо мычит. Хватается за чужие кудри на затылке и прижимает ближе. Хоппер позволяет себе просунуть руки под футболку и огладить ими талию. Он отстраняется и припадает к шее. Царапает нежную кожу клыками и мажет языком. Блять. Брюс стонет и сжимает чужие волосы у корней. Вэнс проводит горячими ладонями по бокам и едва касается пальцами тазовой косточки за резинкой шорт. Надо о с т а н о в и т ь с я. Хоппер правда останавливается, вытаскивает руки и кладёт их поверх спины. Обнимает. Тепло и надёжно. Как может только Вэнс. И только с Брюсом. Ямада облегчённо поднимает уголки губ, приглаживает свои волосы и отпускает чужие, вместо этого обнимая в ответ. - Ты так и не ответил на мой вопрос. - напомнил блондин. Брюнет чувствует, что тот улыбается. - Люблю.