Признание. Зарисовка

Очередное нападение акум на Париж не принесло ничего хорошего столице Франции: Эйфелева Башня была почти разрушена, а на улицах бегали множество пластиковых гномов. Ещё один неудачный проект Бражника, который не привел ни к чему. Леди Баг вместе с Супер Котом в очередной раз спасли весь город, а сам злодей остался ни с чем, кроме как разочарование. Который раз за все эти годы он не может заполучить эти жалкие украшения, чтобы исполнить такую желанную вещь. А тот ублюдок продолжает ошиваться вокруг нее, словно жалкая псина. Это раздражало Мотылька. Сейчас же, Агрест-старший стоял посреди своего кабинета, что-то раздражённо шипя себе под нос, будто проклиная весь мир за то, что так несправедлив к нему: казалось бы, ему было глубоко плевать на то, что он ещё не перевоплотился. Хотя кто его может увидеть? Адриан, как он точно знал, сейчас вместе с Гориллой в безопасности, а Натали, вероятнее всего, уехала решать очередные проблемы с поставками тканей, как он ей и сказал. Радовало лишь одно: ни один из них не пострадал, особенно его секретарша. Ещё раз глубоко выдохнув и почувствовав слабую колющую боль в груди, Бражник произнес слова трансформации, после чего на пару секунд засветился мягко-фиолетовым светом. Нууру лишь отлетел в сторону, паря где-то около своего хозяина, явно голодный. Сам же беловолосый мужчина лишь выругался себе под нос, проклиная Ричарда (пусть будет такое имя пока что у кавалера, ведь мы так и не решили), поправляя его белый пиджак и разворачиваясь. Он тут же замер, словно увидел приведение. Мадмуазель Санкер вернулась от поставщиков гораздо раньше, ведь решила объехать пробку, которая сформировалась из-за очередных действий Мотылька. Женщину терзала чистая ненависть к обладателю талисмана моли, ведь именно из-за него Адриан попадал в неприятные ситуации, а Ричард страдал чуть ли ни от каждого злодея, в которых вселялись акумы. На нем стоит какой-то маячок, который так манит этих идиотов или что? Секретарь известного парижского дизайнера лишь удрученно хлопнула дверью своего темного автомобиля, быстро взбегая по передней лестнице, ведущей в сам особняк Агрестов. Сейчас нужно было доложить всю полученную информацию месье Агресту, а после вернуться к заполнению отчёта. К тому же Адриан просил ее помочь ему с какими-то докладом. Дел по горло, хотя она уже привыкла. Натали уже несколько минут стучала в дверь, ведущую в кабинет своего начальника, не получая никакого ответа, хотя прекрасно слышала мужчину, стоящего там. — «Что за фокусы?», - пробормотала себе под нос она, прищурив глаза из под маленьких квадратных очков, прежде чем темноволосая лишь тихо и спокойно проскользнула в помещение, уже собираясь начать свою речь, как тут же запнулась, с чистым непониманием уставившись на высокую фигуру в фиолетовом латексном костюме. Бражник? А что он здесь забыл, черт возьми?! И где месье Агрест? Что за черт.. Она могла ожидать чего угодно, была даже готова принять удар и оборонятся, но увидеть то, как Мотылек становится месье Агрестом..Это было явно не то, чего она ожидала. Женские брови взлетели вверх, а очки слегка съехали, чуть ли не свалившись на пол, пока сама ассистентка замерла, как статуя. Комок подкатил к ее горлу, заставив побледнеть, как полотно. Что вообще происходит.. Оба взрослых уставились друг на друга, словно виделись впервые. В помещении была напряжённая тишина, которая сжимала грудь, не давая нормально вдохнуть. Первым в себя пришел Габриэль, нервно поправляя швейный платок на груди: смысла врать ей уже не было. — «Натали. Пожалуйста, выслушай меня внимательно. Ты просто..», - но его тут же перебили, заставив смущённо запнуться. — «Что это, черт возьми, было? Месье Агрест, вы объясните мне? Вы..Вы..» - женский голос слегка дрожал, хотя мадмуазель Санкер старалась держать себя в руках. Старший Агрест лишь прерывисто вздохнул, делая небольшой шаг вперёд, словно опасаясь того, что его ангел сбежит. Его руки слегка дрожали от перенапряжения, но мужчина глубоко вздохнул, стараясь протянуть руку вперёд, чтобы положить ее на плече Натали, дабы хоть как-то успокоить ее. Но сама же женщина даже не позволила ему дотронуться до себя, отступая назад и презрительно поджав губы. — «Зачем? Зачем вы это делали? Вы же понимаете, что постоянно подвергаете Париж опасности?! Сколько раз вы вредили людям и самому городу?! Зачем?!», - воскликнула она, словно ее не волновало то, что перед ней стоит ее же босс. Грудь Санкер рвано вздымалась, а глаза нервно бегали по мужчине перед ней. — «Натали, прошу. Ты должна выслушать и понять меня. Париж — это меньшее, что меня волновало и волнует. Ты сейчас не в том состоянии..», - строго, но с небольшой мягкостью пробормотал Габриэль, стараясь подтолкнуть женское тело к ближайшему мягкому креслу. Но в очередной раз его руки были отброшены в сторону с какой-то непонятной брезгливостью, будто он был мерзким слизнем. Это слегка оскорбило его. — «Вы надо мной шутите?! Вы так спокойно об этом говорите, будто это простая прогулка! Я устану пересчитывать тех, кого вы сумели акуматизировать. И сколько ущерба вы принесли?! Спасибо Леди Баг за то, что она способна восстанавливать все то, что испортили вы. Зачем?! Зачем вы это делаете!», - казалось, что его секретарша скоро подойдёт к конечной точке и взорвется, как шарик. Нууру прятался где-то за графическим планшетом, заинтересованно, но настороженно наблюдая за перепалкой. Маленький квами прекрасно знал и ощущал, какие эмоции и чувства испытывает в данный момент его хозяин. — «Выслушай меня наконец!», - он начинал медленно выходить из себя, но все ещё старался сильно не повышать голос, иначе ситуация станет ещё хуже. — «С какой целью, Габриэль?! Ради чего?!», - не унималась мадмуазель Санкер, планируя развернуться и покинуть помещение, но прежде чем она успела это сделать ее запястье резко сжали. Модельер, словно ребенок, дёрнул ее к себе, из-за чего их носы чуть не треснулись друг об друга. В комнате повисло неловкое молчание. — «Я люблю вас.», - страстно прошептал Габриэль, уверенно поддаваясь вперёд и мягко целуя так долго желанные губы. Его глаза были плотно закрыты, пока руки вспотели от волнения: беловолосый лишь крепче прижал к себе дорогую сердцу даму. Дыхание сбилось у обоих так, словно они пробежали марафон. У Агреста лицо начала уверенно приобретать розовый оттенок, как у прыщавого подростка, впервые решившего признаться своей пассии в любви. Каша. Вот что было в ее голове. Причём здесь вообще любовь? Темноволосая с каким-то смутным удовольствием ощущала чужие губы на своих, со слабым привкусом терпкого кофе. Мадмуазель Санкер лишь на долю секунды прикрыла глаза, отдаваясь минутной слабости, но уже через пару мгновений ее ладони упёрлись в грудь Габриэля, отталкивая его от себя. — «Что вы творите?!», - запротестовала она, сделав пару шагов назад, почти столкнувшись спиной с темной дверью. Ей было глубоко плевать, что очки почти свалились, мешая оценить всю ситуацию ясным взглядом. Грудь сжалась от неясного чувства, не давая сделать вдох. — «Натали, выслушай меня наконец. Я люблю тебя. Все это было лишь ради тебя. Пойми меня! Как по-твоему я должен был реагировать на то, что рядом с тобой ошивается та жалкая псина?! То, как он касался к тебе..Думаешь, я принял бы это?! Натали!», - вскрикнул старший Агрест, увидев, как его секретарша просто покидает кабинет. В помещении воцарилась тишина. Кажется, все пошло через задницу.