Понедельник - это плохой день?

Понедельник — начало новой недели, новых дел, новой жизни. С понедельника люди обещают себе перемены: начинают худеть, правильно питаться, бегать по утрам. Заводят трекеры привычек, отмечая каждый маленький шаг к идеальной версии себя. В этот день кто-то встречает любовь, находит родственную душу или настоящего друга. Кого-то повышают, кто-то получает работу мечты. Но не Линь Цзюши. Его утро началось с хаоса. Он проспал, наспех собирался, моля всех богов, чтобы не опоздать, ведь сегодня ему предстояло представить переделанный проект. От него зависело всё — работа, будущее, зарплата.Только вот был один нюанс. В прошлую пятницу этот проект разнесли в пух и прах, и, конечно же, виноватым сделали его. Линь Цзюши не раз говорил, что у персонажей плохая подвижность, что в коде ошибки. Но кто его слушал? Когда он предлагал идеи, их либо игнорировали, либо переиначивали так, что его вклад никто не замечал. А все премии и похвала шли тем, кто умел красиво говорить и подлизываться к начальству. Но он терпел. Он ещё с детства привык держаться. Бабушка всегда говорила, что в нём есть свет — яркий, тёплый, способный согревать и освещать путь другим. «Ты особенный, Цзюши», — говорила она. Гао Давэй тоже так считал. Но он уехал. И, возможно, воплотил их общую мечту — ту, к которой они хотели идти вместе. Линь Цзюши выбежал из подъезда и тут же ощутил, как мир насмехается над ним проливным дождём. Он, конечно же, забыл зонтик. — Отлично, ещё одно доказательство, что сегодня — мой «понедельник-неудачник», — пробормотал он. В офисе его встретили, как всегда, «радушно». Начальник отдела запустил в него стопкой бумаг. — Вот, займись! Это даже не его проект. Опять чужие хвосты, которые теперь надо разгребать. Премия и повышение снова ускользнули, зато нервы трещали по швам. Он знал, что его проект был хорош. Он работал над ним ночами, терпел несправедливость, надеясь, что хоть этот шанс позволит ему проявить себя. Но снова и снова его труд использовали как трамплин для чужих карьерных высот. А он… Он стоял посреди офиса, сжимая кулаки, и изо всех сил держался. Он не мог позволить себе сорваться. Шеф любил избавляться от неугодных, а Линь Цзюши давно был у него бельмом на глазу. По-настоящему талантливых он не подпускал к повышению — слишком опасно держать рядом людей, которые могут затмить его самого. Чтобы успокоиться, Линь Цзюши подумал: может, в следующий понедельник всё будет иначе? Может, он окажется там, где его ценят? Где прислушиваются к его словам? Но пока таких людей в его жизни не было. Родители отказались от него. Бабушка умерла. Друг, у которого он снимал комнату, жил своей жизнью — у него была девушка. Да что там друг — даже его собственный кот, драгоценный любимец, не стремился к общению. Он никогда не давался ему в руки, прятался в уголке, а стоило попытаться его погладить — тут же отходил в сторону, предпочитая держать дистанцию, словно не одобрял его присутствие. Этот кот был его единственным спутником, но даже он не мог дать того тепла и утешения, которых так не хватало. А Линь Цзюши… Он не был уверен, что вообще кому-то нужен. И ещё одно... Никто больше не видел в нём того самого света, о котором говорила бабушка. Будто тени бытия не давали ему пробиться наружу. А сам Линь Цзюши уже забыл дорогу к нему.