плохой день

Всё внутри кипело от ярости. Он облажался на тренировке и не мог выполнить базовые упражнения. Да, он старался, но этого было недостаточно. Джостен с самого утра был на иголках по непонятным причинам. Успокаивало только одно — Эндрю. Прямо сейчас он лежал между его бёдер, устроившись на одном из них, как на самой удобной подушке. В его волосах были пальцы блондина — привычка, выработавшаяся за время их близости. Так Эндрю успокаивал пыл рыжего. Нил прижался ещё плотнее к бедру и страдальчески громко вздохнул. — Я чувствую себя таким уставшим, — прошептал он, приобнимая ногу, словно плюшевую игрушку. — Распадаешься на части, м? — послышался тихий ответ сверху. В ответ последовал кивок — его Эндрю скорее почувствовал, чем увидел. Блондин всё ещё читал детектив, который недавно прикупил. Закончив страницу, он положил закладку, закрыл книгу и отложил её на тумбочку рядом с кроватью, на которой они сейчас лежали. Минуту он просто смотрел на парня у себя на ногах. В его глазах мелькнула нежность. Он боролся с улыбкой, что так и норовила выскользнуть, но всё равно начал действовать. Зарывшись пальцами в рыжие кудри, он чуть оттянул их, чтобы открыть лоб, и оставил лёгкий поцелуй в его середину. — Ты сегодня хорошо справился, Нил, — продолжил он, продолжая успокаивать любимого человека. В такие моменты хотелось укрыть его от всего мира, не отдавать никому и быть рядом всегда. После этих слов на него посмотрели голубые, словно бушующий океан, глаза. В них было столько нежности, что внутри всё сжалось в тугой комок. А когда Нил улыбнулся, Эндрю окончательно пропал. Он залип. Не мог оторваться от этого зрелища. — Эндрю, да или… — Да, — вырвалось раньше, чем он успел осознать, что сказал это вслух. Новоиспечённый капитан “Лисов” лишь мягко усмехнулся, ожидая успокаивающего поцелуя. Эндрю не стал терять времени. Аккуратно переместившись, он навис над ним, расставив ноги так, что собранные колени Джостена оказались между его собственными. Обхватив уставшее лицо любимого нападающего, он подался вперёд и вжался в его губы. Поцелуй был медленным, ленивым, тягучим. В нём чувствовались только нежность и поддержка. Они неторопливо тянули друг друга за губы, языки касались опухших от поцелуя уст. Иногда для утешения хватало одного-единственного поцелуя. Иногда для душевного спокойствия достаточно было одного слова, сказанного нужными губами. Это никогда не было«я люблю тебя». Нет. Для них«я рядом»значило куда больше.