Законы вечности

Светлый корпус, укутанный в шелковистые покрывала, словно в кокон, поворачивает на бок. Бирюзовая оптика медленно открывается, включая тем самым все системы и работу каждой детали. Прима выходит из оффлайна. Потянувшись, он садиться на бампер, начиная осматриваться в округе и пытаясь одновременно с этим прийти в себя. Взгляд медленно падает на место рядом с собой. Никого. Даже признаков, что тут кто-то был, нет. Только пустынная и холодная комната, без единого звука, напоминающая застывшее во времени пространство. Хотя вроде бы в оффлайна он уходил с Мегатронусом в обнимку. Как странно.. — Где же Тронус? ... Ладно, это к ничего не приведёт, если я буду долго здесь сидеть. Бот лениво свесил свои сервоприводы с платформы и опять остановился. Следующим рывком он всё таки сполз с тёплого места, что так притягивало обратно. Как же ему хотелось ещё немного поваляться в шёлковых одеялах. Правда, отсутствие любимого Прайма рядом делало это место скудным и холодным. Навряд ли бы Прима ушёл в оффлайн без него в такое время. От накатившего чувства ели заметной грусти крыловидные аудиосенсоры опустили ниже...опустились...Опустились? Лидер не почувствовал привычного ощущения их движения. Даже обычный звук, происходящий при сложении пластинок, не последовал. В процессоре появились подозрения на неладное. — Что такое? Светлые манипуляторы потянулись к объекту недоумения и начали ощупывать собственные слуховые датчики. — Нет... Их нет.. Подбежав к зеркалу, лидер заметил, что его крыловидные пластинки куда-то пропали. На месте остались лишь аудиосенсоры, что выглядели очень глупо без своих украшений. Прима стал ловить волну накатывающей паники и тревоги. Его взгляд стал нервно бегать по комнате в поисках потерянного. До того момента, пока за дверью в комнату не раздался знакомый голос, а за ним и стук. — Прима? — О нет... Тронус.. Он не должен меня таким увидеть.. — прошептал светлый. — Прима, я вхожу. — Нет! Тронус стой! Его слова дошли до воина только тогда, когда дверь уже открылась. Лидер лишь успел прикрыть своё недоразумение манипуляторами, чтобы сразу это было не заметно, и бросил нервный взгляд в голубые окуляры. — Мой конджекс, что случилось? Почему ты скрываешь свои прекрасные ангельские аудиосенсоры? — Тронус... Скажи честно... Ты будешь меня любить, если мои аудиосенсоры станут обычными? В оптике Мегатронуса промелькнула злость. Эм-поле сразу стало выдавать негатив и окутывать им Прайма напротив. У Примы от этого к вокалайзеру подступил невидимый ком, а по корпусу стали проходить нервные импульсы, всё больше накаляя эти и так не лучше состояние лидера. — Ты не нужен мне такой уродливый! Убирайся! — на одном дыхании прокричал крылатый. — Неееет! Прима с громким криком подрывается с места и садиться на бампер. Его оптика всё также нервно стала метаться по тëмной комнате. Вент-системы, фильтрующие усерднее, работали очень шумно, выпуская горячий воздух, чтобы как-то охладиться. А искра в бешеном ритме отбивала такт за тактом, чуть ли не выпрыгивая из камеры от эмоциональной нестабильность. Светлые манипуляторы моментально хватаются за аудиосенсоры, начиная аккуратно их ощупывать. — На месте... — Мой свитспарк, что случилось? — раздался рядом взволнованный голос Мегатронуса. Тёмный уселся вместе с Примой, немного приобнял его и стал нежно гладить по спинным пластинам светлой брони. На искре лидера постепенно становилось куда спокойнее, дыхание стабилизировалось, а колющее нервное чувство отходило на второй план. Мех кротко взвëл свою бирюзовую оптику на крылатого, параллельно подбирая слова, чтобы начать разговор. — Тронус... Скажи честно. Ты будешь меня любить, если мои аудиосенсоры станут обычными? Без моей изюминки виде крыловидной оправы? — по итогу нерешительно задав то же самое, что и во сне. — Прима, что за глупый вопрос ты задаёшь? Конечно же, я буду тебя любить. Даже если ты перестанешь быть Праймом, мой огонь к тебе не погаснет даже через сотни варн. Я же тебя не из-за твоих аудиосенсоров выбрал — на полном серьёзе ответил Мегатронус, сильнее прижимая светлый корпус к себе и тем самым успокаивая своего партнёра — плохой сон? — догадался крылатый. — Угу... — Расскажешь мне, что случилось? — Да, конечно... — тихо ответил Прима, аккуратно сжимая свои фаланги на тёмных манипулятора и упираясь фейсом в грудные пластины своего партнёра. Они улеглись по удобнее, так же крепко обнимая друг друга. Только через пару клайков, когда Прима пришёл в себя, он глубоко вздохнул и начал свой рассказ, что не продлился и одного груна. Мегатронус молча вслушивался в каждое его слово, внимательно впитывая информацию, как губка. Только под конец уже крылатый слегка хихикнул со своего образа во сне лидера и стал медленно гладить светлый шлем. — Мой любимый конджекс, знай же, что я никогда в жизни так не скажу. Ты всегда будешь для меня на первом месте, каким бы ты не стал — закончив свои слова, он поцеловал лидера в гребень. — Угу...— укутанный в тёплые одеяла и крепкие объятия возлюбленного, светлый стал постепенно чувствовать себя очень комфортно. Волны сонливости всё больше накатывали на процессор. Бирюзовая оптика постепенно стала закрываться, пока Прима не провалился в оффлайн.