Лешаданы

Мать Лёши стояла в дверном проёме, её лицо было напряжённым, как натянутая струна. Она не говорила ничего несколько минут, просто смотрела на Лёшу, потом перевела взгляд на Дану и снова вернулась к сыну. — Ты серьёзно, Лёша? — её голос был холодным, почти отчуждённым. Лёша почувствовал, как в груди сдавило. Это было гораздо хуже, чем он ожидал. — Мам, я тебе говорил, что это не временно. Я… это я, и мне с этим хорошо. Она не отвечала сразу, только тихо прошлась по комнате. Потом тяжело выдохнула, и её слова звучали как удар по лицу. — Я не понимаю, — сказала она, сдерживая эмоции. — Ты всегда был таким нормальным, а теперь… — Теперь что? — не выдержал Лёша. — Теперь я какой-то извращенец, да? Мать не ответила. Она просто сжала губы и отвернулась. — Мама, пожалуйста, не начинай. — Лёша подошёл ближе, но она отошла, как будто хотела отстраниться от него. — Я не могу так, Лёша, — её голос дрожал, но она продолжала. — Это не то, что я представляла для тебя. Я… не могу принять это. Даня, сидя на кровати, почувствовал, как его сердце резко сжалось. Он хотел что-то сказать, но не знал, что именно. Он просто молчал. — Ты меня предаёшь. — Мать произнесла эти слова, как приговор. Она повернулась к нему и в её глазах было что-то, что Лёша не мог понять. — Мам, ты что, серьёзно? — Лёша отступил, чувствуя, как внутри всё уходит в пустоту. — Это не предательство! Это я! Ты ведь говорила, что любишь меня таким, какой я есть! — Я думала, ты просто пройдёшь через это. Что ты вырастешь, найдёшь девушку… А тут ты. Вот так, передо мной. Лёша почувствовал, как её слова режут его. Она смотрела на него с отчуждением, и Лёша не знал, что делать с этим. Он вдруг понял, что, возможно, никогда не получит её одобрение. — Я… — Лёша не мог найти слов. Он не хотел кричать, не хотел ругаться. Но внутри всё горело. — Если ты не можешь меня принять, тогда… Я не знаю, что ты хочешь от меня. — Я хочу, чтобы ты вернулся к нормальной жизни, Лёша, — сказала она, не скрывая боли в голосе. — Но, похоже, я ошибалась. Лёша взял рюкзак, почувствовав, как его горло сжимается. — Лёша… — мать снова посмотрела на него, но он молча покачал головой и вышел из комнаты вместе с Даней. Он не мог больше оставаться в этом доме.