Лабиринт похоти

— Ну что же, подходи поближе. Один из наших зрителей очень жаждет тебя попробовать. Что он будет делать нам неизвестно, но у него в запасе только десять минут, не больше. Время пошло. Но одно я знаю точно, можешь сразу ложиться на спину и закрывать глазки. Поверь, так будут гораздо ярче ощущения. Да и наши драгоценные полюбуются на твою сочащуюся вагину. Давай, порадуй нас, не стесняйся. Хотя, после всего происшедшего с тобой, я думаю, что стыд давно у тебя отошёл на задний план. И Чонгуку очень хочется закрыть уши руками, настолько громко вокруг, но он слушается ведущего и сразу ложится на большую, широкую скамью. Также послушно раздвигает шире ноги, пальчиками раздвигает складочки. И закрывает глаза. — Ну что же, вот и счастливчик, выигравший тебя и одну из твоих дырочек. Приступай. И время пошло. Ведущий замолкает и Чонгук сразу чувствует чужие, прохладные пальцы, которые ложатся поверх его, убирают в сторону и внезапно язык проникает в его вагину. Человек не тянет, а быстро начинает работать: посасывает то одну, то другую складочку, внутрь залазит, пытается глубже и глубже забурится. Чон пускает, сильнее раздвигает ноги, давая больше места, сам приподнимает задницу на встречу, немного наигранно стонет, когда язык хаотично скользит по всей дырке, но потом резко его переворачивают на живот, ставят быстро раком, хлопая больновато по ляжкам и чужой язык без подготовки залазит в задницу. Буквально присасывается к краям, облизывает, слизывает смазку, сперму, а пальцы залазят в вагину и там двигаются быстро. — Воу, воу. Это должна была быть одна дырочка, но нашему счастливчику похоже захотелось вкусить сразу две. Ну что же, не будем против, но напоминаю о времени. Ещё семь минут. И надеюсь, мы увидим качественный римминг. Наша девочка этого достойна, да и не только она, правда? Зрители угукают, согласно вопят, а пальцы внутри всё сильнее растирают влагалище, а язык уже вовсю орудует внутри его зада. Слизывает? Вылизывает? Не знает. Но время тикает. Он подставляется, виляет задом и неожиданно всё прекращается. И пальцы исчезают, и язык, и он думает уже, что время закончилось, но чувствует как в киску начинает что-то проникать. Ведущий почему-то молчит, да и зрители тоже затихли. Он не понимает почему никто не прекращает, но мелькает мысль, что возможно эта часть подарка и он решает не сопротивляться: чувствует какой чужой член небольшой, не слишком массивный, но горячий, и мужчина не тянет и сразу принимается двигаться, будто боится, что их вот-вот прервут. Он ещё пару раз буквально делает пару быстрых и поспешных толчков, как ведущий прерывает происходящее. И голос его прям полон недовольства, который он и не пытается скрыть, наоборот. — Вот это наглость, вот это вверх хамства! Вы посмотрите только! Ему дали попробовать конфетку, а он решил откусить всё! Нет уж. Охрана, вывести его! Чонгук уже открыл глаза, сполз быстро со скамейки и смотрит, как сильно брыкающего мужика уводят в сторону выхода. И мысленно благодарит ведущего, потому что, если бы он не закрыл глаза… Там не на что было смотреть: невысокий, с круглым животиком, полноватый, 50 +, да ещё и он успел заметить, что у него небольшой и короткий член. И этим он в него хотел? Не стыдно? — Нет, ну подобное я вижу впервые. Но, простим мужчинку, увидев его член, мы понимаем почему он так сорвался. Наверное, спермотоксикоз замучал. Кто такому даст? Но наша девочка, надеюсь, немного насладилась, не пострадала и скоро финиш. Ты молодец. Успешно прошёл все испытания. И можешь отдохнуть. Финал. Идёт подсчёт голосов, которыми наши зрители обрадовали участников. Можешь пройти в ванную комнату, можешь тщательно каждую дырочку вымыть, отмыть, пока ждёшь результатов. Каждый из участников шёл своей дорогой. У каждого были свои испытания, любовники и любовницы. Вы все справились возбуждающе красиво, но один из вас пришёл первым. Но его имя вы узнаете позже. Ну а пока, наши сладкие девочки, отправляю вас освежиться. Чонгук всё ещё никого из участников не наблюдает, но следует словам и идёт по тропинке вниз. Прямо, прямо, никуда не сворачивает и видит большое, просто огромное помещение. Похожее на баню, но, когда он переступает порог, понимает, что это просто душевая кабина. Непрозрачная, без окон, просто кабинка. Можно было быстро смыть всё, но Чонгук не собирается торопиться, чувствует какой-то подвох. Ступает медленно, плавно, находит на большой скамье возле воды гель для душа. Щёлкает крышку, вдыхает носом лёгкий, клубничный аромат и щедро выдавливает на ладонь порцию. Наносит пальцами другой гель на кожу, втирает в грудь и около торчащих сосков; скользит ниже, по подтянутому прессу всё ниже и ниже, пока не спускается всё вниз и не проникает в вагину, втирает там, между складочек и по ним самим наносит. Поворачивается неторопливо и задом, немного двигает попой, наносит прямо на половинки гель, размазывает, потом оглаживает растянутые края, и плавно входит пальцами двумя внутрь, и там решает помыть. Громкие, но приглушённые звуки за стеной заставляют слегка вздрогнуть, но спустя секундное замешательство, он понимает, что был прав и шоу ещё не закончилось. Камер не видно, но очевидно, что его показывают на большом экране. И он продолжает сводить с ума публику. Сам насаживается на свои пальцы в спененном геле, наверняка, там уже пена взбилась, но он продолжает. Другой рукой водит опять по груди, но быстро ныряет вниз и одним пальцем проникает в вагину. И с двух сторон начинает себе дрочить. Ноги подрагивают, но он не останавливается, наоборот, ещё сильнее вдалбливает в себя пальцы и громко, надрывно хрипит. Не стонет. Нет. Голос уже сорвался от криков. Дрочит себе быстро, но аккуратно двигает пальцами, пока буквально не падает на колени, вынимает пальчики из отверстий и обрывисто дышит. Вот и помылся. Но быстро включает душ, ополаскивается и выходит с душевой. Он голый, юбка где-то осталась лежать. Но его дырочки и спереди и сзади чистые и это может только радовать. Чонгук выходит на улицу и с громаднейшим удивлением видит не непроницаемые стены, а стеклянные, прозрачные. И чему он удивляется, если даже волк работает на них? Тут не надо и камер — всё прекрасно и так видно было. Ну что же, скоро финал, да? Лучше на этом акцентировать внимание. Ну и, возможно, что за это маленькое представление ему накинут больше баллов зрители. Ему всё также неизвестно, кто первым оказался. Надежда всё ещё остаётся на зрителей. Или или. О другом он старается не думать. Но при этом не хочется разочаровываться либо наоборот тешить себя излишней иллюзией. Смешанные чувства, вот прям как во время крайнего раунда. Вроде и приятно с мужиком было, молодец, хорошо старался, но конец разочаровал. Когда мужик тот без спросу раскрыл его киску своим членом — это было явно лишнее. Он движется в сторону центра, где ведущий. Видит сотрудников, которые держат в руках какую-то одежду. Он подходит к первому и его сразу останавливают и сначала ему помогают надеть короткий, чёрный, облегающий, почти прозрачный топ до пупка; следом юбка: похожа на ту, в которой он был до этого, но чуть длиннее и посвободнее. И полусапожки кожаные. И всё. Его хлопают по попе и он понимает, что больше ничего не надо и вновь направляется к ведущему. Он прямо в центре трибун стоит, а вокруг не стихает шум, гомон, выкрики, свист. Чонгука поражает немного тот момент, что он всё ещё один. Никого из участников нет и не видно. Почему? Но скоро тайна раскроется, он уверен почему-то. Если честно, он подустал. И дырочки устали, все три и ему нужно отдохнуть. Поспать. Но ещё не время. Ему предстоит дойти до ведущего и ему нужно пройти мимо зрителей и ему немного тревожно, потому что помнит последний казус. Там мужчины и не только не позволяли себе большего, понятно, что и не раз занимались подобным, и не он первый попал в эту игру и те знали, что делать, в отличие от похотливой толпы. Но все этапы пройдены, шаги преодолены тоже почти все. Осталось всего чуть-чуть. И он сдастся? Не посмеет. Всего лишь секундная заминка. Не более. Но, перед тем как ступить на последнюю тропинку, вдыхает шумно, и делает шаг. Зрителей много, они все смотрят на него, женщины многие уже оттянули платья, выставляя напоказ маленькие, большие, настоящие, силиконовые сиськи. И вот мужчины самых разных возрастов, они не так рьяно демонстрируют своё достоинство, но поднимаясь всё выше и выше, он видит как сильно бугорки упираются в брюки, а некоторые расстегнули ширинки и видно члены, тоже разных размеров. А чего ещё стоило ожидать от людей, которые посещают подобные секс-мероприятия? Поэтому удивления особого не присутствует. Он всё продолжает ступать, каблучки тихонько цокают, позади остаётся чуть больше половины пути. А вот там чуть-чуть другое. Чем ближе к сцене, к ведущему, тем и дороже билеты, как и на любых других концертах, только тут зрители могут позволить себе кое-что другое. И позволяют. Чон округляет непроизвольно глаза, когда видит женщину, лет 30, не больше, она сидит на мужчине, гораздо старше её и её зад то поднимается, то опускается; грудью, вываленной из платья трётся о мужскую грудь в рубашке. Крепко обнимает за шею. Деталей не видно, но он понимает, чем они там занимаются. А дальше ещё жарче виды: чем выше, тем больше градусов. Чонгук видит и как двое мужчин дрочат друг другу, рядом минет делают, там сексом занимаются, но чего-то сверх не наблюдается. Уже у самой сцены, практически, он видит ложе, отдаленное, и там просто групповуха. И главное, наблюдает и знакомые и лица, и члены: те самые мужчины, которые принимали непосредственное участие в его испытаниях, буквально всё. Его тоже замечают неожиданно, улыбаются, и он смущённо тоже, но ещё шаг и Чон останавливается возле ведущего. А тот красив, лица почти не видно, но маска не скрывает глубокие, тёмные омуты, которые смотрят на него сейчас не отрываясь. Видит и чёткие, резкие скулы, скульптурно вылепленные губы. Такой красивый и в этом царстве греха. Словно ангел, забредший в адское царство. Ведущий его ещё пару долгих минут-мгновений изучает, а потом зовёт к себе, приглашает поближе. Чонгук залипает мгновенно на длинные, тонкие пальцы, которые обхватывают микрофон и выпадает из реальности, когда вблизи слышит чужой голос. Низкий, бархатный голос вызывает мурашки. Сразу, едва тот произносит первое слово. — Дамы и господа! Не будем долго тянуть наших собачек за яйца, а сразу объявим победителя. И он перед вами! Главный приз нашёл своего хозяина. Ты рад, малыш? Чонгук просто в шоке, если честно. Нет, конечно, он надеялся, безусловно он не переставал верить, но, чтобы это и оказалось правдой — это просто невероятно. Но очень и очень ох-рени-те-льно просто! Подождите, ему же нужно что-то сказать, да? А то он, ошеломлённый вдвойне: и чертовски сексуальным, низким баритоном и своей наградой. Ведущий улыбается, смотрит на него пристально, пронзительным взглядом, и словно каким-то оценивающим (?), он не разберёт, но нужно благодарить. Он размыкает сухие губы, проводит языком, смачивает их слюной и произносит негромко, слегка подрагивающим голосом от волнения: — Я очень рад! Это было неожиданно, но очень приятно. Я хочу поблагодарить организаторов, помощников, участников и тех членов, которые в нас побывали, в общем непосредственно всех причастных к этому грандиозному шоу. И также отдельное спасибо ведущему. Ваш удивительный голос, думаю, не только у меня вызывает мурашки. А приз… этот приз очень нужен и важен был для меня и я рад, что смогу его забрать. — Спасибо тебе за приятные слова и для наших организаторов, и для всех наших ребят. Они хорошо постарались, да и ты тоже показал нам не менее яркое и горячое шоу. Но вернёмся к вопросу: ты сказал, что очень нужен и важен. Не поделишься с нами? Если это не слишком грязный секретик. А мы их очень сильно любим, да? Чонгук сначала не сводит глаз с ведущего, потом переводит на публику: большинство тоже смотрят в ответ на него, даже оторвались от своих увлекательнейших занятий. Возможно, они ожидают что-то пикантное услышать, но Чонгук решает не врать, а рассказать правду как она и есть. — Я студент. И моя мама… больна. Мне нужны деньги на лечение. Богатых родственников у нас нет. Я и мама. И… — И ты решил попробовать у нас? — Да, увидел рекламу, заполнил анкету и вот я здесь. Всё прошёл, испытал на себе и в результате стою перед вами. Чонгук говорит медленно, неторопливо, но внутри всё подрагивает: где выиграш? Где его деньги? Зачем тянут, расспрашивают. Если это развод, он просто будет ещё в большем шоке. Просто в ахуе окажется, да так и выхуяет обратно. А может он зря себя накручивает? Потому что, ведущий не отвечает ничего, уходит, скрывается за ближайшей дверью, а возвращается уже с большим каким-то то ли плакатом, то ли бумагой или что это? — А вот и твой приз. Это твой билет и пустое место, в которое ты должен вписать свой номер банковского кода и тогда сможешь получить свои деньги. У нас хоть и грязно, но честно. Чонгук ещё не получает деньги, но немного успокаивается. Забирает билет и крепко прижимает к груди. — Спасибо. Я рад был поучаствовать. — Но это ещё не всё. Ты получаешь наш главный приз — приз зрительских симпатий. Ты слишком сильно понравился нашим любимым и драгоценным зрителям. Но один миллион долларов получает наш другой участник! Он быстрее всех справился! Выходи, наша очаровательная победительница, тебе пора получить свой приз. Чонгук думал, что он в шоке? Забудьте? Он в ахуе. Глобальном. Колоссальном ахуе. Это значит, что он не выиграл миллион, а пол ляма? Это вроде хорошо, но пиздец… На сцену буквально с вприпрыжкой заскакивает невысокий, хрупкий парень и стремительно направляется прямо к ведущему. Тот держит в руках уже другой билет. Самый главный, самый денежный приз. — А вот и наш победитель. Чимин. Расскажи, как тебе удалось так быстро преодолеть все испытания? Расскроешь нам свою тайну? — А почему и нет? — Парень забирает микрофон и почему-то неожиданно переводит свой взгляд на Чонгука, — я трахался быстро, не разрешал сильно кончать в себя, собакам не позволил посадить себя на узлы, и быстро-быстро работал ртом. Вот и всё. — Кхм. Так значит… Но тебе понравились наши раунды? Мальчики, их члены? Они ведь так старались. Голос ведущего опасно понижается, он смотрит странным взглядом на победителя, но продолжает задавать вопросы. — Ну да, они молодцы, ага. Чонгук удивлённо вскидывает брови после слов победителя. Ну серьёзно, миллион у тебя в кармане, а ты не можешь банально поблагодарить? — Ну что же. Забирай свой приз и можешь идти. А мы пока вернёмся к нашему сладкому мальчику. Чонгук наблюдает, как другой победитель забирает быстро деньги и также быстро идёт назад, но уже внизу тропинки, смотрит как его обступает полукругом несколько мужчин и понимает, что так просто не получится уйти. А вот у него как? — А для тебя у меня очень заманчивое предложение. Ты получишь ещё пол миллиона, если прямо здесь и сейчас мы с тобой займёмся сексом. Нам принесут большую, удобную кровать. Ты позволишь мне вылизать, отлизать тебе и мы займёмся не грубым, а медленным и чувственным сексом. Согласен? Ты ведь так хотел миллион, верно? Тебе он так нужен важен. Рискнёшь? — Прямо здесь и прямо сейчас? — Чонгук уже в какой раз в шоке, не считали? — Да. Ты весь чистенький. Я тоже. Пора это исправить. Ведущий очень близко стоит, ждёт ответа и Чонгук не разочаровывает, быстро выпаливает, буквально выдыхает только одно: — Согласен. И видит как ведущий расплывается в довольной усмешке. Теперь понятно Чонгуку, что за взгляды это были. Самые что ни на есть оценивающие, рассматривающие, внимательные. Неожиданно. Но почему бы и нет? Он столько прошёл и это станет отличным завершением этого безумия. Тем более что он опять надеется, что после этого всё точно закончится. И деньги получит и покинет наконец это место разврата. И вернётся к своей привычной, обычной жизни студента, только уже не такого бедного. Несколько мужчин быстро выносят кровать, ставят прямо возле них и удаляются также стремительно как и появились. Ведущий же начинает медленно и чертовски дразняще раздеваться. Пока Чонгук стоит и хлопает глазами, ага. Расстегивает многочисленные пуговицы на чёрной, атласной рубашке, пока Чон стоит, не дыша. Что-то нужно делать или пока можно позалипать на чужое, ладно сложенное тело, которое всё больше становится обнаженным, открытым и так и манит, притягивает взгляд. Он не может оторваться, залипая то на длинных, аристократичных пальцах, то кидает взгляд на обнажённый уже торс, то опускает бесстыдно глаза вниз и видит внушительный бугорок и длинные, крепкие ноги, обтянутые чёрными брюками. Куда смотреть? Вот он и гуляет взглядом, не в силах остановиться нигде конкретно. Слишком какой-то нереальный этот мужчина. И он будет его? Пускай и временным любовником, но Чон очень надеется, что тот не разочарует его. Мужчина уже почти полностью разделся, откидывает брюки в сторону, а под ними нет белья, только большой, действительно внушительный член, уже стоящий, эрогированный, с большими яйцами. Главное, чтобы ими умели пользоваться. Микрофона нет, но Чонгук понимает, что пора прийти в себя, когда ведущий голову опускает вниз, кивком приглашая к себе на постель. И он идёт, зачарованный, торопливо, спешит. Он всё ещё одет, но думает, что его сами захотят раздеть. Чонгук ступает медленно. Ноги немного подрагивают. Где-то фоновым шумом звучат крики зрителей, а он продолжает, не отрываясь смотреть в тёмные глаза напротив. Ведущий широко улыбается странной квадратной улыбкой и хлопает по постели возле себя. Чонгук сглатывает шумно и опускается покорно рядом. Ведущий усмехается коротко и неожиданно мягко подтягивает к себе. Чонгук не шевелится, только молча наблюдает, как мужчина рядом подползает на коленях ближе и медленно опускает свои большие ладони на его лодыжки. Ноги у Чонгука красивые, накаченные, гладкие, и мужчина ведёт по ним вверх. Мягко, но уверенно всё скользит выше и выше, пока не снимает юбку, откидывает в сторону. Чонгук только расставляет ноги чуть шире в сторону. Приглашает? И ведущий этим пользуется: руки опускает на задницу Чона, а лицом впечатывается между ног. Он не тянет. Сразу языком принимается вылизывать влажные, набухшие складочки. Быстро лизать, почти чавкать естественной смазкой и иногда зубами покусывать клитор, легонько, но и этого хватало, чтобы у Чонгука ноги дрожали и он ещё больше тёк. Ещё пару мучительно-сладких минут и мужчина перестаёт терзать его. Его лицо, измазанное в смазке Чона отрывается от его вагины, и губы, перепачканные в его смазке скользят поцелуями выше, оставляя после себя следы. Ведущий поднимается поцелуями всё выше и выше, слегка покусывает затвердевшие сосочки, перед этим просто стягивая топ ниже груди, выставляя напоказ маленькие аккуратные сосочки. Чонгук всё тяжелее дышит. И не верит своему счастью: за такое наслаждение ещё и пол ляма получить? Наверное, это ему подарок свыше за его старания раньше. Тем более, грех с таким мужчиной было не согласиться. А тут ведущий на ноги поднимается наконец, выпрямляется во весь рост и склоняется зачем-то близко-близко к уху Чонгука. — Меня Ви зовут. Хочу, чтобы ты кричал его, когда кончать будешь. Своё имя скажу потом. И через паузу много значительную, — пойдём. Я хочу хорошенько распробовать твою розовую, влажную кисочку. И тянет послушного Чона за собой. Тот не сопротивляется. Ждёт и сам. А между ног ещё сильнее течёт. От предвкушения. Ви мягко опускает его на постель и сам же раздвигает ноги. Публика за спиной молчит, слышно только шумные стоны, женские крики. Чонгук поднимает голову, чтобы уперется взглядом прямо между ног женских ног. Он может даже рассмотреть, как чужая, розовая мокрая вагина охотно принимает в себя большой, толстый мужской член. Вот вроде бы парочка и не рядом, но всё прекрасно видно. Стоит лишь повернуть вправо голову, можно увидеть, как голый мужчина сидит на коленях и с закрытыми глазами, с явным наслаждением отсасывает другому мужчине. Чонгука где-то это даже радует: значит меньше народу будет смотреть, как его в очередной раз трахают. И опять радоваться, что он в маске, а эти люди нет. Но переживать тоже особо не стоит. У них мир без излишних предрассудков и подобные вещи скорее поощряются, чем наоборот. Тем более, если он правильно расспознал лицо мужчины, который делал минет, и есть их президент. Это что-то да значит, да? Ну а пока Ви возвращает его к себе. Широко раздвигает ноги, сгибает их вверх, опускает к себе на плечи и снова буквально трахает языком его киску. И Чонгук больше ни на что не отвлекается. Тихонько стонет и подкидывает вверх бёдра, когда ведущий присасывается к клитору. Мужчина между ног его терзает, мучает, исстязает, расстягивает удовольствие. А хочется уже и его член. И Чонгук уже не выдерживает. — Член. Хочу твой член. Шепчет негромко. Мужчина поднимает голову медленно, испачканный в его выделениях, облизывается и с дьявольской ухмылкой нависает сверху. Ноги Чонгука всё также на плечах мужчины. Пизда быстро пульсирует после сильного оргазма секундами ранее, но Ви не медлит и одним рывком буквально вбивает член в его чувствительную, мокрую вагину. Ты же обещал, что нежно, хочется ему крикнуть, но мужчина резко успокаивается и замирает на несколько секунд, чтобы потом медленно и плавно поднять упругий зад и сделать такой же медленный толчок в Чонгука. Глаза закатываются, потому что мужчина вместе с толчком, другой рукой с силой массирует клитор. Член движется в равномерном, спокойном темпе, зато пальцы мучают клитор. И Чонгук опять кончает, туго сжимаясь вокруг чужого члена. Пульсирует бешено. И мужчина хрипло, громко стонет и увеличивает темп. Убирает руку со складочек, впивается грубым поцелуем в рот и ещё быстрее продолжает работать тазом. У Чонгука уже ноги занемели от такого положения, но он не решается их отпускать. Смотрит себе между ног, на свою красную уже сильно пульсирующую вагину; смотрит как большой член исчезает в ней; смотрит, как его киска буквально поглощает в себя так спокойно такие большие размеры и понимает, что после этого шоу секс станет его любимым занятием. Тем более, что у него будет миллион. Но сначала, конечно, он даст своей девочке отдохнуть — она заслужила, и попа конечно, тоже. Но вот потом… Ви всё тяжелее дышит, всё сильнее и быстрее вбивает свой член в его киску и Чонгук расползается на атомы. Поэтому и не сразу успевает среагировать. Потому что в один момент, Ви делает особенно мощный и глубокий толчок и срывает одним движением маску с лица Чонгука. Выходит с его пизды, встаёт и начинает кончать ему прямо на лицо, забрызгивая своей спермой. Чонгук только лежит и молча охуевает, смотря, как чужая, тёплая сперма заливает его лицо. Он говорил, что его жизнь после этого шоу изменится? Но он не думал, что так.