Equestrian

      “Только поистине могущественный дракон может принять облик человека. Таких драконов может быть максимум несколько по стране.” – твердил каждый всадник и тренер драконов.       “Только поистине хитрый всадник может спрятать своего дракона у всех на виду” – думал в ответ на это Эндрю.

***

      Эндрю так долго притворяется обычным человеком со склонностью к огненной магии, что будь у него обычная память, он бы переживал, что разучился использовать другие заклинания. В век, когда твоего дракона могут с легкостью забрать и убить, он наловчился притворяться огненным магом, не способным к другим видам магии. Иначе слишком легко выдать в себе всадника. Он обучается в академии магии Пальметто вместе с братьями и даже они не заподозрили ложь. Впрочем как и никто другой. Преподаватели в академии замечали его талант к огню, но сильно расстраивались, узнав, что только ей он и владеет.       “Такой талант, а растрачивается попусту! Он мог бы горы сворачивать!” – ворчали они, думая, что их не слышит.       К сожалению в этом мире, за неимением другого досуга, люди придумали экси. Магический вид спорта с клюшками и мячом, на паркете, но без ворот (“что за дурость?” спросил бы Эндрю у Кейли Дэй, если бы та была жива). Он, как и его братья состояли в команде. Тренером был ранее знаменитый Дэвид Ваймак, что славился своей работой с драконами, но за отсутствием таковых, пришлось переучиваться на спортивного тренера.       Ваймак – единственный, кто знал о том, что Эндрю всадник и может куда больше, чем показывает. Конечно, тренер и всадник не может не узнать другого. Его взяли в команду как гениального вратаря, что может отбить даже “невозможные” удары. Но Ваймак часто ворчал, что Эндрю может больше при своих возможностях.       Первый год в академии был довольно спокойным, за исключением весны, когда в квартиру тренера ввалился Кевин Дэй, со сломанной рукой и просьбой к Эндрю защитить его от Рико Мориямы, одного из немногих оставшихся всадников с драконами. Тот сломал Дэю руку лишь за слух, что тот лучше него. Какое хрупкое эго.       Но Эндрю не был бы собой, если бы не заключил с ним сделку. “Когда я скажу, что о чем-то нужно молчать, ты это сделаешь и не проговоришься никому. Даже под угрозой смерти.” Если Кевин и хотел возразить, то не стал, ведь выбора у него не было.       Весна первого года закончилась отбором новичков в команду, что тренер благополучно поручил Кевину. Тот хоть и поворчал, но быстро нашел нового нападающего. По какой-то причине, он решил, показать игру новичка и Эндрю. Хоть сам Миньярд смысла сего действия и не понял, но после личной встречи с новичком был даже немного благодарен Кевину.

***

      Сигарета дотлела до фильтра – Нил Джостен не сделал ни одной затяжки. Он нуждался не в никотине, а в едком дыме, который напоминал о собственном огненном дыхании. Если вдыхать медленно, почти чувствуешь, как запах серы и тепла. Смесь вызывала отвращение и удовлетворение одновременно. По позвоночнику пробежала колкая дрожь. Болезненная волна докатилась до кончиков пальцев и столкнула вниз комочек пепла. Он упал под ноги Нилу, на трибуны, и тут же исчез, подхваченный ветром.       Скрип двери вывел его из задумчивости и он поплотнее прижал к себе сумку. Тренер Эрнандес сел рядом, оставив дверь раздевалки открытой.       Снова удобная ложь о родителях в отъезде и он видит, как Эрнандес от нее устал. Он прекрасно знал, что Нил ночует на стадионе, но почему-то не стучал об этом администрации.       – Позже позвоню им, сообщу счет. – добавил он под пристальным взглядом, – Все равно ничего интересного они не пропустили.       – Ну, это пока. – говорит Эрнандес в заговорщической манере, – Тут к тебе кое-кто приехал.       Для того, кто полжизни убегал от собственного прошлого, эти слова прозвучали как фраза из ночного кошмара. Нил тут же вскочил на ноги и закинул сумку за спину, но звук шагов сзади подсказал, что драпать поздно. Рывком развернувшись, он увидел в дверном проеме высокого крупного мужчину. Торс незнакомца обтягивала майка-алкоголичка, обнаженные плечи и предплечья покрыты этническими татуировками с изображением кудрявых завитков пламени. Одну руку он держал в кармане джинсов, в другой сжимал толстую папку. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд карих глаз — пристальным.       Нил его не узнал, а значит, мужчина был не местным. Милпорт не мог похвастаться и девятью сотнями жителей. Тут все обо всех всё знали. Нилу с его секретами такое докучливое любопытство, ставшее второй натурой обитателей городка, заметно усложняло жизнь, однако он рассчитывал, что местный менталитет послужит еще и защитой: по идее, слухи о чужаке должны были добраться до него раньше, чем сам чужак. Но Милпорт его подвел.       — Я вас не знаю, — констатировал Нил.       — Он из университета, — пояснил Эрнандес. — Приехал посмотреть, как ты играешь.       — Чушь, — фыркнул Нил. — Никто не набирает игроков в Милпорте. Люди вообще не знают, где это.       — Есть такая вещь, называется «карта», — подал голос незнакомец. — Может, слышал?       Тренер бросил на Нила предостерегающий взгляд и поднялся.       — Этот человек приехал сюда, потому что я написал ему о тебе. В его команде проблема с нападающими, вот я и решил, что стоит тебя показать. Тебе говорить не стал, чтобы не обнадеживать раньше времени.       — Чего-чего? — Нил вытаращил глаза.       — Когда мы договорились о встрече, я пытался связаться с твоими родителями, но они так и не ответили на мои сообщения. Ты вроде говорил, они постараются приехать на игру?       — Они хотели, — буркнул Нил. — Не получилось.       — Я больше не могу ждать. — Незнакомец подошел и встал рядом с Эрнандесом. — Разумеется, глупо набирать игроков под конец сезона, но у нас возникли технические трудности с последним новобранцем. Тренер Эрнандес сказал, ты еще не определился с выбором учебного заведения на следующий год, так что все складывается как нельзя лучше, а? Мне нужен нападающий, тебе — команда. Подписываешь бумаги, и на ближайшие пять лет ты в моем распоряжении.       Со второй попытки Нил выдавил:       — Вы же это не всерьез?       — Еще как всерьез. К тому же дико тороплюсь. — Незнакомец бросил свою папку на трибуну, где сидел Нил.       На обложке черным маркером и подозрительно знакомым почерком были жирно выведены имя и фамилия Нила. Он уже хотел открыть папку, но потом подумал: а смысл? Человека, которого изучил и теперь старается завербовать этот заезжий тренер, вообще не существует. Через пять недель Нил окончит школу, а через шесть будет далеко отсюда, сменит и место жительства, и имя. Неважно, что ему понравилось быть Нилом Джостеном. Он и так здесь слишком задержался.       По большому счету, к такому образу жизни Нилу не привыкать. Последние пять лет он провел в бегах, нанизывая одну ложь на другую, путая следы. От настоящего имени его отделяло двадцать два фальшивых, и он знал, что случится, если кто-нибудь все же отследит между ними связь. Стать членом университетской команды — значит не просто застрять на одном месте, а оказаться в центре внимания. Королевский отлов не задержится, чтобы поймать одного из последних драконов надолго, и в матче-реванше Нилу просто не выжить.       Арифметика проста, но она не делает выбор легче. Контракт — верный билет в будущее, которое ему не светит и о котором он мечтает до боли. На краткий миг Нил возненавидел себя за решение играть в сборной Милпорта. Нельзя ему было возвращаться на поле. Говорил же его всадник, что он должен завязать с экси. Предупреждал, чтобы «болел» издали, а он не послушал. Но что еще ему было делать? После того, как они тогда расстались Нил приткнулся в Милпорте, потому что не знал, как жить дальше, вот и все. У него не осталось ничего, кроме экси, и теперь, заново почувствовав вкус игры, он уже не представлял, как от нее отказаться.       — Пожалуйста, уходите, — сказал он.       — Понимаю, все это немного неожиданно, но имей в виду, ответ мне нужен сегодня. После того как Джейни упекли в психушку, комитет с меня не слезает.       Сердце Нила ухнуло. Он оторвал взгляд от папки и посмотрел на чужака.       — «Лисы». Магическая Академия Пальметто.       Мужчина — Нил уже догадался, что это тренер Лисов Дэвид – Ваймак, — заметно удивился его сообразительности.       — Значит, ты видел сюжет в новостях, — произнес он.       Технические трудности, сказал Ваймак по телику. Под этим завуалированным выражением подразумевалась попытка самоубийства, которую совершила Джейни Смоллз, новый игрок команды. Лучшая подружка обнаружила ее со вскрытыми венами в ванной и, к счастью, успела доставить в больницу. Последнее, что слышал Нил, — Джейни поместили под надзор психиатров. «Типично для Лисов», — бестактно ляпнул ведущий новостей, хотя, надо признать, не преувеличил.       «Лисы» из Академии Пальметто представляли собой сборище талантливых отбросов и беспризорников: Ваймак комплектовал свою команду исключительно выходцами из неблагополучных семей. Его намерение сделать из «Лисьей норы» некое подобие реабилитационного центра в теории выглядело замечательно, однако на деле подопечные Ваймака представляли собой группку изломанных жизнью одиночек, не способных сплотиться даже на время игры. В Национальной студенческой спортивной ассоциации (НССА) «Лисы» значились как самая малочисленная команда и безнадежный аутсайдер, на протяжении трех лет плетущийся в хвосте рейтинга. За прошлый год они здорово прибавили — все благодаря упорству капитана и усилению линии защиты, — однако критики по-прежнему не воспринимали их всерьез. Постоянные плохие результаты начали раздражать даже КРЭ — Комитет по регламенту экси.       А потом к команде присоединился Кевин Дэй, некогда завоевавший титул чемпиона страны. Для «Лисов» это стало лучшим, что могло с ними произойти, а для Нила — причиной, по которой он не мог принять предложение Ваймака. Нил не видел Кевина уже почти пять лет и не горел желанием встретиться с ним снова. Не все двери стоит открывать; в случае Нила от этого зависела его жизнь.       — Не стоило Вам приезжать, — сказал он.       — И все же я здесь, — парировал Ваймак. — Ручку дать?       — Нет, — ответил Нил. — Я не буду играть за «Лисов».       — Я ослышался?       — Вы взяли Кевина.       — А Кевин предложил взять тебя, так что…       Дальше Нил слушать не стал — рванул вверх по трибунам к раздевалке. Дребезжание металла под ногами не заглушило удивленного оклика Эрнандеса.       Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался. К черту окончание школы, к черту Нила Джостена. Он удерет сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы.       Он опоздал.       На полдороги к выходу из раздевалки до него дошло, что в помещении он не один: путь к двери кто-то преграждал. Не успел он затормозить, как сверкнула ярко-желтая клюшка, стоявший замахнулся. Деревянная рукоять ударила ровно под ребра, сбивая его с ног и затрудняя дыхание. В ушах шумело.       – Черт побери, Миньярд! Вот поэтому нам и не удается заполучить приличных людей! – зарычал Ваймак. Стоп. Миньярд?       – Да ладно вам, тренер! – прогудел знакомый голос над головой, – Будь он приличным – нам бы не пригодился.       – Он и не пригодится, если ты его переломаешь!       — По-вашему, надо было дать ему сдернуть? Налепите на него пластырь, и будет как новенький.       В глазах у Нила потемнело, затем окружающий мир обрел болезненную четкость — в ушибленные легкие наконец хлынул воздух. Он вдохнул так резко, что закашлялся. Казалось, от этого мучительного кашля он сейчас развалится на куски. Обхватив себя обеими руками, Нил исподлобья бросил свирепый взгляд на нападавшего.       Ваймак уже назвал того по фамилии, однако Нилу это было без надобности. Слишком часто он смотрел на это лицо вживую, чтобы спустя столько времени не узнать. Эндрю Миньярд с виду не представлял собой ничего особенного — светловолосый паренек ростом всего-то под метр пятьдесят два, — но Нил знал, сколь обманчива внешность его всадника.       Коснувшись пальцами виска, Эндрю отсалютовал ему:       – Ничего, в другой раз повезет.       – Пошел ты. – с трудом ухмыльнулся Нил. – У кого клюшку спер?       – Не спер, а одолжил на время. – наигранно-оскорбленно произнес вратарь, кидая ему клюшку, – Держи.       Нил ненадолго задумался. но все же принял решение. Эндрю не нашел бы его беспричинно.       – Давайте Ваш контракт, где подписать?       Эндрю ухмыльнулся легонько потрепав парня по волосам.              – Можешь же, когда хочешь.