Шерлок поневоле

Джон нервно ходил туда-сюда перед дверью 221В. Весенний ветер трепыхал полы одежды, норовя сорвать шляпу. Они с Шерлоком договорились встретиться, дабы Холмс мог рассказать больше увлекательных и интересных историй, что происходили в его жизни, пока он пребывал в Америке и считался мёртвым. Джон был просто в восторге от возможности продолжить «Приключения Шерлока Холмса», которые бы ярко пестрили новыми сюжетными поворотами. В последнее время они виделись крайне редко. Джон жил с Мэри, лишь временами заглядывая на Бэйкер-стрит. Шерлок всего несколько раз наведывался в их с Мэри скромную обитель, проговаривая о различного рода экспериментах, что проводил в данный момент. Джон уже начал было волноваться, ведь Шерлок всё чаще не покидал их прежде совместного жилья, а повидаться с ним выходило крайне редко— Холмс отговаривался под предлогом разного рода занятостью. Вернувшись из Америки, Шерлок не казался подавленным, или расстроенным, скорее даже наоборот. Он стал выглядеть спокойнее, а смеялся более открыто и искренне. Джон также отметил, что Шерлок стал курить намного меньше, а его часто заломленные от тревоги и раздражения брови были расслабленны. Джон не спрашивал и ничего не говорил, лишь со стороны искренне радовался и наблюдал. Шерлок был частью его семьи и Уотсон был крайне счастлив видеть, что Шерлок вовсе не несчастен. Казалось, что сейчас он стал намного радостнее, нежели был до событий в Америке. Джон предполагал, что возможно Шерлок встретил кого-то крайне интересного, способного завладеть его вниманием человека. Возможно нашёл умопомрачительную загадку, что не давала спать по ночам, кокетливо подмигивая воспалённому от нехватки сна воображению. Джон не знал что именно заставляло Шерлока так ярко улыбаться и искренне хохотать над его шутками, но в его душе теплело от жизни плещущейся в синих глазах. Но вот сейчас Джон начинал нервничать. Трость всё чаще постукивала по брусчатке, а воображение лихорадочно подкидывало самые разные картинки. Конечно, Шерлок мог забыть о их встрече, увлёкшись очередной загадкой или смешиванием взрывоопасных химикатов ради забавы. Но пока Джон сновал туда-сюда, размышляя что и как лучше вставить в книгу, а какие моменты и вовсе изменить, следом обдумывая искренне радостного Шерлока, он и не заметил как пролетел час. Джон собрался, поправил полы одежд и выровнял шляпу, что так и норовила быть подхваченной ветром, направился наверх. Ступени приветственно скрипели под ногами, издавая едва уловимый звук. Джон остановился у двери, несколько раз коротко постучал. Ответом стала тишина, не нарушаемая и шуршанием шагов по полу. Ещё с мгновение, обдумав права Шерлока на личное пространство, он открыл дверь своим собственным ключом, входя внутрь. Джон прошёл к спальне и тут же застыл. На него сонно взирали алые глаза, что в данный момент застыли в удивление. Уильям выглядел крайне небрежно: волосы разметались, рубашка была полностью распахнута, а та часть что не была накрыта тканью одеял демонстрировала алеющие следы. Джон ярко залился краской румянца, когда его глаза поневоле прошлись по телу, а затем вернулись к уже осмысленному взгляду напротив. Уильям дружелюбно улыбнулся, приложив палец к губам, жестом показывая не шуметь. Шерлок заворочался, сильнее прижимаясь к Лиаму сзади, а Джон, всё ещё пребывая в крайней степени удивления лишь кивнул и поспешил ретироваться к двери. Уже оказавшись на улице Джон глупо заулыбался, ощущая как горят щёки. Шерлоку было с кем разделить своё счастье, и он был рад это знать.