Mr. Loverman

Гето дрожал, как осиновый лист на ветру. Совсем скоро он выйдет на сцену, где ему придётся петь перед тысячами людей. Но, если быть честным, это было не тем, что волновало его больше всего. В судейском кресле сидел человек, ради которого Сугуру и оказался здесь, на "слепых" прослушиваниях шоу Голос. Годжо Сатору. Лучший музыкальный продюсер Японии. Человек, в которого Гето вкрашился пару лет назад. Он не мечтал о победе. Единственная цель — заставить Годжо развернуться. Услышать его голос, поймать взгляд, пусть даже всего на секунду. Сугуру мало верил в успех, но надежда упрямо теплилась внутри. Он занимался вокалом целый год — с тех самых пор, как узнал, что Годжо станет тренером нового сезона. Сугуру не считал себя выдающимся певцом. Но его лучшая подруга Иейри Сёко всегда говорила иначе. Именно она сейчас стояла за кулисами, сжав руки в замок, мысленно посылая ему поддержку. К счастью, Гето прекрасно играл на гитаре — и это добавляло ему хоть немного уверенности в собственной ещё пока не начавшейся музыкальной карьере. Выбор песни был самым сложным. Он перебрал десятки вариантов, пока случайно не увидел тикток, где Годжо пел в караоке Mr. Loverman. Причём пел удивительно хорошо для человека, который не выступал на сцене. Но главное — он явно любил эту песню. Идеальным было то, что Гето мог легко сыграть её на гитаре. Все звёзды сошлись. Когда в зале погас свет, воздух будто застыл. Следующим мигом вспыхнул софит, выхватывая из темноты его силуэт. Свет лёг на лицо, подчёркивая резкие черты, длинные пряди чёрных, как смоль, волос, мягко спадающих на плечи. Тёмные, почти фиолетовые глаза сверкнули в полутьме, в них смешались волнение и решимость. Гето сжал гриф, провёл пальцами по струнам. Первый аккорд дрогнул в тишине, а затем, через несколько мгновений, он запел.

Ricky Montgomery — Mr. Loverman

I'm headed straight for the floor The alcohol served its tour And it's headed straight for my skin Leaving me daft and dim В первых рядах раздался восхищённый вздох. Гето старался не смотреть на судейские кресла, чтобы не сбиться, но звук нажатой кнопки и скрежет разворачивающегося сиденья всё же привлекли его внимание. Первым повернулся Чосо — молодой музыкант и певец, победивший в этом шоу пару лет назад. Сугуру на секунду встретился с ним взглядом и даже слегка улыбнулся. Было приятно, что кто-то так быстро выбрал его, но… это был не тот судья, которого он хотел впечатлить. I've got this shake in my legs Shaking the thoughts from my head But who put these waves in the door? I crack and out I pour Он снова сосредоточился на гитаре. Кончиками пальцев чувствовал натяжение струн, ритм уже отпечатался в теле. Второй удар по кнопке. Ещё одно кресло развернулось. Рёмен Сукуна. Легендарный рок-музыкант, человек, которого многие мечтали видеть своим наставником. Грубый, дерзкий, с хищной улыбкой — он был воплощением сценического магнетизма и профессионализма. Многие участники стремились именно к нему, и их можно было понять. Сукуна был горяч, как ад. Но снова — не тот, ради кого Сугуру пришёл. I'm Mr. Loverman And I miss my lover, man I'm Mr. Loverman Oh, and I miss my lover The ways in which you talk to me Have me wishin' I were gone… Он поймал нужную волну, позволив музыке поглотить себя. Длинные чёрные волосы лёгкой волной спадали на плечи, кое-где пряди прилипли к разгорячённой коже. В движениях была лёгкость и естественность, но во взгляде — что-то более глубокое. Сугуру пел так, будто выкладывал часть души. Глаза прикрыты на долю секунды, пальцы уверенно скользят по грифу гитары. Каждый звук — выверен, каждое слово — наполнено смыслом. Третье кресло повернулось. Нобара Кугисаки — единственная девушка в жюри, также победительница Голоса прошлых лет. Гето был ей симпатичен, он видел это в её одобрительном кивке, в лёгкой улыбке. Но… Сугуру сжал губы. Все судьи развернулись. Все — кроме того, ради кого он сегодня вышел на эту сцену. The ways that you say my name Have me runnin' on and on Oh, I'm cramping up, I'm cramping up But you're cracking up, you're cracking up Насколько глупо будет отказаться от участия, если Годжо так и не повернётся? Детская прихоть, инфантильный бунт? Возможно. Но Сугуру даже не думал о том, чтобы выбрать кого-то другого. Никто не был важен. Никто, кроме него. I've shattered now, I'm spilling out Upon this linoleum ground (Mr. Loverman) I'm reeling in my brain again Before it can get back to you (Mr. Loverman) Ладно. Даже если Годжо не выбрал его — это его упущение. Oh, what am I supposed to do without you? I'm Mr. Loverman And I miss my lover, man (I miss my lover) I'm Mr. Loverman (oh-oh) Oh, and I miss my lover (Mr. Loverman) Сугуру сжал пальцы на грифе гитары. Чёрт с ним. Он пойдёт в команду Сукуны. Разобьёт сцену под его наставничеством, выложится на все сто и покажет этому засранцу Годжо, кого он только что проигнорировал. I'm Mr. Loverman (oh-oh) And I miss my loverman I'm Mr. Loverman— Он вытянул последнюю фразу почти с надрывом, голос дрогнул на высоких нотах, но в этом дрожании была только сила, только эмоция. Как будто отдавал в этот звук всё, что прятал глубоко внутри — разочарование, упрямство, тень надежды. И в этот самый момент раздался последний, долгожданный щелчок кнопки. Гето даже не сразу осознал, что это оно. Его дыхание перехватило, пальцы замерли на струнах. Сердце гулко ударилось в рёбрах. Кресло Годжо развернулось. And I miss my lover… Эту последнюю строку Сугуру пропел, глядя прямо в ледяные глаза Сатору. Годжо смотрел на него, не отводя взгляда. Гето сделал это. Он был готов задохнуться от счастья, сердце бешено колотилось, а в груди распирало чувство триумфа. Быстрый взгляд за кулисы — Сёко радостно махала ему руками, сияя от гордости. В зале взорвались аплодисменты, смешанные с одобряющими возгласами. Судьи тоже хлопали, бросая в его сторону ободряющие реплики. Все, кроме Годжо. Он лишь сидел, слегка улыбаясь, но во взгляде было что-то странное — изучающее, цепкое, словно он разгадывал загадку. Первым заговорил Сукуна. Он чуть подался вперёд, глаза вспыхнули азартом. — Что ж, это было… впечатляюще, — голос его был низким, с хрипотцой, но в нём сквозило искреннее восхищение. — Представься, пожалуйста. — Гето Сугуру, — тихо произнёс он, всё ещё привыкая к осознанию, что сейчас все смотрят только на него. — Откуда ты? Расскажи немного о себе, — подхватила Нобара, с любопытством склонив голову. — Токио. Я из Токио, — Гето сглотнул, подбирая слова. — Начинающий музыкант. Решил попробовать что-то новое для себя… Сегодня я впервые выступал на сцене. — А так и не скажешь, — улыбнулся Чосо. — У тебя прирождённый талант, уверен, мы с тобой отлично сработаемся, если выберешь меня, — он подмигнул, явно намекая, что уже записывает его в свою команду. — Думаю, что в моей команде тебе будет лучше, — вставил Сукуна, бросив на Чосо дерзкий взгляд. — Парни, только не подеритесь, — усмехнулась Нобара. — Сделай правильный выбор, Сугуру, — она поиграла бровями. Затем повернулась к молчавшему Годжо. — А ты чего притих? Не хочешь побороться за участника? Что заставило тебя так долго не нажимать кнопку? Годжо неторопливо наклонился вперёд, сцепив пальцы в замок. — Не хотел прерывать это ангельское пение, — его голос был мягким, но в глазах плясал лукавый огонёк. Он чуть склонил голову набок, задумчиво проведя языком по нижней губе. — Я был готов нажать кнопку, как только услышал первые строки. Но Чосо оказался быстрее, так что я решил сделать это последним… Чтобы привлечь внимание нужного мне участника. Надеюсь, у меня получилось? Он всё так же не отводил взгляда, его губы растянулись в уверенной улыбке. — Ой, Сатору хорош в уши заливать, — рассмеялся Сукуна, протянул руку и шутливо толкнул его в плечо. — Ну что, Сугуру, кого выберешь? Гето выдохнул, чувствуя, как пальцы немного дрожат от переизбытка эмоций. Он снял гитару и аккуратно прислонил её к одной из колонок. — Я… выбираю Годжо Сатору. Годжо самодовольно улыбнулся и, повернувшись к Сукуне, прищурился: — Съел? Сукуна лишь усмехнулся, но в его взгляде промелькнуло лёгкое раздосадование. Чосо и Нобара тоже выглядели разочарованными — они действительно хотели заполучить Гето в свои команды. Как оказалось, Гето выступил последним, и съёмочный день подошёл к концу. Об этом объявили по громкоговорителю, и зрители начали постепенно расходиться. Гето передал гитару одному из ассистентов и направился за кулисы, где его ждала Сёко. Но вдруг услышал, как его окликнули. — Постой, — Годжо резко схватил Гето за рукав и потянул в одну из ниш за сценой, спрятав их от посторонних взглядов. — Извини. Гето застыл, пытаясь осознать, что вообще происходит. Годжо Сатору стоит прямо перед ним, смотрит своими чертовски красивыми глазами и извиняется. Это сон? Его кто-то ущипнёт сейчас? — Извинить за что?.. — озадаченно спросил Сугуру, слегка нахмурившись. — За то, что повернулся только в самом конце. Если честно, теперь я даже жалею об этом… Гето моргнул. До него явно доходило, как до жирафа. — Жалеете, что нажали кнопку?.. — Да нет же! — Годжо закатил глаза и усмехнулся. — Жалею, что не повернулся раньше и не увидел всего твоего выступления. Гето снова замер, переваривая услышанное. — Эм… да ничего страшного, — пробормотал он, почесав затылок. Его щеки всё ещё слегка горели, но он попытался скрыть волнение, скрестив руки на груди. — Теперь ты мне должен, — Годжо улыбнулся обворожительно, и у Гето чуть не подкосились ноги. — Должен выступить ещё раз, но только для меня лично. Гето сглотнул. Он не думал о том, что будет дальше. Теперь ему придётся работать вместе с Годжо. Видеться с ним. Разговаривать. А у него уже сейчас колени подкашиваются от одного взгляда, да ещё и этой улыбки. — К-конечно… — выдавил он, невольно теребя рукав своей рубашки. — Кстати, знаешь, это одна из моих любимых песен, — с лёгким смешком добавил Годжо, подмигнув. — Знаю, — ляпнул Гето, не подумав. Годжо приподнял брови. — Знаешь? Откуда? — Эээ… ну, просто видел тикток с вами, где вы её пели… вот и подумал… — О, даже так? — Сатору рассмеялся. — Точно, совсем забыл про это. Это что же… ты специально выбрал эту песню, чтобы угодить мне? Гето ничего не ответил, но по тому, как стремительно краснели его уши, можно было догадаться обо всём. По его виду было сложно не понять, что Годжо ему пиздец как нравится. Сугуру пытался держаться, но лицо упорно его не слушалось, выдавая всё и сразу. Сатору это, конечно же, заметил. Решил ли он пока что оставить это без комментариев? Да. Захотел ли он подразнить его чуть сильнее? Ещё как. Годжо с интересом наблюдал за реакцией Гето, а затем, без лишних слов, взял его за руку. Сугуру почувствовал, как по телу пробежал ток. В этот момент он был настолько очевиден, что скрывать было бесполезно. Годжо чуть наклонился вперёд, медленно заправляя выбившуюся прядь чёрных волос за ухо Гето. Его пальцы скользнули по коже, оставляя после себя горячий след. Затем он приблизился к самому уху Сугуру и, понизив голос до почти интимного шёпота, произнёс: — У тебя есть все шансы выиграть под моим крылом, красавчик. Гето сглотнул, не в силах отвести взгляд. Сердце бешено стучало, словно пытаясь вырваться из груди. — Спасибо, мистер Год… — Можно просто Сатору, — перебил его Годжо. (Прим. автора: можно просто папочка) Тут откуда ни возьмись вынырнул Сукуна, как всегда внезапно и с громким заявлением: — Сатору, вот ты где! Тебя все обыскались, — он лениво перевёл взгляд на покрасневшего Гето и усмехнулся. — Хорош парня смущать. Малец, он приставал к тебе, что ли? Говорил же, что стоило выбрать меня. Я бы хотя бы не пытался затащить тебя в постель в первые же пять минут. Годжо мгновенно пнул его ногой в голень. — Заткнись, кто бы говорил! Напомнить тебе, как ты за Мегуми… — Ой-ой, не переводи стрелки, Сатору, — перебил его Сукуна, вскинув ладонь. А потом, лукаво прищурившись, добавил: — То есть ты даже не отрицаешь, что только что пытался затащить парня потрахаться чуть ли не со сцены? Они будто бы полностью забыли, что Гето всё ещё стоял рядом и мог всё это слышать. А он, между прочим, действительно слышал. И чувствовал себя так, будто подслушивает то, что вообще-то ему запрещено знать. Сугуру растерянно не знал, куда себя деть, переминаясь с ноги на ногу. Однако было очевидно, что Годжо и Сукуна, несмотря на постоянные подколки, были хорошими друзьями. — Кхм! — вдруг раздался голос Нобары, и вся сцена словно замерла. — Я, конечно, всё понимаю, но, может, отпустите парнишку? Его там девушка уже заждалась, — она перевела взгляд на Гето и смягчила тон: — Прости их, Сугуру, они совсем перегрелись под конец съёмочного дня и несут чушь. Не обращай внимания. — Девушка? — заторможенно переспросил Годжо. Сукуна расхохотался, а Нобара закатила глаза. — Обломись, дружище. Гето наконец-то смог взять себя в руки и, посмотрев прямо на Сатору, спокойно сказал: — Это моя лучшая подруга. Но я и правда пойду. На лице Годжо отразилось облегчение, которое он даже не попытался скрыть. Нобара и Сукуна уже увлеклись обсуждением чего-то другого, а Годжо тем временем вызвался проводить Гето до выхода для персонала, где его уже ждала Сёко. Пока они шли по коридору, Сатору вдруг нарушил тишину: — Это не то, что ты подумал, — сказал он неожиданно серьёзным тоном. — Я не пытался тебя затащить в постель. Даже мыслей не было. Гето даже слегка раздосадовался. А чего это у него даже мыслей не было?! Но тут Годжо добавил уже намного тише, почти себе под нос: — По крайней мере, не так сразу… Сугуру, который уже открыл рот, чтобы что-то сказать, тут же захлопнул его, уткнувшись взглядом в пол. Затем он не выдержал и пырснул смешком, но ничего не ответил. Годжо, увидев его реакцию, хитро прищурился. — Просто ты так мило покраснел, что мне захотелось тебя немного подразнить, — признался он, чуть склонив голову на бок, будто оценивая эффект своих слов. Гето сделал вид, что не услышал. Хотя, судя по тому, как его уши снова начали пылать, он прекрасно всё услышал. И снова они оказались в одной из ниш за сценой вместо того, чтобы наконец-то пойти к выходу. Гето оглянулся по сторонам — вокруг никого. Только он и Годжо. Шанс. Сугуру сглотнул, ощущая, как сердце начинает биться быстрее. Он провёл ладонью по затылку, коротко выдохнул и, опустив взгляд, наконец решился: — Что ж, скрывать уже нет смысла… — Голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. — Вы, кажется, и так заметили. Он украдкой взглянул на Годжо, надеясь уловить хоть какую-то реакцию, но выражение того было… внимательным. Спокойным, но проницательным, как будто он уже всё знал, но просто ждал, когда Гето сам скажет. — Но вы и правда мне нравитесь, Сатору. Слова прозвучали неожиданно уверенно, даже для него самого. — Я пришёл на это шоу просто чтобы увидеть вас… — Сугуру чуть качнул головой, уголки губ дрогнули в едва заметной улыбке. — Но я даже не думал, что действительно пройду. Он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями, и продолжил: — И теперь… я не совсем понимаю, что делать дальше. Молчание повисло на пару секунд. А потом Годжо, вместо ответа, просто положил руку ему на плечо. Лёгкое, но ободряющее прикосновение. — Да, ты был немного очевиден, прости, — хмыкнул он, но в голосе не было ни тени насмешки. Скорее… тёплый интерес. Рука Годжо скользнула на предплечье, сминая рубашку. Гето почувствовал, как жар подступает к щекам. — Но не переживай, мы разберёмся во всём вместе, — Годжо подмигнул, и Сугуру понял, что ему становится только хуже. — Приятно слышать такие искренние слова. Ты мне тоже сразу понравился, если честно. Гето вздёрнул бровь и недоверчиво посмотрел на него. — Наверняка вы слышите подобное каждый день. И сейчас говорите это только из вежливости, — пробормотал он смущённо. — Малыш, ты слишком много думаешь, — Годжо слегка наклонил голову набок, а потом вдруг подался вперёд, сокращая расстояние между ними. Гето затаил дыхание. — Если бы ты не был участником, с которым мне предстоит работать целый сезон… — Сатору намеренно сделал паузу, позволяя Сугуру самому додумать конец этой фразы. — Ну, в общем, мы выясним это позже. И прежде чем Гето успел что-то сказать, Годжо достал из внутреннего кармана пиджака визитку и протянул её ему. — Обычно я не даю свой номер тем, кого вижу впервые, а уж тем более участникам, — взгляд Сатору стал чуть мягче, и Сугуру почувствовал, как внутри что-то перевернулось в тысячный раз за сегодняшний вечер. — Но ты — особенный случай. Гето осторожно взял визитку, стараясь держаться спокойно, хотя пальцы едва заметно дрожали. — Будем на связи, напиши мне, — а потом, как ни в чём не бывало, Годжо подмигнул на прощание и исчез вглуби закулисья. Сугуру остался стоять на месте, сжимая в пальцах кусочек плотной бумаги и всё ещё не до конца понимая, что только что произошло.

***

— Поздравляю! Ты справился! Гето даже не успел сообразить, откуда взялась Сёко, как она уже бросилась его обнимать. — Ну рассказывай! Где ты там застрял? Удалось поговорить со своим мистером Крашем? — Молчи, Иейри… — простонал он, закатив глаза. — Но удалось? — Да, удалось, — его предательская улыбка говорила сама за себя. — Спасибо, что пришла со мной. С меня ужин. — С тебя ужин и свежие сплетни после каждой съёмки, — уточнила Сёко с ухмылкой. Она, конечно, не была фанаткой Голоса, но теперь придётся. А иметь доступ к самым горячим новостям из первых уст только добавляло азарта.

***

Дома Гето первым делом завалился на кровать. И тут же достал визитку. Он смотрел на неё, изучал, тёр уголок пальцем, будто пытаясь убедиться, что всё это реально. И, наконец, решился.

Спасибо вам, Сатору. Рад оказаться в вашей команде и надеюсь, что вы не пожалеете. С нетерпением жду нашей следующей встречи.

Сугуру.

Он перечитал сообщение раз пять. Не слишком ли навязчиво? А вдруг Годжо просто сказал это из вежливости? Может, даже не ждёт, что Сугуру ему напишет? Но с другой стороны… Это был шанс. Гето глубоко вдохнул, прежде чем нажать "Отправить". Он даже не успел сообразить, как экран мигнул новым уведомлением. Я ждал, когда ты напишешь. Рад, что ты решился. С нетерпением жду первой репетиции, малыш.