Шрам

      Шото привык, что редко кто смотрит ему прямо в глаза. Знает, что его шрам доставляет всем неудобство, и они стараются смотреть куда-то еще, но только не на левую сторону. Знает, что всем интересно, откуда он его получил. Шото привык к шраму. И почти не ощущает его. Привык к стянутости у глаза. Иногда вместо напоминания он проводит рукой по шершавой коже. Иногда мимолетно прошибает лёгкая боль.       Знает, что тем не менее, всем интересно смотреть на него. У него разный цвет волос. Ровно поделенные на две половины. У него гетерохромия, но не все это замечают, стараясь смотреть на правую сторону. И он сын Старателя. Его фамилия Тодороки бежит раньше него.       Шото привык к шраму. И почти не вспоминает историю ее получения. Хотя тот день он помнит смутно. Только момент, как мать смотрит на него очень страшно и пугающе. Взмах руки, Шото инстинктивно закрывает глаза, что спасает от полной потери зрения. Следом боль, разьедающая кожу. Он плачет, но слезы шиплют лицо. Мама резко подскакивает к нему. Использует ледяную магию и плачет. - Прости меня, Шото. Прости.       Дальше как в тумане. Где-то на периферии топот всей семьи, крики и ругань. Его подхватывают на руки, сажают в ванную и льют прохладную воду на левую сторону. Холодно. Но боль утихает. Хочется потереть глаз, но ему не дают.       Дальше врачи, повязки, мази, таблетки. Место ожога опухает и ощущение, что это не его лицо. А глаз словно стал меньше. И это страшно. Кажется, что там больше ничего не будет. Маму он больше не видит. По мере заживления хочется чаще чесать глаз, но ему не дают и даже привязывают руки за спину, чтобы не трогал. Иногда Фуеми легкой магией льда немного уменьшала неприятные ощущения.       Ему было на тот момент около 6 лет. И чувствовал тогда страх, боль и непонимание. Мама всегда была на его стороне, всегда поддерживала его. Всегда улыбалась и читала сказки. А потом вспоминает, как отец кричит на нее и поднимает руку. Шото пытается защитить её, бьет его кулаками. И получает от отца ответку. Шото помнит его ярость, удары и синяки. Папа плохой. Папа злой. - Это твоя вина! Твоя вина! Где мама? - Ты больше её не увидишь.       Шото убегает, прячась у Фуеми, зарываясь ей в живот. Хочется плакать, но в глазах сухо. Та мягко гладит его волосы и обнимает. От него отстают с тренировками из-за лечения. А потом пропал старший брат Тойя. Но он не так сильно почувствовал его потерю. Они особо не общались и Шото видел его только за обеденным столом.       Шото на тот момент не понимал его злости на него. Изредка он видел его прекрасный голубой огонь, не знаю о том, что причуда причиняет боль брату. Став немного старше, стало все понятно. Опять отец. Фуеми заменила маму. Потом она взяла на себя обязанности на кухне.       Огонь - опасный. Он может ранить. Без контроля ты можешь все спалить.Отец снова зовет его на тренировку. - Нет! Нет! Я больше не буду. Не буду! Больше не будет огня!       Старатель ругается, старшие напрягаются, но знают, что не помогут. Эйнджи понимает, что сын упертостью пошёл в него, и хлопнув дверью, уходит.       Шото просит помочь Нацуо и Фуеми с использования силы льда. Она у них не такая сильная как у мамы. Тем не менее это помогает и он развивает ее.       Шото тренируется, но без отца. Тот сдался, особенно после смерти Тойи. Он понимает это по трауру в семье. По злости Нацуо и рыданий Фуеми. Отец почти не разговаривает с ними. Ну и хорошо.       Шото словно теряет все эмоции. Закрывается ото всех. На автомате разговаривает. И только если спросят. Но внутри остаётся злость и ярость на отца. Это заставляет тренировать свою ледяную причуду ещё сильнее. Изматывает себя физическими тренировками. Чтобы вырубиться, только упав на футон.       В схватке с Даби он снова вспоминает детство. Огонь его брата сильнее. И обжигает ему лицо, горло, тело. Но внутренний лёд немного снимает силу огня, так что получает относительно легкую степень ожога. Правда какое-то время не разговаривает, ему приходится говорить шепотом или хрипло. - Шото! Шото!       Тодороки приходит в себя. На него смотрит Мидория. Ему первому он рассказал свой секрет. И пожалуй он один из тех редких людей, которые смотрит прямо в глаза. - Да?       Мнется на какой-то миг, а потом быстро тараторит. В своем репертуаре. - Как ощущается кожа на месте шрама? Я знаю, такие вещи обычно не спрашивают, но...если...       Шото неосознанно тянет руку к шраму. - Все нормально. Я просто привык к нему. Есть стянутость в месте перехода здоровой кожи и шрама. Порой непогода оставляет неприятные ощущение. Но я почти не обращаю на это внимание. Иногда мимолетная боль. Приходится капать капли и мазать лицо. - Эмм...можно потрогать его....твой шрам.       Тодороки смотрит на него очень долго. Он бы засмеялся, но долгий контроль эмоций не даёт ему это сделать. Да уж, Деку это просто нечто. Как и всегда. - Ладно.       Мидория слегка краснеет. Но тем не менее протягивает руку к его лицу. Очерчивает по ране. Шото закрывает глаза. Странное ощущение. А потом рука резко отрывается. В комнату влетает Очако. - Привет!Чем вы занимаетесь?       Мидория мнется и чувствуют себя неловко. Шото берет все в свои руки. - Просто разговаривали. - Ясно. Что ж, пойдёмте, я так голодна.       Мидория активно кивает головой, радуясь смене разговоре.