O Brave New World That Has Such People In It...

[AYYYYYYYYBITCHESникто здесь не знает англиш, представляете? Это катастрофа. Это очень печально. НО. Я (кажется?) ещё не забыла родной язык (TwT помянем) ииииии постараюсь что-нибудь всё-таки тут сгенерировать. НЕ РУЧАЮСЬ за качество вот прям вообще не ручаюсь, возможно (да 100%) будут встречаться наитупейшие ошибки, и кто увидит – УМОЛЯЮ сообщить, я ж нерусь я учусь. Воть. Ну а теперь, бонзай!!] В аду нет ни солнца, ни луны, ни даже неба – лишь жалкая иллюзия в виде мрачных сводов шестого измерения, и вечные сумерки сводят население с ума, кроме, конечно, хорошо приспособленных местных бесов и адских гончих. Мало кому здесь доступны любовь или ненависть – всё это эмоции слишком сложные для давно уже разложившихся, иссушенных стимуляторами грешных мозгов. Люди такие наивные. Ни один грешник ещё ни разу не удостоился чести личных пыток. Черти? Ха! У них есть дела поважнее чем жарить какие-то заблудшие души на сковородке или варить их в котле. Не такие уж они и вкусные, хотя каннибалы бы с этим поспорили. Многие склонны предполагать что их гибель настанет от чего-то страшного, от какого-то ночного кошмара, неизбежной беспощадной кары... А ведь это не так. Ведь гораздо проще погубить жертву тем, что ей нравится, просто безоговорочно дать ей всё что она хочет и смотреть как она сама копает себе могилу даже не подозревая об этом. Энтони ещё в детстве видел картины и слышал рассказы суеверных взрослых, поэтому узнав что попал в ад он очень испугался... пока не увидел автомат с наркотиками. Прямо на улице, и так дёшево, словно это были баночки с содой или пачки с чипсами. Он смутно помнил события последнего дня, кажется, была вечеринка... а может, и не было. Он так привык к постоянным клиентам что перестал замечать есть кто-то дома или нет. Возможно, нет, скорее всего, он опять принимал после тяжёлого дня, возможно опять слегка переборщил... Только теперь он проснулся в аду, всё тело ужасно ломит и морозит, а ещё он почему-то начинает медленно обрастать белоснежной пушистой шерстью. Фу, как же это чешется. Деньги лежали везде, о чудо! Спасибо частым грабежам. Фактически, деньги принадлежали всем и никому одновременно – сегодня ты их заработал честным нелегальным трудом, завтра тебя ограбил твой сосед, а послезавтра ты убил соседа, обесчестил его и без того нечестивую жену, и забрал всё что у него было. Красное небо сбивало с толку, а смрад забытых всеми обглоданных потёкших трупов и всевозможных человеческих выделений скручивали все внутренности в тугой комок, но стоило лишь закинуть в рот горстку розоватых таблеток как пейзаж моментально преобразился. Улицы стали чистыми, гам несмолкаемых перепалок и безвкусной, но зато очень громкой музыки заметно утих, воздух, наполненный ядовитыми испарениями, пронзили настоящие, солнечные лучи, и на мгновение, одно мгновение, Энтони показалось что он снова живёт. А потом всё пропало. Благо, таблетки в пакете ещё оставались. “Ангельская пыль”, да? Ну что ж, что-то священное в этих пилюлях действительно было, а именно – иллюзия. Иллюзия воплощения до святости невинного желания жить хорошо, да хотя бы вообще жить, в случае с Энтони. – Эй, парень! А что если это всё сон? Что если он и не умирал никогда, и скоро его снова разбудит нежный голос сестры, такой ласковый, но с упрёком, вроде “ах, Тони, ты же обещал никогда больше н-” – Алё, шлюха! Я с тобой разговариваю! – Ч-что...? Энтони был не один. Нет, не любимая сестра, а огромная ящерица в засаленой майке вернула его в реальность, вырвав из размышлений. От ящерицы несло холодом, но не таким какой обычно ошущяется вокруг пресмыкающихся, а сырым холодом, спёртым, какой бывает в погребах и подвалах. – Фу, блять, да от тебя воняет за километр! Ты что, вчера подох?! –Ээ... я... – Головка от хуя! Хули ты тут расселся, а? Ты вообще знаешь чья это территория, ты, чмо ебаное? – Нет... – Ну так и- – Стойте! Не подскажете, где здесь бордель? – “Бордель”, блять, может, ещё “публичный дом” попросишь?! Блядюжник там. А теперь всё, проваливай, хватит отравлять атмосферу. Как будто её ещё можно было отравить. Хотя, никто ведь и не пытался? Когда-нибудь он попробует, а пока неплохо бы найти своё место в этой дыре. Сколько раз он проклинал свою судьбу? Сколько бессонных ночей прорыдал в подушку? Сколько радужных планов побега с сестрой за границу составил в состоянии между алкогольным опьянением и наркотической эйфорией? Сейчас он об этом не думает. Свою участь он выбрал сам, да, не без “помощи” тех, кого считал близкими, и да, в смутные подростковые годы, когда всё казалось так просто, но всё-таки сам. И вот он, сорок лет от роду, снова делает тот же выбор. Правильно говорят, люди не меняются... или лучше свернуть назад? Энтони твёрдо идёт к назначенной цели, даже не останавливаясь чтобы переосмыслить – а зачем? Ведь так проще. И это ещё при условии что его главный грех не лень. Улица Ханжества – одна из крупнейших улиц Пентаграм-сити в кольце Гордыни. На этой улице властвуют сильные демоны, поэтому всякой шелухи и отбросов здесь меньше. Здесь же находится знаменитый притон Валентино с нехитрым названием SexoSeducción. Валентино и сам не так давно в аду, всего лет двадцать, но дьявол, как он удачлив! Говорят, он держал трактир при жизни и сгорел с ним в один день, слишком жадный чтобы бросать своё богатство, даже если оно будет стоить ему жизни. Валентино всегда был не против новых сотрудников, а точнее – шлюх. Кроме того, он неплохо платил, в качестве компенсации за свои нервные срывы. Где-то Энтони уже успел услышать, что грешники бессмертны, так что последнее его не сильно волновало, а первое и вовсе радовало, хоть и гарантировало нескончаемые покушения на его душу. – Чё те здесь надо, хуесос?? Похоже территория и правда была чем-то ценным в аду, раз практически каждый квадратный метр охранялся, да ещё и таким грубияном. Энтони мог бы, конечно, и послать паренька куда подальше, но к сожалению попасть внутрь ему было очень надо, а как ещё задобрить врага если не подлизаться к нему? – Совершенно верно, детка~ Не пропустишь? Как видишь, я по адресу~ Охранник как-то зло усмехнулся, видно Тони перестарался, и демонстративно расставил ноги пошире. – Ну раз по адресу, так докажи. И Энтони бы доказал, сделал бы всё, что попросят, прямо посреди кривой пародии на тротуар и ни разу не дрогнув – ведь кто он такой, чтобы стесняться? Всего лишь грязный грешник давным давно ёбаный и переёбанный во все щели, наркоман, умерший от передозировки и не придумавший ничего лучше чем продолжать свои порочные порядки и после смерти... но тут появился хозяин заведения. Валентино и отдалённо не напоминал всего что о нём говорили. С первого взгляда можно было буквально упасть от практически осязаемой волны похоти, исходящей от него, но всё же он производил впечатление заботливого хозяина. Хитрые глазки скрывали розовые очки, неизвестно зачем ему нужные, ведь сутенёр всё равно совершенно ничего не видел, хоть и умело это скрывал. Или же нет? Ещё одно открытие, сделанное Энтони – не стоит верить слухам, а то получается: вроде и слепой, а сейчас стоит и откровенно рассматривает... Хотя бы одно было понятно – Валентино точно заинтересован. Его почти ласковая улыбка, мило исказившая мягкие черты лица, придавала уверенности, и конечно уж точно не наводила ужас и не выдавала безжалостного садиста; те демоны видимо просто соврали. Никакой Валентино не абьюзер. Может, они приходили к нему устраиваться на работу, а он их не взял? – Ой, кто это у нас тут?~ Бархатный голос, под стать лицу, только вот странная привычка выдыхать сигаретный дым прямо в собеседника, ну ничего, запах даже вроде как приятный? – Ну и как же тебя зовут?~ Снисходительная манера общения, как с душевно больными, хоть и была немного унизительной, но по сравнению с постоянными матами и руганью на улице – глоток свежего воздуха. Насколько всё может быть плохо? У Энтони был не один “папочка” за всю его жизнь, каждый из них абсолютный гандон, один конченее другого, так почему же он должен испугаться Валентино? Потому, что в аду? Бесы грешников не любили. Если кто в преисподней и был действительно демон, так это именно грешники, а коренные исчадия ада просто мирное население на которое эти грешники свалились из другого, невыносимо яркого, мира, как снег на голову. Но ведь Энтони и сам грешник. Почему-то, ему казалось что это сближает его с сутенёром, объединяет их, что ли... Будущее не обещало быть светлым, но (пока) ничего и не опровергало возможность обратного (о, ирония судьбы – в месте, где принципиально светло не бывает!), особенно если успеть найти своё место. И вот уже трупно-сиреневая рука в сетчатой перчатке протянулась к наконец полностью трансформировавшемуся пауку – интересно, почему душа Энтони имеет облик паука – и пространство между ними окутала ядерно-розовая дымка – всё тот же сигаретный дым – и по одному лишь взгляду хитрых глаз было понятно: сделка. Не здесь и не сейчас, возможно, но перспективы намечались. Валентино владел всеми своими работниками, во всех смыслах этого слова. Зато так он мог быть уверен что они точно не уйдут, что ни один из них не бросит, не перестанет приносить деньги, не прогуляет работу и ни разу не посмеет возразить. Вал любил гарантии. Энтони любил постоянство, лживое ощущение покоя, особенно когда на реальное можно и не надеяться. Душа... а чего она стоит? Пропита, продана и перезаложена, как и всё, что у него когда-то было. Скажи ему кто-то тогда, чем всё это обернётся – он бы, может, подумал, а сейчас, когда из всех эмоций осталось только отчаяние, когда до костей (а есть ли они у него?!) пробирает мертвецкий холод, когда за пеленой розового дыма предлагают на блюде все забытые и вновь возрождённые мечты – он выбрал действие. Энтони встал, выпрямился и гордо ответил: – Энджел Даст. [пока так,но если кому-то это реально понравится, то будет прода... omg omg help me fanfiction gods i beseech you T~T bless me with thine sacred gift of inspiration omg pls]