Баллада о безумцах

1. Снежная буря затопит края, Утопит в снегах целый свет. В ней выживет мальчик, страх не тая, И позже народом будет воспет. «О как же он выжил?» Вздохнет простой люд, Но им не расскажет мальчишка. В молчании долгие годы пройдут. Он им не расскажет о том старике, Подчинившем злую природу, Иначе будет изгнан на век, Говорит ведь не богу в угоду. Годы идут один за одним, Мальчишка шагает следом, Он старше, сильнее, чем был, Но страх ему так же неведом. 2. В дальней комнате подвала дворца, Юнец старика того ищет. Загадка, увы, слишком сложна, Но юноша весело хмыкнет. Он найдет его в старых камнях, Что светом своим озаряют углы. И пусть за это распнут на зарях, Идеи его все так же смелы. Годы идут один за одним, Юнец все шагает следом. Оказался глух он к другим, Кто спасенье назвал его бредом. 3. Юнца вдруг поймают, заточат в тени, Назвав богохульником клятым. Ах, колокол, ты по нему не звени, Не дай оказаться распятым. Мать юноши просит, взывает к царю: «Ах сына моего пощади, Он спешен и юн, я его пожурю, Только из темницы, молю, отпусти.» Царь был благосклонен, юнца он простил, Вот только мечты лишил он его. На краю отвесной скалы мальчик взвыл, Решив отдаться пучине морской. «Я вам не мешаю?» — голос в тени, Юнца он одернет, почти пристыдит. «Коль будешь смеяться — лучше уйди» Незнакомца ответ веселит. Он смеяться не стал и журить не спешил. Представившись Виктором, молвил: «Коль хочешь ты мир изменить, Делай все сам, не проси разрешить.» Годы идут один за одним, Теперь не один шагает юнец. Шагает и друг рядом с ним. Верно, счастливый ждёт их конец! 4. Джейс, что из Талисов дома, Выйдет в свет совсем уж другим. Статный мужчина, не ищущий помощь, Он людьми всеми отныне любим. И пусть ярок свет белых зубов, Но тень его слишком длинна. Глаза видят светских особ, Но к ним его не лежит уж душа. «Сын Талисов — наша надежда!» Звенят во дворце людей голоса. Теперь ученый в богатых одеждах, И мечта его теперь не пуста. Годы идут один за одним, А мужчина сияет все ярче. Обещанье его: «смерть победим!» Никто не смеет желать неудачи. 5. Вот только ускользает счастье из рук, Высыпается, словно песок, Когда на руинах лежит его друг, А по спине ползет холодок. Он убегает прочь, ко дворцу, Надеясь смерть обмануть. Не отдаст он друга творцу, Никто ему не встанет на путь. «Он, верно, безумен, совсем без ума, Коль в теории ищет спасенье.» Смеётся над ним звонко Судьба, Его замечая звериное рвенье. До смеха Джейсу нет дела, Он в записях общих ищет ответ, Как жизнь не пустить из хрупкого тела. Лишь это — предел его мечт. Годы шагают один за одним, Но Джейс остаётся на месте. Он не пойдет за ними с другим, Только с Виктором вместе. 6. Смерть отступает, гонимая прочь, И Виктор встаёт, забывая про боль. Джейс славит эту темную ночь, Словно он — королевский герольд. Вот только дороги расходятся врозь. Виктор один покидает дворец Но часть мечт он с собою унес. Видно, не будет хорошим конец. Но Джейс не сдается, он не привык, Он ищет партнёра в каждом лице, Он помощи просит и у владык, Но все равно один остаётся в конце. Он уходит из города, оставляет там мать, Бредёт без воды по лесам и пустыням. Он голоден, слаб, но должен искать, Молясь всем святым, богам и богиням. Тело ломается, разум трещит, Талиса совсем уже не узнать. В одном из поселков горн зазвучит: «В Пилотвере будут кого-то сжигать». Джейс сорвётся в город назад, Надеясь, что мысли — ошибка. Вернётся он уже в самый ад, Где у храма народ заходится рыком. Он с боем пройдет сквозь толпу, Желая на жертву взглянуть. На побитом лице мелькнет вдруг испуг, Глаза, что он видит, ударят под грудь. Виктор стоит на готовом костре. Он признан виновным один, Он — агнец на этом святом алтаре И умрет далеко от святынь. Огонь разгорится, коснется ноги, Джейс шагнет к другу в пламя. Ереси вместе взрастили цветки, И огонь вместе примут у храма. Годы шагают один за одним, Но с ними больше никто не шагает. Он выбрал остаться с другом своим, И лишь одна мать его вспоминает.