Глава 1. Долгая дорога домой
27 февраля 2025 г., 19:21
— Уму непостижимо, до чего обнаглели!
Варрик ходил взад-вперёд перед камином, недовольно бурча себе под нос. Услышав шаги Инквизитора, он незамедлительно направился в её сторону.
— Ты чего шумишь? — грязная, уставшая после погони за венатори, Инквизитор еле ноги волочила. Настрой гнома заставил взять себя в руки ещё хотя бы минут на десять.
— Дорогая, я возмущён до глубины души, — только тут Инквизитор заметила пергамент в его руке. Письмо. — Я понимаю, что моя слава идёт впереди моей скромной персоны и уже смирился с армией подражателей. Но это, — письмо в руке гнома оказалось перед лицом эльфийки, — это я считаю уже посягательством на святое.
Инквизитор забрала измученную бумагу и вчиталась в написанное.
— Сейчас попрошу Жозефину разобраться с этим.
— Премного благодарен, — Варрик заметно выдохнул. Он уже хотел вернуться к камину, как развернулся обратно. — И не говори ничего Пентагаст, ладно?
Собравшиеся в ставке командования отнеслись к собранию со всей серьёзностью. Однако, узнав причину сбора, остались в недоумении.
— Что-что надо найти? — переспросила Жозефина.
— Какая-то акула пера решила подмазаться к славе Тетраса и выдала своё сочинение за истинную историю Защитника Киркволла. Книга довольно быстро распространяется и набирает популярность. Как бы чего не вышло из этой истории.
— Да что выйдет-то? Знакомые с Хоуком лично подтвердят, что всё это чушь, — фыркнул Каллен.
— Они — безусловно, но что делать со сплетниками? Наверняка обнаружатся фанатики, воспринимающие всё за чистую монету, — спокойно заметила Лелиана.
— Господа, неужели никто из вас не фантазировал о какой-нибудь исторической личности или герое произведения? Безобидная вещь, на мой взгляд.
— Ты там с сестрой Хоука состоишь в отношениях. Она магесса-отступница, — добавила Инквизитор.
Каллен весь как-то осунулся.
— Отправить отряд в Киркволл?
— Поступим более деликатно, — Жозефина прикрылась планшетом, чтобы никто не заметил её улыбку.
***
Лотеринг пал. Орды нежити заполонили все видимое пространство. Кто еще держался на ногах, использовал их по назначению — удирал, что есть мочи. Проворные успели собрать остатки пожитков, немощные и застигнутые врасплох уносили то единственное ценное, что у них осталось — жизнь. Отравленные стрелы и клинки настигали всех, богатых и бедных. Когти со свистом рассекали лица мужчин, а вопли женщин и детей смешивались в общем плаче по утерянному дому. Гаррет мчался позади всех, то и дело атакуя преследователей. Его мать закрывала голову руками, оберегаемая с обеих сторон близнецами. Бетани останавливалась, чтобы помочь старшему брату, пока Карвер выставлял вперед обломок щита, чтобы ни одна стрела не настигла матери. Гаррет вызвал огненный дождь, обрушивая остатки сил на нежить, чтобы выиграть время на побег родных. Бетани попыталась усилить магию брата, но тот вовремя закрыл ее собой, когда очередной гарлок вывалился на них со склона, по которому мчались его собратья. — Вниз! Живо! — заорал Гаррет, когда Бетани взяла себя в руки. Старший брат толкнул ее вперёд и сам побежал следом. Сердце колом встало в горле, кровь и пот заливали глаза. В висках от напряжения стучала лишь одна мысль: «Выжить». Семья Хоуков спасалась вот уже несколько дней, пытаясь всеми возможными путями добраться до пристани, чтобы отплыть в Вольную Марку. Время перестало существовать для Хоука-старшего: счет шел на часы, а то и минуты. Он день и ночь выбирал наиболее безопасные пути, но порождения Глубинных троп оказывались проворнее. В одну из лунных ночей, когда удалось отыскать тихий угол где-то в глуши, Гаррет впервые вспомнил о той, что видел последний раз много лет назад. Ее имя не произносили за обеденным столом, не упоминали всуе, как Древесного волка или проклятье. Он не мог вспомнить, как пришел к этой мысли, все давно перемешалось и скрутилось в один нервных комок из страха за семью и ответственности за их благополучие. Просто имя. Мимолетный эпизод из прошлого, к которому он не возвращался больше десяти лет. «Мариам». Гаррет помнил лишь улыбку сестры и горящие в темноте глаза. Помнил страх, но не за нее, а из-за. Что-то случилось тогда, далеким осенним днем, что изменило жизнь семьи навсегда. Внезапно образ сестры заполонил пространство вокруг, её лицо неумолимо приближалось из глубин сознания. Одержимость исказила знакомые черты, и вот уже уродливая пасть распахнулась перед глазами напуганного мага. — Скучал по мне?***
— Милый, ты чего кричишь? Голос остроухой проститутки вырвал из лап кошмара. Гаррету потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что находится в «Цветущей розе» рядом с Сибиллой. Видимо, их обоих сморило, но крик мага разбудил эльфийку. Гаррет выдохнул, улыбнулся и потрепал её за щёку. — Не забивай эту чудесную головку всякой ерундой, — маг удивился своей выдержке, хотя голос едва заметно дрогнул. — А чем стоит её забить? — Сибилла игриво похлопала глазками. — Умная девочка, — большие руки Гаррета сгребли смеющуюся эльфийку в объятия. Прижав проситутку к груди, Гаррет перестал улыбаться. Ему показалось, что в отражении зеркала мелькнула знакомая фигура за окном.***
— Беспощадное солнце. Ни единой тучки на горизонте, — Варрик смотрел вперёд, прикрыв глаза рукой как козырьком. — Хоук, скажи на милость, почему именно сегодня тебя приспичило исполнять долг перед ведьмой? — С нужной ноги встал, — маг нехотя оторвался от фляги с водой и вытер рукой пролитые капли с подбородка. — Очередной раз доказывает свою важность, — привычно ворчал Карвер, вечный пленник тени брата. — Ты живёшь как мама скажет, я живу как карта ляжет, — парировал Гаррет, Варрик усмехнулся. Путь к долийскому клану на Расколотой горе занимал сутки. Жара, начавшаяся в начале недели, как будто не собиралась спадать. Чем дальше они продвигались в гору, тем раздражённее становились. В какой-то момент Карвер остановился и с грохотом бросил походный рюкзак на землю. — С меня хватит, объявляю привал. — Пополнить бы запасы воды, — посетовал Гаррет, переворачивая пустую флягу. — Я думал, у тебя там бренди, — Варрик снял с плеча Бьянку. — Тогда б я был куда словоохотливее, а Карвер злее. Короткий привал всем пошёл на пользу. Карвер вернулся с небольшой разведки с мокрыми волосами. Компания по его наводке пополнила запасы пресной воды, а лёгкий перекус вернул силы. Появилось настроение для шуток…и бренди. — Я сейчас, — Гаррет глотнул из секретной фляги жгучий напиток и отошёл для справления нужды. Летний лес, пусть и редкий, мог заставить поплутать в трёх берёзах. Пройдя от точки привала несколько десятков широких шагов, маг уже собирался сделать своё дело, как краем глаза заметил движение. «Показалось», — подумал Гаррет и полностью расслабился. Движение повторилось снова. «Или нет». Вдалеке между двух тисов отчётливо виднелась человеческая фигура в капюшоне. Разбойники — обычное дело для Киркволла и его окрестностей, но что-то в этом человеке было не так. Гаррет прищурился и вздрогнул от неожиданности, когда фигура быстро приблизилась, остановившись у расколотого молнией дерева. — Эй, — лучшая защита — это нападение. — Кто там? Фигура сохраняла молчание. Женщина. Она пристально наблюдала за действиями мага. — Мне нравятся извращенки, но может сначала познакомимся? Гаррет отвлёкся на мгновение завязать шнурок на поясе. Этого времени хватило, чтобы в следующую секунду вырвать из его груди вскрик ужаса: фигура оказалась непозволительно близко, а мягкий голос повторил слова из его кошмара. — Скучал по мне?***
— Гаррет! Гаррет, Андрасте тебя за ноги, чего развалился? Варрик настойчиво тормошил мага за плечо. Разлепив глаза, Гаррет тут же зажмурился из-за палящего солнца. Он сидел на земле, привалившись к дереву. — Что произошло? Ты вроде ненадолго отойти собирался. Хоук открыл рот и закрыл обратно. Он не мог объяснить произошедшее ни себе, ни гному. Холодные капли на лбу напоминали потец. — По всей видимости прилёг покимарить. Ну знаешь, бренди, солнце, все дела. — Не могло тебя так развести с маленькой фляги, Хоук. Ладно, пошли, нам ещё полдня до следующего привала. Всю оставшуюся дорогу Гаррет помнил как в тумане. Карвер несколько раз пытался разговорить брата, на пятый его одёрнул Варрик, заметив, что старший сам не свой после происшествия. Маг слышал их голоса где-то на периферии сознания. В ушах барабанным боем стучала кровь, пот лился по лицу и телу рекой, то ли от жары, то ли от внутреннего огня. Гаррет и сам не мог понять, что с ним происходит. Сначала сон, теперь видения наяву с потерей сознания. Интуитивно он чувствовал, что кто-то отчаянно пытается до него достучаться, и хотя образ Мариам он помнил отчётливо, это мог быть и демон в её облике. Следующую остановку они совершили уже на закате. Небольшая пещера, больше каменный навес, облюбованная другими путниками ранее. Карвер с мечом на перевес вызвался проверить округу, а Варрик с Гарретом подготовить костёр для ужина. Маг был только рад отвлечься от гнетущих мыслей, посвятив время сбору хвороста. Монотонная работа заставляла чувстовать себя живым здесь и сейчас. Он, как и ранним утром после борделя, втянул воздух полной грудью. Вечерняя прохлада принесла не только бодрость, но и хвойные нотки. Чуть позже к этому великолепию добавился запах костра и жареного мяса. Дежурить хотели по очереди, но Гаррет вызвался на всю ночь. — Всё равно не усну. — Уверен? Завтра может быть всё что угодно. Вряд ли просто поднимемся на гору и положим цацку у какого-нибудь эльфийского деревца. Карвер тоже не оценил порыв брата. На этот раз маг вытащил небольшой мешочек из кармана. — С этим я ещё неделю буду бегать, как оголтелый, — и высыпал на ладонь немного тёмных зёрен. — Кофе? Гаррет, ты меня пугаешь, — Варрик картинно схватился за сердце. — На утро оставь немного. — И всё же, — Карвер нахмурился, — может объяснишь, почему не собираешься спать? — Долиек выслеживать пойдёт, кобелина. — Дружище, без тебя я на такое не решусь, — развёл руками маг. — Кто потом во всех красках им опишет мою прекрасную жену и пятерых детей, как причину не брать в жёны? — Тебе твоих монашек, что ли мало, — пробурчал Карвер. — А может и мало, в чужие трусы не лезь, — Гаррет показал брату язык. — Глава семьи во всей красе. Мясо быстро подошло к концу, как и остатки дня. Варрик скоро захрапел, зарывшись в спальнике. Карвер продолжил сидеть у костра. Гаррет методично смолол зёрна в ручной кофемолке и поставил котелок с водой нагреваться. — Спрашивай. — Что? — Карвер опешил от прямоты мага. — Ты полдня маешься. Спрашивай, что хотел, — голос Гаррета был спокойный. Не нужно быть проницательный, чтобы понять младшего. — Что произошло в лесу? Гаррет перебирал в уме слова, как ранее зёрна кофе рукой. Пока закипала вода, он думал о своём сне и стоит ли посвящать Карвера во все подробности. — Видение, — маг закинул горсть кофе в котелок. Решился. — Я расскажу всё от и до, но сначала ответь мне на вопрос. Вдруг это демон, и он вот-вот потеряет рассудок и станет одержимым? Что тогда будет с семьёй? Да и с чего бы демону изводить его образом изгнанницы? Гаррет нервно облизнул нижнюю губу. — Помнишь нашу старшую сестру, Мариам? Брови Карвера поползли вверх. — Вот так новости. Помню, конечно, такое сложно забыть. Но она тут каким боком? — Сегодня мне приснился кошмар. Мы бежали из Лотеринга. Внезапно появилась Мариам и набросилась на меня. Гаррет вёл рассказ односложно, подбирая слова. Серьёзный настрой брата заставил Карвера нервничать: он то и дело потирал руки, будто разминал каждый палец и ладони. — Сегодня в лесу я увидел её между деревьев. Не уверен, возможно, я отключился раньше, и всё мне привиделось. Странно всё это. Молчание со стороны Карвера заставило Гаррета поднять на него взгляд. Лицо брата напоминало восковую маску. — Может, это все твои магичьи штучки? Близится дата, вот и теребишь нервы по чем зря, — Карвер прищурился. — Часом, такими темпами не становятся ли одержимыми? — Демон должен что-то мне предложить, чтобы соблазнить. Согласись, дразнить сестрой, фу, — Гаррет наигранно поморщился. Карвер закатил глаза. Кривляния брата его всегда раздражали. — Если это тебя так беспокоит, может, стоит обратиться в Круг? Уверен, вопрос решится быстро. — Мог бы молча мыло и веревку протянуть, братишка, — Гаррет сделал акцент на последнем слове. — Чего ты от меня хочешь? Я понятия не имею, что с тобой. По мне так, ночные кошмары еще не повод параноить. А видение…перепил и на солнце перегрелся, жара жуткая стоит. — Дурак ты, Карвер, — выдохнул устало маг и зачерпнул из уже остывающего котелка кофе. Карвер весь ощетинился. — Вот и решай свои проблемы сам, Гаррет Великолепный. Всегда как-то справлялся, а тут ко мне обратился за советом. — Твоих советов я не просил, — не реагировал на провокации брата маг. — Хотел знать о моей паранойе — узнал. Иди спать. — Я сам решу, когда и что мне делать. — Создатель, когда ты повзрослеешь, — пробубнил себе под нос Гаррет, закатив глаза. Попивая ароматный напиток, Гаррет смотрел на ночное небо. Карвер какое-то время поворочался в спальнике и затих. Храп Варрика тоже сошел на нет. Ничего не нарушало ночной тишины. Чистое небо заполонил табун ярких звезд, видных даже при полной луне. Маг взглядом просил у них ответа, будто Создатель мог что-то слышать их ушами. «Показать бы это место Бетани», — не без улыбки подумал Гаррет. Он вспомнил, как сестра еще малышкой просила рассказать о точках на ночном небе, а он на правах старшего и умного брата показывал ей созвездия. Такое теплое и приятное воспоминание. Гаррет будто сейчас там, в Лотеринге, держит Бетани за руку, а второй указывает в небо. Сестра смотрит завороженно, слегка приоткрыв рот. Внезапно она крепче сжимает его руку. — Ты чего? Не бойся, это всего лишь… На него смотрели два ярких звездоподобных глаза. Тонкие губы, изогнутые в улыбке приблизились ближе. Сильная рука сжимала ладонь до пульсации. — Скучал по мне, братец? По небу пошла трещина. Звезды посыпались, как кусочки сгоревшей бумаги. Все вокруг окрасилось багровым от ревущего пламени. Позади Мариам кто-то взвыл от боли. Улучив секунду, Гаррет вырвался из стальной хватки и бросился наутек. Хлопок. Резкая, давящая тишина и оглушающий взрыв. Бегущего Гаррета зацепило волной, пронесло еще несколько метров. Упав лицом в землю, он не смог подняться. На спину опустилась нога, а возле самого уха раздалось: — Я уже в Киркволле. Найди меня! Найди меня, Гаррет! Я так соскучилась по твоим крикам! Хоук вскочил с земли как ошпаренный и начал озираться затравленным зверем. Ночная тишина, врезанная его криком, снова опустилась пологом на спящий лагерь. Только Карвер пробубнил что-то во сне, а Варрик громко всхрапнул. Ничего. Никакой Мариам. Гаррет схватил котелок с кофе и жадно допил остатки, разливая и разбрызгивая бодрящий напиток. До рассвета он отжимался и бегал вокруг старого дуба.***
Долийский лагерь располагался в небольшой долине. На входе компанию остановили часовые. — Проваливай, шемлен, — голубоглазая эльфийка смачно плюнула под ноги мага. Варрик присвистнул. — Гостеприимненько тут у вас, — в привычной шутливой манере Гаррет сложил руки за головой. — Но я знаю пароль, — он ослепительно улыбнулся. — У меня неотложное дело к хранительнице. От одной ее давней знакомой. — Хранительница Меретари говорила о вас, по всей видимости, — прохрипел второй эльф. Он убрал копье и кивнул в сторону лагеря. — Без шуточек, шемлен, — эльфийка, не оценившая игривости Гаррета, злобно прищурилась. — Какие шутки, миледи? Мы серьезные деловые люди, — Варрик притворился глубоко оскорбленным бизнесменом. Жизнь в лагере била ключом, но с каждым шагом чувствовалось, как в спину смотрит всё больше пар глаз. Гаррет обернулся через плечо: одна долийка вместо капусты засовывала в торбу ручного зверька, которому это явно пришлось не по душе. Хранительница стояла чуть в отдалении от гущи событий. Высоко подняв голову, она, казалось, вслушивалась в только ей понятные шёпоты и шорохи по ту сторону Завесы. Гаррет открыл было рот, чтобы привлечь внимание, когда она заговорила: — Андаран атишан, путники. Я хранительница Меретари. Дайте-ка поглядеть на вас, — глаза старой эльфийки были бледные, словно в тумане. Однако зоркость её оказалась не в этом. — Не погаси свой внутренний огонь. Порой дуновения ветерка достаточно, чтобы свеча потухла, — Меретари опустила взгляд на руку Гаррета, в которой был зажат медальон. — Расскажи-ка, как эта ноша выпала на твою долю. — Позвольте уточнить, откуда вы знали, что я приду? Хранительница говорила медленно, как и все старики, и не спешила с ответами. — Я слушала. Ветер, птиц, звёзды. Видела сны, — взгляд затуманенных временем глаз внимательно изучал лицо мага. — Природа делится со мной своей мудростью. Ты тоже так можешь, нужно просто прислушаться. — Допустим, но я ведь мог и не прийти. — Ни в чём нельзя быть уверенным, — кивнула долийка. — Правда, кое-что из услышанного я всё же не поняла. Думаю, вернув медальон владелице, ты получишь свои ответы. — Кстати о нём, — Гаррет протянул медальон хранительнице на раскрытой ладони. — Что это такое? И зачем он вам? Меретари не взглянула на протянутое. — Как хранительница клана, я обязана не только заботиться о его жителях, но и напоминать им о древних обячаях. Что же касается Аша’беланнар, то я, как и ты, связана с ней давним долгом. Гаррет терпеливо ждал продолжения. — В твоих руках обещание, дитя моё, — Меретари опустила наконец взгляд на медальон. — Страшны будут муки того, кто его не исполнит. — Что ж, и вот я здесь, — Гаррет широко улыбнулся. — Не хотелось бы быть поджаренным пламенем разъярённого дракона. — За это благодарю покорно, — Меретари согнула пальцы мага на медальоне. — Боюсь лишь, что тебе нужно ещё кое-что сделать. — Так и думал, что так просто не отделаемся, — вздохнул Карвер. — Медальон необходимо возложить на алтарь, что на вершине горы, и провести ритуал прощания. Затем верни мне его обратно. — Я не силён в долийских ритуалах. — Тебе поможет моя Первая, — хранительница нахмурилась. — Когда ритуал будет совершён, я попрошу тебя забрать её с собой в город. — Вот так поворот. А кто она такая? В чём первая? — Твои соплеменники назвали бы её моей ученицей. Мерриль должна была стать хранительницей после меня, — Меретари печально опустила голову. — Она выбрала иной путь. Прошу, забери её. У неё нет будущего в родном клане. Попрощавшись на время с хранительницей, компания двинулась в сторону тропы, куда указала Меретари. Поднимаясь в гору, Гаррет заметил сидящую на земле эльфийку: та с увлечением что-то рассматривала. — Ой, я вас не заметила, — подскочив на ноги, Мерриль подошла к путникам. — Это о тебе говорила хранительница? Ой, я не спросила ваших имён. Или это не вежливо? Я вот Мерриль, наверно вы и так это знаете. Я много болтаю, да? — Не волнуйся ты так, — Гаррет, как мог, приветливо улыбнулся, не ожидая такого потока слов от незнакомки. — Ну знаешь ли, я впервые вижу человека. Вами матери детей пугают. Не тобой конкретно, конечно, ты не страшный, да и сказки о тебе, наверно, интересные, нежели страшные, но…я много болтаю. Вы из Вольной Марки? — Да, уже больше года, — разоткровенничался Хоук. — Сбежали с семьёй из Лотеринга во время Мора. — И как вам тут? — Могло быть и хуже. Представляешь, в Киркволле так мало собак! И сыр невкусный, — Гаррет сложил руки за головой. — Ещё тут недостаточно грязно. В Ферелдене было мрачнее, Киркволл этим похвастаться не может. Пёс домой приходит практически чистым. — Не так уж в Ферелдене и грязно. Это даже очаровательно, — тут эльфийка нервно переглянулась через плечо и изменилась в лице. — Нам пора. Не стоит заставлять Аша’беланнар ждать. Тебе ещё повезло. Обычно после встречи с ней родичей ждут плохие вести. — Неужели она такая страшная? Очень милая с виду женщина, — Гаррет поравнялся в пути с Мерриль. — Милая женщина? — глаза ведьмы округлились. — Поосторожней с выражениями. Мы на её территории. Дальнейший путь пролегал через трупы нежити и горных пауков. Мерриль оказалась способной волшебницей, но что-то в её магии насторожило Гаррета. Карвер тоже это заметил и отвёл брата за локоть в сторонку. — Тебе не показалось странным, как эльфийка использует магию? — Рано делать выводы, — Гаррет посмотрел в спину идущей впереди Мерриль. — Может, это что-то долийское. Карвер ничего не ответил. Их догадки подтвердились, когда на пути выросла магическая стена, не пропускающая никого дальше. — Я разберусь, — Мерриль вышла вперёд. Небольшим ножиком она вспорола ладонь, окропила стену и взмахом посоха сняла преграду. — А я говорил! — Карвер угрожающе двинулся в сторону магички, но Гаррет преградил ему путь. — Мерриль, что за фокусы? — глаза мага метали молнии. — Я знаю, как это выглядит и прекрасно понимаю последствия, — поспешила защититься эльфийка. — Этот дух помог нам. — Демон. Называй вещи своими именами. — Да нет же! — девушка топнула ногой. — Он такой же дух, как Справедливость, Храбрость и другие. Всё зависит от того, как с ним обращаться. Я смогу защитить себя. — Знакомая риторика, да, Гаррет? — с укором заметил Карвер. Лицо Гаррета помрачнело. — Давай не будем спешить… — С чем? Гаррет, нам с ней не по пути! Ты сам знаешь, как это опасно! Я не позволю этой ведьме и на шаг подойти к… — Прекрати скандал, — оборвал старший брат. — Скандал? — Карвер оторопел. — Тебе мало внимания храмовников? Отступник-наёмник, колдующий тут и там, а теперь в его компании ещё и маг крови. Если из-за тебя с Бетани или мамой что-то случится… Гаррет положил тяжёлую ладонь на плечо воина. Ноги второго заметно подкосились. — Уверен, Мерриль знает, что делает. Как дойдём до Киркволла, наши пути разойдутся. Ни с Бет, ни с мамой ничего не случится. — Откуда тебе это знать, — раздосадованный Карвер сунул меч в ножны. — Ты только обещать горазд. Не строй из себя отца. — Мальчики, я всё понимаю, но вы уверены, что это разговор для посторонних ушей? — вмешался молчавший до этого Варрик. Хоук старший вернулся к Мерриль, переминавшейся с ноги на ногу. — Мне всё равно, какую магию ты практикуешь, если тебе важно это знать. Думаю, тебе будет понятна наша с братом реакция, когда я расскажу причину. Дойдём до Киркволла, посидим за кружкой пенного, и всё встанет на свои места. — А говоришь, пути разойдутся, — пробурчал себе под нос Карвер. — Идёмте, — мрачно бросила Мерриль и первая зашла на территорию кладбища, усеянную каменными арками. Плотный туман стелился по земле, что придавало месту не только загадочность, но и скрывало от взора любопытных те немногие подношения мёртвым, что остались. Алтарь находился в дальнем конце, над обрывом. Мерриль первая подошла к нему, молитвенно сложила руки в замок и заговорила: — Хагрен на меланна салин. Эмма ир абелас сувер’инан исала хамин венаи хим дор’фелас. Ин утенера на ревас. Лёгкий ветерок, пока она читала текст ритуала, всё сильнее трепал волосы и одежду путников, пока порывистый ветер не перерос в ураган. Внимательному взгляду Хоука удалось различить вихрь ярких всполохов, разросшийся до плотной стены, окутавшей всех присутствующих. Из этого урагана искр вышла рогатая женщина. Она не без наслаждения вдохнула полной грудью, прикрывая глаза. — И вот я здесь, — её голос скрежетал посильнее меча, ударившего по щиту. — Андаран атиш’ан, Аша’беланнар, — Мерриль низко поклонилась ведьме. Флемет перевела взгляд, не без любопытства оглядывая её. — Какая умная девочка. А что-нибудь ещё знаешь, кроме прозвища? — Очень мало, — замялась Мерриль. — Тогда встань, пожалуйста, а то ветерок снесёт, — Флемет перевела взгляд на Гаррета. — Приятно видеть, когда обещание выполняют. Я бы не удивилась, окажись медальон в кармане торгаша. — Не поверишь, никто не купил, — ответил Гаррет в шутливой манере. — Видать, чуяли, что внутри сидит древняя ведьма. — Только частичка, зато какая, — голос ведьмы был скрипуч, но не без своеобразной мелодичности. — Себя всегда нужно обезопасить, особенно от родственников. Как видишь, не зря переживала. — Ты призрак или что-то подобное? — прямо спросил Гаррет. Флемет противно рассмеялась. — Тела очень ограничивают. А я люблю путешествовать, пусть и не всегда по своей воле. — Мне всё же интересно, — Гаррет задумчиво потёр подбородок. — Это магия разделения души? Из обломка можно восстановиться полностью. Древняя и сложная штука, если верить книгам. — Не забивай этим голову, — Флемет подошла ближе. — Считай, ты спас меня. Мы квиты. — Куда дальше отправишься? — У нас всех свои пути, — Флемет неотрывно смотрела в глаза мага. — Позволь на последок сказать пару слов. Я вижу, что тебя терзают вопросы…и не только они, — ведьма многозначительно смотрела на напрягшегося Гаррета. Она обернулась к обрыву. — Мы стоим над пропастью грядущего. Мир вот-вот рухнет в бездну. Жди, юнец, когда этот миг настанет. Судьба протянут свою руку, но только от тебя зависит, станет ли она твоим спасением, — Флемет обернулась на мага. Её глаза больше напоминали змеиные, — или погибелью. Она уже здесь, Гаррет Хоук. По спине мага прошлись мурашки. Это действительно ответ, который он искал. — Легко говорить, когда у тебя за спиной драконьи крылья, — отшутился он в ответ. — У всех свои испытания, — Флемет обратилась к Карверу. — Не сомневайся, юнец. Сомнения отравят твою душу и не оставят ничего светлого, — она перевела взгляд на Мерриль. — Что касается тебя, дитя, то держи глаза открытыми. Нет пути темнее, когда ничего не видишь. За сим разрешите откланяться. Моё уважение, — Флемет растворилась в воздухе, а в небо взмыл величественный дракон.***
В Киркволл возращались той же дорогой. Жара не спадала ни на минуту, казалось, становилась даже сильнее. Варрик то и дело протирал лицо и шею платком. Одной Мерриль духота была ни по чём, будто эльфийка не чувствовала жжения солнечных лучей. Путники преимущественно молчали, лишь изредка обменивались фразами о погоде, воде или где и когда сделать привал. Карвер принципиально игнорировал Мерриль, чем раздражал Гаррета. «Детский сад на выезде», — думал он очередной раз, когда брат прошёл мимо ведьмы, отвернувшись, когда та хотела что-то спросить. Этой ночью Гаррету всё же пришлось согласиться на дежурство. Не спать вторые сутки было выше его сил, но и встречаться с кошмарами желания не было. Он вызвался дежурить третьим, чтобы сон не успел дойти до момента, когда его затянет в Тень. Во время дежурства маг думал о словах Флемет. Если он всё же не нафантазировал лишнего, то именно от старшей сестры зависело не только его будущее, но и всего мира. Гаррет думал обсудить свои мысли с Карвером, но предыдущий диалог оставил после себя не самое хорошее впечатление. Как бы он того не хотел, но обсудить положение дел с братом всё же пришлось. По возвращению домой они застали мать в расстроенных чувствах. Дядя Гамлен снова довёл её до истерики. — Что на этот раз не поделили? — обратился Гаррет к дяде. — Ваша мать мне всю кровь уже свернула с этим поместьем! — проскрипел Гамлен. — Я битый час объясняю, что нет у меня завещания! И уж тем более требовать визита к наместнику, вплоть до того, чтобы её выставляли храмовники — верх безумия! Может, вы ей объясните, что она сумасшедшая. — Спасибо, дядя, за короткую справку о состоянии матери, — не без яда в голосе заметил Гаррет. Сбросив походный рюкзак, он подошёл к двери, ведущей в комнату Лиандры. Тихонько постучал. — Войдите, — прошелестели в ответ. Увидев сына, Лиандра улыбнулась, вытирая попутно слёзы. — Вы вернулись, мои мальчики. — Да, мамуль, — Гаррет сел на корточки перед ней, взял на руку. — Что произошло между тобой и дядей? — Он потребовал платить ему за проживание и содержание Пса, — тихо ответила женщина. — Я уже не могу, Гаррет. Гамлен отказывается показать завещание отца. Он не мог нам ничего не оставить, не мог! А наше поместье…я ходила к наместнику Думару. — Мам, — Гаррет постарался быть тактичным. — Наше имя уже ничего не значит. Мы для наместника пустое место. — Я знаю, Гаррет, знаю, — она сжала платок в кулаке. — Гамлен проиграл наш дом в карты. Я лишь хотела, чтобы нам его вернули, ведь это незаконно. — Карточный долг свят. — Не в этом дело. Я кое-как вытащила информацию из него. Завещания у Гамлена нет, потому что оно осталось в доме Амеллов. Если бы получилось его достать и показать наместнику…он бы смог вернуть нам родовое поместье. — Тебе очень повезло, потому что твой сын — тот ещё авантюрист, — Гаррет широко улыбнулся. — Я добуду завещание, мама. Мы выберемся из этой дыры. — Это ты сейчас так мой дом назвал? — Карвер, это пол под твоим креслом скрипит или дядя? — откликнулся Гаррет, на что получил гневное ворчание последнего.***
— Ты серьёзно собираешься пробраться в подвал поместья ради завещания? — недоумевал Карвер, пока Гаррет рылся в старом хламе. — Агась. — Полезешь в логово торговцев людьми? — Конечно. — И действительно надеешься найти истлевшую за много лет бумагу, которой наместнику впору лишь подтереться? — Если это сделает маму счастливой — да. Нашёл! — Гаррет радостно вытащил свёрток жёлтой бумаги. Разложив его на столе, он поставил на четыре угла по предмету, а посередине свечу. Бумага оказалась планом поместья Амеллов. — Хуже идеи и не придумаешь. Ты где это достал? — Не важно. Тебе лишь бы на погоду и на старшего брата жаловаться. Смотри, — маг ткнул на точку в углу карты. — Здесь есть вход. Надо только спуститься в Клоаку. — Наместник никогда нам не вернёт родовое гнездо. Ставь что хочешь, но работорговцы давно намудрили с бумагами, что не подкопаешься. — Почему ты такой пессимист? — Я реалист в отличие от тебя, — Карвер сложил руки на груди. — Гонишься за химерами, а мне потом расхлёбывай. — Ну-ка, когда это ты за мной косяки исправлял? — Гаррет отвернулся от плана дома и не сразу различил брата в потьмах. — Сколько себя помню, за свою лажу отвечал сам. — Ну да, Гаррет Великий, — закатил глаза Карвер. Маг тяжело вздохнул и подошёл ближе. — Давай на чистоту. Чем на этот раз я не угодил? Карвер поморщился. — Терпеть не могу этот тон. — А я терпеть не мог тот детский сад, который ты устроил на Расколотой горе и на обратной дороге, — повысил голос Гаррет. — Если есть что сказать, то говори. В конце концов, вернуть поместье — не моя прихоть. Я просто хочу, чтобы наша семья наконец обрела дом. Ты мне в этом поможешь или нет. С каждой фразой запал Гаррета исходил на нет. Усталость от недосыпа и трудной дороги дали о себе знать. Карвер только сейчас заметил морщины на лице брата и не только те, что появляются от улыбки или смеха. — После смерти отца ты стал главой семьи, — тихо начал воин. — И до, и после ты всегда был центром внимания. Когда Мариам ушла, отец помешался на твоём обучении. Мы с Бет всегда были в тени. Её это устраивало, меня — нет. Когда его не стало, Гаррет Великолепный не исчезал ни из одного разговора с мамой. Гаррет то, Гаррет сё. Надежда и опора. Я невидимка в твоём присутствии. Гаррет внимательно слушал брата, борясь с желанием закатить глаза. — Мне жаль, что ты так себя чувствуешь. Но знаешь, гнать на меня бочки за всё на свете — то же идея так себе. — Даже за то, что случилось с Бетани? — голос Карвера стал строже. — Ты взял на себя роль главы семьи и допустил её драки с огром! — Начинается, — Гаррет не сдержался и закатил глаза. — Давай по порядку. Бетани — взрослая девочка, недурный маг. Она решила бросить вызов огру… — И проиграла бы! — …и програла бы, если я не появился рядом, — закончил Гаррет за братом. Он устало потёр глаза. — Слушай, я не могу держать вас обоих на поводке. Тем более указывать, что и кому как делать. Моя задача — оберегать вас. Но я не могу спасти вас от самих себя. Последние слова брата врезались в голову Карвера. На мгновение могло показаться, что он понял что-то очень важное. Воин смахнул наваждение. — А Мариам? — спросил он тихо, чтобы не услышала Лиандра. — А что с Мариам? — Из-за тебя её отец выставил. Гаррет почувствовал, как задёргался левый глаз. — Мы были детьми. Я испугался её слов о демоне. Как по-твоему я должен был поступить? Мог ли я знать, как поступит отец? Или в его решении ты опять меня обвиняешь? Карвер замялся с ответом. Гаррет вернулся к столу с картой. — Ты пойдёшь со мной? — устало переспросил маг. — Да, — последовал короткий ответ.***
Клоака как магнит стягивала под свое крыло униженных и оскорбленных. Среди и тех, и тех были как блаженные, так и отпетые мерзавцы. Пара-тройка таких только что пала от меча Карвера. — Дерьмо, — выругался воин. — в здравом уме никогда бы ночью сюда не сунулся. Даже ради мамы. — Нет в тебе духа авантюризма, — посетовал Гаррет, отодвигая в сторону очередную балку. — Может магией расчистишь путь, умник? — Может мне и зад магией подтирать? Помоги лучше ручками. Вдвоем они справились с завалом. Никто не спешил первым открыть дверь. — Даже с завещанием мы вряд ли добьемся справедливости. У тебя есть запасной план? — Карвер скептически сложил руки на груди. — Будем решать проблемы по мере поступления, — Гаррет покрепче сжал посох. — Так поступают все взрослые люди, представляешь? Карвер нахохлился и хотел было что-то сказать, но Гаррет уже исчез в открывшемся проходе. В следующую секунду он уже читал заклинание. Карвер засунул гордость куда подальше и поспешил к брату. Их никто не ждал, но глупо было бы предполагать, что никого в подвале поместья не окажется. Работорговцы всегда держат ухо востро. Вдвоем против пятерых тяжело, но Гаррет на то и маг стихий, чтобы призвать поражающие большую площадь катаклизмы. Закончив с подонками, Гаррет осмотрелся. — Пахнет сыром и отчаянием. Это ж надо было так запустить поместье, — он пнул какое-то тряпье, источающие смрад, и поморщился. — Видимо, внизу держат живой товар перед отправкой, — Карверу здесь было не по себе. Он осторожно открывал двери по периметру, заглядывая в темные комнаты. Гаррет, сложив руки за головой, беспечно шел за братом. — Представь, как здорово тут будет жить. Новый старый дом. Наш дом. Каждому в такой громадине хватит места. — Делишь шкуру неубитого медведя? А как же решать вопросы по мере поступления? — передразнил брата Карвер. — Я мечтаю, дурень. — Как скажешь, Великолепный. Исследовав несколько комнат подвала и убив еще парочку работорговцев, они наконец нашли комнату, в которой хранили хлам прошлых владельцев. Гаррет задержал взгляд на ржавом гербе Амеллов. — Это так непривычно, — он поднял герб повыше. — Не деревенские оборванцы, а дворяне. — Гордишься предками? — А ты нет? Так-то наша троюродная сестра Мор остановила вместе с нынешней королевой. Кстати, уже это можно считать аргументом в споре за права на это поместье. — Этого мало, — Карвер открыл какой-то сундук. — И аргументов, и гордости. Нужно соответствовать статусу. — Мне послышалось? Или я слышу здравое рассуждение? — Гаррет картинно открыл рот и вытаращил глаза. Карвер фыркнул. Маг оставил герб и подошел к брату, заглядывая через его плечо в содержимое сундука. — Вот, — он ткнул пальцем в связку бумаг. — Дай-ка. Перебрав старые письма и чьи-то заметки, Гаррет нашел искомое. — Ха! — Что там? — Карвер поднялся на ноги и попробовал забрать завещание из рук мага, но тот отвернулся. — А наш дядя тот еще засранец. Ему досталось ровным счетом ни-че-го. А вот маме — все, — Гаррет наконец передал бумагу брату. Тот пробежал глазами по строчкам и нахмурился. — Это все прекрасно, но дальше-то что? — Радуйся мелочам. Для начала отпразднуем и расскажем маме. А пока нам тут больше делать нечего, — Гаррет снова посмотрел на герб Амеллов. Ржавчина в тусклом свете напоминала брызги крови.***
Тишину в доме Гамлена нарушил лай Пса, когда братья вернулись. Бетани тоже вышла из комнаты — она не видела их с момента, как те ушли на Расколотую гору, поэтому бросилась поочередно обнимать. — Вернулись! — она поцеловала каждого в щеку. — Мама сказала, что вы отправились в наше родовое поместье почти сразу после лагеря долийцев. Что-нибудь нашли? Расскажите мне все! На голос дочери вышла и Лиандра. Гаррет демонстративно передал ей завещание, заставив Гамлена багроветь. — Дорогая мама, сестра, — маг перевел взгляд с одной на другую. — Эта бумага — наш пропуск в Верхний город. Лиандра нахмурила лоб, вчитываясь в отцовские строки. Она медленно перевела взгляд на брата. — Они оставили мне все. Все, Гамлен, — ее голос был тих и больше напоминал шелест. — Они не злились на меня. Они…простили. О, Создатель. Она вздрогнула всем телом, Гаррет приобнял мать и помог опуститься в кресло. Лиандра закрыла лицо руками. — Несправедливо, — гневно выдавил дядя. — Ты сбежала с этим магом. А кто ухаживал за стариками? Кто держал за руку умирающего отца? И все равно дорогая Лиандрочка осталась их светом в окошке. — Я столько раз хотела приехать, Гамлен, и ты это знаешь. Но проделать такой путь с детьми было выше моих сил. А потом родителей не стало. — Да, а мне надо было как-то выживать! Не спорю, местами деньги вскружили мне голову, но я организовал бизнес! Кто ж знал, что ферелденские сыры тут будут не у дел. — Ты не имел право распоряжаться поместьем, Гамлен, — холодно бросила женщина. — Наше родовое гнездо теперь логово работорговцев! — Вас тут никто не ждал, — все так же злобно ответил Гамлен. Лиандра ничего не ответила. Она сидела, осунувшись, поддерживая голову рукой. Наконец женщина встала, сложила завещание и посмотрела на своих детей. — Завтра я снова иду к наместнику. Узнаю, что можно сделать. Он обязан начать процесс возвращения нашего поместья. Я соберу все нужные бумаги. Уверена, в этом городе еще остались люди, которые помнят добрый род Амеллов. — Но ты давно не Амелл, — глухо отозвался Гамлен, потирая переносицу. Лиандра проигнорировала его и ушла в свою комнату с высоко поднятой головой. Последнее слово осталось за ней.***
— Как думаешь, что нас ждет? — спросил Карвер с верхней полки. — Я думаю, что все у нас будет хорошо, — Бетани готовилась ко сну в хорошем расположении духа. Пусть мама и дядя снова поругались, но у них была надежда начать все заново. — А ты что думаешь, Гаррет? Хоук старший засыпал на лежанке на полу. День его вымотал, а вечерняя перепалка родни забрала последние силы. За окном начинал накрапывать дождь. — Что бы ни случилось, главное, что мы вместе. — Отличный настрой! — Бетани широко зевнула. — Я бы сказал, что через чур, — хмыкнул Карвер. — Эй, — Гаррет повернулся на бок, чтобы видеть обоих близнецов. — Впереди поход на Глубинные тропы. Добудем сокровищ — наместник в обморок рухнет от такого богатства и подпишет все мамины бумаги. — Кроме золота там еще и порождения тьмы. — Пока я рядом вам ничего не грозит! Комнату на мгновение осветила гроза. Вместе с раскатом грома отпали последние сомнения. Гаррету показалось, что он услышал в отдалении смех Аша’беланнар.
