Тень над Вероной

Комната погрузилась в напряжённую тишину. Илария не могла отвести взгляда от Тибальта. Он… защитил её. Но зачем? Она не помнила, чтобы когда-либо видела его таким. Его тёмные глаза горели гневом, но не тем, что был раньше — холодным и презрительным. Это был другой гнев. Тот, что вспыхивает в человеке, когда он не может позволить несправедливости свершиться. Джульетта, всё ещё потирая запястье, бросила на него испепеляющий взгляд. — Ты совсем с ума сошёл, Тибальт? — её голос дрожал от злости. — Ты защищаешь её? — Я защищаю того, кого бить не за что, — жёстко ответил он, даже не глядя на неё. Господин Капулетти усмехнулся. — И с каких пор ты стал таким мягким? Тибальт повернул к нему голову и сжал кулаки. — С каких пор мне должно быть всё равно, когда женщина беззащитна перед вами? — Ты не понимаешь, — в разговор вмешалась госпожа Капулетти. Её голос был ровным, но в глазах мелькал ледяной блеск. — Она принесла нам позор. — Это не даёт вам права обращаться с ней, как с пленницей, — ответил он. — Она есть пленница, — резко бросил Капулетти. Илария вжалась в подушки, сердце билось бешено. — Нет, — твёрдо сказал Тибальт, поворачиваясь к нему лицом. — Она — часть семьи, нравится вам это или нет. — Часть семьи? — Джульетта рассмеялась, но в её смехе не было ни капли веселья. — Не смеши меня. Она теперь только обуза. — Хватит! — вдруг выкрикнула Илария. Все разом повернулись к ней. — Хватит решать за меня! — её голос дрожал, но она не собиралась больше молчать. Она посмотрела на Капулетти. — Вы можете запереть меня здесь. Можете считать меня позором. Но вы не сможете изменить того, что есть! Она перевела взгляд на Джульетту. — Ты можешь ненавидеть меня, сколько хочешь, но я не откажусь от своего ребёнка. А затем она посмотрела на Тибальта. — И ты… — она запнулась. — Почему ты… почему ты защищаешь меня? В его глазах мелькнуло что-то, что она не могла разгадать. Но он не ответил. — Я устал от этого разговора, — оборвал тишину Капулетти. Он смерил всех долгим взглядом, а затем повернулся к своей жене. — Запри её в этой комнате. Никто не должен её видеть. Илария резко вдохнула. — Вы не можете… — Я могу всё, — холодно ответил он. — Господин Капулетти… — начал было Тибальт, но тот уже направился к выходу. — Ты можешь сколько угодно проявлять жалость, Тибальт, но её судьба решена, — бросил он через плечо. — И тебе это не изменить. Дверь захлопнулась, оставив Иларию в клетке. Но когда все разошлись, а в комнате остался только Тибальт, он неожиданно повернулся к ней. — Я вытащу тебя отсюда, — тихо сказал он. Илария посмотрела на него широко распахнутыми глазами. — Почему?.. Тибальт склонил голову набок, его губы изогнулись в ухмылке. — Может, у меня проснулась совесть. — Не смеши меня, Тибальт, — слабо усмехнулась Илария. — Ну хорошо, — он наклонился ближе, так, что она почувствовала его дыхание. — Тогда представь, как взбесится Джульетта, если ты сбежишь. Илария на мгновение задумалась, а затем, к своему удивлению, усмехнулась. — Признаться, эта мысль мне нравится. — Вот и славно, — Тибальт выпрямился. — Значит, готовься. Эта история ещё далеко не закончена.