Тысяча лет вперед

      Прошла тысяча лет и они сидят чай распивают.       Прошла тысяча лет со смерти. Конца-начала и вновь конца.       Она и не думала, что по собственной воле, без посторонних причин придет.       Но вот, они сидят посреди наколдованного поля, цветов в неизменном здании, что выглядит как тысячу лет назад.       Сегодня утром закончился срок, как ей нельзя здесь появляться и как-то само совпало, что все дороги привели её в Величайший город Магии. Сердце их континента.       Она убеждает себя, что столь точная дата всего лишь совпадение и случайность.       Случайности, они ведь довольно частое явление, особенно когда ты маг и живешь сотни и сотни лет.       Они молча сидят.       Недавно, лет триста назад, появилась теория — что чем старше и сильнее маг, тем меньше он говорит.       Они живут тысячи и тысячи лет и как никто другой знают ценность слов, обещаний и клятв.       Чай, столь старого и почти безвкусного сорта, каких не найти уже лет восемьсот. Что когда-то давно, ей заваривал ученик.       Алкоголь ныне павшей империи, что во все времена было худшим напитком.       Они пьют не говорят, утро сменяется днем, вечер подходит незаметно.       Что им, утро или ночь? Весна или Осень? Какой по счету солнца круг?       Они давно не считают. Лишь предполагают.       Тысячу лет назад и до нее тысячу лет, Зерие ужасно бесила.       Но почему-то, когда она осматривая невиданный ранее город с мощенными рыжим камнем дорогами, что зачарованы, с высоки домами, в каждом из которых живут маги, а комнат в них многим и многим больше чем окон и дверей, в городе где все постоянно движется, а каждый закуток пропитан волшебством, в ней что-то меняется.       Сколько было уж раз, как она наблюдала за бесповоротным изменением деревень, городов и стран. Как менялась культура и быт.       Но здесь, она видит, что за тем самым углом притаился магазин с хорошей мастерской, где любой магический предмет починят. А на каждой седьмой улице стоит небольшой ларек с едой из чудесной таверны, где, она уверенна, мясо стало лишь лучше с годами.       И как-то, ноги сами несут, из вредности точно, её к единственному внешне знакомому зданию. Она входит спокойно, уже предвкушая как её попросят показать бесполезную бумажку, или амулет какой.       Но не на входе, не внутри, никто и ничто не останавливает ее.       Она спокойно, как и прежде, толкает массивные двери в самом дальнем коридоре к личной оранжереи. Помнится, тысячу лет назад именно здесь проходил третий этап экзамена. В то время много достойных магов прошло.       Зерие так бесилась.       Ей, что раньше, что сейчас прельщают единицы — те, кого нынче Гениями зовут.       Посреди поля цветов, Зерие молча сидит, чай себе наливает, рядом стоит еще одна чашка и чайник старый.       Она безмолвно подходит, садится, берет протянутую чашку и пьет.       Им не о чем говорить.       Но почему-то сейчас, Фрирен приходит мысль, что все их общение похоже на вечно незавершенную почтовую переписку.       Они никогда не приветствовали друг друга и не прощались.       А ныне, в мире, где так полюбили долгие речи и длинные имена, позабыв, что дело которому жизнь посвящаешь и есть человек, а не длинное имя незнакомых людей, это особенно странно.       Чай заканчивается.       Фрирен достает последнюю сохранившуюся бутылку дрянного алкоголя, которому даже время и выдержка не помогла.              Теперь, её черед наливать. В чайные, простые чашки она наливает тысячи и тысячи лет омерзительного и дешевого вкуса, наполненного воспоминаниями о двух чудеснейших путешествиях.       И ей, даже жаль, что эльфы, едва ли могут напиться.       Рыжий свет, что падает с крыши и заливает белоснежное цветочное поле так похож на закат, который однажды они вместе встретили и проводили.       Тогда, она была такой высокомерной, совсем не умела ценить краткие мгновения, не то что месяцы и дни — года были слиты друг с другом.       Тогда, она совсем не понимала, как можно жить в вечном достижении всех-всех заклинаний. Интересней ведь владеть лишь теми, что случайно нашлись.       Но теперь, она видела, как потрясающие люди и маги тратили свои краткие мгновения на изучение нескольких заклинаний не отвлекаясь на саму жизнь. Они совсем не замечали как мимолетные крупицы времени уходили и потом бесславно умирали.       Сейчас, её коллекция, которую однажды похвалил её глупый отряд, велика настолько, что хватит на несколько библиотек. И это будут лишь заклинания, что люди придумали.       А есть наследие и её народа.       Вино заканчивается, на улице уже темно и сквозь прозрачный потолок виднеются звезды. — И все же, отвратительный вкус. — Сама налила. — У чая тоже. — Согласна. — Чуть помедлив лениво отвечает. — Никогда его не любила. — Почему тогда, пьешь? — Ей правда интересно, Зерие, обычно прямо говорит, о том что её раздражает и не идет на уступки. — Лернен, привез с родины несколько ростков и в собственном доме разводил. Я когда попробовала так и сказала, что мерзость. А он, почему-то решил, что дело в заварке. И потом, на протяжении семнадцати лет каждый день заваривал его и спрашивал.       Фрирен смотрит на чайник и вспоминает высокого седого старика, что с легкостью ранил ее. — Как по мне, этот горький вкус сушеных листьев все перебьет. — Так и есть. — Зерие усмехается и смотрит на дальний участок сада, где виднеются в тусклом свете ползучие кусты. — Только, мне так надоело постоянно пробовать это, что я однажды сказала, что вкус неплох. А Лернен, почему-то решил, что мне понравилось. И с тех пор каждый раз заваривал мне именно этот сорт чая.       Зерие замолкает, и смотрит на звезды. Слова льются медленным и слабым потоком. Но что им, неужели, есть куда спешить? — Представляешь, он даже сумел все так обставить, что бы и после его смерти мне поставляли эти листья. — Она переводит взгляд на пожелтевший от времени заварник и вспоминает, вечные попытки её ученика, удивить и порадовать наставницу.       Пожалуй и первого и второго он сумел добиться.       Фрирен вертит в руках чашку с каплями алкоголя на дне, допивает одним глотком и не морщась от вкуса смотрит на небо.       Может из-за алкоголя, или по другой непонятной причине, но почему-то, ей хочется говорить. Странно это. — Насколько я помню, лет восемьсот назад, появились первые сорта нового чая, со вкусом яблок кажется. — Да. — Зерие кратко отвечает.       Проходят десятки и десятки минут прежде чем она решает продолжить. Вероятно, лишь из собственной прихоти и воспоминаний.       Все же, редко с кем о былом можно вспомнить, даже в скользь. — То, его потомки, что тоже стали магами, придумали. Хотели кажется, создать более устойчивый к погоде сорт. А вышло, что теперь в каждой захудалой деревеньке есть чай со странными вкусами цветов, плодов и сборов.       Фрирен медленно моргает прерывая приятную пустоту в голове. — Вот как. Тебе не обидно? — Фрирен опускает голову от звездного неба и пристально смотрит. — А тебе?       Зерие отвечает с усмешкой.       Им давно не нужны слова.       Оранжерея медленно наполняется предрассветным теплом. Фрирен встает, забирает бутылку и уходит не прощаясь. — Ты повзрослела, Фрирен. — Раздается ей у дверей.       Фрирен останавливает и с интересом прислушивается, в устах Зерие редко когда проскальзывал намек на похвалу. А сейчас это был именно он.       И почему-то Фрирен вспоминается, как Ферн хвалила заклятие из её коллекции, что пол подметает. В груди было тоже приятное чувство тепла и гордости за свои знания. — Знаешь, я думаю создать место, где маги будут создавать новые виды колдовства, а для того, что бы выпуститься им придется придумывать собственные заклинания. Иначе, они не будут считаться Волшебниками. — Зерие говорит все так же размеренно-лениво. Будто не о том, что может изменить жизнь, не то что страны, а всех магов в мире вещает, а о новом и ужасно бесполезном заклинании.       Фрирен чуть поворачивает голову через плечо. — Зачем ты мне это говоришь? — Здание уже построено, и даже будущая крупнейшая библиотека уже собрана. Там будут заклинания и из моей личной коллекции.       Осознание сказанных и невысказанных слов легко настигает Фрирен. — Зерие, ты что, хочешь что бы я стала учителем? — Она спрашивает удивленно, непонимая. — Зачем? — Причины нет, просто, мне показалось, что это будет интересно. — Зерие опускает со звоном на каменный пол чашку, что крутила в руках и смотрит ей в глаза.       Фрирен чуть поднимает брови и поворачивается все телом. — Мне или тебе? — спрашивает недовольно.       Зерие ничего не отвечает лишь довольно ухмыляется. Все уже решено.       Фрирен разворачивается и молча уходит, почти ощутимо полыхая недовольством. Будто специально.       Случайно встреченные маги жмутся к стенам и гадают. Что же может вывести из себя гостью, почти подругу их Главы и чем это им всем грозит?       А Зерие лишь вытаскивает из кармана вязанного кардигана, что ей подарила ученица, узелок с чайными листьями, очищает заварник и заливает магически созданным кипятком, неприятную на вкус траву. Она знает, что к сроку, когда все будет готово, Фрирен придет.       И Фрирен знает, что теперь будет отслеживать слухи о новом чуде, и что когда, оно откроется она пойдет и пропадет в той библиотеке.       Только, может задержится на годик другой. А то Зерие слишком довольно улыбалась, аж зубы скрипят.       Фрирен уходит не прощаясь. Зерие ничего не отвечает в конце.       Им давно не нужны слова, они просто знают, что ближайшие столетия будут встречаться за чашкой горького чая и за бутылкой отвратного алкоголя. И знают, что будут учить по разному и будут беситься с чужих методов. Но пожалуй, это может стать интересными мгновениями в их вечной жизни.