Вспомни солнце

За стенами раздавался грохот, от которого в жилах застывала кровь. Два ребёнка прижимались друг к другу, сидя в небольшой комнатке, их глаза полны страха и непонимания. Война не место для детей, тем более для таких маленьких, как эти. Они были всего лишь семилетними детишками, но уже знали, что такое ужас и тревога. Грохот снарядов доходил до них глухо, но стены бункера дрожали, словно сами были живыми существами, испуганно сжимаясь от каждого удара. Малыши прижимали уши к коленям, стараясь заглушить звуки, которые не давали им покоя. Время от времени один из них поднимал голову, всматриваясь в темноту, как будто надеясь увидеть что-то успокаивающее, что-то, что могло бы развеять их страх. -Warum passiert das? [Почему это происходит?] — тихо спросила девочка, её голос дрожал, как и её маленькие руки, сжимающие рукав футболки брата. Мальчик, не зная, что ответить, лишь покачал головой. Он сам не понимал, почему мир вокруг них рушится, почему взрослые, которые должны защищать, ведут себя так, будто забыли о детях. Время тянулось медленно, и каждый грохот снаружи казался им вечностью. Они мечтали о солнечном дне, о том, как бегают по полю, смеются и играют, не зная ни о каких бедах. Но сейчас, в этом холодном и темном бункере, их мечты казались далекими и недостижимыми. Лёгкий скрип металлической двери заставил малышей поднять голову и встретиться с полными страха и боли глазами отца. Он медленно подошёл к ним, стараясь скрыть собственные переживания, и слегка улыбнулся, хотя улыбка его была больше маской, чем выражением радости. — Alles wird gut [Всё будет хорошо], — произнёс он тихо, но его голос дрожал, как и стены бункера, которые тряслись от каждого удара снарядов. Каждый глухой звук снаружи напоминал о том, что мир за пределами этого укрытия полон хаоса и разрушений. Малыши прижались друг к другу, их маленькие ручки искали утешение в объятиях отца. Он обнял их крепко, стараясь передать тепло и уверенность, которые сам едва ощущал. Внутри него бушевали страх и беспомощность, но он знал, что должен быть опорой для своих детей, даже когда сам чувствовал себя на грани. — Wir sind nicht allein [Мы не одни], — продолжал он, глядя в их невинные глаза, полные надежды. — Wir sind zusammen, und das ist die Hauptsache [Мы вместе, и это главное]. Снаружи раздавались новые взрывы, и бункер снова содрогнулся, но в этот момент, в тишине их маленького мира, отец почувствовал, что его любовь и забота могут стать щитом, защищающим их от всего, что происходит за стенами. Он закрыл глаза на мгновение, пытаясь сосредоточиться на звуках, которые были ему знакомы — на тихом дыхании детей, на их сердцах, бьющихся в унисон с его собственным. Эти ритмы были единственным напоминанием о том, что жизнь продолжается, даже когда вокруг царит разрушение. В его памяти всплыли образы мирной жизни: как они гуляли по парку, смеялись и играли, как он держал их за руки, показывая на облака, которые, казалось, были такими же беззаботными, как их детские мечты. Он хотел, чтобы эти воспоминания стали для них маяком, который поможет пройти через тьму. — Erinnern Sie sich, wie wir in einem Flugzeug geflogen sind?[Помните, как мы летали на самолёте?] — произнёс он, стараясь отвлечь их от страха. — Wie haben wir die Wolken betrachtet und nach verschiedenen Formen gesucht? [Как мы смотрели на облака и искали в них разные формы?] Дети, услышав его слова, немного расслабились. Они начали перешептываться, вспоминая те моменты, и в их глазах зажглись искорки радости. Отец почувствовал, как его сердце наполнилось теплом. Он знал, что даже в самые трудные времена важно сохранять надежду и веру в лучшее. Парень сглотнул, чувствуя, как его желание жить ради этих крошек, что он воспитывал и любил, медленно угасает. В голове крутились только мысли и понимание того, что он не увидит их взрослыми, что он не сможет больше их обнять и приласкать, успокоить. Парень выдохнул и поцеловал близнецов в лоб. -Lassen Sie mich für Sie singen, meine Lieben? Du musst dich ausruhen [Позвольте мне спеть вам, мои дорогие. Вам надо отдохнуть], - тихо произнёс отец, гладя детей по головам. Те лишь кивнули и сглотнули, после чего легли на кровать и их украли мягким одеялом. Парень сидел на краю, гладя их по головам, и начал напевать тихую мелодию любимой колыбельной его детей. -Schlaf ein, schlaf ein, schlaf ein Du gähnst schon, komm, kuscheln dich ein Ich singe dich noch ein Lied Ich freu mich so, dass es dich gibt Ich wünsch dir noch eine Gute Nacht Wir sehen uns, wenn wieder die Sonne lacht Schlaf ein, schlaf ein, schlaf ein Wir lieben dich, schlaf jetzt ein Wir lieben dich, schlaf jetzt ein, - тихо и мелодично напевал немец. Дети достаточно быстро уснули под тихий голос отца. Тот сглотнул и поцеловал их в лоб. После чего встал и на душе стало паршиво. Он тихо вышел из комнаты, уходя в свой кабинет. Немец выдохнул, доставая из ящика пистолет и кладя его на стол. Сев на стул, парень взял лист бумаги и выдохнул, начиная писать какой-то текст. Закончив, он услышал, как солдаты переполошились. Время пришло. Это был его конец. Парень вздохнул, беря в руки фотографию, где он запечатлён со своими детьми. Их счастливые улыбки пробрались в самое сердце, вызывая тоску и радость одновременно. -Verzeiht mir, Kinder. Du wirst ein besseres Leben haben [Простите меня, дети. У вас будет лучшая жизнь], - тихо произнёс парень, вздыхая и закрывая глаза. *** Звук выстрела заставил всех дрогнуть. Дети подскочили с кровати, не понимая, что произошло. Мальчик сглотнул, смотря на сестру, после чего тихо спустился с кровати и подошёл к двери. За ней раздались грубые и тяжёлые шаги. Он слышал крик военных, но не мог разобрать, что они говорят. Дверь распахнулась и перед ребёнком образовался мужчина. Он был на много выше их отца, более мускулистый, а его сверкающий глаз вызывал страх. Ребёнок быстро побежал обратно к кровати, обняв сестру и смотря на незнакомца. -Вы его дети? - поинтересовался мужчина, на что не получил никакого ответа, - Ясно. Русского вы не понимаете, - его басистый голос заставлял детей сильнее прижиматься друг к другу. Мужчина жестом подозвал к себе одного из военных. Только сейчас дети поняли, что это были совершенно другие люди. Их форма значительно отличалась от формы военных отца, она была зелёная, камуфляжная. Мужчина же был в длинном зелёном пальто. Он посмотрел на подошедшего солдата. И что-то ему сказала. Тот кивнул и зашёл к детям. Те сглотнули, смотря на него. -Kinder, liebe Kinder, fürchtet euch nicht. Wir werden Ihnen nichts tun. Komm mit uns, wir werden dich aus diesem schrecklichen Ort holen [Дети, дорогие дети, не бойтесь. Мы вам ничего не сделаем. Пойдем с нами, мы вытащим вас из этого ужасного места], - на довольно хорошем немецком сказал тот и улыбнулся. -Wo ist unser Vater? [Где наш отец?] - с испугом пробормотал мальчик. -Er ... er ist in seinem Büro. Wir können ihn jetzt nicht mit Ihnen treffen lassen [Он ... он в своем кабинете. Мы не можем позволить ему встретиться с вами сейчас], - выдохнул парень, смотря на детей. Те тихо всхлипнули, но понимали, что они бессильны перед незнакомцами. Парень взял их за руки и медленно вывел из комнаты. Мальчик повернул голову в право, где был кабинет отца и дрогнул, смотря на открытую дверь и то, что было внутри. Он быстро взял сестру и они отправились в противоположную сторону, уходя к выходу. *** -Германия! - крик Союза заставил мальчишку подскочить. -Да? - мальчик вышел из комнаты, обхватывая себя руками, будто боялся. -Познакомься, - Советы кивнул на людей, сидевших за столом, - это Великобритания, США, Франция и Канада. -Hello [Привет], - произнёс Герман, он всё ещё плохо понимал речь русского и плохо говорил на незнакомом языке. -С этого дня ты на попечении США и Британии, - мужчина смотрел на него. -А... ГДР? - мальчик сглотнул. -А твоя сестра будет жить здесь. Германа будто ток прошиб. Они больше полугода живут здесь, пока решалась их судьба. Они с сестрой и так были всегда вместе, а после всего, что произошло, они перестали уходить друг от друга. А теперь их хотят разделить. Интересно, а Союз слышал, что близнецов нельзя разделять? Мальчик сглотнул, но слегка кивнул. -Собирай свои вещи. Проваливай, - шикнул мужчина и немец быстро убежал в их с сестрой комнату. Мальчик сглотнул, после чего посмотрел на сестру, что со страхом наблюдала за ним. Она подошла и обняла его. -Братик, куда ты? -Schwester, ich werde abgeholt. Bitte mach dir darüber keine Sorgen. Wir sehen uns bald. Benimm dich gut, bitte mach dir keine Sorgen, wir treffen uns bald. Sehr bald, ich schwöre dir, wir werden uns wiedersehen [Сестра, меня забирают. Пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Мы скоро увидимся. Веди себя хорошо, пожалуйста, не волнуйся, мы скоро встретимся. Очень скоро, я клянусь тебе, мы снова встретимся], - он обнял её. Девочка тихо заплакала, утыкаясь в плечо брата. Она не хотела оставаться одна, да и мальчик тоже. Он прижал девочку к себе и погладил по голове, целуя в лоб. *** -Пап, а почему ты так напряжён? - поинтересовалась зеленоволосая девочка. -Потому что скоро должны прибыть Америкосы и Герман, - смотря на дверь, сказал мужчина. Девочка ничего не сказала, лишь посмотрела в дверной проём. Она не особо понимала, почему её отец так напрягся из-за известия о собрании. Что произошло? Ну да, прошло уже лет 7, как Германия живёт не с ними, а у США, но что в этом такого? Она вздохнула поднимая глаза вверх. В этом огромном помещении было много стран, которые обсуждали какие-то свои дела, кто-то пил чай и осматривался. Братья и сестра бегали среди них и смеялись. Звонок пролетел по помещению и все затихли. Тишина была гробовая, будто все боялись дышать. Большие двери, ведущие в помещение, начали медленно открываться. Девочка выдохнула, смотря на то, как плавно и спокойно появляются страны. Великобритания выглядел так, будто он какой-то агент. Его выглаженная строгая форма вызывала лишь ощущение, что он главный среди всего этого бедствия. Его будто офисная одежда состояла лишь из чёрных и белых цветов. Франция, что шла рядом с ним, была одета в превосходное черно-красное платье, что описывало её великолепную фигуру. Они шли рядом, полностью дополняя друг друга. Гладкоприложенные синие волосы Брита придавали ему вид джентльмена, но они очень сильно контрастировали на фоне черно-белого образа, а яркая синебелая с красными прядями причёска Франции создавала образ дамы высокого уровня. Следом за ними шли Канада и США, они выглядели как и Брит, только волосы у них были уложены с закосом вправо, а Аме одел очки. Все четверо шли спокойно и уверено к своим местам в самом центре этого огромного зала. Союз напрягся, не понимая, где же Германия. Прошла минута, с момента открытия двери. В зале всё также стояла тишина. Британия посмотрел на открытые двери. Он молча наблюдал, после чего жестом будто подозвал кого-то, кто был по ту сторону. Теперь все увидели, как в помещение спокойно зашёл парень. Его чёрные смолистые волосы были немного взъерошены, яркие золотые глаза бегали по помещению, будто он кого-то искал. Его прекрасный костюм был похож на офисный, но поверх него была желетка не чёрного, а серого цвета. Он спокойно прошёл к Британии. Тот кивнул и он сел рядом с ним. Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке, это было заметно по его поведению. Он был полностью отстранённый, слушая своего опекуна, который говорил замудренные слова и термины, парень терялся. Он молча смотрел перед собой, а после снова осмотрелся. Он явно кого-то искал и, не найдя, опускал голову к столу, чтобы не видеть этого наплыва людей. Он на фоне своей новой семьи выглядел как белая ворона. *** -Германия, - голос Союза вывел парня из раздумий и тот быстро обернулся. -Союз? Здравствуйте, - слегка запнувшись, сказал тот. -Пойдём, - голос старшего был немного напряженный. -Куда? Но ответа не последовало. Мужчина лишь развернулся и пошёл в сторону одного из домов. Герман не стал переспрашивать и лишь быстро отправился следом за ним. Почему-то в груди нарастал страх. Он не видел свою сестру уже столько лет, а сейчас будто что-то случилось. Он толкьо думал про неё и гадал, как она изменилась, на сколько же она может быть доброй, но именно сейчас ему казалось, что Союз пытается показать ему реальность. Они зашли в большой дом, что принадлежал русскому. Он никак не изменился за эти годы, что Герман не прибывал в нём. Парень прошёл следом и остановился, увидев нескольких врачей, что обратили на них внимание. -Вот. Привёл, - произнёс Совет, смотря на врачей. Он подтолкнул парня к ним, и врачи вздохнули. Они просто открыли дверь, ведущую в комнату и в нос ударил смрад. На самом деле для чувствительного Германа это было именно так. Запах пота, гнили и медикаментов - вот что ударило его по сознанию. Парень закашлялся, но, переборов себя, посмотрел в комнату и его подкосило. Он быстро зашёл, не в состоянии поверить, что сейчас он видет. На кровати среди кучи тряпок, кровавых шприцов и множества лекарств лежала его сестра. Её кожа едва не просвечивала. Она была похожа на скелет, обтянутый кожей. Парень опустился на крой кровати, не в силах стоять. Девушка открыла глаза и с трудом посмотрела на парня. -Гера? - тихий, хриплый голос. -Да, солнышко, я. ГДР, малышка, что с тобой произошло? - он сглотнул, аккуратно касаясь её головы рукой. -Болела. Не знаю. А тебя... тебя привёл? - она явно плохо соображала, не договаривая предложения. -Да, меня привёл Союз, - парень сдерживал слезы и пытался улыбаться. -Союз? Он да. Я увижу папу, - выдавила из себя девушка, смотря почти стеклянными глазами на брата. -Да, солнышко, ты увидишь папу. Ты его увидишь. Он будет тебя ждать, малышка, - произнёс Герман, понимая, что уже нельзя ничего поменять. Девушка слабо улыбнулась, тихо что-то прошептала и закрыла глаза. Её медленно вздымающаяся грудь опустилась и в комнате перестало слышаться тихое дыхание. Парень зажмурился и опустил голову. Слезы градом потекли по лицу. Он не хотел верить, что теперь он остался полностью один. Парень сжал руку сестры в своей. *** Ветер трепла листья на деревьях, а в офисе стоял тихий гул разговоров и техники. Германия смотрел в окно, держа руку на чашке с кофе. Он думал совсем не о работе. Оторвав взгляд от окна, парень осмотрелся, после чего встал со своего места и вздохнул. Немец отправился к выходу, где был путь к единственному месту, где он был способен отдохнуть - к курилке. Парень вышел на свежий воздух и вздохнул, доставая пачку дешёвых сигарет со вкусом шоколада. Едкий дым поднимался вверх, и парень наблюдал за ним. В голове не прекращали скакать мысли, спутываясь в комок. -Герка, - добрый голос позади заставил дрогнуть. -Ребята? - парень удивлённо посмотрел на тех, кто вышел к нему. -Хах, а мы тебя потеряли уже, - отозвалась Беларусь, подходя ближе. -А я сказала, что он точно будет тут, - улыбнулась Япония, смотря на парня. -Ты ж с ним больше времени проводишь, конечно ты знаешь, - фыркнула Украина. -Вы меня искали? - удивился немец. -Да. Мы... мы просто хотели сходить на кладбище, думали ты с нами сходишь, - Каз чуть наклонил голову на бок. -Да, я с вами пойду. А то давно уже туда не приходил, хах, ещё обидятся на меня, - усмехнулся немец, затушив окурок. -Ну, отец твой точно обидется, что ты не навещаешь его могилу, - вздохнула Япа. Они просто усмехнулись и отправились в свой путь. Герман и правда давно там уже не был. Надо исправляться, хоть раз в месяц приходить. *** Компания шла среди разрозненных могил. Герман осматривался по сторонам, после чего вздохнул и заметил, как ребята немного разбрелись. Могила Союза была дальше всех, но немец не шёл следом за Россом и ребятами. Парень остановился и пошёл направо, где среди деревьев увидел знакомую ограду. Парень подошёл и взялся за колиточку, что со скрипом отворилась. Парень подошёл к двум могилам. Сестра смотрела на парня своими лучезарными глазами, что даже на темном камне казались светятся и излучают тепло. Герман сглотнул, аккуратно опускаясь на колени перед могилой. Он выдохнул, кладя два букета на возвышенности. Парень посмотрел на крест, что стоял на месте захоронения отца. Немец повесил туда фотографию, которую обнаружил в письме, что отдал ему Союз перед тем, как умер. Герман до сих пор помнил все слова, что там были написаны. Он прикрыл глаза и выдохнул, после чего открыл их и положил на могилу конвертик, на котором не было никакой надписи. Парень молча смотрел на могилы, в душе бушевали эмоции. Он помнил, как будучи маленьким, он повернул голову в том чертовом бункере. Лучше бы он не видел этой картины, что предстала перед ним, когда он заглянул в открытую дверь отцовского кабинета. Разнесённая в щепки голова, куски черепа и мозга, огромное количество крови, что разливалась, будто из разбитого стакана. Парень мотнул головой и услышал голос Японии, которая подошла к ограде. Он быстро встал, отряхивая штаны от пыли. После чего он вышел за калитку и закрыл её, снова оборачиваясь на камень сестры, что наблюдала за ним. Он вздохнул, вновь смотря на Японию. Та улыбнулась, после чего обняла парня, чуть поднимаясь на носочки и быстро касаясь губами его губ. -Пойдём, милый. Нам пора возвращаться, - тихо произнесла девушка. -Да, конечно, - парень улыбнулся. Ему показалось, что среди листьев он слышал шёпот, будто кто-то говорил ему что-то. Он чувствовал себя спокойно. Парень никогда не забудет своей прошлой жизни, продолжая вспоминать её, ведь это его солнце, которое он не должен забывать. Его рука сжала записку, что находилась в кармане. "Hera, bitte, wenn du das liest, dann denke nicht schlecht an mich. Bitte, mein Sohn, ich war nicht bereit für das, was passiert ist. Ich konnte Sie nicht beschützen, verzeihen Sie mir. Kümmere dich um deine Schwester, sie braucht deine Unterstützung und Liebe. Verzeihen Sie mir, dass ich Ihnen nichts Wertvolles geben konnte. Ich habe den Krieg verloren, meine Familie verloren. Aber du solltest meinem Weg nicht folgen, du bist besser als ich! Lebe und liebe. Sie sind ein besseres Leben wert, meine Lieben Ich liebe euch, meine Lieben. Es tut mir leid, dass du das durchgemacht hast. Bis die Sonne untergeht, denkt aneinander. Das ist alles, was du noch hast. In Liebe zu deinen Kindern Ray" [Гера, прошу тебя, если ты это прочитаешь, то не думай обо мне плохо. Пожалуйста, сынок, я не готов был к тому, что произошло. Я не способен был вас защитить, простите меня. Позаботься о сестре, ей нужна твоя поддержка и любовь. Простите меня, что я не смог дать вам ничего стоящего. Я проиграл войну, потерял семью. Но вы не должны идти по моему пути, вы лучше чем я! Живите и любите. Вы достойны лучшей жизни, милые мои Я вас люблю, милые мои. Простите, что вам пришлось это пережить. Пока солнце не погаснет, помните о друг друге. Вы всё, что у вас осталось. С любовью к своим детям Рейх]