Mission complete

Весна. На дворе застыл холодный ветер. И лишь только сухие, уродливые и смятые листья витали по дну земли. Всё такое пыльное и заразное, что, кажется, лёгкие наружу просятся. Палки хрустят, от прежнего их вида и мысли не осталось. Это бы ничего, только такой апокалипсический вид мира держится на самом деле. Конечно, человек управляет своим разумом, соответственно, и своими впечатлениями: если думать об обнажённой девушке, ты и увидишь обнажённую. Здесь то же самое. Сону с виду ясный юноша, но в голове бардак. Может быть там, снаружи, нет никакой сухой листвы и перекати-поля, нет никакого песка. Однако, когда ты убил своего лучшего друга, самый розовый единорог превратится в мерзкий призрак лошади, а самая зелёная трава привидится сеном. Он просто хочет видеть боль. Я же понимаю тебя, говорит Чонвон. Как бы то ни было, нужно жить, Сону. Бизнес не бывает без падений. Чонвон, друг Сону, присел поближе к плечу опечаленного. Приятель, я не справлюсь без тебя. Ты мне нужен. Ты нам нужен.  Нам, очень эгоистично. Ян имел ввиду себя и свою игривую душу. Он поцеловал Сону после этих слов в щёку, а желал совсем другого. Кровавая бойня остановила зверское желание младшего трахнуть приятеля, что и к лучшему. Что вообще за бред происходит сейчас. Не могу, Чонвон. Сону опустил голову и сжал глаза, тяжело выдохнул. Этот подонок… он мне врал. Он врал всё это время, а я, как идиот, поверил. Старший трясётся, толкая щёку языком, он зол. Мне нужен его брат, чтобы не уйти с маршрута. Сону повернулся к Чонвону, они оказались слишком близко. Я достану данные. Чонвон было отстраниться хотел, но тело не слушало, парень лишь моргал и лопал ртом, как рыба. Послушай, Чонвон накрыл ладонь старшего своей. Ты только оцени ситуацию трезво, ладно? Этот мафиози втёрся в доверие, а его брат, который намного сильнее, может что похуже придумать… На самом деле Чонвон только ревновал. Юноша прекрасно знал, что Сону и проходу не даст, но чёрная семья отличалась всем: деньгами, поведением и внешностью. Последнее, пожалуй, было самым тяжёлым для смирения Яна. Нельзя сказать, что у него есть проблемы с самооценкой, скорее, огромное чувство собственности, желание подчинить. Сону лишь мягко улыбнулся и кивнул, чтобы тот успокоился. На следующий день всё произошло быстро, один из матрасов пустовал уже с пяти утра. Сону не завтракает, а хотя старается не поглощать еду и вовсе. Меня затошнит, если увижу кровь, говорит в отмашку. Или что противнее, чью-либо голову, валяющуюся на дороге. Чонвону не нравятся эти предложения, понимает, что его друг критически настроен на пессимизм. Потому добавляет капельку оптимизма: зато в футбол можно поиграть… Одет он в чёрное: поношенные карго без ремня, кожанка, а под ней хлопковая майка. Деталь: белые кроссовки спортивного кроя. При себе также имеется холодное оружие, пользоваться им он научился совсем недавно. Однако быстро схватывает.  Может ты курок подёргаешь? Как-то не нравится мне пушка, Чонвон ткнул в ствол, наклоняя голову с интересом. Накаченные руки его так и цепляли глаз. Сону спустил тактические очки, смотря на друга с претензиями, ты мне отец что ли? Я просто волнуюсь.  Не нужно. Не паясничай. Хрен с тобой.  Потом Сону сделал ещё четыре выстрела, правильных и без промаха. После они занялись любовью. Слово «любовь» преувеличено.  Как семья Сону задолжала страшную сумму шишкам, жизнь его по умолчанию стала выхолощенной. Скудный гардероб, хреновая еда, нежилая квартира, одни и те же физические тренировки, чтобы стать сильнее, чтобы отомстить за родителей. Ничего больше не имеет смысла для него, так пусть хотя бы последняя искра мечты прикончить нелюдя движет им вперёд. Сейчас, разгуливая во всём похоронном, он уверенно плетётся по земле, думая о том, как будет смеяться. Снаружи пошёл серый снег, мир выглядел как экран плохо настроенного старинного телевизора. Совсем нетипично для погоды здесь. Так ещё и темнота накрыла в пять утра. Хоть бы один фонарь помог, но ничего подобного. Никакой пункт не играл на руку ему. Из-за смеси неприятных фактов Сону внезапно моргает и падает на мокрую землю. Снежинка аккуратно коснулась приоткрытых губ, а он потерял сознание.  Когда Сону был в школе, он часто улыбался. Бегал, прыгал, словно дитё. По вечерам давал волю ярым желаниям и убегал играть в покер на раздевание. В той компании ему всегда нравилась одна девушка, правда она никогда не проигрывала. Он знал, ребята сфоткают голые стопы или спину одноклассника, повеселятся над этим все вместе дня два и удалят улики со всех гаджетов. Хорошо доверять друг другу. Запах псины пронзил ноздри, в голове пила. Шея - неподъёмный булыжник. Чёрт, недовольно шепнул Сону сам себе. Он ещё не понял, с кем здесь можно поговорить. Вокруг колонны да заколоченные окна, помещение по неведомой причине светлое и холодное. Руки связаны, волосы в глине. Слишком сильно саднит глаза. Хотелось просто уснуть, так сказать, идти спать дальше, потому что случайно проснулся. Он поймал себя на мысли, что сидит на стуле, но дёргаться бесполезно, у него нет сил. Возможно, нужно было больше есть. Он всерьёз рассуждал на эту тему прямо сейчас.       Хорошо тебя бутылкой присобачили. Здесь кто-то был и он приближался.       Что же ты, красавица, не бережёшь себя. Незнакомец ухмыльнулся, что стало ясно по звуку, а затем дружески коснулся плеча Сону, типа приятель и всё такое. Конденсат каплями пота стекал по лбу пленника, таить уж было нечего, но страх сейчас заблокирован. Сону интересно посмотреть хотя бы на ухо этой биомассы.       М? Слышал, ты хотел меня видеть. Моложавый человек двинулся вперёд и показал свой такой же чёрный наряд на выход. Дорогие джинсы, ремень и безрукавка майка сидели хорошо, оба готовились к встрече предельно аккуратно. Мокрый эффект на волосах…? Или же он тоже засрался. Сону думал обо всём, о чём можно, обращаясь к защитной реакции, конечно же невольно. Да, вижу, очень классно. Меня зовут Сонхун. Да мне по барабану, если честно. Ну как же. Сонхун достал дерринджер из заднего кармана и беззаботно подкинул его в руке, опираясь на свои колени. От него приятно пахло. Сону еле сдержался, чтобы не улыбнуться от масштаба оружия.       Тебе же нужно знать, чьё имя кричать, прося о пощаде. На секунду хотелось вернуть тамошнюю жизнь, ухо посмотрели, пора домой.       Я не настолько лишён принципов, чтобы заниматься такой фигнёй.        А у тебя есть интереснее варианты позабавиться? Хозяин ямы выпрямился и спокойно похрустел спиной. Уставший вздох испугал Сону, а напрасно, пистолет заправили обратно в карман.       Давай сыграем в игру, проиграешь - я над тобой надругаюсь, выиграешь, - мафиози поднял брови, глазея на стул, приоткрыл рот, - тоже.       И тогда смысл игры?       Ради твоей душевной гармонии. Оскал этого придурка цепляет, подумал Сону, но какой же кретин. Вот бы перебить его ножом от пяти раз и больше, вспороть желудок и выпотрошить вс-…       Вставай.       Хорошо-хорошо. Сону разогнал облака разума и с настоящей тревогой поднялся на трясущихся ногах, не отводя взгляд от направленного пистолета перед собой. Он сглотнул, притворяясь безразличным.  У Сонхуна завораживающий профиль. Если бы этот мальчик носил форму, любил физкультуру и подрабатывал барменом в ближайшем баре от университета, ох, трусы при себе. Жизнь у Пака не сложилась, точнее перепрыгнула сто восемьдесят градусов: связался с плохой компанией, торговал марихуаной в чайных пакетах и влезал в драки с уличными бендами. Переспал с участником одной из групп и получил болезнь, Сонхуну клеймо на всю жизнь, а тому лишь память о диких, неистовых поцелуях. В любом случае, фетишизированная у него жизнь, сам никогда в этом не признается. Следующим говорил только Сонхун. Он сказал повернуться лицом к столбу и припечататься. Сону и думать не успевал, как выполнял всё подряд, чувствуя холодный ствол у виска. Сонхун взрослее, поэтому старший пустил пушку вниз по телу, придавив выбритый лобок Сону. Оба выдохнули, имея ввиду разные впечатления. Для Сону это лёд в штанах, и бабочки, для Сонхуна - мелкое возбуждение. Он был незаконно близко сзади. Бёдра у младшего упругие, приятно гладить, Сонхун сжал кусок ягодицы второй рукой, царапая ткань.  Мы сейчас будем заниматься сексом? Хах, называй как хочешь. У Сонхуна не было намерений изувечить парня, но почему-то захотелось ударить краем пистолета так, что аж кровь хлестанула из носа. И так стоял смрад, теперь и привкус железа подогрел верхнюю губу Сону. Сонхун хмыкнул. А ты красивый. Сону ответил молчанием, жгло переносицу. Если честно, грязи хотелось, но не в такой форме. На Сону наваливается блаженная тяжесть его власти над ним, Сонхун поцеловал шею. Полагаю, обо мне ты вспомнишь не слишком лестно, так что дарю.  А затем поцеловал и ещё раз. И это тоже. У младшего закружилась голова от всего сразу. Он повернулся лицом к Сонхуну, не боясь невыполнения тупых указов. Нижняя часть лица была в крови, глаза пластилин. Сону слизнул красную линию с нижней губы, вышло пошло. Сонхуна стыд спеленал, будто саван, поди сквозь него что разгляди - ему никогда не хотелось поцеловать парня. Сейчас же он примнался губами к чужим. Пара уст пухлая, целоваться спокойно и приятно, хочется заскулить вслух, не хочется останавливаться. Похоже сломанный нос Сону вынудил парня двинуть головой вправо.  Я сейчас потеряю сознание, Сонхун. Скажи это ещё раз. Что? Моё имя. Сону смирился и сделал глубокий вдох. Всё равно хотел сделать ринопластику. Сонхун, я сейчас отключусь. Мафиозник задрал голову Сону вверх, дёрнув волосы затылка холодной рукой, затем случайно поцарапал шею зубами, после оторвал пуговицу штанов. Количество прохлады по всему телу не давало младшему упасть в обморок. Сонхун вертел головой юноши как вздумается. Даже жаль немного стало. Он посмотрел на окровавленный подбородок и развернул тело обратно к столбу. Внизу становилось туго.  Прости, я обычно более гостеприимный. Он зацепил край штанов и медленно спустил их вместе с бельём вниз, сдавливая Сону между столбом и своей грудью. Звук бляшки ремня заставил отрезвиться.       Правда? А что ты здесь, матрас организовываешь? Сону довольно улыбнулся своей дерзости, кровь ступила на зубы, дышать задёрнутой глоткой удавалось с трудом. Воздух покинул лёгкие полностью, когда Сонхун вставил по самую половину, рыча от зуда. Он расправил испорченные волосы Сону и мягко сжал горло, закидывая шею на своё плечо. Взгляд пронзал насквозь, у Сону покраснело ухо, будто кровь вытечет и оттуда. Боковым зрением заметна психически нездоровая улыбка.       Типо того.  Чёрт, до боли возбуждает. Когда Сонхун начал двигаться, Сону скрежетал рядом зубов, чтобы громко не заплакать. Слюни не давали уверенно вдохнуть, а рука передавила лимфоузлы возле гортани. Как же херово. Сонхун вдруг плюнул на свой член, дабы скрасить ощущения и сделать их приятными для обоих. Вышло неплохо. Сону выпрямил брови и перестал задыхаться. Он расслабился и полностью принимал в себя, отгоняя вертолёты в закатанных глазах. Экстатическая глубина его готовности делать Сонхуну приятно вдруг настигла и он проронил стон с последующим толчком. Хотелось лежать ничком, сжижать нормальный размер Сонхуна где-нибудь на матрасе для гостей, но его не удостоили такой возможности. Сону прогнулся, а Сонхун подобрел. Он сжал головку Сону, и большим пальцем начал тереть траекторию часовой стрелки. Ноги младшего подкосились, макушка прилипла к крепкому плечу сама, слова 'выеби меня' сладко таранили мозг. Сону недоуменно царапал майку связанными руками, ощущая крепкий пресс, ему хотелось больше. Сонхун бешено вдалбливал Сону в стену, а тот без стеснения ревел. Гладкая щека младшего очернила и порезалась: она слишком долго тёрлась о столб. Когда Сонхун эгоистично захотел кончить, он насадил зад Сону по своё основание, напрягая торс и до боли сдавливая вены на члене младшего. Носовая кровь стекла и сюда, поэтому всем казалось, что Сонхун отбивал мясо, а не мастурбировал. Он кончил внутрь, бёдра Сону задрожали. Жертва насилия не получила никакого вознаграждения, ни матраса, ни такой же разрядки, ни даже пощады. Он чувствовал исходящий от себя запах: пот, секс и железо. Сону сполз по колонне на пол, сворачиваясь в грязи. Последнее, что ему удалось увидеть, это взъерошенная чёлка Сонхуна, слегка порванная майка и пистолет, пуля которого прилетела прямо в лоб Сону.

***

— Ну и короче как-то так. — Пиздец. И как мне жить после такой истории? — Ха-ха-ха, да всё супер. Это же просто сон. — Всё супер, Сону. Возле холодильника больше не ебёмся, экстрима мне хватило. И тебе. Сонхун мягко тыкнул в кончик идеально ровного носа Сону и спрыгнул с матраса, спеша разобрать постиранные чёрные вещи Чонвона, лучшего друга его парня.